Когда цветет Ликорис

Открыть глаза получилось далеко не с первой попытки, но когда я все же это сделала — тут же зажмурилась, ибо слишком яркие солнечные лучи падали из незашторенного окна прямо на мое лицо. Простонав нечто нечленораздельное, я отвернулась и смогла таки оглядеться. Результат мне не понравился. Ой, как не понравился… Белые стены, пара пустых коек передо мной, капельница рядом с кроватью… Я находилась в больнице. Это уже плохо. Вспоминая, как меня отделали, подозреваю, что счет за лечение будет достаточно большим. А еще будет совсем нехорошо, если ему все уже доложили. Хотя, по-другому и быть не может… Кстати, а как я здесь оказалась? В голове пронеслись последние воспоминания: котенок, банда, мотоциклы, переход, хулиган, что чуть меня не задавил… Точно! Я ведь отключилась на пешеходном переходе рядом с тем парнем. Это он привез меня в больницу? Что ж, логично. Подозреваю, что ему проще было потратить бензин до ближайшей клиники, нежели становиться свидетелем того, как незнакомая девка подыхает на асфальте. Надо будет поблагодарить при встрече, пусть это и маловероятно. Застрянув в своих мыслях, я не сразу заметила медсестру, зашедшую в палату, но она быстро обозначила себя. — Привет! Наконец-то ты пришла в себя… м-м-м… Харада Юки, верно? — Да. — я подняла глаза, увидев перед собой высокую женщину средних лет с русыми волосами, завязанными в аккуратный пучок. Белый халат, ручка в переднем кармане, шапочка — все было при ней. Я всегда не любила больницы и все, что с ними связано, но к этой особе неприязни не было, что показалось мне странным. Она оглядывала меня пытливым взглядом, после таки продолжив разговор. — Где ж ты так покалечиться умудрилась, Юки-чан? А вот и первый звоночек. Мне было прекрасно известно, что все слова, произнесенные мной, будут переданы третьим лицам, поэтому надо придумать что-то, что может случиться с каждым. И нет, о драке я рассказывать не собиралась. Но кроме нее в голову лез только котенок и мотоциклы… Стоп. — Я упала с мотоцикла, — медсестра проверяла капельницу, когда я, наконец, соизволила ответить. Взглянула на меня с удивлением. — «Упала с мотоцикла»? — переспросила она. — Да. А что, такое разве для Вас в новинку? — Нет, конечно, но такая маленькая девочка и на мотоцикле… — она неопределенно повела плечами. Я, сложив руки на груди, испытывающе на нее уставилась. Отступать уже было поздно, да я и не привыкла этого делать. По крайней мере, не в своем вранье так уж точно. — Я маленькая только ростом, а на мотоцикл села впервые, вот и упала. Слишком сильно надавила на газ и на повороте потеряла управление. — Ну, что ж… А тот юноша, что принес тебя? — я выгнула бровь. Полуночник? — Кто он, если не секрет? — и медсетра очаровательно улыбнулась. Но столь нагло выпытывать из меня информацию… — Мой друг, — не моргнув и глазом, соврала я. — Ясненько. Что ж, все с тобой будет в порядке, можешь не волноваться…! — Я и не волновалась. — перебила я, наблюдая за тем, как ее улыбка начинает становиться более натянутой. — Д-да… — и женщина почти вышла из палаты, как вдруг резко остановилась и снова повернулась ко мне. — Чуть не забыла! За дверями ждал твой отец. Он тут уже пару часов, позвать его? — Отчим. — от моего резко потемневшего взгляда медсестра недоуменно нахмурилась. — Хорошо, отчим так отчим. Позвать? Ой, не хотелось мне видеть его рожу сейчас… очень не хотелось. Но ничего не поделаешь. Будет подозрительно, если я откажусь. — Зовите. *** Когда в палату вошел грузный мужчина лет сорока, я напряглась всем телом. Однако безразличное выражение лица пришлось сохранить, хотя бы ради того, чтобы медсестра ничего не заподозрила. Она оставила нас наедине, сказав только, чтобы разговор наш продолжался недолго, ибо мне нужно больше отдыхать. Хотя куда уж больше — по календарю, висевшему на противоположной стене, было уже 14 число. А это означало, что проспала я почти день. — Так-так-так… — протянул мужчина, оглядывая меня с ног до головы. От подобного цепкого взгляда мурашки пробежались по спине. — Я, конечно, знал, что ты та еще оторва, но чтобы в уличные драки лезть!.. Джиро Судзуки. Второй муж моей покойной матери, за которого она вышла из-за большой нужды в крыше над головой. Он обещал ей золотые горы, первое время считал меня чуть ли не самым прекрасным ребенком на свете, но потом, когда их отношения перешли в разряд «бытовухи», и мать стала никому не нужной шлюхой, и я превратилась в грушу для битья.  Он напивался до беспамятства и начинал гонять нас по всему кварталу, пока в один не очень хороший, дождливый день все не пошло наперекосяк. Защищая меня, мать встала у него на пути и он вытолкнул ее в открытое окно. Седьмой этаж. Она разбилась насмерть.  Уж как он смог вывернуть все в свою пользу, чтобы суд признал случившееся суицидом — я не знаю, но до сих пор искренне желаю ему самой мучительной смерти, которую только можно себе представить. — Я упала с мотоцикла. — тихо ответила я, переведя взгляд на окно и медленно заходящее солнце. «Повезло» же очнуться ближе к вечеру. Что мне ночью делать? — Че за чушь ты мне втираешь? Ты боишься мотоциклов с детства. Или я не прав? Прав-то прав, но вот только рассказывать ему о байкере и тех парнях я не намерена. Этот псих способен на все, у него давно с головой не все в порядке. И как только до сих пор из полиции не выгнали… — Решила начать бороться со страхом. Как видишь — неудачно. — Пф-ф!.. Да такой никчемной шлюшке, как ты, уже ничего не поможет! Я сжала зубы. Лучше стерпеть. Иначе черт его знает, что случится. — Кста-а-ати, Юки… — я медленно перевела на него взгляд. Джиро широко улыбался, держа в руках небольшую бумажку. Только не говорите мне, что… — На тебя такой большой счет поступил, что я до сих пор диву даюсь! Как же ты его оплачивать будешь, а?.. — он вновь оглядел меня с ног до головы, задержав взгляд на вырезе больничной сорочки. — Раздевайся. Сердце быстро забилось о грудную клетку. Я сжала одеяло в кулаках. Ну, уж нет. Только не здесь… —  Я закричу. — Да-а? Тогда добро пожаловать в больничку с мягкими стенами, дорогуша. Она примет тебя с распростертыми объятиями! Поверь, для меня не так уж сложно тебя туда отправить. Бедняжка Юки, сошла с ума после трагичной смерти матери… Я сжала зубы. Черт… черт, черт, черт!.. Какого хрена сюда никто не заходит?! Но, словно услышав мои мысли, в палату заглянула та самая медсестра. — Извините, если помешала, но время посещений закончилось. Юки-чан пора отдыхать! — О, конечно, — любезно отозвался Джиро, подмигнув вмиг раскрасневшейся женщине, — Буквально минута! — Я жду Вас в коридоре! Когда медсестра вышла, отчим вновь посмотрел на меня. — На этот раз тебе повезло. Но, уверяю, я еще не раз приду навестить тебя, Юки. До скорого. Когда Судзуки подошел к дверям, точно как та женщина остановился, но не стал оборачиваться. — Ах, да… Тот пацан. — пацан? Он о Полуночнике? — Кто он? — Просто прохожий. — Прохожий, значит… Если снова увижу его возле тебя — ты знаешь, что случится. Уверяю, в противном случае я это так не оставлю. Когда за ним захлопнулась дверь, я выдохнула, с удивлением отметив, что все это время почти задерживала дыхание. Откинувшись на подушки, уставилась в потолок. Что ж, благодарности отменяются, блондинчик. Иначе будет худо не только мне, но и тебе… *** Пол конец первой недели в больнице я стала чувствовать себя более менее здоровым человеком. Ну, как «здоровым»… Хотя бы ходить могла без варианта встретиться носом с землей-матушкой — уже хорошо. Заняться здесь было абсолютно нечем, так что я доставала разговорами медсестер и лечащего врача, который настолько заколебался, что уже подумывал отдать меня кому-нибудь другому. Мне-то все равно, кто меня будет лечить, а вот он вскоре начнет запивать свое горе (в моем лице). Джиро, хвала Богам, за эту неделю ни разу не появился. Только завибрировал телефон через два дня после того разговора. Это было смс от него, в котором говорилось, что на работе внезапно завал и он «очень извиняется, что не сможет заглянуть к своей любимой падчерице». Но да я лишь вздохнула со спокойной душой. Правда, оставалось кое-что, что требовало буквально все мое внимание: до выписки осталось не так уж долго, завал в участке когда-нибудь закончится и мне придется вернуться в ту самую квартиру… Другого дома у меня не было, так что морально я давно приготовилась «оплачивать долг», но хотелось еще «поплавать на поверхности», перед возвращением на самое дно. Так что, как только я уверилась в крепости своих ног — сбежала из больницы. И все же… надо найти того парня. Не привыкла я ходить в должницах. *** Сибуя, по правде говоря, не отличалась спокойствием. Как в ночное, так и в дневное время суток. Жизнь в этом районе кипела, люди спешили по своим делам и окружающим было абсолютно все равно на перебинтованную девушку сравнительно небольшого роста, которая брела, казалось бы, куда глаза глядят. Да, эта местная «мумия» — я. Стащить у медсестры пару пачек бинтов не составило труда, так что я привычно обмотала руки и ноги, двинувшись в путь. Хотя, честно говоря, не имела ни малейшего понятия, где искать этого Полуночника… Я ведь даже имени его не знала. А могла бы, если бы не мое упрямство в ту ночь!.. Поэтому, я решила просто дойти до того самого пешеходного перехода и, авось, он снова здесь появится. Тем более, рядом была установлена симпатичная лавочка, где я и устроилась. Но прошел час, два, три, четыре… хотелось есть, денег в моем кошельке почти нет, вряд ли даже на проезд хватит, так что про обед можно было забыть. Сидеть я устала, так что встала и начала нарезать круги вокруг лавочки. Прохожие подозрительно косились на мою скучающую светлость, но ничего не предпринимали. И слава Богу. Не хватало еще, чтобы меня в участок замели. Тогда встречи с отчимом было бы не избежать. В конечном итоге вновь плюхнувшись на лавочку, я прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Дурацкая была идея. Совершенно дурацкая. И когда я такой отбитой на голову стала? Может, те уроды что-то в мозгу повредили? С такими мыслями я постепенно задремала. *** — Ты погляди, Кенчик! Какая встреча. Да тебе  походу, нравится, когда я тебя в бессознанке по больницам таскаю!.. Я приоткрыла глаза. Прямо в лицо светил фонарь. Неужели починили? Браво. Но чей это голос? — И кто эта девка? — Та, из-за кого я на прошлое собрание опоздал. Подскочила я только так. Перед лавочкой, на которой я разлеглась аки местный бомжик, стояли два парня — один высокий, что мне пришлось задрать голову, чтобы взглянуть в его лицо, а другой много ниже. И вот второй был мне смутно знаком. — Погодите… ЭТО ТЫ!..