Путь в никуда

Путь в никуда Пролог -Дивное место ведь было, да Саш? Сказал Юрий смотря на развалины кремля, стоящие перед ним памятником ещё царской эпохи. -Да ну эту твою Москву. Вот Бастион, вот там то хоть жить можно! -Тьфу ты Саша, опять о своём «Бастионе» думаешь; лучше бы о семье думал, да на архитектуру бы смотрел время от времени, а не это твоё… Юрий недоговорив сплюнул и пошёл в сторону метро. -Опять всё настроение испортил, чёрт. Александр же за неимением выбора пошёл за Юрием Уже как 25 лет Москва и другие бывшие города миллионники были мало обитаемы, а города у которых было меньше миллиона жителей и вовсе заброшены. Их места заменили огромные города размером с некоторые маленькие страны. Одним из них был «Бастион» — крепость окружённая 100 километровой стеной со всех сторон и силовым полем покрывающим небо над ней. Государство решило отсеять бедных и дать богатым абсолютную власть, оставило Москву без защиты, а когда опомнилось было уже поздно, отличным примером тому служит почти развалившийся кремль Москвы, защищавший последних её защитников, которые по сей день не получили не только ордена, но и хоть малейшей благодарности. Москва всё ещё обитаема, окружена защитой, но не может защищаться вечно, на данный момент в Москве обитаемы и находятся под защитой всё что не заходит за садовое кольцо. Глава 1 «На последнем издыхании» — Саша…. Сашааа — а, что… что происходит — Тебя опять в дозор вызывают, начальник обзвонился, так не далеко и до выселения — Встаю встаю Александру исполнилось уже 25 лет, он родился за 5 лет до битвы за Москву. Он обязан ходить в дозор на заграждения. Александр вышел из дома — Да уж Сказал он, увидев старые Московские улицы, за всё время превратившиеся из памятников царского и советского искусства в грязные, промозглые места для жизни тех никчёмных, еле живых, выселенных из квартир людей. Так и живётся: либо работай как чёрт, либо живи как навозный червь на останках былого величия страны и питайся этим же навозом, благородно предоставленным нашим любезным правительством. Александр вышел из подъезда на промозглую весеннюю улицу. Спасская башня укоризненно смотрела на Александра, всеми своими шрамами напоминая о событиях двадцатилетней давности, и от этого становись ещё грустнее. «Ведь это повториться, я знаю, повториться…» Беспокойные мысли не покидали Александра, и так каждый раз как он выйдет на улицу. Хоть ему и было всего 5 лет, но он помнил. помнил весь тот ужас, что происходил с ним и выжившими укрывшимися в кремле людьми, помнил как до этого в город въехали натовские орудия, высадился десант и через пару минут, что-то услышав о рации, начали расстрел мирного населения. Тогда ещё маленький, Саша понял: страшнее человека животного нет. Он всё ещё помнит, как бежал по улице, как спрятался с группой людей в подвале пятиэтажки и как пробегал по ночам, избегая патрулей полз по ещё свежим трупам, притворяясь мёртвым, молясь: «хоть бы не убили». Так как его мать на момент атаки была в центре, он был один…. «Тень» прибыли через 3 дня. Атакующие НАТО были нейтрализованы, но потери среди гражданских и самой группы были катастрофические. Они собрали оставшихся за стенами кремля, но тут они ударили с новой силой. «Тень» защищали нас до талого, и что теперь? Они теперь в розыске за терроризм, так как ослушались приказа «не вмешиваться». Александр сделал несколько шагов по улице переполненной обедневшими, лишёнными смысла жизни людьми, проживающими на объедки. Они дерутся за хлеб с голубями, особо голодные преследуют малыми группами одиноко идущих людей. убежать нет сил, едят они чуть больше чем выселенные. А когда паёк опять укорачивают, приходят люди в костюмах и на следующий день квартира уже свободна. Иногда выселенные тонут в канале Москва реки, за прошедший месяц выловили десять, стоит ли упомянать что эта вода и на полив не годится, не говоря уже о употреблении. Александр прибавил ходу. Злость придала ему так необходимого этой промозглой осенью тепла и такой дифицитной энергии. Последний раз он ел вчера вечером, паёк снова укоротили и надо бы думать, как бы не закончить смертью от голода, хотя это лучше чем доживать свои гнусные дни на улицах города, лучше чем докатится до каннибализма и стать очередным безмозглым чудовищем, жаждущим лишь одного — еды. Вот уже и укрепления. Александр задрал голову вверх, стараясь увидеть вершину укреплений, сделанных по сути из говна и палок буквально за месяц. «и как они только выдержали это испытание временем?» этим вопросом он задаётся каждый день с момента своего совершеннолетия хоть этот вопрос и реторический, ведь на эти укрепления кроме стай волков, медведей и лосей никто не натыкается. Естественно, ведь тогда город буквально утонул в крови и по ныне считается гиблым местом. — привет, Саша, проходи — здравствуйте Павел Васильевич Александр прошёл в комнату, открыл шкафчик со своим именем и взял робу и гордо вверенный ему на время дозора калашников. В дозоре он на укреплении со стороны Капотни, а если вспомнить что там было в 2030, то можно сказать, что он охраняет бастион, так как в город каждый месяц входят военные бастиона и ходят по улицам и квартирам осматривая нет ли в будущем свободного жилья, по мере возможности отстреливая выселенных. Метро работает, но для выхода за садовое кольцо надо иметь пропуск или быть солдатом бастиона, но всё равно в любом случае для Александра туда путь закрыт. И вообще единственный способ покинуть город это совершить преступление, находящееся по закону между штрафом и расстелом по мере наказания. Тогда человек направляется в бастион, в суд, а потом в одну из колоний по всей стране. — привет, Саш, как дела? , как мама? Спросил, только подошедший на заграждения, Антон Степанович. Он являлся другом семьи ещё до рождения Александра, а после нападения на город, всячески помогал семье Александра — да нормально, Антон Степанович Ответил Александр смотря на потёртый калашников. Он перевёл взгляд на разрушенную Москву, при этом чувствуя необъяснимый страх, и в тоже время великий трепет представляя как велик был этот город до 2030, как в нём жили люди, жили свободно, без страха неизвестности и смерти. «где же сейчас тень? что с ними стало? Что случилось в Капотне?» эти вопросы выходили из головы только в моменты сильного голода, страха или отчаяния. Каждый день давался всё труднее, на батоне неделю прожить тоже трудно, хотя…… батоном это назвать будет трудно Смена кончилась и Александр переодевшись пошёл домой. На улице темнело и группы выселенных активизировались и надо бы по быстрей пройти до дома.