Душа дьявола

Стояла летняя жара, на градуснике было где-то около тридцати-тридцати двух градусов адской погодки. Прогноз был неутешительным в последний месяц. Но люди как-то выживали: кто-то извилисто шел по теньку, в надежде, что это как-то спасет от солнца, а кто-то нес в руках только что охлаждённую бутылку с водой, а может даже несколько. Казалось бы, что в такую погоду чёрное одевать вообще не стоит, сваришься только так. Однако есть единицы, кто смел и терпелив к такой погоде и их любовь к черному сильнее. На крыльце областного суда стоял один такой типок, любитель черного в любую погоду. Его лицо было бледным и серьезным, короткие белые волосы, чуть ли не в тон лица. Черный костюм, по всему видимому, был сшит на заказ сидел на нем как с иголочки. — В такую погоду чувствуешь, что будто бы сам дьявол варит тебя в котле.— Из неоткуда промолвил мужчина лет сорока, неспеша подходя к своему белокурому коллеге. — Да, если ты являешься его адвокатом, который плохо выполнял свои обязанности, вполне возможно. — Еле улыбнулся тот после своих слов, высматривая что-то вдалеке. — О чем ты, Джио? — Вопросительно посмотрел на него мужчина. — О том, что ты можешь являться адвокатом самого дьявола. — Джио прикрыл глаза развернувшись к потоку прохладного ветерка. — Какое клише! — Начал восклицать его собеседник. — Был бы один случай из ста, когда сам дьявол является адвокатом. И действительно. Джио был не совсем человеком. Он был дьяволом. Дьявол, работающий адвокатом в мире живых. Он был тем самым одним случаем из ста. Но его держала, отнюдь, не адвокатская деятельность (в которой, на минуту, был профессионалом среди коллег), а нечто другое. В мире смертных ему было дано персональное задание, которое окутано тайной. Белокурый резко открыл глаза. Его взгляд направился в сторону стоящего памятника возле здания суда. Прежде, парень никогда так внимательно не рассматривал его как сейчас: от вековых трещин, появившихся со временем до раздумий о том, был ли акт вандализма. — Мистер Бойд, — Из дверей здания суда вышла дама средних лет с улыбкой на лице. — Спасибо вам, за ваши услуги. Благодаря вашему проффесионализму, мы выиграли дело. Я очень счастлива, что мой муж оказался не виновным. — Это моя работа, мэм. — Молодой адвокат повернулся к ней и озарил улыбкой. На сей раз нужно было отстоять свободу невиновного человека, которого обвинили в убийстве собственного босса. Кто, если не Джио Бойд раскидает по фактам невиновность? К каждому делу он подходил по-своему, погружался в работу с головой. Казалось, будто Джио уже был рожден адвокатом. В свободное от работы время много кто интересовался его личной жизнью. Есть ли жена, дети, есть ли домашние животные — на такие вопросы Мистер Бойд лишь молчал. Ему не было интересно обсуждать такие темы. Уж тем более, заводить семью и детей в свои двадцать девять. После смерти отца и матери Джио даже не задумывался о собственной семье. Ему не очень хотелось объяснять, что на него это как-то повлияло, да и люди бы стали давать непрошенные советы как справиться. К счастью или наоборот, Джио был не единственным ребенком. Диззио Бойд был на несколько лет младше своего брата и был противоположностью старшему: импульсивный, упрямый, шумный и вечно пропадающий на тусовках. За воспитание двух мальчишек взялась подруга семьи, Нэтали Гукк. Она с самого рождения знала юношей и о смерти Бойдов узнала первее всех. Братья жили в особняке за городом, который перешел по наследству от их покойных родителей. Когда происходил юридический процесс с наследством, Бойд старший заинтересовался юриспруденцией и активно следил за процессом. Шестнадцатилетний Джио начал жить новой мечтой — стать юристом. Опекунша поддержала своего приемного сына в решении выучиться на юриста и сделала для этого все, что требовалось. Нэтали оплачивала счета за учебу, попутно воспитывая второго отпрыска и работая на двух работах. До совершеннолетия Джио, Нэтали жила с мальчиками, после уехала, приказав смотреть за младшим и велела быть на связи. Всегда. Прошло много лет и Джио всегда звонит Нэтали после судебных заседаний. Это стало некой традицией: выйдя из областного суда, парень с улыбкой на лице рассказывал о процессе и выигрыше в делах. Были и проигрыши. Но в таких случаях Гукк говорила одно: «Ты не должен занижать свои способности после этого. Твоя любовь к работе — лучшая мотивация идти дальше.» *** Казалось, что воздух стал еще жарче. На улицах практически отсутствовал народ и одна фигура Джио передвигалась по тротуару. По традиции он позвонил Нэтали. — ...в конце концов, я оправдал этого мужчину. У него было железное алиби. Он лишь находился в своем кабинете, когда его босса убили в соседнем. — Увлеченно рассказывал молодой адвокат своей опекунше. — Снова успех и снова опыт. Очень рада, что ты защищаешь тех, кто в этом нуждается. — Даже через телефонный разговор можно было понять, что Нэтали улыбалась. — Кстати, — Парень прервал беседу, — ты же помнишь, что сегодня годовщина смерти наших с Диззи родителей? — Да, я помню, дорогой. Это будто произошло вчера.. — Резко радостный тон женщины сменился на скорбь. — Я куплю цветы, и мы сегодня вместе поедем на могилу. Пойдет? — Джио посмотрел на небо все еще разговаривая. — Было бы здорово! По традиции, шесть хризантем. Хотя, зачем я напоминаю? Ты и так все прекрасно помнишь. — Нэтали засмеялась и оживилась. Хризантемы — это те цветы, которые всегда присутствовали около дома семьи Бойд. При жизни хранительница очага с особым трепетом ухаживала за цветами, но после смерти уже было некому до них дела. Конечно, Джио и Нэтали пытались ухаживать как это делала мать, но времени из-за свалившихся дел так и не хватило. Паренек продолжил бродить по улицам. Пройдя мимо магазинов виднелся цветочный. Джио всегда покупал там цветы по такому случаю. Владелица магазина его прекрасно знала, как того самого парня, приобретавшего шесть хризантем, хоть их встречи были редки. По приходу на место было необычайно тихо. Около цветов обычно суетливо бегала флорист, делая свою работу. Неужели внезапный обеденный перерыв? Решили закрыться раньше времени по техническим причинам? Та женщина ушла? Долго гадать не пришлось. Из служебного выхода вышла девушка, прежде которую Джио не видел: лицо незнакомки было уставшим, русые локоны лежали на ее бледных плечах, а сама она была одета в бежевое платье без рукавов. — Вам что-то подсказать? — Спросила та первой. — Будьте добры, шесть хризантем. — Молодой человек взглянул на нужные цветы, затем снова на девушку. Флорист подошла к хризантемам, и, слегка нагнувшись, начала неспеша брать один цветок за другим в свои бледные руки. Ее руки, а точнее, предплечья были в гематомах. Джио не предал этому значения, потому что мог подумать о том, что она могла просто случайно удариться и это вполне естественно. Затем девица положила цветы на столик и с улыбкой посмотрела на покупателя, вновь спросив: — Вам упаковать их? Или замотать лентой? — После ее слов последовала неловкая тишина. — Ленту, пожалуйста. Белого цвета. — Незамедлительно ответил тот. Русоволосая кивнула на его пожелания и принялась искать белую ленту среди других цветных. Движения девушки были плавными и робкими, будто бы у нее не было право на ошибку. Джио внимательно наблюдал за ее действиями и, все же, вновь взглянул на предплечья. Было некрасиво смотреть на все это, ибо возможно, девушка могла смутиться. Но она была увлечена цветами и лентой. — Пожалуйста, мистер. С вас шесть долларов. — Робко произнесла та, протянув букет белокурому. Даже показалось, что девушка улыбнулась. — Благодарю вас! — Джио слегка улыбнулся, протянув купюру в шесть зеленых и аккуратно взял цветы. Покидая цветочный магазин парень все не мог выбросить из головы образ незнакомки. Была ли это влюбленность с его стороны? Скорее, мимолетный интерес, который со временем забудется. Да и Джио как-то в мыслях поругал себя, что так пристально смотрел на ее, будто чересчур любопытный ребенок. Была еще одна задача, о которой герой не упоминал в телефонном разговоре — уговорить брата поехать с мачехой. Почему так? Нэтали прекрасно знала, что нужно это делать каждый раз без всяких просьб и всегда знала, что Диззио тяжело далась потеря родителей. Смотря со стороны покажется, что его заставляют. Но в какой-то момент Бойд младший признался, что ему больно видеть надгробия своих родителей, даже спустя много лет.