Покушение на...

Прошло уже два дня. Гарри пытался копаться в документах, но всё чаще ловил себя на том, что копается в собственных мыслях. Часть его очень хотела поддаться искушению. Попробовать эти губы на вкус снова, затеряться в его объятиях, впитывая тепло, возможно, зайти дальше, куда бы этот путь не вёл. Но разум ограничивал его до простых бесед, сопровождаемых слабоалкогольными напитками. Потому что нельзя так. Нельзя так привязываться к человеку, со столь сомнительным прошлым и настоящим, нельзя привязываться к человеку, которому и доверять-то не следует. Нельзя, Гарри, быть блядским животным, живущим инстинктами, когда на кону многие жизни. Но так хочется. В таких условиях даже обидно, что Малфой не даёт ему повода забить на доводы рассудка. - Поттер, очнись, - Гарри вышел из раздумий от щелчков пальцев перед носом. - В последнее время ты слишком часто выпадаешь из реальности. - Да, прости. Задумался, - Гарри хлебнул пива. Чёрт, это точно слабоалкогольный напиток? Гарри взглянул на этикетку. Ну конечно, вымороженный стаут*. Эй, вселенная, это намёк какой-то? - С каких пор пиво по градусу как вино стали разливать? - Всегда? - Ну да. Случайно перепутали 4 и 14 в процессе варки. - Поттер, ты что волнуешься за моё поведение в более нетрезвом состоянии? - Малфой наигранно подмигнул. - Неважно, как ты будешь себя вести, пока у меня есть палочка, - Гарри ухмыльнулся. - Тогда, может, ты опасаешься за своё собственное поведение? - хитрая улыбка. - В таком случае тебе никакая палочка не поможет. Да уж, всё-таки выдержки обходить эту тему Малфою хватило ненадолго. Гарри лишь бросил в ответ насмешливый взгляд, пытаясь высмеивать "шутку", которая для него самого была правдой. Кто бы мог подумать, что поводом умерить пьянство станут опасения оказаться в постели с подозреваемым. - Ты смог дать себе ответ? - Ты уверен, что сейчас время об этом говорить? - А почему нет? - блондин пододвинулся ближе. - Если вопрос в моём мудачестве, то, как мне кажется, мы уже достаточно долго находимся под одной крышей. Да, срок не столь велик, но если бы я был всё ещё тем, кем ты меня считал долгие годы, это бы уже проявилось, учитывая, что я действительно им был с обострением на тебя. По поводу недоверия, - Малфой медленно потянулся к карману с волшебной палочкой, достал её и вложил Гарри в руку, направляя себе в грудь. - Ты можешь в любой момент меня остановить. Я не смогу причинить тебе никакого вреда. Гарри смотрел как зачарованный на кончик палочки, уткнувшийся в невидимую под тканью кожу и не шевелился. В этом моменте было что-то чистое и откровенное. И в тоже время он будто слышал шёпот змея. - Ну а если дело в ней, то я действительно ничего не могу сделать. Гарри понял, о чём он. Его чувства к Джинни. Как бы он ни старался забыть, это был главный аргумент против. Ведь всё это является определённой им самим точкой невозврата. И вопрос в том, готов ли он потерять свои надежды. Но она не вернётся. Грёбаный голос разума как будто специально в любом вопросе высказывал противоположное сердцу мнение. Блядство. Но Гарри и сам понимал это. Он не способен измениться ради неё, а она не способна ради него смириться. Так может, к чёрту надеяться? Зачем зацикливаться на одном человеке, пусть даже их столь многое связывает. Он уже подошёл к незримой черте вплотную. Ну так к чёрту всё. Пусть горит всё синим пламенем, даже если сам Гарри рискует обжечься. Лучше так, чем возвращаться к псевдожизни с апатией, сменяемой лишь пьяным угаром. Гарри потянулся вперёд, прикрыв глаза. Горячее дыхание медленно перешло в мокрые касания и хмельной вкус. На секунду Гарри испугался, что Малфой в своей былой манере рассмеётся, назовёт Гарри педиком, которого так легко провести. Но как только аврор почувствовал руки, медленно скользящие по бокам в поисках контакта с кожей, почувствовал горячий язык, мазнувший по губам, он понял, насколько глупо сейчас думать о подобном. Гарри убрал палочку, чтобы полностью освобождёнными руками обвить Малфоя. Мозг начал мутнеть. Поцелуй стал глубже и агрессивнее. Но попытки прижаться сильней только мешают. - Эй, потише, - Малфой шепчет, едва оторвавшись от губ. - Куда ты так торопишься? - в вопросе слышится улыбка, а руки скользнули под майку, самыми кончиками пальцев проходясь по мышцам, распаляя. Он мазнул губами по мочке уха. - Я на всякий случай спрошу: насколько далеко ты планируешь зайти? - Плевать. - Ты же понимаешь, что снизу буду не я? - Плевать. И Малфой снова прижался губами к губам. А Гарри не понимал себя самого. Его настолько завели эти нехитрые действия: поцелуй, мягкие прикосновения, почти мурлычущий шёпот. Остаётся лишь надеяться, что Гарри не пожалеет об этом, но это не то, о чём стоит думать сейчас. Сейчас ему абсолютно плевать на последствия. Он даже не уверен, испытывал ли столь острое желание когда-либо в своей жизни. Малфой толкнул Гарри в грудь, заставив лечь на диван. Он поддел край футболки, намекая на необходимое действие, которое Гарри послушно исполнил. Гарри ощущал, как пылают его щёки и какими быстрыми стали дыхание и сердцебиение, но сейчас он увидел, что в своей несдержанности вовсе не одинок. От аристократической выдержки не осталось и следа: шальной взгляд, почти нездоровый румянец, покрывающий даже шею, покрасневшие губы, приоткрытые в попытке надышаться перед новым забегом. - А я и не подозревал, насколько ты горяч, - Малфой ведёт большим пальцем по подтянутому животу. - Хватит пиздеть, - Гарри притягивает блондина за ворот майки и втягивает в новый поцелуй. Твою мать, это состояние даже бесит! Какого чёрта этот мудак вызывает такие чувства? Малфой отстраняется на пару мгновений лишь чтобы избавиться от верхней части одежды и приближается снова. Он помечает шею укусами и поцелуями, спускается к ключицам и груди, параллельно запуская руку под резинку штанов и белья. Одного прикосновения хватило, чтобы Гарри почти завыл, сдерживаемый лишь закушенной губой. А Малфой лишь снова усмехается. Да поняли все, что выдержки у тебя больше, сделай что-нибудь! Но блондин продолжает лишь легко касаться изнывающего члена и выводить знаки языком на груди и животе. Гарри не выдерживает и сам тянет руку в трусы. - Не терпится? - ухмыляющийся ублюдок. Так и хочется заехать ему по роже. Но лишь до тех пор, пока Малфой не приспускает штаны с бельём и не проходится жадно языком по всей длине. Дыхание захватывает. Сейчас этого придурка хочется короновать. Гарри запускает пальцы ему в волосы. Малфой берёт в рот головку, щекоча уретру языком. Аврор пытается насадить его глубже, но блондин перехватывает его руки. Он заглатывает медленно, мастерски орудуя языком. Кажется, можно кончить от пары движений. Блондин выпускает член изо рта и снова заглатывает. Медленно. Так медленно, что мышцы начинает сводить, а бёдра сами толкаются вперёд. Видимо, устав мучать аврора, Малфой прибавил скорости, обхватив основание ладонью. Стоило только взглянуть на блондина, обхватывающего его собственный член покрасневшими губами, разве что по-блядски не причмокивающего, как мысли выбило из головы. Стоны вырываются сами собой, пока по телу волнами проходится острое удовольствие, заставляя мышцы то напрягаться, то расслабляться, пока всё окончательно не заполонило ощущение расслабленности с периодически возникающими мурашками. - А ты быстро, - Гарри поднял взгляд на Малфоя, утирающего белёсую жидкость тыльной стороной ладони с уголка губ. - Чёрт, прости. Просто, - Гарри замялся. - Ты же вроде говорил, что не делал минет раньше. - Я соврал, - он стянул с Гарри остатки одежды. - Хорёк. Блондин лишь ухмыльнулся. Он дотянулся до только что стянутых штанов и выудил палочку из кармана. Гарри дёрнулся. - Тише, лишь простое заклинание, которое нам поможет, - он успел пробормотать что-то и Гарри почувствовал холодную влажность в заднице. Малфой сразу же отложил палочку. - Всего лишь очищение и смазка. Даже с чужой палочкой работает без проблем. Он, закинув ногу Гарри себе на плечо. Аврор, конечно, не питал иллюзий, что всё закончится минетом, но сейчас осознал, что именно должно случиться. Малфой одной рукой накрыл опавший член, а пальцами второй начал массировать колечко мышц. Попробовал протолкнуть один палец на пробу, но Гарри весь зажался от этого вторжения. Блондин наклонился к уху аврора: - Расслабься, - прошептал он, нежно целуя висок. - Легко сказать. Малфой увлёк Гарри в поцелуй и протолкнул палец чуть глубже, разглаживая мышцы изнутри. Немного выждав добавил второй. - Чёрт подери, это странно, - прошипел Гарри. - Просто расслабься, иначе будет больно, - Малфой покрывал шею аврора мягкими поцелуями, пока тот старался привыкнуть к ощущениям. Вот уже добавился третий палец. Немного не так он себе представлял горячий полупьяный секс с Малфоем. Чувство растянутости провоцировало сжаться, а вовсе не наоборот. Даже рука Малфоя, массирующая член, не помогала. Может закончить всё и к чёрту его? Ну нет уж. Раз взялся - доводи до конца. Гарри постарался расслабиться. Он даже вспомнил эти чёртовы дыхательные техники от Гермионы. Получилось ровно до того момента, когда Гарри почувствовал нечто отличное от пальцев. Малфой вошёл плавным движением на половину, от чего Гарри пришлось зажать рот. Блондин нежно погладил его по голове. Гарри вспомнил что-то про зрительный контакт и его пользу и открыл глаза. Он никогда не видел Малфоя таким. Доверительный извиняющийся взгляд, жаркое дыхание на приоткрытых губах, растрёпанный, открытый. От былой высокородной масти не осталось и следа. Гарри точно знаком с этим парнем? Ему точно это не снится или он не ловит галлюцинации? Он протянул руку к этому покрасневшему лицу, коснулся щеки. Горячая нежная кожа. Реальная. - Ты на меня так смотришь, что я сам начинаю сомневаться, не замешаны ли здесь чары. - Ты стал каким-то слишком разговорчивым. - Ну, знаешь ли, не каждый день оказываешься в постели с национальным героем. Мало ли, тебе что-то не понравится, а меня за это в Азкабан, - Гарри улыбнулся и притянул Малфоя к себе. Лёгкий поцелуй в край губ и шёпот: - Долго ещё тупить будешь? Малфой без лишних вопросов слегка отстранился, устраиваясь поудобней и приподняв ноги Гарри выше. Аврор же отметил, что блондину определённо идёт эта шальная улыбка. Пробное плавное движение вперёд-назад уже не доставляло такого дискомфорта. Но и особого удовольствия нет. Видимо, Малфой это тоже отметил. Он придвинулся ближе, поднимая таз Гарри, изменяя угол. Снова пробный толчок. Снова смена угла. Снова пробный. Гарри негромко охнул от неожиданности, а Малфой, достигнув цели, начал набирать темп. Каждое движение отдавалось волнами, а опавший после минета член начал наполняться кровью. Блондин увеличил амплитуду, вдалбливаясь с большей силой, а каждое движение отдавалось дрожью в конечностях Гарри. Голова абсолютно опустела, два противоположных желания - остановить Малфоя и молить не останавливаться - смешались в единый клубок, пульсирующий внизу живота. Гарри зажмурился, чувствуя, что ощущения уже скачут у пика напряжения, схватился за член в яростной попытке удержаться на вершине. Ещё чуть-чуть. Резче. Глубже. Больше. Не останавливаться. Он приоткрыл глаза. На лице Малфоя почти звериный оскал, глаза горят, будто фитили бомбы где-то внутри, что вот-вот взорвётся. И где-то на краю сознания проскользнувшая мысль, что Гарри вовсе не против быть съеденным этим зверем. Гарри накрыло вспышкой. Та самая бомба будто взорвалась внутри него самого, сметая взрывной волной все детали, взамен заполняя концентрированным наслаждением и оседая усталостью на внутренней стороне кожи. Гарри не сразу заметил, что Малфой навалился на него тяжело дыша. Лишь когда в голове прояснилось он обратил внимание на тяжесть на собственном теле и влажность в непривычном месте. Безумно клонит в сон, но: - Нужно в душ. Тело на нём не пошевелилось. Только лёгкие поглаживания бедра Гарри пальцами выдавали, что блондин не уснул. - Малфой, ты слышишь меня? - Гарри похлопал парня по спине. - Может, вместе? - он поднял голову, довольным кошачьим прищуром смотря Гарри в глаза. - Я тебя посажу за домогательства, - Гарри скинул с себя смеющегося блондина, соскальзывая с дивана. Он направился к лестнице, даже не удосужившись поднять одежду: никуда не денется, завтра заберёт. - Доброй ночи, Гарри, - аврор обернулся. Лицо бывшего слизеринца снова начало проявлять маску холодности и отрешённости. Но лишь начало, с него ещё не успел сойти румянец и отблеск той довольной улыбки. - Доброй ночи, Драко. Гарри проснулся достаточно рано и, к его удивлению, бодрым и выспавшимся. Давно такого с ним не было. Обычно даже в самые спокойные ночи в сновидениях проскакивали хотя бы мельком тревожные образы. Но не сегодня. Может, действительно какие-то чары. А может, Гермиона всё-таки была права с её вечным аргументом, мол, со временем станет лучше. Время лечит. Может и так. В любом случае, сейчас это не так важно. Куда важнее разобраться, что же происходит. Гарри только сейчас осознал, что давно не слышал новостей от Гермионы или от Валери. После неудавшегося нападения на Министерство всё затихло. Даже последние дела оказывались либо пустышкой, либо хрен пойми чем, максимум относящимся к требуемым ингредиентам, которые всё ещё были неизвестны. Да и для чего толком тоже не понятно. Гарри оценил стопку "возможно относится", в которую отнёс все дела, которые казались ему подозрительными. Башенка получилась внушительная. Достаточно, чтобы с таким объёмом неизвестных и известных значений вместо лаконичной системы уравнений получилось психическое расстройство в попытке сложить всё в кучку. Гарри выудил пальцами предмет с цепочкой, завалявшийся между папок. Феникс. Подарок от Джинни. Гарри обратил внимание, что воспринял его на этот раз куда спокойней. Он переступил черту. Прости, Джинни. Он опустил кулон в карман и спустился вниз. Внизу пусто. И не удивительно: часы показывают девять утра, а закончили они почти в три. Гарри обратил внимание на несколько белёсых пятнышек на диване. Щёки запылали и Гарри без лишних слов махнул палочкой, приводя диван в чистый вид. Возможно, он свыкнется с этими воспоминаниями и перестанет покрываться румянцем, но, видимо, на это тоже нужно грёбанное время. Зайдя на кухню, Гарри понял, что чертовски хочет кофе. И насколько Гарри помнил, где-то в этом доме кофе должен быть. Он быстро отыскал заветную баночку, тщетно притаившуюся в глубине настенного шкафчика за специями. В шкафчике с посудой нашлась турка. Побольше ложек кофе, чтобы аж зубы от крепости сводило, заварить и подавать горячим - вот рецепт идеального завтрака для настоящего (возможно, немного отбитого) аврора. Гарри наполнил чашку и отвернулся только чтобы сполоснуть турку, оставив её на столе. - Доброе утро! Повернувшись, Гарри увидел довольную белобрысую башку, уже попивающую его кофе. Как он умеет быть таким быстрым и тихим? Видимо, пора возвращать вечерние тренировки. - Ты же понимаешь, что я варил его не тебе? - Само собой. Гарри, вздохнув, достал вторую чашку, снова наполнил турку и поставил её на плиту. - Как спалось? - Ты же очевидно не об этом хотел поговорить? - Ну, само собой, но нужно же как-то начать. Как не удивительно, но Гарри сейчас вовсе не краснел, вспоминая ночь. Амулет в кармане прибавил в температуре, а чутьё подсказывало, что что-то не так. - Поттер, ты теперь меня просто игнорировать будешь? - Замолчи. Гарри прислушался. Никаких посторонних звуков, только шелест листвы. Аврор выглянул в окно. Барьеры Гермионы не могли пасть, это значит, что здесь всё ещё безопасно. Но что-то не давало покоя. Гарри выключил газ и наконец понял. Едва различимые голоса. Гарри выскочил в гостиную. В траве почти до пояса у самой границы невидимого барьера стояли трое в плащах с накинутыми капюшонами, скрывающими их лица тенью. Все трое держали палочки в вытянутых руках. Все трое направляли их в сторону дома. Гарри на всякий случай укрылся за стеной. Один из пришельцев провёл лёгким движением рассёк воздух, образовав искрящийся и дёргающийся, повисший прямо в воздухе контур. Дыра в защитном барьере. - Твою мать.