Старые чувства

*Pov Т/и*       Мое утро прошло достаточно ярко вместе с замечательной музыкой. Я всегда утром включаю колонку, где уже есть вставленная флешка с любимым плейлистом. Начинать свой день необходимо с улыбки, что собственно я и делаю, но чтобы я чувствовала себя еще лучше, мне необходимо выполнить несколько упражнений из йоги, а после завтракать.       Компанию на завтрак мне составляет мой кот — Пушинка. Люблю этого милого котейку, просто потому, что когда-то мне его подарил мой любимый человек, с которым позже мы расстались, и весьма на грустной ноте, но Пушинка стал моим "лучшим другом", нет, я не с ума сошла, а просто люблю ему рассказывать о своих проблемах, потому что он в ответ мне лишь скажет свое сладкое "мяу", и я понимаю, что большего мне не надо.       Вчера мы договорились с моей подружкой прогуляться по магазинам, так сказать, некий шоппинг-дэй для девочек, и полная свобода на покупки. Вообще, я не очень сильно умею экономить, но моя зарплата заработанная ЧЕСТНЫМ ТРУДОМ, а также ПОТОМ И КРОВЬЮ, позволяет оставить неплохую сумму в торговом центре. А, да, я, как и все любые нормальные люди, тоже ищу цену со скидкой.       Утро продолжало быть веселым до звонка подружки. Я шугнула Пушинку с моих ляжек и ответила на звонок. — Алло, Т/и, — начала она разговор, — Т/и, я очень извиняюсь, но меня вызвали на работу, уф. Такой разговор мне уже крайне не нравился. — Т/и, я знаю, что ты уже хочешь мне голову оторвать, конечно, с моей работой, но могу ли я попросить тебя заехать ко мне в квартиру, и подождать там грузчиков: они установят шкаф, а потом уедут, но я не могу же им дать ключи. Вот коза, ей богу. — Сухо, вот снова твоя работа мешает нам куда-то выбраться. Ладно, но с тебя обед, дорогуша, — вот так просто озвучиваю ей "плату" за мое очень доброе и любящее её сердце.       Надо отметить, что Сухо действительно трудоголик, ей сложно отказать, да и в целом почему бы не помочь подруге в такой ситуации? Пушинка явно от меня не убежит, только покормлю его побольше и могу уйти на целый день. — Да, Т/и, конечно, я всё сделаю! Даже приготовлю твою любимую лазанью, идет? Ах эта козень... Знает, куда давить. — Не честно играете, мадам! — Зато действенно, — щебечет Сухо своим голосом по телефону, — ключи под ковриком, а коврик под цветком возле двери.       Господи, её умение прятать вещи возьмет первое место на премии Оскар, если такая категория вообще будет.       Спустя два часа сборов, я надела легкое летнее платьице, босоножки на высокой тонкетке, повесила сумочку и, поцеловав Пушинку в носик, ушла "сторожить" в квартиру подруги. Если бы я знала, что ждет меня впереди, то я бы ни за что не пошла туда, и даже мольбы моей подружки и её лазанья не спасли.       Подойдя к квартире, я заметила открытую входную дверь, что меня весьма насторожило. А если там убийца, и он поджидает меня? Да ну, бред. Осторожными шажками стала проходить в глубь квартиры, слышу шум, но не понимаю, кто это. Из двери по правую руку от меня выходит рабочий, который уже собирает шкаф, просто попросил руки помыть и стал делать свое дело снова.       Я немедленно достала телефон, но мужской голос, произнесший моё имя, заставил меня в миг вернуться на пять лет назад. Из тысячи запахов одеколона — этот узнаю по мягким ноткам, что отдают в нос. Да быть не может. Пак Чимин.       Чимин — старший брат моей подруги Сухо. Просто когда-то он заметил меня в компании сестры, а после начали достаточно оживленно общаться. Мы быстро нашли общий интерес, но, видимо, та страсть и вспыхнувшие чувства между нами — это была иллюзия. Наши вечные ссоры и ругани уже достигли предела, поэтому разошлись.       Слишком страшно было поворачиваться к нему, потому что во мне что-то снова ёкнуло. Эти чувства, подобны пламени или бутону розы, который моментально распустился от воды, которую получил. Я помню Чимина, как невообразимо красивого брюнета, с очаровательной улыбкой, с яркими, как звезды, глазами, наверно, поэтому мое тело так реагирует сейчас. — Т/и. Блять, замолчи, прошу. — Т/и, это ведь ты? Выхода нет. — Привет, Ч-чимин, — мои глаза сдали меня с потрохами, потому что такого ЕГО я не была готова увидеть.       Белокурый Пак, карие глаза, любимые мной пухлые губы, а еще несколько пирсингов в ухе, боже, ты что, вот так просто заявился сейчас передо мной? Ты вообще нормальный? Он мнется на месте, видит, что я тоже изменилась. Отрастила волосы до копчика, научилась делать более аккуратный макияж и стала носить каблуки или обувь на платформе. — Кофе будешь? — Буду. — Проходи на кухню, сейчас сделаю.       Я иду за Чимином, смотрю в его спину, а мне уже не кажется, что он был таким мальчиком когда-то, потому что сейчас он настоящий мужчина. Его белокурые пряди делают его образ свежее, горячее и хочется руками зарыться в эти проклятые волосы. — Две ложки сахара? — помнит мои предпочтения. — Да, две, — отвечаю ему я неловко, — ты еще помнишь мои предпочтения? — Почему я должен о них забыть? — он поднял свои карие глаза на меня, а я снова рухнула в бездну. — Ну, может быть, потому что мы расстались на не очень хорошей ноте? — нервно спрашиваю я. — Т/и, ты такая же смешная, как и пять лет назад, — говорит Чимин мне с усмешкой. — Что ты здесь делаешь? — как обычно любопытство берет верх. — Приехал к сестре, не видно? — Она, похоже, не знает, да? — и он мотает отрицательно головой в подтверждении моих слов.       Чимин всегда был таким, он любит устраивать сюрпризы, потому что они всегда приятны. Он из тех людей, кто делает людей вокруг себя счастливыми и всячески подбадривает их, если того требует ситуация. Пак напоминает теплое солнышко, где его улыбка, глаза, руки — это всё теплые лучики.       Чимин подает мне кофе, задевая мои пальцы у ручки чашки. В этот момент внутренние органы делают кульбит, а потом сердце начинает качать кровь в десятки раз быстрее. Пак садится на барный стул напротив меня, делает глоток кофе, а я, как маленькая девочка в зоомагазине, смотрю на милого хомячка за стеклом.       Мне до ужаса хочется вновь к нему прикоснуться, ощущать его руки на себе, носом бадать его носик, а потом ловить этот сладкий поцелуй после небольших ласк. — Я так понимаю, что моя сестра тебя попросила присмотреть за рабочими, — киваю положительно, отпивая сладкий кофе из белоснежной чашки. — Твоя сестра, как обычно, великий трудоголик, но так долго она не выдержит. Потому что она не умеет отказывать людям, а её начальник...       Не успела я озвучить свою мысль до конца, как пальцы Пака стали перебирать мои. Мои глаза расширились, а на его лице возникла снова та самая улыбка, что очаровывает всех. Я, как и другие, не могу выдержать и сдаюсь сразу же ему в плен. — Ты чего? — какой еще я могу задать вопрос, когда мой мозг полностью отключается от его прикосновений. — Ничего, — смеется Пак, а потом нас прерывает один из рабочих, — подожди минутку, я сейчас.       Пак долго общается с мужчинами средних лет, что-то объясняет, пытается договориться о чем-то, но меня это уже мало волнует, потому что я ушла в свои мысли и не отреагировала сразу на мужские горячие руки, обвившие мою талию. — Ч-чимин, что ты делаешь?       Его руки прижимают мое хрупкое тело к себе, лопатками ощущаю, как мужская грудь равномерно опускается и поднимается. Видимо он сам хочет быть ближе, иначе всего этого Пак не стал бы делать вовсе. — Я так скучал, — целует в плечо, — мне не хватало тебя, — поднимается выше к уху, — Т/и, мы оба виноваты в том, что было тогда и расстались по глупости.       Он целует за ушком, а потом захватывает мочку ушка, мне даже дурно, но слишком приятно от его действий. *POV Автор*       Чимин не медлит, поднимает на руки аккуратно Т/и, ему хочется вновь ощутить и почувствовать её рядом, дотронуться до каждого участка кожи.       Раньше Пак был собственником по отношению к Т/и, но сейчас это чувство ощущается совсем иначе. Да, он хочет обладать ею, хочет снова быть её единственным, как тогда, 5 лет назад. Сейчас чувства захлестывают у обоих, страсть разгорается внутри, да и Т/и вовсе не против, если сейчас произойдет то, от чего сердце всегда делало кульбиты. — Надеюсь, что моя младшая сестра не вернется с работы раньше времени и не помешает нам, — говорит Чимин между поцелуями. — Я её убью, если она вернется раньше.       Чимин немного смеется, но после захватывает в плен губы Т/и, терзая каждую очень трепетно, жадно, попутно раздевая девушку. Чимина окидывает волна возбуждения, потому что вернулись те самые ощущения и чувства, когда рядом Т/и.       Платье летит вниз, открывая молодому человеку прекрасный вид на белое белье с небольшим кремовым оттенком, отчего Пак льнет к губам Т/и сильнее, слаще и хочет её еще больше.       Что-то внутри Чимина щелкает, и он останавливается, лбом упирается в её лоб, дышит тяжело и рвано. Ему на секунду показалось, что это всё неправильно, но заметил встревоженный взгляд девушки, чьи глаза полны непонимания. — Т/и, мы... Мы же не торопимся? Ты уверена в том, что мы сейчас делаем? Его вопрос вытягивает весь воздух из легких. — Пак! Если ты сейчас дашь заднюю, то я возненавижу тебя, а потом пропаду из твоей жизни навсегда, — четко говорит девушка свои мысли.       Т/и уже готова сделать шаг назад, но крепкие мужские руки не дают этому случиться, а после Чимин улыбается своей блядской завораживающей улыбкой и опрокидывает на сзади стоящую кровать. Огонь в глазах вспыхнул у парня, поэтому в груди у Т/и стало сердце биться быстрее и кровь качает, словно это гонка формулы один.       Чимин освобождает себя от одежды, плавно забираясь на кровать к той самой девочке, в чьих глазах хотелось тонуть. Чимин поднимает ножки девушки вверх, касается губами щиколотки, обжигая внутреннюю и внешнюю сторону своими поцелуями. Он всегда был слишком искусен в своих ласках, поэтому Т/и ловит каждое движение Чимина.       Её руки тянутся навстречу к телу Пака, потому что хочется уже скорее вновь ощутить его рядом. Т/и ножки чуть в стороны разводит, но Чимину этого мало. Его руки быстро оказались на её коленках, а после сам расставляет их шире и выбирает необходимый угол проникновения.       Т/и выгибается навстречу, зарываясь руками в белокурые пряди Пака, ее уста прокладывают дорожку от уголков губ парня к ушку и после по шее вниз к той самой любимой ложбинке, в которую она своим милым носиком утыкалась постоянно. В девушке течет страсть, поэтому она оставляет засос в изгибе шеи Пака. Ему явно это нравится: страсть на грани с нежностью.       Пухлые губы Чимина нежно обхватывают затвердевший сосок, языком проходясь по нежным ореолам округлой груди. Внутри всё горит синем пламенем, потому что эти ласки слишком томительны и хочется большего, но засранец, любимый засранец, так специально делает, чтобы повысить адреналин в телах друг друга. Его янтарный взгляд встречается с ее.       Их губы снова сталкиваются в поцелуе, но Пак блуждает руками по телу, усыпляя бдительность своей девочки. Т/и хнычет слегка, тем самым прося уже войти в неё, наполнить собой и двигаться в унисон.       Стоило Т/и потянуться ручками вниз по торсу Пака, как он вошел в неё. Член проникает медленно, чтобы почувствовать стеночки, что сжимают половой орган теснее с каждым разом. У девушки воздух из легких уходит полностью, когда Пак проникает глубоко и до упора, а его губы по собственнически расцеловывают шею, оставляя на ней не один, не два и даже не три засоса, а больше.       Пак толкается аккуратно, но с напором, страстью и любовью. Т/и понимает, что после этого они точно не могут быть бывшими в хорошем смысле, даже друзьями быть не получится.       Их тела двигаются вместе, в унисон, слишком хорошо, чтобы всё это было правдой, но стоит прислушаться к чужому дыханию, как внутри двоих что-то вспыхивает. Яркая и тягучая волна оргазма накрывает вместе. У Чимина было острее чувство, потому что он ощущал, как Т/и кончает на его члене, сжимаясь вокруг него, и чувствительная головка задевала пару точек внутри разгоряченного лона. Пак падает рядом, сгребая в охапку обессиленную малышку Т/и к себе ближе.

***

*POV Чимин*       В глаза светило солнце, но я упорно не хотел поддаваться на теплые уловки лучиков, потому что боялся вернуться в реальность, а там не окажется её. Однако, когда я открыл все-таки глаза, то рядом я заметил женское белье, и оно принадлежало Т/и.       Слышу, что из кухни раздаются какие-то звуки, а потом мне представилась картина, что она стоит в моей футболке и что-то готовила нам двоим на завтрак. Слишком сладкая картина, как в кино про любовь.       Я решил, что лучше всего сначала принять душ, а после уже идти на кухню к Т/и.       С душем я разобрался быстро, но моя бурная фантазия нарисовала в моей голове такие потрясающие кадры, что в паху ощущалось сильное давление. Встав перед зеркалом, мне показалось, что будет очень сексуально, если я оставлю полотенце на бедрах, а мокрые волосы чуть направлю вперед. Тело переливалось от капель воды, что создавало нужный для меня эффект.       Я не ошибся с выбором, когда вышел на кухню к моей девочке. Да, именно к моей.       Правда Т/и меня тоже ошарашила, так как она была обернута в большое махровое полотенце, а волосы собраны в пучок на макушке, хотя несколько прядок выбивались, но это делало её образ сейчас куда более интимным. Только сейчас я услышал, что играет музыка на телефоне, очень тихо, так, для общего фона, но вкупе со всем видом, как она порхает на кухне, ставит тарелки и слегка пританцовывает — кажется всё волшебным.       Т/и стоит возле большой столешницы, нарезает овощи, а я в это время решаю обнять её. — Ой, ты меня напугал, — это её милая привычка чуть вздрагивать всегда заставляет улыбаться, — Чимин, — её щечки вспыхнули красным, когда она полностью повернулась. — Вчера нужно было краснеть, — клюю её в носик, — ты же всё видела, тогда чего краснеешь? — Чимин, — почему-то у меня сложилось впечатление, что она боится что-то сказать мне, — Чимин, я люблю тебя.       Её слова будто бы обухом по голове мне дали, но я так сильно хотел их слышать, что невольно улыбнулся, а после мне вновь захотелось поцеловать её, даже не просто поцеловать, а утащить снова в кровать, заняться с ней любовью. Взгляд Т/и был взволнованным, возможно, потому что она не услышала от меня ответа сейчас. — Любишь? — переспросил я, но это звучало, будто бы я сам себя спросил. Мои руки быстро нашли шейку, где красовались около семи засосов... Вот это я не терпеливый, конечно. — Угу. — И я тебя люблю, моя девочка.       Т/и расцвела, как роза, после признания, и её глаза снова заблестели. Много лет назад мы были юными и не понимали, как много значим друг для друга, но сейчас это всё кажется совсем другим. — Тогда сейчас мы завтракаем, а потом поедем куда-нибудь, не хочу быть дома, — озвучиваю ей свои планы на день, с чем Т/и быстро соглашается. — Только давай заедем ко мне, а то мне надо переодеться. — Ты и так прекрасна. — Ну, хорошо, тогда буду гулять в белье по городу, а все остальные будут глазеть. Как думаешь, красное белье оценят мужчины?       Я знаю, почему она это делает, но я точно понимаю, что эти заигрывания и провокации лишь для того, чтобы меня позлить, но реагировать на подобное мне захотелось с усмешкой. Она моя любимая девочка, за которой надо ухаживать и любить искренне. — Раз мы заедем к тебе, то я надеюсь увидеть первым то самое красное белье, — резво отвечаю ей, а после утягиваю в сладкий поцелуй.       С Т/и падает полотенце, потому что, когда она потянулась руками ко мне, то узел чуть ослабился, и её тело открылось мне снова. Конечно, я не растерялся и сразу же шлепнул по упругой попке. Мои руки бережно шли от копчика до плеч. Т/и стала мычать в поцелуй, видимо, что ей тяжело справиться с возбуждением, но я только рад этому. — Пак Чимин, идем в спальню. — Учти, что церемониться я не буду, как вчера.