Танец

Была ранняя весна, но лёд уже сошёл с Невы. Михаил неспешно шел по гранитной набережной. Вокруг всё блестело, ведь вечер был ясный. Но Михаил мало любовался этим сиянием, все мысли были заняты одним. Одним юношей, который украл его сердце.

***

Москва пришел в Зимний дворец на бал-маскарад. Как он его долго ждал. Прекрасные интерьеры залов привлекали, манили и восхищали. Московский бегал глазами по людям, которые окружали его, и искал Александра. И вот, по главной лестнице спускается он. Его любимый, его мечта, его вдохновение. Но Михаил просто вежливо поприветствовал столицу империи. Да, к сожалению, его чувства к нему были запретные. Михаил ушел в дальний угол чтобы надеть маску. Всё-таки необычный бал. В это время Романов тоже скрылся с поля зрения Москвы. Маска Михаила представляла из себя феникса. Ярко-оранжевый хвост с алыми вкраплениями. И голова с изящным клювом. Московский обожал эту маску и дорожил ею. Михаил пошел в зал торжеств, ведь время уже подходило к 9 вечера.

***

Прекрасная зала украшена к торжеству. Михаил любовался прекрасными украшениями, изысканным столом с угощениями и прекрасными парами. Время ровно 9. Последние гости заходят в зал и начинает играть оркестр. «Чудный оркестр», — подумал Михаил. Но глазами он искал его. И нашел. Только походки достаточно, чтобы узнать неповторимого Романова. Маска Александра изображала павлина. Красивый хвост с зелёными «глазами» и синие оперение. Маска очень шла Петербургу. Михаил подумал и решился. Решился на то, что раньше он считал невозможным. Московский подошёл к Александру и произнес: —Puis-je vous inviter à danser?       Романов замешкался. Он узнал Москву. Но набрался решимости и ответил: —Oui, certes. Михаил обрадовался и протянул руку Петербургу. Александр аккуратно взял руку Москвы. Они закружились. Феникс и Павлин. Прекрасный, завораживающий танец. Да, возможно их узнают, но это будет потом. Но не сейчас. Сейчас у Михаила выпрыгнет сердце от любви к нему. Они кружатся в лёгком танце, забывая кто они. Первопрестольная и Северная столицы танцевали неловко, но со стороны казалось очень спланировано и величественно. Миша не привык отказывать себе в своих мечтах, поэтому он пригласил свою любовь на танец. Александр тоже волновался. Волновался что поймут, кто с кем танцует. Но и его сердце сгорало от привязанности к Михаилу. Миша был его идеалом. И только его. Музыка затихает, начинается другая, более энергичная. Поэтому Московский аккуратно тянет за руку своего партнёра и ведёт в другую залу. Где нет никого и ничего, что могло помешать им. Дверь большого зала легко захлопывается за ними. Александр сразу спохватился, и хотел направится к выходу, но Михаил остановил своего подопечного. —Меня будут искать, Михаил Юрьевич, я там нужен, — сказал Петербург. —Они и без тебя справятся, ты — столица, отдыхай, пока можешь, — пропел старший. —Нет-нет, мне надо туда, — порываясь к выходу бормотал Питер. —Я уверен, что тебе туда не надо, — настойчиво повторил Москва, хотя терпеть не мог повторять свои слова. —О боже, Михаил Юрьевич, вы же понимаете, я не могу… — Саша не успел договорить, Михаил молча поцеловал его. Древняя столица чувствовала сердцебиение Александра, его волнение и тревогу. В любой момент сюда мог зайти кто угодно, но плевать. Москва не привык повторять что-то больше двух раз, и Петербургу это пора уяснить. Когда Москва прекратил Саша посмотрел на него своими прекрасными глазами. «Черт», — лишь думал Московский. —Я-я… Михаил Юрьевич, вы… — неразборчиво говорила столица, смотря на прекрасного Мишу. —Я тебя люблю, Александр. Понял? Не придется зубрить это как уроки? —Я-я вас тоже, Михаил Юрьевич, — и опять взглянул на искусителя. А Москва не спал и опять приблизился к Саше. —Не бойся, моя маленькая столица, это нормально, — и снова поцеловал. Этот поцелуй был более уверенным и долгим, ведь Питер осознал весь тот спектр чувств, которые испытывал к Москве. —Ты только мой, мой любимый, — сказал Михаил. —Может вернёмся? Иначе нас застанут в таком… Виде, — предложил Санкт-Петербург. Он посмотрел в зеркало, и был удовлетворен своим видом. Только пара прядок вылезли из прически. «Ничего страшного, никто не заметит», — подумал Саша и направился к выходу. Обернулся к Москве и одними губами прошептал: «Я тебя люблю», — и вышел в главный зал. Московскому ничего не оставалось, как пройти за подопечным.

***

В этой зале они впредь встречались часто. Их встречи обычно были мимолётным, но полными нежности и любви друг к другу. А иногда они сидели тут долго, обсуждая разное. И даже в двадцать первом веке они до сих пор изредка приходят сюда, принося свои маски. Те самые, павлин и феникс.