Живи...

- Черт... - Что там? - женский голос из соседней комнаты. - Нет, ничего, - Рената села на шелковую постель и опустила руки. - Ничего. Она не хотела ничего такого брать с собой в Париж. Как эта вещь очутилась в шкафу? Этой вещью была бежевого цвета футболка, принтом которой служила фотография одной из ее любимых фотосессий. Руки с перстнями и красными ногтями сжали светлую ткань. Не ее... ЕЕ. Солнце светило косо, словно выздоравливало после долгой болезни. Глядя вверх, хотелось пожалеть его мучения - дать носовой платок и сказать: "Вытри слезы! Скоро лето!" Рената прислонила ко лбу ладонь, пытаясь рассмотреть приближающегося к съемочной площадке человека. Сейчас она сидела на высоком деревянном помосте и смотрела на город, который был виден за крышей старого дома, где они снимали основные сцены. В руках режиссер держала фотоаппарат, точнее прижимала его к себе, чтобы не уронить, ведь это была ее единственная камера - камера "Бюджетный вариант". - Я тут! - крикнула она, узнав черную взъерошенную макушку. "Макушка" подняла глаза и прищурилась. - Здесь такой замечательный вид! Земфира забралась по лестнице на помост и отряхнула от опилок куртку. - Свалиться не боишься? - Я боюсь потерять вот это, - Рената посмотрела на нее в крошечное стеклышко фотоаппарата и нажала на кнопку, раздался еле слышный "щелк". - Видела кого-нибудь? - Нет. Только зашла, - Рамазанова села рядом и свесила вниз ноги. - Высоко. - Вон они, - Литвинова навела камеру на толпу актеров, распивавших внизу чай и напитки покрепче. - Тебе Сати рукой машет. Земфира махнула в ответ - для приличия. - Ты домой собираешься? - А что? Рамазанова отняла у режиссера камеру и посмотрела в нее на город, высотки которого можно было разглядеть над крышей здания напротив. Пару раз щелкнула. - Ты здесь ночевала. - Это ты ругаешь меня так? - Рената прислонила ладонь ко губам и улыбнулась. - Серьезно? - Ночевать надо дома, а не на съемочной площадке. - Не поверишь, я не ночевала - на сон не было времени, - Литвинова вздохнула и посмотрела на свои туфли - на низком каблуке, ударила их друг об друга, стряхивая песок и опилки. - День и ночь в обнимку с камерой. - Сейчас ты скажешь, что не привыкла себя жалеть, - Земфира посмотрела на Ренату в объектив. - Голову поверни. Рената надула губы и посмотрела на город. Фотоаппарат щелкнул. - Да, не привыкла, - режиссер сжала кулак и вытянула руку вперед. - И уж если снимать, то снимать день и ночь, не отвлекаясь на любовь и еду. - Кстати, - Земфира положила камеру на доски. - Я же не просто так сюда пришла. - Я думала, ты пришла дать мне пиздюлей. Нет? - Нет, - певица рассмеялась. - Отличные у тебя приоритеты. Кино, любовь и еда. Она подошла к лестнице и отвязала от последней ступеньки целлофановый пакет. Достала из него термос. - Кофе? - Рената сморщила нос. - Вино. - О Боже! - режиссер протянула руки. - Дай сюда! Дай! С улыбкой Земфира налила вина в крышку термоса в виде кружки и протянула жаждущей. - Я так люблю тебя, - на пике восторга сообщила Литвинова и пригубила алую жидкость. - Ты читаешь мои мысли. Они пьют водку да коньяк, а ты же сама знаешь, что я предпочитаю... - Сама съешь или покормить? - Земфира открыла пластмассовый контейнер с бутербродами. - Надеюсь, ты не столкнешь меня за это блюдо. Я потратила на него целых пять минут. - Твои драгоценные пять минут? - Рената ахнула. - Как можно так разбрасываться временем? Но я столько не съем. - А скинуть? - Меня? Любовь всей твоей жизни? - Камеру, - Зема кивнула на фотоаппарат и откусила от бутерброда с сыром и ветчиной. - Лучше меня, - сдалась Литвинова и протянула ей крышку термоса. - Запей. Действуешь по закону "Сама принесла - сама и сожру"? - Тебе жалко что ли? - проворчала Земфира с набитым ртом и сделала глоток вина. - Ешь, иначе не остановлюсь. Сама два дня нормально не ела. Рената откусила от бутерброда и подняла камеру. - Всегда хотела сфотографировать тебя с набитыми щеками, - она навела объектив на жующую Земфиру и нажала на кнопку. - Отлично. - Сейчас я доем и уничтожу этот компромат, - та дожевала остаток бутерброда и схватилась за ленту камеры. - Тут мой фильм, - Рената жевала "блюдо", прижимая фотоаппарат к груди. - Даже не думай. - Удали фотку. - Тебе жалко? - Скину! На крик Ренаты обернулась вся съемочная группа. Та во весь голос смеялась. Земфира все же смогла отнять камеру и "рылась" теперь в фотографиях. Режиссер махнула актерам, показывая, что она в порядке. - Пусть знают, что их режиссер - ненормальная, - Зема нажала на значок "Корзины". - Они тебе в глаза не говорили еще? - Да мы дружим сколько лет уже, хотя новички, наверняка, считают меня свихнувшейся любительницей БДСМ, - Рената заглянула той в глаза. - Погоди, ты в моей футболке? - Ты только заметила? - Земфира с гордостью показала ей принт, где Литвинова была в полный рост. - Чистой не было. Вот порылась у тебя, решила позаимствовать. - Тебе кто разрешил? - Ну не платья же мне твои надевать. - А что? Рискни. - Да ты же жирная. - Блять... - Рената сжала кулаки. - Что? - Убью. - Да ладно? На их смех и крики обернулась не только съемочная группа, но и несколько прохожих. За зданием их не было видно, зато слышно было прекрасно. Группа покачала головами, похихикала и отвернулась - "напитки стыли". Рената схватила Земфиру одной рукой за волосы на затылке - в другой она продолжала держать крышку термоса - и поцеловала. Та ответила на поцелуй - обняла ее за шею, закрывая их лица рукавом кожаной куртки. - Что-то случилось? Ты молчишь. - Ничего, я же сказала, - Рената поджала губы, рассматривая принт футболки. - И что мне с тобой делать? Живи... Бежевая ткань упала фотографией вниз.