Когда цветет Ликорис

— …Почему? Майки взял меня за ворот, приблизив к себе. — Ответь мне, ПОЧЕМУ?!.. Я лишь могла лишь молча смотреть на его взбешенное лицо. В голове было абсолютно пусто. Кинула взгляд на Дракена. Он продолжал сидеть на полу, точно таким же отсутствующим взглядом смотря в ответ. Если Майки быстро пришел в себя, Кену требовалось какое-то время, чтобы понять, что это не розыгрыш, а самая что ни на есть реальность. Майки отпустил меня и отошел на шаг назад. Дракен встал на ноги, рядом с ним. — Расскажи обо всем. С самого начала. — сказал он, положив ладонь на плечо Сано. Видимо, чтобы тот не сорвался. — Я не… — пролепетала я. А что теперь рассказывать? — Я ХОЧУ ЗНАТЬ ВСЕ!.. — Майки, до сего момента гневно смотря в пол, подняв голову и впился пылающим взглядом в меня, — Я найду эту конченную мразь и…! — Вот поэтому! — не сдержалась. Сорвалась на крик, — Поэтому я молчала! Потому что вы бы пошли меня защищать!.. — Ты ебнулась, Харада?! — рявкнул Дракен, — Хочешь сказать, что тебя спасать не надо?! — Я…! — Этот выблядок изнасиловал тебя!.. Я уставилась на него самым тяжелым взглядом из своего арсенала и промолчала. В какой-то степени он был умоляющим. Почему? Почему это происходит? Именно сейчас, именно со мной… — Не один раз. — обманчиво спокойно продолжил Майки, сжимая кулаки, — Это было не один раз. — Майки… — Это ведь продолжается по сей день? Поэтому ты ненавидела возвращаться домой, поэтому ходила с синяками на теле? Вздрагивала каждый раз, когда до тебя дотрагивались? Я молчала. Он попадал в яблочко каждым словом. И прекрасно это знал. Так что даже моего подтверждения не требовалось. — У меня только один вопрос в голове, — Кен все еще смотрел будто сквозь меня непонимающим взглядом. Видимо, его это сильно поразило, — Какого, блять, черта ты ничего не говорила? Ни нам, ни кому бы то еще. — Это мой… способ защитить вас. — Что за чушь ты городишь? Я тяжело вздохнула. Это конец. Титры. А в титрах рассказывается, как что происходило на самом деле. Теперь мне просто следует поступить также… — Он полицейский. Если бы он узнал о вас, вы бы уже давно гнили в тюрьме. А если бы пошли спасать меня — скорее всего, вас бы уже не было… — Ты, что, дура? Как бы он это сделал? — Дракен схватил меня за плечо. Не больно, но крепко. Создавалось впечатление, что он думал, будто я сейчас растворюсь в воздухе и все это окажется его сном. Увы. — Сделал бы. Потому что такое уже было. Майки нахмурился. Он ждал объяснений не меньше Дракена. Если не больше. — …Он убил мою мать, вытолкнув ее в окно на моих глазах. А дело быстренько перекроили в самоубийство и закрыли. А я о вас же, придурках, беспокоилась! Она умерла, защищая меня! И я не хотела, чтобы вы закончили также!.. Поэтому я…! — Юки-чи… — начал Манджиро, — Ты считаешь нас настолько слабыми? — Я не… — Думаешь, что мы не в состоянии защитить тех, кто нам дорог? Он подошел ближе. И взял меня за руку, переплетя наши пальцы. Я смотрела на этот замочек как на нечто, чего никогда в жизни не видела. Сердце заходилось от бешеного ритма, норовя выпрыгнуть из груди. Уже не представляю, от чего конкретно. — Знаешь, для чего создавались Свастоны? Чтобы защищать. Поэтому сейчас ты собираешь свои вещи и уезжаешь с Кенчиком. — Ты о чем вообще? Какие вещи? А ты… — закрутила головой я. — Шевелись, Харада — Дракен подтолкнул меня к комнат, — Через пять минут жду внизу. И без твоих очередных фокусов. — Ты чего вообще раскомандовался?! Вы серьезно думаете, что я просто так позволю вам разрушить все то, что я усердно строила столько лет?! Все мои усилия пойдут насмарку?!.. — Да. — ответил за всех Майки. И мне нечего было возразить. Рюгуджи вышел из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь. Даже не обернулся. Не знаю, как теперь себя с ним вести. Вдруг на мою голову опустилась чужая ладонь, разлохматив волосы. — Бывают моменты, когда нужно просто слепо довериться. — сказал Сано, убирая руку. Он крепче сжал наши переплетенные пальцы. — Но.! — Я спасу тебя, Юки-чи. — …Почему? — только и смогла вымолвить я. — Потом расскажу! — он вдруг улыбнулся и подтолкнул меня к двери, — Уходите. А я покончу со всеми твоими проблемами. В груди теплилось чувство, что я поступаю правильно. Что собираю в рюкзак вещи, что оставляю Майки в квартире, что сажусь на байк за спину Кена и не спрашиваю, куда именно он меня везет. Не знаю, почему все так сложилось. И не представляю, чем может закончиться. Мне страшно. По-настоящему страшно. *** Дракен привез меня к знакомому дому в старом японском стиле. Из ворот выбежала Эма. — Наконец-то! Я вас заждалась. Дедуля сказал, что из-за погоды еще на несколько дней задержится в Киото, так что дома пусто. — увидев потерянную меня, она взяла под локоть и повела в дом, — Идем, Юки-чан. Обернувшись, я встретилась глазами с Кеном. Он долго всматривался в мое лицо, сжимая ручки мотоцикла с такой силой, что костяшки белели на глазах. — Все образуется. И мотоцикл взревел, тронувшись с места. Страшно… *** Майки стоял посреди гостиной в квартире Харады. И не спускал пристального взгляда с дивана. Того самого, который видел на кассете. Именно на нем ублюдок, называющий себя ее опекуном, лишил ее невинности. Резко, больно, мерзко. Долго ждать его не пришлось. Часы показывали восемь вечера, когда ключ повернулся в замке и хлопнула входная дверь квартиры. Майки напрягся. Не от страха, нет. От ярости. — Юки! Что это за шлепки? Явно не мой размер… — войдя в гостиную и обнаружив в ней Майки, Джиро замер. Портфель с документами упал на пол. — А ты кто такой??!!.. Ждать его реакции тоже долго не пришлось. С красными от гнева глазами, он скинул свой пиджак к портфелю и кинулся на Манджиро. Только малость не подумал, что преимущество не на его стороне. Первый удар пришелся по ребрам. Майки бил с особой жестокостью, но так, чтобы помучить его настолько долго, насколько у него хватит терпения. Джиро согнулся пополам, осев на пол. — С-Сученышь… Я тебя прикончу!.. — Ублюдок. — последовал еще один удар. Теперь уже в голову. Джиро откинуло на спину. Вскрикнув, он свалился тяжелой тушей. — Мразь. — снова удар. Снова под ребра. Кажется, минимум два из их уже были сломаны. — Конченный выблядок. — и снова удар. Настолько сильный, что Майки почувствовал в ноге отдачу, чего давно не ощущал, успев позабыть это чувство. — Сколько раз ты поднимал на нее руку, уебище? — удар. — Сколько раз насиловал все это время? — удар. Захлебываясь в крови, наполнившей рот, Джиро ненавидяще смотрел на Майки, не понимая, какого черта мелкий шкет сейчас избивает его ужасающими по силе ногами, словно ребенка. Его, взрослого мужчину. Полицейского. Майки опустился перед ним на корточки, сжав в руках волосы и заставив смотреть в глаза. Черные, с ноткой безумства. Нет. Скорее, безумного гнева. — Будь добр, посчитай… и в счет каждого раза я буду ломать по одной кости твоего ублюдского тела, пока ты не сдохнешь от боли и жалости к самому себе. — откинув его от себя, Манджиро со всей силы наступил на левое предплечье. Раздался недвусмысленный хруст, — Начинай… — ААААААААААААААА!.. — Джиро завопил, но Сано заткнул его очередным ударом. — Мелкий паршивец!.. Да я тебя на всю жизнь посажу, обмудок!.. — снова удар, — Кхрх!.. — Тебе бы стоило сейчас не угрожать, а молиться, чтобы я оставил тебя в живых. — АААААААААААА!!!.. — хрустнули кости плеча, на которые опустилась нога Манджиро. — Как…? — удар. — Как мне еще изувечить тебя? — удар. — Сломать все пальцы, которыми ты к ней прикасался? — откинув Джиро пинком на спину, он пяткой наступил на пару пальцев. Завизжав, словно резанная свинья, мужчина схватился на его щиколотку, но Майки быстро избавился от его слабой хватки. — Выколоть глаза, которыми ты смотрел на ее страдания? — схватил за волосы, поднеся его к своему лицу. — Вырвать твой поганый язык, которым ты говорил ей мерзости, пока насиловал? — надавил на челюсть, пока она не вылетела из сустава. Джиро завопил от боли. Из его глаз давно бежали слезы, размывая кровь — свернувшуюся и совсем свежую. Майки встал и ударил по его голове ногой со всей силы, от чего Джиро отлетел в стену, оставив в ней большую вмятину. Челюсть от удара с болезненным щелчком встала на место. Он продолжил избивать его ногами, сломал правую голень и еще пару ребер. Джиро уже почти потерял сознание, захлёбываясь в собственной крови. Майки сел возле него на корточки и схватив за волосы, поднял перед собой. — Тебе стоит быть благодарным. Если бы не она, я бы прикончил тебя. Отбросив его от себя, Сано взял из видика кассету и помахал ей перед ним. — А это я заберу с собой, чтобы ты не делал глупостей. Больше ему здесь было делать нечего. Подняв его пиджак и стерев с себя чужую кровь, Майки отбросил его в сторону и дошел до входной двери. Его шлепки были разбросаны. Но это была мелочь по сравнению с его преступлением. Собрав их вместе, Майки обулся и обернулся к Джиро. Мужчина стонал, лежа на полу своей гостиной. Через некоторое время он должен был потерять сознание. — Не смей вызывать скорую, ублюдок. Иначе я вернусь и разговор с тобой будет еще более коротким. Окинув его уничижительным взглядом, Сано покинул квартиру, куда больше никогда не хотел возвращаться. — ПРОКЛЯТЬЕ!!!.. — на последнем издыхании крикнул Джиро, сжимая кулак более менее здоровой руки, — НИКЧЕМНАЯ СУКА!.. Ты поплатишься… Джиро дополз до своего портфеля, нашел в нем телефон и набрал знакомый номер. — Есть разговор… *** Три часа. Прошло уже три часа с того момента, когда я распрощалась с Дракеном. Мокрые от купания волосы давно высохли, Эма полчаса назад, на свой страх и риск, оставила меня одну в гараже Майки, где я спряталась от всего мира, укутавшись в плед. Никаких мыслей в голове не было. Абсолютная пустота. Со мной давно такого не было. Нет, даже не припомню, чтобы вообще когда-то я испытывала такое чувство. Я сидела на диване, откинувшись на спинку, и словно ждала своего приговора. Будто сейчас должен был зайти палач и отвести меня на эшафот. Однако, не прошло и полгода, как дверь в гараж открылась. На пороге стоял не палач, а переодетый в домашнее Манджиро. С бутылкой в руке. Встретившись с ним взглядом, я замерла. — Он мертв? — все, на что меня хватило. — Нет. — Хорошо… — выдохнула я, — Это хорошо. Я не хочу, чтобы из-за меня ты брал такой грех на душу. Майки сел рядом и откупорил бутылку сакэ. — Из личных запасов дедушки. Отпив немного, он молча подал бутылку мне. Без раздумий я сделала щедрый глоток. Сакэ обожгло горло, но, кажется, именно этого мне не хватало. Чтобы что-то снова почувствовать. И я отпила еще. И еще, пока Майки не забрал у меня бутылку. — Не думала, что все так обернется. — пробормотала я, смотря перед собой. — Никто о таком не думает. — Ничего не спросишь? — А ты ответишь? — Теперь смысла что-то скрывать нет. Считай, что сейчас я перед тобой полностью обнажена. Так что… спрашивай, что хочешь. Какие-то мгновения он молчал. Видимо, пытался сложить мысли воедино. — Как долго это длилось? — Три года. — И когда мы уже были знакомы? — Да. И снова молчание. Долгое, страшное молчание. Не знаю, чего конкретно я боялась. Я просто боялась. — Почему ты так отчаянно хотела нас защитить? — Сложный вопрос… — хмыкнула я, — Наверное, потому что за столько лет вы первые отнеслись ко мне по-человечески. Первые стали близкими. Стали теми, кого мне захотелось защитить от всей грязи того мира, в котором я живу. — А ты не думала, что не только у тебя могут быть такие чувства? И снова гараж погрузился в тишину. Наконец, в голове стали крутиться мысли вокруг заданного вопроса. Но все они сводились к одному — не думала. Совсем не думала. Снова взяла бутылку и отпила сакэ. С ним было легче. Я положила голову на его плечо, тяжело вздыхая и обращая взгляд в открытое окно. — А ведь я… не знаю, ради чего вообще до сих пор живу. — усмехнувшись, прикрыла глаза, сделал очередной глоток, — У меня ничего нет: ни цели, ни мечты, ни желаний… пусто. Манджиро обнял меня за плечи, крепче прижав к себе, и устроил подбородок на моей макушке. Уютное тепло чужого тела, тишина и алкоголь совсем меня расслабили. Я сама не заметила, как слезы прочертили мокрые дорожки на щеках. Парень поймал одну из слезинок теплыми пальцами. — Если ты не знаешь, ради чего тебе жить, — я повернулась, встречаясь с ним взглядом. В темноте его глаза казались совсем черными, — То живи ради меня. Не знаю, что на меня нашло, но я поддалась вперед и накрыла его губы своими. Это было совершенно иное ощущение, нежели когда меня целовал Джиро. Губы Манджиро были теплые и мягкие, хотелось продлить этот миг безумства, но я отстранилась так же быстро, как и решилась на этот поступок. — Прости… — прошептала я, отворачиваясь в другую сторону. Накрыл стыд. — Тебе, наверное, мерзко. После всего, что ты узнал… Но не успела я договорить, как Майки пальцами нашел мой подбородок и развернул меня к себе лицом. Тут же впиваясь в губы долгим поцелуем. Он уже не был невинным прикосновением, как минутой ранее. Сано настойчиво сминал мои губы, нежно придерживая меня ладонью за затылок. Все ощущения были настолько новыми и острыми, что сердце заходилось в бешеном ритме, а от волнения вспотели ладони. Я волновалась, как в первый раз. А может… это и есть мой первый раз? Приоткрыв губы, я впустила его глубже в рот. Языки сплелись в жарком танце, делая поцелуй влажным, более интимным, развязным. Это не было ни в коем случае пошло. Мне так не казалось. Никакой прежней мерзости. Только нежность и огонь, пылающий где-то внутри. Нам обоим было мало. Я запустила пальцы в его длинные волосы, сцепила их на крепкой шее, пододвигаясь ближе. Манджиро прижал меня к себе, опуская руки на талию. Они были обжигающе горячими, но его прикосновения не приносили боли. От них лишь рождалось нечто волнительное, опускаясь в низ живота. Возбуждение. Я впервые его чувствовала. На миг оторвавшись от его губ, я отклонилась в сторону. — Майки…! Я переволновалась. Испугалась новых ощущений. Но не хотела, чтобы они бесследно исчезли. Хотелось еще. Дойти до конца. Чтобы этот огонь сладкой негой разлился по всему телу. Сано безошибочно прочитал это в моих глазах. Он усадил меня на свои бедра. Плед свалился на пол. Его сильные, горячие руки опустились на ягодицы, мягко сжав их в ладонях. Прижав его лицо к своей шее, я откинула голову назад, тихо замычав что-то неразборчивое. Было так странно, но так приятно ощущать промежностью его возбужденный член, на котором я и сидела. Майки провел губами вверх по моей шее, оставив невесомый поцелуй за ушком. Не удержавшись, я взяла его лицо в ладони и впилась в губы. Мои руки прокрались под его одежду, и я, наконец, погладила твердый торс, который ощущала лишь тогда, когда сидела за ним на мотоцикле. Все, что происходило между нами, было настолько сладко, насколько неправильно. В затуманенную алкоголем голову пришли более светлые мысли. А, что, если это все из-за выпивки? Все поцелуи, прикосновения? Все, что я чувствую? Что, если это случиться с нами, а наутро мы поймем, какую же ошибку совершили? Я посмотрела в его темные глаза. Майки остановился, взяв мою руку, оставив нежный поцелуй на ладони. Он не сводил с меня внимательного взгляда. Хотела ли я, чтобы это все закончилось прямо сейчас? Нет. Плевать, если утром я пожалею об этом. Плевать, если он скажет, что это был просто секс. На удивление, я чувствую, что делаю это даже не из-за благодарности. А потому, что хочу. Хочу его. Целиком и полностью. И я стянула с него толстовку. И вновь прильнула к красным от поцелуев губам. И позволила снять с себя футболку. Позволила расстегнуть лифчик. Позволила прикасаться к своей груди. Позволила снять с себя штаны и отбросить их в сторону. Манджиро подхватил меня под ягодицы, заставив обвить ногами торс, и отнес на кровать. Парень навис сверху. Пару секунд его черные глаза разглядывали мое лицо, а с губ срывалось тяжелое дыхание. Не знаю, о чем он думал. Как мне хотелось услышать его мысли… Хотелось узнать, что же он сейчас сделает. Он поцеловал меня в шею, спустился губами на грудь, оставил дорожку мокрых поцелуев вдоль живота. Подцепив пальцами белье, Майки стянул его. Разведя мои ноги в стороны, он окинул меня странным взглядом. В его глазах читалось огромное множество эмоций, начиная от возбуждения и заканчивая чем-то, что мне было незнакомо. — Мокрая… — он провел пальцами вдоль промежности, вызывая приятную дрожь, — Красивая… Такая нежная… — вошел в меня двумя пальцами. Я выгнулась, откинув голову, — Моя. — Ах!.. Майки!.. Он заставлял меня стонать снова и снова, двигая пальцами внутри. Задевал те места, от которых я получала наслаждение. И наблюдал. Жадно смотрел своими невыносимо черными глазами, как я извиваюсь под ним на его кровати. Впервые чувствовать такое… Так странно. И так хорошо. — М-Майки!.. Ах!.. М-м-м!.. — Что ты чувствуешь? — вдруг склонился он надо мной, — Что ты хочешь? — …Еще! — произвольно сорвалось у меня с губ, — Хочу еще!.. Хочу тебя… Ухмыльнувшись, он коротко поцеловал меня в губы и спустился вниз. Пальцы исчезли. На смену им пришел горячий язык, которым он медленно провел по складкам снизу вверх, обхватывая губами клитор. — А!.. Он мучительно медленно посасывал его, играл с ним языком, вернув пальцы в меня. Я металась на кровати, сжимала ногами голову Сано, давно растрепав его маленький хвостик. Отпрянув от меня, Майки дал отдышаться. Встав с кровати, он стянул с себя штаны вместе с бельем. Мой взгляд упал на его твердый член. Встав на ноги, я подошла вплотную, обхватывая его рукой. Он был влажный и горячий, весь в естественной смазке. Проведя вдоль него пару раз, я неуверенно опустилась на корточки. — Юки, ты… — начал Сано, но я взяла его член в рот, заставив его вздрогнуть. — Ох!.. Я не умела это делать. По сути, я практически ничего не умела в сексе. Все время моей половой жизни меня просто заставляли раздвигать ноги в разных позах. Бывали случаи, когда Джиро толкал мне в рот свой член, но мне было настолько это противно, что меня пару раз полоскало прямо посреди комнаты. Сейчас же ни вкус, ни вид мне не были противны. Как умела, как чувствовала, я посасывала мягкую головку, двигая рукой вверх-вниз. Несколько раз пыталась заглатывать его весь, но давилась и прекращала. Не знаю, правильно ли делала хоть что-то, но Майки тяжело дышал, положив руку мне на макушку, и пристально наблюдал за всем действом. — Нет, малышка, немного не так… — прошептал он, направляя мою руку туда, где ему было приятнее, — И спрячь зубы… Ох… Да… Мысленно я была благодарна, что он не высмеял меня за неумение, но помог сделать так, чтобы приятно было обоим. На удивление, мне нравилось то, что я делала. Манджиро поднял меня за подбородок вверх, впиваясь в губы. Мы в обнимку упали на кровать, не в силах оторваться друг от друга. Горячо, мокро, сладко. Чувства кружили мне голову, словно я выпила несколько бутылок высокоградусного сакэ. Все было будто бы нереально — как мы целовались, как он оторвался от губ, как развел мои ноги и как осторожно вошел. Непередаваемые ощущения. Мы прижались друг к другу и тихо застонали. Пару мгновений лежали без движения. Я впилась ногтями в спину Манджиро, он тяжело дышал мне в шею, вызывая приятные мурашки. На глаза навернулись слезы. Одна из них скатилась по щеке прямо к Майки. — Тебе больно? — тут же спросил он, приподнявшись надо мной на локтях. — Нет… — я улыбнулась, — Мне хорошо. Удостоверившись, что все в порядке, Манджиро качнул бедрами. И еще. И еще… Обхватив руками мою талию, он буквально насаживал меня на себя, наращивая темп. Каждый толчок срывал с моих губ новый стон. Он задевал то место, которое приносило больше всего удовольствия. Я ухватилась за предплечья Майки, приподнявшись на кровати. Взгляд опустился вниз. Раньше я терпеть не могла видеть, как в меня входит член, а сейчас смотрела на это совершенно по-новому. Это выглядело так эротично, так сексуально, что возбуждение накатило на меня с новой силой. Майки тоже наблюдал. За тем, как он меня трахает, и за моей реакцией. И ему нравились оба действия. Сано остановился и вышел. Без него внутри оказалось неприятно пусто. Не сговариваясь, мы сменили позу. Я легла на живот, а он пристроился сзади, оставив мокрый поцелуй между лопаток. Вошел снова. И это были уже совсем другие ощущения. Более глубоко, более резко, более ярко. Так мне нравилось еще больше. Я вцепилась зубами в подушку, чтобы не кричать. Стонала в нее, двигаясь навстречу его члену. Мне нравилось то, что происходило, нравилось, как он меня держал, как целовал в шею, как сжимал ягодицы. Майки запустил руку вниз и пальцами начал играть с клитором. Я выгнулась в спине. Слишком много. Слишком острые ощущения. Убрав руку, он толкнулся особенно глубоко и замер. Я кончила. Первый раз в своей жизни. Еще пару глубоких толчков. Он быстро вытащил член и кончил мне на спину. Мы замерли, тяжело дыша. Это случилось. Мы переспали.