Ты заполнишь пустоту в моем сердце?

      Рождение ребенка- это всегда так волнительно для родителей, особенно, когда его хотели уже долгое время и вот мать новорожденного чуда наконец смогла исполнить свою мечту. Она с тяжёлой отдышкой, с потом на лице, измученная и уставшая смотрела на маленькое солнце, которое появилось на свет. Его держали крепкие руки акушерки, он то и делал что плакал, своими закрытыми глазками и дергался в чужих руках. — Тише-тише, мой милый мальчик, тише…— ласковый и нежный голос матери успокоил ребенка на какое-то время. Он схватил ее указательный палец своей маленькой ладошкой, на что вызвал у женщины счастливую улыбку.       После малыша унесли, а героине, лежащей на больничной койке дали отдохнуть и вернуть свои силы.       Мальчик рос в отличной семье, они ни в чем не нуждались, им всего хватало. Отношения с родителями тоже были хорошими, никаких лишних сор и криков, его понимали и принимали таким какой он есть. Уже будучи подростком он значительно изменился попав в одну не благоприятную компанию. Как и бывает со всеми парнями в таких ситуациях, он начинал курить и пить алкоголь, ночами не появляться дома, отчего у него появились плохие черты характера. Парень часто грубил родителям, начинал споры по поводу частых переездов в другой город. А начинать общение с новыми людьми он ненавидел больше всего. Вскоре он просто стал затворником. Сидел дома, тратил все время только на игры и прочее. Не пытался завести друзей и в школе ни с кем не общался, он хотел как можно быстрее вернуться домой и скрыться от общества и быть вдали от всех.       Момент поступления в университет так же тяжко проходил. С ним отчаянно пытались заговорить одногруппники, но он либо грубил, либо игнорировал. Проверянный способ, что уж. Не прошел даже первый семестр, как ему вновь приходится переезжать. Родители это никак не объясняли, точнее юноша даже не пытался узнавать причину переезда, так просто устал. С университетом проблем почти не было, он уже предвидел подобное и то же университет, но с другим корпусом был в нескольких городах, как и в том, в котором он находится впервые. — Сяо, если ты разложил все свои вещи, то сходи в университет! — голос матери доносился из первого этажа их новой квартиры.       Брюнет молча спустился вниз. На плечах висели наушники, а руки были в карманах черных джинс, облегающих его тощие ноги. Он прошел мимо матери, тихо прощаясь и вышел на улицу. Погода была отличная, солнце ярко светило и небо было совершено чистым, без малейшего намека на дождь и тучи. По навигатору он отследил местоположение универа и облегчено выдохнул, когда заметил, что идти до него всего минут пятнадцать. Сегодня нужно было подписать бумаги об переводе и с завтрашнего дня его посещение возобновится. ***       Первый день прошел, на удивление, гладко. Никаких лишних вопросов и всего лишнего не было. Сяо с спокойной душой и тяжёлой музыкой в ушах направился в сторону дома, где его уже ждали родители, что бы отпраздновать последний переезд и первый день на новой работе отца. Вечер прошел быстро. Сяо плотно поел стряпню матери и ушел в комнату, что бы без сил упасть на кровать и погрузиться в сон. К счастью, домашнего задания не было и эти проблемы его никак не мучали. Кстати, учился он отлично и как не странно его любимый предмет был химия. Даже в школе всегда сдавал его на отлично и надеется, что и в этом университете ему повезет с преподавателем.       Сяо с самого детства был вынужден пить разного вида таблетки. Одни из-за его слабой нервной системы, а другие для сердца. Лёгкие приступы боли частенько посещали юношу, но тот наотрез отказывался пить таблетки. «—Я лучше сдохну, чем буду пить эту дрянь.» — так брюнет огрызался, отказываясь от всех лекарств.       Родители волновались и переживали за его будущее, ведь ещё небольшая опухоль, могла стать больше и больше и окончательно добить и так слабое тело парня.       Когда он был ещё совсем мал часто приходилось посещать врачей и не раз спорить с ними, что бы те хоть что-то сделали в те моменты, когда малыш плакал от нескончаемых болей, пытаясь все это пережить. Врачи отказывались проводить операции, оправдывая это тем, что хрупкое тело не выдержит этого и стоит подождать. В 18 лет опухоль становилась больше. Как и в университете он находился реже. Помнится, в школе было так же… Теперь понятно, почему он не смог ни с кем подружиться за такое долгое время. К слову, в универе ему все же удалось найти общий язык с одним человеком, а точнее это был его преподаватель по химии. Он был старше Сяо только на 3 года, поэтому и тот сразу настоял на том, что бы они перешли на «ты». Долгие посиделки с ним после пар в его комнате отдыха стали каким то спасением от внешнего мира. 16 декабря. — Так и когда тебя кладут в больницу? — поинтересовался старший, опуская кружку с чаем на стол перед брюнетом. — В эту пятницу на неделю. — произнес юноша, держа в руках кружку с обжигающим напитком. Во дворе, кстати, уже декабрь. — Так скоро… Без тебя здесь будет совсем скучно. — парень в халате присаживается возле студента и располагается головой на его плече. — Альбедо… Не преувеличивай. — Дурак совсем? — А может ты? — брюнет свёл свои брови к переносице и опустил взгляд на светлую макушку.       К слову, у них был отчасти заперещенный роман. Студент и преподаватель. Первого запросто могли бы выгнать из этого учебного заведения, если бы слух дошел до самой директрисе, а этого они боялись больше всего. Однако, встречи за воротами университета и таинственный человек, к которому Сяо постоянно садился в машину, одаривая встречным поцелуем. Это был именно Альбедо, а скрываться он умел знатно, вот использовал свои навыки, дабы скрыть свое чудо от чужих глаз.       Все началось в конце сентября и продолжается по сей день. Один из них признался в своей влюбленности, которая оказалась взаимной и больше ничто не смело их разлучить друг от друга. Частые посиделки в квартире профессора. Ночёвки. У всех было много вопросов, но ответ на это никто не получал. Они любили друг друга и этого достаточно. 31 декабря 23:36.       Сяо лежит на своей кровати в привычной темной комнате и смотрит на настенные часы, отсчитывая минуты, а то и секунды начала нового года. Родители расставляют последние блюда на стол и готовятся звать сына к началу праздника. И всё же надеются на то, что бы тот пришел сам. Ждут минуту, две, три… Тихий звонок доносится с комнаты юноши, но телефон никто не собирается поднимать, что очень странно, ведь Сяо постоянно раздражался от противных звуков и мигом отвечал на звонок. — Милый, у тебя все хорошо? Уже пора к столу. — мама брюнета стояла за дверью в его комнату, но ответа она так и не получила, а сердце залилось кровью от наступающего волнения. Она глянула на своего мужа и вновь на дверь, аккуратно схватив за ручку, она щёлкнула, опуская и открывая проталкивая дверь вглубь комнаты. Открывая, она заметила руку, лежащую на полу. Лишь кусок. Открывая больше, там виднелось и тело парня, с часто вздымающейся грудью и дыханием, отчего брюнет крепко держа свою грудь в районе сердце, чуть ли не плакал, оставляя лужу слез на холодном паркете. — М-Мама…— хриплый, почти ели слышный голос послышался с уст юноши. — Сяо! ***       Противный звук сирены скорой помощи бил по ушным перепонкам, а перед глазами все расплывалось, как в тумане. Глаза бегали то в сторону обеспокоенной матери, то в сторону врача, который сидел так же близко и держал парня за руку, смотря на него с надеждой. — Потерпи ещё немного, все будет хорошо. Просто будь сильным! — голос мужчины отдавался эхом в ушах, а сознание медленно терялось, уходя на задний план. С этого дня Сяо возненавидел новый год. 20 января.       Уже больше двух недель брюнет лежит в чертовой больнице, постоянно замечая глазами противные белые стены, с которых уже тошнит до потери пульса. К счастью, его он ещё не терял.       Есть ли смысл жизни, если ты изначально был прикован к больничной койке?       Нет, Сяо точно был уверен, что так жить он не хотел, но в один момент все изменилось, хотя своей жизни он не подвластен. Альбедо, которого он так любил, устраивается на работу в туже больницу. Совпадение? Конечно же нет. Блондин просто верит в то, что его знания и навыки спасут любимого от всех тягот данной ему болезни. 25 января. — Подними руку. — просит Крайдепринц, что бы удобнее сменить трубку в катетере, так как кто-то очень любит повертеться ночью и испортить все, что там мучительно делали врачи.       Сяо подчиняется, закатывая глаза и слегка корчась от боли. Все же эта игла в коже, оставляет сильный дискомфорт. — Больно… — шипит младший и отворачивает голову. — Сам виноват. — шикает врач и выпрямляется в спине, заканчивая свою работу. Альбедо кладет руку на голову юноше и бережно проводит ей по шелковистым волосам, оставляя заботливый, короткий поцелуй на лбу своего пациента.       Крайдепринц был единственным, кому доверял Сяо и единственный, которому позволял делать с собой все необходимые процедуры. Никто не посмеет ему перечить, ведь Альбедо сам согласился стать его личным врачом. Однако, если придёт время операции, он задумается об этом ни один раз… — Тебя выпишут в конце этой недели на некоторое время. Сходим на свидание? — с смешинкой произносит блондин, улыбаясь единственному лучику в своей жизни. — Ты ужасный, Ал. — Тогда я схожу за тобой после рабочей смены, идёт? — рука ложится на чужую щеку, а расстояние меж их лицами медленно сокращается. Брюнет кивает и получает до безумия приятный поцелуй, подминая чужие губы. 29 января.       Пустой ночной парк. На часах почти 3 часа ночи, а два влюбленных идиота сидят на лавочках, разглядывая звёзды на небе и выдыхая горячий воздух из рта на свои холодны руки. Зима не щадит и все улицы в этот момент заснеженные, покрыты белой пеленой по каждой поверхности. — Можешь мне кое-что пообещать? — Сяо заглядывает в изумрудные глаза, выпрашивая положительный ответ и получает лишь кивок. — Пообещай, что не будешь грустить после моей смерти. — Ты что такое говоришь?! — возмущаясь воскликнул старший, выскакивая с места.       Брюнет трёт свои пальцы и смотрит под ноги, не желая больше поднимать голову. Ему страшно. Но это ведь правда? Так? Хоть если и есть шанс изменить свою судьбу, но нельзя же быть уверенным на то что это получится с вероятностью в сто процентов. Вот и Сяо так считал. — Я слышал твой разговор с врачом. Мне осталось не больше двух лет, пока моя опухоль окончательно меня не убила. — слезы сами по себе скатывались с уголков глаз, а тело невольно подрагивало от собственных слов. — Сяо…— Альбедо вновь сел рядом и приобнял парня обеими руками, прижимая его к себе, утешая. — Я сделаю все возможное, что бы этого не произошло. Поверь мне, пожалуйста, всегда есть надежда и есть способ как тебя спасти, слышишь? — он старался донести свои слова до юноши, водя рукой по его спине, плавными движениями.       Блондин поднимает на себя взял заплаканных янтарных глаз и смотрит, не отводя собственного взгляда. Большими пальцами, он смахивает влажные дорожки и целует щеки дрожащими губами. Сяо поддается и медленно приходит в себя, прекращая наплыв истерики, ведь это так же вредит его здоровью. ***       Проходит год. Сяо все ещё периодически посещает всю ту же больницу, с всё тем же любимым врачом. То процедуры, то недели под присмотром. Но эти деньки скрашивает один парень, который так же внезапно оказывается в этом же месте. А именно Венти. Упал на голову словно ураган и так сильно вьелся в душу, что и дня без его голоса и шуточек представить можно лишь с трудом. 16 мая. — У тебя есть мечта? — парень с бирюзовыми косичками лежал на одной кровати вместе с брюнетом, разглядывая неоновые звёзды на стене, подаренные Альбедо. — Не знаю… У меня нет четкой мечты. Наверное… — неуверенно ответил Сяо. — А у меня вот есть! Хочу стать самым знаменитым музыкантом и исполнять баллады любимому человеку! — радость воскликнул старший.       Пока баллады он исполнял только для Сяо, к слову, любимым человеком был именно он. Вот только второй об этом не знал, а может и догадывался, но виду точно не подавал. Венти и сам не до конца понял, что же его так зацепило в этой мрачной натуре вечно хмурого парня. Но все же, он был искренним и не отрицал того, что влюблен в лучшего друга, который уже в отношениях. Вот дурак. Видимо страданий в жизни ему не достаточно и решил посолить рану. 8 июля. Новый день, который возненавидел Альбедо.