Неро

Тихую атмосферу, царившую в кабинете Зекарии, внезапно прервал звонок коммуникатора. Как же не вовремя. А он только что хотел позвонить сестре... Из-за ее постоянной работы в департаменте, они совсем перестают видеться. Кристина все никак не поймет, что если продолжит в таком же темпе, то можно и переутомление получить. Хотя что говорить, она всегда была очень упрямой. Кстати об упрямых. Коммуникатор продолжал нещадно трепать уши своим сигналом. Надо будет сменить рингтон, подумал Зекария. Вздохнув, он подошёл к окну и, поднеся свой хвост с расположенным на ним средством общения к голове, поднял трубку. — Зекария Фоллен слушает. — Здравствуй, Зекария! Извини, что отвлекаю тебя от академической деятельности! — совсем слегка искаженный голос раздался из коммуникатора. — Все в порядке, Дориан. Я пока ничем не занят, так что в кои-то веки могу посидеть без дела. — Вы с Кристиной слишком много на себя берете. Отдыхайте побольше, Сейв Хейвен без вас не развалится. — Да уж, пожалуй, ты прав... Так что главе департамента от меня понадобилось? — Мне неловко беспокоить тебя сейчас, но увы, это ты знать должен. Ты слышал об армейцах из Амансера, которые приехали в Сейв Хейвен? Зекария нахмурился. — Нет, об этом я ничего не знаю... Извини, видимо, я был слишком занят. Вся эта ситуация с новым методистом... Так что там с Амансером? — Два старших офицера из Амансера уже сегодня утром прибыли в аэропорт города. Уже немного странновато, да? Тем более, они заверили нас, будто офицеры прибыли по собственной воле и вовсе не по службе. Относиться предвзято, конечно, не очень хорошо, но тот факт, что они имеют отношение к армии не очень внушает доверие. — Но почему ты решил рассказать мне это? — Есть на то причина... Кристина уже отправилась их встретить. Думаю, с этим проблем не возникнет. Вот только... — Дориан замялся, — Знаешь, Зекария, фамилия мне их вообще не нравится. И если это те, о ком я думаю, то нам следует держать ухо востро. — Фамилия? — переспросил Зекария,— Они из какого-то проблемного вида? — Давайка я тебе их просто назову... .......... У вас бывало такое, когда собеседник говорит что-то, что может вас ошарашить, сбить с толку, заставить вас не поверить в услышанное, мозг попросту пропускает ту самую сильно удивляющую часть. Словно понимая, что это будет сильной перегрузкой для сознания, он как будто предсказывает, когда эта самая часть промелькнет в разговоре и вставляет туда свою оглушающую цензуру. И вот вы с глупой улыбкой ничего не понимающего переспрашиваете об этом, и вот тогда уже мозг не может помешать услышать это. Бывало? У Зекарии это было впервые. — Зекария, ау... Меня слышно? — А! Д-да, я слышу... Я тебя понял. — Отлично! Тогда перезвоню тебе, когда они доберутся до департамента. Конец связи! — слегка пискнув, коммуникатор мигнул экраном и отключился. " Карл и Корасон Неро... Те самые последние в своем виде, если судить по фамилии. Сможешь приехать сюда?" Зекария не мигая смотрел в одну точку. Если быть точнее, то на небольшого воробья, что уютно устроился на крыше мужского общежития академии — учитывая количество студентов, весьма большого сооружения. Сначала птица была неподвижна, грелась себе на утреннем солнышке. Но вдруг что-то привлекло воробья. Он зашевелился, помотал головой, его крылья пришли в движение... Прямо как мысли Зекарии. " Корасон?! Карл?! Они едут сюда! Они возвращаются!" Спустя столько лет они наконец возвращаются. В место, где они провели свою юность. Интересно, почему они ушли? Почему ничего не сказали, не дали о себе знать? Все, что было известно — слух о единственной дьявольской лисе, появившейся где-то в Амансере. Это не могло случиться просто так. Не могли они так просто всех бросить. Должна быть причина! Зекария вновь поднес коммуникатор. Он узнает... Он обязательно узнает, что случилось. Но для начала им нужно встретиться! — Маркус, приготовь машину, пожалуйста. Я отправляюсь в центральный департамент. =============== — Видимо, у меня начался кризис,— Зекария (14 лет) со слегка прикрытыми глазами смотрел на пылающий закат. — Кризис? — недоуменно переспросил Корасон (13 лет), не отрываясь от невероятного пейзажа открывающегося с крыши старой обсерватории. Это было их любимым местом, не считая книжного магазина. Расположенная на высоком холме заброшенная обсерватория была прекрасным местом, где можно было прогулять уроки, спрятаться от внешнего мира или просто собраться с друзьями после уроков. — Да. Кризис. В нашей программе уже не осталось нормальных произведений. Да и мистера Деваля кончаются интересные материалы... — Ну-с, голубчик, объясните мне суть проблемы, — Корасон, приняв позу психолога, сделал вид, что поправляет очки,— Думаю мы найдем решение. — А, нет забудь, я передумал... — Поздняк метаться, если в сети попал! Давай выкладывай! — Корасон швырнул в него банкой от газировки, которую гепард тут же отбил хвостом. Вздохнув, Зекария продолжил. — Знаешь, в последнее время все, что я читал как-то... однообразно. Скучно. Стереотипно. Только чёрное и белое. Можно сразу понять о чем будет книга, с первых страниц. Что скажешь? Лис задумался. Правда ненадолго. Улыбнувшись, он показал на Зекарию пальцем. — Хо-хо, готовься услышать мою великую мудрость! — Я весь в нетерпении... — Ну знаешь, на самом деле вся ваша школьная литература — чушь собачья. — Ты всегда так говоришь... — Дослушай. Все эти нелепые "произведения искусства" — просто шлак. А вы в этом шлаке пытаетесь найти золото. Все эти высокие идеи, анализы, поиск смысла слов "патриотизм", "любовь", "отвага"... Знаешь, почему все это кажется тебе скучным? Потому что все в этих произведениях — неполное. Недосказанное. И оттого одинаковое. Какими средствами они не пользовались, какими словами все не завуалировали — все одно. Но..., — лис лег на спину,— есть одно средство от твоего кризиса. Корасон сделал паузу. Посмотрел на друга, пытаясь увидеть его реакцию. Бесполезно. Лицо было бесстрастно. Вздохнув, он продолжил. — Простота. Ну или точнее — лёгкие автобиографические истории. Те, в которых и лежит все настоящее, душевное, что нельзя подделать. Там ты найдешь избавление от скуки. Корасон поднялся на ноги и отряхнулся. Зекария последовал его примеру. — Неплохая лекция... — Ха-ха, конечно! Лисы — хитрецы и знатоки жизни. — Это тоже стереотип. — Хех, ничего подобного. Притворяться, вести за нос, хитрить — нам нравится это делать. Поэтому нас и называют плутами, хе-хе. Они уже шли к академии, неспешная проходя мимо улиц, магазинов, многоэтажек. Солнце уже село, оставив после себя небольшие следы на небе. — Но знаешь... Пожалуй, вы те, перед кем я просто не могу притворяться.