Провокатор

      Екатеринбург как обычно сидел у Челябинска. Ну а чем ещё заниматься? Костя, конечно, мог погулять с Пермью или один, но ходить в гости к Юре — это необходимость. Ведь Константин так любит его... Из-за этого он на грани нервного срыва. Везде ищет намёк Челябинска на что-то непристойное и пошлое,или просто провоцирующее. «Чертов провокатор», — думал Уралов.       И вот они опять молча сидят на кухне. Татищев курит сигарету, а Костя думает о нём. После того как Юрий докуривает, Костя начинает говорить: —Все лёгкие выкурил себе. —Кать, опять твои доёбы? — немного обиженно говорит Челябинск. —Да, опять. Я не хочу, чтобы тебе потом было плохо. —Опять твоя забота... — закатил глаза Татищев и пошёл в зал.       Уралов злился. Очень злился. Он ведь желает Юре лучшего. А он? Неблагодарный. И с этими мыслями Екатеринбург последовал за Татищевым.       Челябинск зависал в телефоне. Константин понял, если сейчас он не успокоится, это может закончиться ссорой. Но вместо того, чтобы умыться, он сел на диван рядом с Юрой. Когда Костя злился, он хотел целоваться с Челябинском. Это было странно, но это было так. Вот и сейчас он хотел впиться в губы Татищева и успокоиться. Но ни то, ни другое не было возможно. Челябинск что-то строчил в телефоне, не замечая друга. И поэтому он не заметил, как случайно, а, может, намеренно, задел руку Екатеринбурга. Костя молниеносно схватил руку Татищева. Крепко, шансов вырваться — ноль. —Блять, хватит играть со мной, — выдохнул Екатеринбург.       Опять эти срывы. Опять мерещится всё пошлое и провоцирующее. —Эй, мужик, ты чего? — спросил Юрий.       Костя не ответил и просто поцеловал Юру. Челябинск хотел отстранится, убежать, но потом ему стало приятно. Это был лучший поцелуй в его жизни.       Вдруг Костя очнулся. Он понял, что поцеловал его. Того самого гомофобного парня, которого любил. Это привело его в ужас и он резко отстранился. —Юр, это прости, я не хотел, это... — начал оправдываться Уралов.       Челябинск хотел было вмазать Косте за то, что произошло, но вместо удара, он поцеловал Константина сам. Уже после Костя думал, что Юрий был всё-таки пьян. Но это потом. А сейчас прекрасный поцелуй не хотел прерывать никто из парней. Но воздух закончился, и пришлось прекратить поцелуй. Татищев улёгся на колени к Уралову. Как же не вовремя... Ведь Костя за время поцелуя очень возбудился. Юрий это тоже заметил. —Кать, у тебя что, встаёт на меня? — со смешком сказал Челябинск.       Екатеринбург покраснел. Да, они обсуждали и не такие темы, но Костя всё равно смутился. Но попытался не подавать виду. Наклонился к Юре и прошептал: —Даже если да, то что? —А ничего...       И вновь поцелуй. Долгий и нежный. У Кости побежали мурашки по телу от этого действа. Пришлось опять оторваться друг от друга, иначе они бы умерли от недостатка кислорода. Или от передоза любви.       Уралов решился действовать. Стянул с Татищева черную толстовку и опять поцеловал. —Эй, ты чего, мы так не договаривались... — полу-говорил, полу-стонал Юрий, ведь Костя оставил багровый засос на шее. Костя взял Юру на руки, ведь не здесь всё-таки... Екатеринбург понес Татищева в его же спальню. —Ка-а-атя, поцелуй меня, — хныкал Юра.       Екатеринбург вначале положил на кровать Татищева и только после этого поцеловал его. После он перешёл к шее Челябинска и поцеловал то место, где минуту назад оставил засос. Потом Костя спустился к соскам Юрия. Но вдруг Екатеринбург отстранился и посмотрел в глаза Челябинску. В них было видно алкогольное опьянение. Раз Юра хочет этого только под действием алкоголя, то это неправильно. Костя так не мог. —Юра, ты пил? —Даже если да, то совсем немного...       Нет, нет. Екатеринбург понял, как далеко зашёл. Как это всё неправильно. —Тогда я не продолжу, знаю твои «немного». —Ну Катюша, ну пожалуйста. —Ты будешь потом об этом жалеть! —Это будет потом, а я хочу сейчас. Ну Кать, продолжай.       Костя хотел что-то возразить, но не смог. Слишком уж убедительно говорил Татищев. И он поддался ему. Слишком велик был соблазн. Он не смог противостоять Юрию.       Константин опять вернулся к груди. Облизал поочередно оба соска, от чего получил одобрительный стон Челябинска.       Дальше Екатеринбург переместился к черным штанам Юры. Снял их и бережно повесил на рядом стоящее кресло. Юрий был уже возбуждён поэтому Уралов быстро стянул бельё с него. Перед ним стоял член Татищева. Екатеринбург облизал головку члена, на что Челябинск простонал. —К-а-а, — только и успел сказать Юрий, ведь было очень жарко и хорошо, что слова не нужны.       Уралов насладился реакцией и начал ритмично сосать член Татищева. Челябинск только и мог сладостно вздыхать и подмахивать бедрами своему искусителю.       Константин выпустил изо рта возбуждённую плоть Юрия и посмотрел последнему в глаза. Татищев тоже уставился на Костю и произнёс робко: —Т-трахни меня... —У тебя же нет смазки.       Юрий разочарованно посмотрел на Константина и сказал: —Ну придумай что-нибудь. —Крем хотя бы есть? А лучше не крем, а вазилин. —В аптечке может что-нибудь и есть. Только давай быстрее, — умолял Юра. —Сейчас.       Екатеринбург убежал на кухню за аптечкой. А Татищев остался один со своим возбуждением. Может быть он пожалеет, но сейчас, он хотел этого. Хотел Катю, хотел почувствовать его губы на своих. Пока Челябинск думал, прибежал Костя с кремом в руках. Уралов наклонился к Юре и поцеловал его. —Я уже не могу, — протянул Татищев.       Екатеринбург перевернул Юрия и смазал кремом анус. —Будет больно? — неожиданно спросил Челябинск. —Немного. Если ты не хочешь, можем прекратить, — ласково произнёс Костя. —Ну уж нет, — решительно сказал Татищев.       Екатеринбург смазал один свой палец и вставил в анальное отверстие Челябинска. Ему было немного больно, но терпимо. Уралов немного подвигал пальцем вперёд-назад, и когда Юра уже стонал и сам насаживался на палец, аккуратно добавил второй.       Юрий стонал от чувства заполненности и просил быстрее. Константин немного ускорился, при этом пытаясь надавить на ту самую точку. Вскоре ему это удалось, и Челябинск очень громко застонал имя Кости. Через пару минут, Екатеринбург добавил третий палец. Челябинск немного напрягся, но вскоре и этих пальцев стало мало, хотя Костя входил до основания. Екатеринбург стянул свои брюки и бельё и положил на пол. —Готов? — заботливо спросил Константин. —М-м-м, да-а-а, — стонал Татищев.       Уралов смазал свой член кремом и медленно начал входить в сфинктер Челябинска. —Да, Катя... — шептал Юра.       Екатеринбург вошёл до основания, при этом задел простату, что Юрий выгнулся дугой и громко стонал. Костя начал аккуратно двигаться, пытаясь чаще задевать ту точку. У него это получалось и Юрий неистово стонал, а потом сорвался на крик.       Приятно, жарко, мокро. —Быстрее, — просил Татищев. —Точно? —Да.       Константин начал двигаться быстрее, но всё ещё бережно, боясь причинить возлюбленному боль. —Я с-сейчас ко-о-ончу, — простонал Юра и излился на простынь.       Костя вытащил член из ануса и кончил Татищеву на спину.       Уралов взял Челябинск на руки и посадил на кресло. Сам же взял свои брюки и оделся. После потащил простыню стираться. Когда он всё закончил, то Юрий уже лежал на кровати. Екатеринбург подошёл к нему и поцеловал. —Мне понравилось, — сказал Татищев. —Мне тоже, — произнёс Костя.       Челябинск уже начинал засыпать, поэтому Константин укрыл его и вышел из комнаты. Екатеринбургу остаётся лишь надеяться, что он всё это забудет. А если нет, то не расскажет другим про эту близость и не прекратит дружбу. Уралов сел на диван и думал о случившемся чуде, о исполненной мечте. Наконец Костя перестал злится на Челябинск из-за этих сигарет. Он, вернее его тело и его эмоции успокоили Константина.