Двойное дно

— Дети, я дома, — громко озвучил мужчина, — а у меня для вас сюрприз. — Правда!? Спасибо, папа, представляешь я сегодня получила целых две пятёрки по математике, — запыхавшись после краткой пробежки к отцу по квартире, восторженно рассказала светловолосая девочка лет восьми. — Вся в папу, — улыбаясь ответил Стрелков, обнимая дочь. — А я пять по русскому, — похвалился мальчик с ярко-рыжими волосами. — Ага, а ещё двойку по математике, — усмехаясь, добавила сестра. Мальчик мгновенно покраснел, видя это, Евгений добавил, — Саш, не расстраивайся, исправим, а я и Маша тебе поможем, да, Маш? Дождавшись положительно ответа от детей, мужчина вручил дочери большую коробку. — Несите сюрприз в холодильник, а я пойду с мамой поздороваюсь. — Привет, — заходя в комнату, приветствует Стрелков супругу, — как дела? Как себя чувствуешь? Я торт принес? Будешь? — Нет, я устала, хочу отдохнуть — ответила женщина, — сегодня снова у врача была, снова нужна терапия, болезнь прогрессирует. — Всё же было стабильно, нет? Может, за границу поедем? Я найду лучшую клинику. — Куда мы поедем? А дети? А твоя работа? Нет, пока меня и здесь меня все устраивает, в конце концов это лучшие врачи России... Давай, сегодня не будем об этом, я очень хочу спать, хорошо? Да и ты, я думаю, устал, всю неделю до поздна на работе.

***

— Тряпка, мразь, в кого ты превратился?! — повторял мужчина снова и снова шепотом, постепенно срываясь на крик. Зеркало в ванной напротив Стрелкова открывало жуткий вид на тело, покрытое ссадинами, синяки, мешки под опухшими покрасневшими глазами. Работа в ФСБ никогда не была легкой, чтобы построить успешную карьеру и уверенно держаться за своё место, из раза в раз приходилось выкладываться полностью и даже больше, идти по головам и не бояться замарать руки в крови. Об этих принципах, совсем ещё «зелёному» Евгению рассказывал дедушка, уважаемый человек, герой СССР и капитан милиции. Михаил Иванович Стрелков всегда был главным примером для внука, он был иллюстрацией справедливости и нравственности, следующий исключительно согласно своим моральным убеждениям и принципам. Он поддерживал Евгения в желании подражать ему, и настоял на том, чтобы отправить внука на борьбу, а затем и самбо. Последние две недели выдались совершенно бешеными. Ловля группы террористов, минирующих школы, торговые центры и аэропорты в разных концах России — довольно непростая задача, но тем не менее, Стрелков справился, хотя в этот раз пришлось частично проделывать «грязную» работу при захвате штаба, да и простых граждан, преступниками. Из-за огромного резонанса в новостях о происходящих событиях и всеобщей паники, люди вышли на демонстрацию прямо к центральному офису ФСБ. Некоторые, особо активные провокаторы, сумели проникнуть внутрь, создав ситуацию, сыгравшую только на руку посредникам группы террористов, поджидающим момента для захвата здания. И только стоя у раковины, вцепившись до посинения костяшек в борта умывальника, мужчина наконец мог расслабиться, на сколько это возможно, и не прятаться за холодной грубой самоуверенной маской абсолютно уверенного в себе и своих действиях начальника, отца и мужа. Семья видела в нем опору, как моральную, так и материальную. Стрелков любил жену и детей, стараясь обеспечить их и обезопасить от своей работы, боязнь потерять их доверие брало вверх над эмоциями, но не сейчас. В голове всплывает образ маленького Жени объявившего о желании пойти по стопам деда на радость всей семье, чтобы справедливость восторжествовала во всем мире, обычные граждане мирно жили, а преступников ловили и наказывали по всей строгости закона. Однако идеалистические взгляды были разбиты о реальность уже в студенческие годы, благодаря старшему Стрелкову, решившему поведать о всей сложности и особенности работы в военной сфере. Именно тогда Евгений понял, что скрывалось долгие годы, ужаснувшись реальности. Но отступать было поздно, он продолжал действовать дальше, до переломного момента, когда пришлось забыть о морали ради работы. Однако себя он потерял окончательно, согласившись на участие в спланированной операции на убийство «шишки» ради выгодной должности. С тех пор он много раз обещал бросить все, но рождение детей, а затем и страшная болезнь жены, заставляла уходить в пучину взяточничества, беззакония и бесконечной лжи. Удар и звук разбитого стёкла заставляется вынырнуть из потока собственных мыслей. Осколки разлетелись по всему помещению, впиваясь в кулак. Стрелков медленно отходит назад, опирается на стену и, потихоньку скатываясь по ней, садится на пол, сжимает кулак, и куски стёкла все больше вонзаются в плоть, заставляя кровавые ручейки на руках возобновляться и становиться сильнее. Мужчину поглощает боль, пронзающая изнутри, не перебиваемая физиологией. —Ты же хотел стать как он? Стал, — констатирует Стрелков вслух, — Ты как он: прогнил изнутри.

***

С тех пор, как редкий выходной и ночную тишину прервал телефонный звонок из правительства, Стрелкову пришлось поехать в культурную столицу и продолжить вести дело Чумного доктора. Самонадеянный майор полиции Санкт-Петербурга Игорь Гром истрепал немало нервов Евгению, но дело наконец было раскрыто, преступник и ярый нарушитель общественно порядка Сергей Разумовский был отправлен в спецучреждение, регалии получены, как и обещания повышения, Стрелкову можно было вздохнуть спокойно. Евгений ехал в аэропорт, когда зазвонил телефон. Ужасно уставший Стрелков взял трубку, не глядя. — Евгений Борисович, добрый вечер,— произнёс знакомый голос врача жены. —Здравствуйте что-то случилось? — обеспокоено спросил Евгений. —Да, к сожалению, мне очень прискорбно вам это сообщать, ваша супруга скончалась сегодня вечером в больнице.