Как в сказке

      Алтан впервые нанял Дракона пару лет назад. Вадим точно также шутил невпопад, напевал Гагу и ходил с этой дебильной зубочисткой, но при этом сразу каким-то невероятным образом заинтересовал Дагбаева. Когда он получил заказ на Баатара Дагбаева, удивился немало, но работу выполнил. О том, кем убитый приходился его нанимателю, Дракон узнал, уже забирая деньги, когда Гладиолус насмешливым тоном назвал того «дедушка». Этот пацан - внук известного в определенных кругах Дагбаева, на которого даже сам Дракон однажды работал, и он заказал собственного деда. Теперь Вадик иначе оценивал эту ледяную выдержку, бурятскую внешность и глаза винного цвета. Как он мог не узнать Дагбаева? Хотя ни о каком внуке Баатара никогда информации не было, а теперь он перевернул преступный мир Петербурга и Вадим хочет посмотреть как его начнут бояться, а в том, что начнут, он не сомневался. Дракон совершал парочку каких-то не столь крупных убийств, угрожал людям, и вскоре подтянулись другие наемники. Однако таких отношений, как с Драконом, у босса не было ни с кем. Однажды, когда один из мужчин самую малость подвыпил и пошел за платой, Алтан без колебаний выстрелил ему в грудь, за шутки и агрессию на босса. Вадим, видевший это собственными глазами, был приятно удивлен, поняв, что начальство вовсе не беспомощно и умеет не только изощренно угрожать, но вместе с этим слегка напуган, ведь у Дагбаева не дрогнул и мускул на лице. Ему было абсолютно плевать на только что убитого им самим человека. Дракон одновременно побаивался и уважал Алтана, но чертовски хотел узнать свои границы дозволенного, даже если тот выпустит в него пулю. Каково же было удивление Вадика, когда он полез к Золотейшеству с поцелуем, тот сперва оттолкнул его, смерил задумчивым взглядом, а затем сам притянул для более грубого поцелуя. Дракон все еще узнавал границы дозволенного когда впервые увидел Алтана обнаженным. Мальчишка был чертовски красив и даже зная кучу примеров красоты в искусстве, Вадим не мог найти в памяти что-то настолько же потрясающее. Он чертовски хотел, но понимал, что буквально одно лишнее движение и его оттолкнут. Дракон видел, что любые ласки для босса в новинку и пытался доставить ему максимум удовольствия. При этом наемник чертовски боялся обдумывать какого черта он так трепетно относится к нему, потому что не хотел признавать, что все еще способен на подобные высокие чувства. Вадим открывал в Алтане все больше нового, перед другими в их отношениях ничего не изменилось, но вот дома у Золотейшества… Дагбаев наконец начал стонать в полный голос и меньше контролировал действия Дракона в постели, особое удовольствие Вадику доставляли моменты, когда он заставлял босса кончить, не прикасаясь к себе. У него были чертовски чувствительные соски, а еще Алтан едва не скулил, когда наемник его вылизывал. Он угрожал, но эти угрозы не несли никакого эффекта вперемешку со стонами, отборным матом и рукой с черными ногтями в волосах Вадика, которая притягивала его ближе. За годы жизни у Дракона было немало половых партнеров, как мужчин, так и женщин, но он никогда не опускался ни перед кем на колени, никогда не позволял командовать собой, а с Алтаном словно избавился от всех этих рамок и был готов на что угодно, лишь бы тот кончил. Растрепанные черные волосы, обычно заплетенные в тугие косы, разметались по простыне, светлые запястья зафиксированы огромными ладонями Вадима над головой и Дагбаев лишь больше подается навстречу размашистым движениям Дракона внутри. Ему уже абсолютно плевать на охрану у дома, которой наверняка прекрасно все это слышно, так еще и Вадик никогда не умел держать язык за зубами и, выходя, всегда бросал какой-нибудь комментарий в духе «вкусный у вас босс». Новым уровнем стало то, что однажды Алтан не сказал ничего про то, чтобы он собирал шмотки и валил, а потому Дракон не поднимался с постели, и вскоре Золотейшество засопел, пододвинувшись поближе к нему. В груди что-то взорвалось, и Вадим осторожно перебирал потрясающие кудрявые волосы, которые Алтан раньше никогда не позволял трогать, а теперь лишь довольно мычал. Он никогда не был тем болваном, что бросает людей, начиная испытывать к ним чувства, к тому же он был уверен, что вообще уже разучился привязываться к людям, поэтому решил, что им надо обсудить все происходящее между ними, однако решить и сделать разные вещи. Первым, что он услышал на утро было «едь к Каменному, он даст тебе всю информацию». И Алтан все еще был растрепанным, но надел какую-то, очевидно домашнюю, кофту. Заговаривать про какие-то чувства Дракон не решился. В такой неопределенности прошло еще пару дней и Вадим снова пришел брать с Алтана плату натурой. Босс сидел на кресле с телефоном в руках, а на тумбе рядом стоял кальян. Кудрявые волосы все еще были заплетены в аккуратные косы, но строгий костюм был заменен на обычные серые шорты и черную футболку. Дагбаев лишь недавно начал надевать шорты при наемнике, он не любил шрамы, увившие лодыжки после той аварии. Даже такие вроде незначительные жесты показывали, что Алтан с Драконом не просто трахается, он всегда был слишком закрытым и принципиальным, чтобы доверять истинного себя первому попавшемуся, по крайней мере так это интерпретировал Вадик. Все как обычно, колкости, поцелуи, стоны вперемешку с угрозами, но вот, что пошло иначе, Дракон впервые видел на лице Золотейшества тень сомнения. Дракон сидел на кресле, а Алтан стоял перед ним на коленях. Вадим никогда не жаловался на свою выдержку, но уже от одного этого зрелища мог кончить. Он прекрасно понимал, что босс делает минет впервые, да и вообще он агрессивный, но все равно положил руку ему на затылок. Не чтобы надавить или пытаться им управлять, а просто ощущать под пальцами мягкость волос и в полной мере осознавать, что ему сейчас отсасывает сам Алтан Дагбаев. Он брал неглубоко, но очевидно старался, иногда чуть задевая чувствительную головку зубами и заставляя Дракона шипеть от пронизывающих его ощущений. В какой-то момент он взял слегка глубже и Вадим задержал дыхание, пытаясь как можно лучше запечатлеть этот момент в памяти. Затем Алтан начал отстраняться и напоследок прошелся языком по головке. Он смотрел затуманенными возбуждением винными глазами на наемника, все еще не пытаясь отстраниться от руки на затылке и тот, не сдержавшись, поднял его голову выше и приник к распухшим губам. Поцелуй был тягучим и влажным, слегка грубым и Вадик различал свой вкус, но ему было слишком хорошо и слишком плевать. Алтан оказался у него на коленях уже без нижнего белья и потерся о возбужденный член. Какого же было удивление Дракона, когда прикоснувшись еще не смазанными пальцами ко входу, он почувствовал основание анальной пробки.       — Ваше Золотейшество, вы не перестаете меня удивлять, — мужчина похабно улыбнулся и Алтан очевидно хотел что-то ответить, но в итоге простонал, ведь в этот момент Вадик вынул пробку и уже через секунду загнал ее обратно, выбивая из Дагбаева звонкий вскрик. Затем он все же вынимает ее окончательно, но делает это чертовски медленно, слушая сбивчивое дыхание парня, положившего голову ему на плечо. Дракон заменяет пробку тремя пальцами, и Алтан окончательно теряет голову, едва не скуля. Однако сегодня Вадик хочет услышать, как он просит, и приподнимает его подбородок, смотря в восхитительные бордовые глаза, и, судя по всему, взгляд мужчины настолько красноречив, что Дагбаев сперва опускает глаза, а через пару секунд в них горят какие-то раздраженно-возбужденные искорки.       — Трахни меня, а то я тебе кишки выпущу, — говорит Алтан, но голос его более тягучий, ведь Дракон слегка двигает в нем пальцами. Удовлетворившись и этим полуприказом-полуугрозой, Вадим наконец выдавливает еще немного смазки и приставляет член ко входу, но Золотейшеству очевидно невтерпеж, ведь он сам насаживается, одним быстрым движением и до конца. Протяжный стон однозначно слышен охране, стоящей у дома, но им не привыкать. Дракон опускает ладони на бедра и сжимает, кажется, до синяков, а затем резко начинает сам вбиваться в податливое тело. Руки Алтана ложатся на его плечи, и он чуть откидывает голову назад, открывая взору тонкую светлую шею и, уже полностью не контролируя себя, Вадим припадает к ней губами и чуть прикусывает, оставляя засос. Договор на «никаких следов» распространялся всегда только на Дагбаева, хоть сам он был тем еще любителем кусаться, когда наемник лез к его шее тот обычно отталкивал, но, очевидно, не сейчас, когда его член глубоко внутри и каждым движением задевает простату. Когда Вадим перекладывает руки на талию парню, тот окончательно откидывается, рискуя упасть, но понимая, что Дракон держит его. Едва сдерживаясь, Вадим замедлил темп, и Алтан взглянул на него с раздражением, а затем наклонился и укусил за ключицу. Затем Дракон вновь каждым движением выбивал из босса стон и изредка всхлип, когда начал ему дрочить, не сбавляя темпа. Алтан терялся в ощущениях и через пару секунд такой стимуляции, издав протяжный стон, кончил в руку наемника. Сам Вадим закончил лишь парой секунд позже, ощутив, как парень сжался на его члене, и даже не думал выйти. Лишь спустя секунд пятнадцать, когда последняя звездочка потухла перед глазами, Алтан начал подниматься и ощутил, как из него вытекает горячая сперма, зло сверкнул винными глазами, но Дракон лишь довольно ухмыльнулся, и Дагбаев, приговаривая «больше никогда не смей», потащил его в душ. Вадика снова не прогнали, и он полулежал на простынях, наблюдая, как Алтан расчесывает длинные кудрявые волосы. Затем парень положил расческу на тумбу и лег на кровать рядом с Драконом. Решив, что сегодня он прекрасно убедился в доверии со стороны Алтана, мужчина счел просто необходимым все же поговорить.       — Золотко, — обратился он к парню и тот повернулся к нему с легким удивлением на лице, — а не считаешь, что стоит обсудить наши отношения?       — Что конкретно ты хочешь обсудить? — голос Алтана был расслабленным, но в нем чувствовались стальные нотки.       — Кто мы друг другу? — прямо спросил Дракон и поймал себя на мысли, что боится. Он мягко говоря привязался к этому высокомерному мальчишке и кажется полюбил его… Неудивительно, что до этого Вадим отгонял от себя мысли о чувствах.       — А как ты сам определяешь наши отношения? — перевел на него вопрос Алтан и, мужчина не был уверен, но в его бордовых глазах было нечто среднее между паникой и попыткой сохранять уверенность.       — Золотко, это не по правилам, — ответил Вадим, но тут же продолжил, — ты… — он вновь заглянул в глаза напротив и там явственно виднелось ожидание. — ты стал мне дорог — Алтан облегченно выдохнул, — и, возможно, я слегка влюбился, — он тепло улыбнулся и взял в свою ладонь Алтана, — а что насчет тебя, золотце?       — Я… пожалуй отвечаю тебе взаимностью — опустив глаза ответил Дагбаев. В такие моменты Дракон осознавал, что перед ним совсем еще юный парень, лишившийся детства. В груди что-то приятно щемило от его слов, и он осторожно поцеловал Алтана в лоб, за что получил удивленно-агрессивный взгляд, а затем смешок. Впервые они заснули действительно вместе, не просто на одной кровати, а прижавшись друг к другу, и Вадим все еще сжимал ладонь Алтана. Получается, как в детской сказке, Дракон стережет свое Золотце и готов за него убить.