Рефлексия / LA PAURA DEL BUIO

Напряжение в комнате напоминало сквозящий мерзкий ветер. Оно окутывало всех присутствующих с ног до головы, обволакивая определенных личностей в кабинете особенно сильно. Остальные ровным счётом не понимали, что происходит. Ситуация вышла сюрреалистичней некуда: парочка злых бывших, прожигающих друг друга взглядами, как огнём и скотски ржущая Виктория, которую такой расклад, кажется, забавлял больше всех. Джеймс непонимающе посмотрел на свою подчиненную, надеясь на дальнейшее развитие событий и желая поскорее разрядить непонятную атмосферу. Та кивнув, поправила пиджак на плечах и надела на лицо свою фирменную рабочую улыбку. Стойкости девушки можно было позавидовать. — Итак, Джеймс меня уже представил, но мне нетрудно повторить. Меня зовут Аделин Герра и я рада быть ведущим организатором вашего торжества, — брюнетка не запинаясь проговаривала стандартные заученные фразы про их агентство и её безупречный опыт. По её виду нельзя было сказать, что всё внутри неё сейчас трепещет от нахлынувших эмоций, а сердце заходится в бешеном ритме сальсы, рискуя остановится в любую секундочку. Мозг не переставая скандировал в голове радостное — «Дура!» Внутри мириадами рассыпалась былая уверенность в своём решении взяться за этот проект. Аделин очень долго взвешивала все «за» и «против», прокручивая в голове все возможные варианты развития событий: от дружеского и радушного приёма со стороны Дамиано, до собственной трагической смерти в этом кабинете от рук того же шатена. В итоге пришла к выводу, что эта сделка с болезненным прошлым может дать ей шанс вырваться из однотипных, надоевших заказов и показать всем на что, действительно, способна. А она способна на многое, можете не сомневаться! Она медленно крутит кольцо из белого золота на указательном пальце, пытаясь сфокусировать внимание на работе и успокоить колотящееся сердце. Эта тупая, детская привычка не оставляет её даже в двадцать четыре года. Металл нагревается от прикосновений еще сильнее и скользит по коже так же плавно, как мысль в голове о том, что незамысловатый жест выдает её волнение с потрохами и шатен красноречиво, не стыдясь наглого взгляда — залипает на движение её рук. Главное не поднимать взгляд выше Иначе кабинет опять рискует погрузиться в томное, напряженное состояние так и не выгружаясь из него. — Виктория, Дамиано, — голос девушки заметно погрубел на обращении к паре, — у нас совсем мало времени отведено на организацию, но прошу вас не волноваться. Моя команда — это исключительно профессионалы своего дела. Для начала я хотела бы узнать, есть ли у вас какие-либо пожелания по поводу проведения? Дамиано наконец вернул себе более адекватное понимание ситуации и отвёл взгляд от изящных пальцев брюнетки. Он быстро пересёк расстояние от окна до стола и присел на стул рядом с новоиспеченной невестой. Ви незаметно дернулась от резкого движения рядом, заметив что на них уставились несколько пар глаз в ожидании ответа. Ответа не было и в мыслях. — Аделин, слушай. Можно на «ты»? — Лин коротко кивнула, не переставая мягко улыбаться блондинке, — Мыслей, если честно, никаких. Мы с ребятами были в сумасшедшем туре и там, знаешь ли, не было времени. Но я знаю точно, что я хочу открытую площадку с большим количеством живых цветов. Да-да, дерзкая рокерша тоже любит цветочки. Томас закатил глаза и тепло рассмеялся на слова подруги. — Ты вчера расплакалась, когда пересматривала Рапунцель по Диснею, рокерша, — кажется, парень даже хрюкнул от накатывающего хохота и выделил интонацией своё обращение к девушке. Итан отбил ему пять, подмигнул и продолжил: — А на прошлой неделе без остановки напевала саундтрек Титаника и рассуждала о несправедливости этой истории, — брюнет поднял уголки губ в ухмылке. — Ой, завали, — Ви тоже тихо засмеялась, возвращаясь взглядом к брюнетке. Лин впервые за час улыбнулась искренне. Было приятно наблюдать за весёлой перепалкой ребят. Итан и Томас смотрели на всё происходящее заинтересовано, будто не замечая звенящей неловкости, только периодически поглядывали на Дамиано каким-то странным взглядом. Своего рода переживание свойственное исключительно близким людям — одним взглядом показывая, что они ни черта не понимают, но готовы ударить гитарой по голове кого угодно в случае чего. Аделин поежилась от мысли, что в данный момент она в отличие от шатена совсем одна и гитарой в первую очередь ударят её. Брюнетка пообещала Виктории, что уже завтра они вместе поедут смотреть доступные площадки для проведения, а так же с ними поедет их дизайнер для декорирования, чтобы поговорить о цветочных композициях. Договорившись о времени встречи, все бодро начали собираться и покидать кабинет. Джеймс радушно решил всех проводить на улицу, попутно рассказывая свои очень весёлые истории из практики проведения свадеб Мануэлю. Аделин решила не провожать ребят вместе с начальником ибо очень хотелось остаться наедине с собой хоть на минуту дабы перевести дух и наконец вздохнуть полной грудью, не чувствуя безумной тревоги в теле. Как жаль, что её планам не удалось сбыться. Когда в кабинете не осталось никого кроме неё, она подошла к окну и зашторила окна, предварительно выключив свет. Помещение погрузилась во тьму и только тоненький луч света от уличного фонаря просачивался в комнату, рисуя узоры из сигаретного дыма, оставшегося в кабинете. Руки всё еще мелко дрожали, а внутренние скачки сердца пока не хотели успокаивать свой ритм. Звук грубых, быстрых шагов потревожил тишину и стал неким дополнением к мелодии настенных часов. Тик-так, тик-так. Лин устало закатила глаза к потолку, понимая кто именно стал нарушителем воцарившейся атмосферы шаткого спокойствия. Резкое движение руки развёрнуло девушку лицом к шатену и ни прошло и секунды как Аделин была прижата к стене руками, которые так старательно пыталась забыть несколько лет. Парфюм парня смешался с сигаретным дымом и ворвался в лёгкие Лин с бешеной скоростью, не оставляя надежды насладится свежим воздухом из окна. Сильные руки парня впечатались в стену по бокам от её головы. Девушка чувствовала всем своим нутром тепло чужого тела и сбившееся дыхание парня на своём лице. Карие глаза Дамиано стремительно темнели, выдавая его клокочущую злость. Он смотрел сквозь неё слишком проникновенно, толкая своим взглядом те стены, что она строила до того, как зайти в этот чёртов кабинет. Её пиджак вновь скатился с хрупких плеч, открывая взору острые ключицы. Казалось, что стоит коснуться и обрежешь пальцы. Кудри изрядно растрепались и воцарили хаос, отбрасывая незамысловатые тени на скулы шатена. Гневное молчание парня ничего не объясняло и раздражало всё сильнее с каждым рваным вздохом. — Дами, что ты делаешь? — голос был тихим, почти жалобным, хотя показывать свою уязвимость сейчас было преступлением. Он зажмурился от давнего прозвища. Пощечина из прошлого. Надоедливое напоминание. Звонкий удар под дых. Резкий разряд тока. Желание уколоть сильнее, больнее, резче. — Не смей меня так называть, Дель. Аделин рвано выдохнула, получив в отместку по тому же месту, куда била сама. Между лицами оставались считанные сантиметры, на такое расстояние не подпускают чужих людей. Хотелось выскочить из кабинета пулей и больше никогда не возвращаться, но назад пути нет. Отступать уже поздно. — Какого. Чёрта. Ты. Здесь. — слова вылетали рваными кусками из горла, отскакивая от стен, врезаясь в брюнетку со всей силы и заставляя ёжится от исходящей злости собеседника. Но все мы знаем, что злость передаётся воздушно-капельным путём как ветрянка. Стены нельзя разрушить всего лишь толкнув их, тем более если толкаешь против ветра. Набрав в лёгкие побольше воздуха и ухмыльнувшись всей ситуации, она ответила, высоко вздернув курносый нос: — Расслабься, для меня это всего лишь важный проект на работе. Для тебя же свадьба с любимой девушкой, — брюнетка излучала сарказм, — От тебя исходит слишком много негатива, мне кажется если бы ненавистью можно было дышать, то… — То ты бы задохнулась, — не дал договорить ей шатен, сквозь сжатые зубы, — я ничего к тебе не чувствую, помнишь? Я научился сдерживать обещания, — Дами вернул ей злую усмешку. Аделин прикрыла глаза в немом смехе и почувствовала как руки Дамиано крепко вцепились в её плечи на последних словах. Тепло чужого тела дурманило разум, она отталкивала наваждение всеми силами. На секунду ей показалось, что её актёрская игра ни к чёрту и всё это сон. Что сейчас прозвенит будильник, она откроет глаза и больше не почувствует пряный аромат вокруг и горячих рук на своём теле. В этом был бы громадный плюс — не умереть от инфаркта в двадцать четыре, потому что судя по биению сердца — его не миновать. Или это не её сердце играет в скачки? Но как бы дело не обстояло — это всё ещё реальность, а не сон и сдаваться она не планирует. Шатен сдерживал эмоции давящие горло, как мог и по-прежнему зло ухмылялся. Даже скалился. Брюнетке было смешно уже вслух. Истерически смешно. — Именно поэтому я прижата твоим телом к стене, Дамиано… Когда ты научишься врать? — девушка презрительно фыркнула и оттолкнула парня от себя, — Соизволь сдерживать свои обещания до конца. Покажи мне своё великолепное равнодушие, а я великолепно выполню свою работу, — сделав интонацией акцент на прилагательных, девушка оттолкнула преграду и направилась на выход из душного кабинета. Махнув длинными волосами, она молниеносно выпорхнула из офиса, не попрощавшись ни с кем из сотрудников. Потоки свежего вечернего воздуха не выбивали из лёгких его аромат, но это временно. Она обязательно перестанет чувствовать себя так паршиво. Она обязательно, обязательно справится с этой игрой. Хорошо, что она не услышала как в стену, уже совсем неметафорическую, остервенело, со всей возможной силой врезался кулак парня. Хорошо, что он не увидел, как с каменного, стойкого лица девушки скатилась горячая слеза, которую стёрли так же быстро, как и шанс на то, что вся эта авантюра стоит свеч. Хорошо.

***

— Мел, почему именно сейчас? — утробно зарычав, Аделин пустила тонкие пальцы в волосы, сжав их.  Мелисса была потрясающим дизайнером, флористом и хорошей девушкой. Аделин в принципе везло по жизни на хороших знакомых, но если вы найдёте человека невезучее неё, то вам никто не поверит.  У дизайнера обострилась язва и девушка заунывно разлагалась в больничной палате до выяснения обстоятельств. Сколько таковые будут выясняться — точно никто не говорит, но то что утренняя встреча с молодожёнами пройдёт без неё — вполне логично, хотя и очень прискорбно. — Да, я сама реву от безысходности, Лин. Я так хотела участвовать в этом проекте — жуть. Это же такая возможность! Мне так стыдно… Агрр, — видимо дизайнеру там совсем плохо и она скрутилась на постели, как креветка на сковородке, издавая жалобные звуки.  — Так, всё! Оставить самобичевание! Значит Måneskin обойдутся другим дизайнером. Правда его ещё нужно где-то найти. Успокоить жертву язвы оказалось непосильным трудом, поэтому Аделин пообещав, что постарается приехать к ней как будет время, поспешно отключилась.  Мысли хороводом кружились в голове, как чаинки в чашке из старого сервиза. Найти хорошего дизайнера в Риме не составляло труда, здесь творческих людей хоть отбавляй. Но это, если не учитывать те факты, что встреча уже завтра и сейчас самый разгар сезона.  Когда все контакты в телефонной книге с приставкой «дизайн», «флористика» и «оформление» закончились, Аделин кажется тоже закончилась. Видимо идея пришедшая в голову первой, всё-таки единственно верная.  Брюнетка накинула на плечи клетчатый плед и налив себе бокал гранатового сока, вышла на открытый балкон своей квартиры.  Ночь мягко опускалась на город, открывая взору тёмные, чуть подсвеченные улицы.  На соседнем балконе, прямо на перилах возлежал чёрный, как смоль, кот. Всем видом показывая, что не рад внезапной встрече с соседкой, он оскалился и зашипел, поспешно удалившись. «И что я ему сделала?» Набрав контакт с ярко-рыжей фотографией на аватарке, Лин начала ждать ответа абонента, всё ещё смотря вслед злобному животному.  — Психологическая поддержка на проводе. Предоставляем дорогие услуги собутыльника, — голос Рады был энергичный, словно на часах было вовсе не за полночь.  — Привет, родная, — брюнетка мягко улыбнулась на серьёзный тон подруги. Та явно переживала, ведь Лин так и не рассказывала им о прошедшей встрече, не было времени, да и желания. Чего тут лукавить?  — Та-ак, тебе что-то от меня нужно… — Ты, как всегда проницательна. У меня завтра встреча с…ними. Вместе с дизайнером, который к слову говоря, слился надолго. Мне нужна твоя помощь в выборе и оформлении площадки, выручишь?  Рада устало выдохнула и потянула театральную паузу, хотя обе заведомо знали ответ. Конечно, да. Друг в беде не бросит.  — А вы что с Дамиано не убили друг друга ещё?  Теперь устало молчать в трубку было прерогативой Аделин. Она нашла заначку сигарет на балконе и черкнув зажигалкой, спешно вдохнула дым.  Рыжая цокнула в трубку от недовольства, услышав чем занимается подруга в данный момент.  — В общем, площадка для свадьбы будет на свежем воздухе и Ви хочет много композиций с живыми цветами, с цветовой гаммой пока не определились, — проигнорировав вопрос, брюнетка продолжила посвящать в курс дела и выпускать из легких горькие клубы дыма, — Думаю что разберёмся, когда выберем площадку. Завтра в десять заеду за тобой, хорошо? — Окей, до встречи. — Спасибо большое, — то ли за помощь, то ли за то, что Рада не стала продолжать тираду о бывшем. 

***

Тёплая весна в Риме это не сказка, а больше система. Погода радует ярким солнцем туристов и обычных жителей девять часов в сутки, а уровень осадков снижается до минимума. Но не сегодня. Небо, видимо, настолько прочувствовало настроение Аделин, что зарядило дождь с шести часов утра, барабаня по окнам громадными, тяжелыми каплями. Девушке было плевать ибо сон совсем не шёл, поэтому она решила в сотый раз в компьютере отсмотреть площадки на которые им предстояло ехать сегодня. Эмоций от очередной предстоящей встречи не было никаких, по крайней мере брюнетка себя рьяно в этом убеждала. Уложив кудри в высокий хвост, она выпустила передние пряди на лоб. Привлекать к себе внимание хотелось в последнюю очередь, поэтому образ на день был простым и удобным: джинсы на высокой посадке цвета мокрого асфальта, бежевый топ и объемный вязаный кардиган в шоколадных оттенках. Дождь закончился только тогда, когда вся делегация, состоявшая из: Виктории, Дамиано и Лин с Радой подъезжали к последней предложенной локации. Пара зашла за витиеватые ворота особняка, начав с неподдельным интересом изучать весь представленный интерьер площадки. Здесь, действительно, было что рассматривать. Широкая дорожка из темного дерева вела свой путь от самого выхода из дома до подиума, находившегося на краю огромного ухоженного сада. Сам особняк был окрашен в спокойный молочный цвет, занимая совсем немного места на всей территории, но вписываясь во весь интерьер, как нельзя кстати. Подиум был так же сделан из темного дерева, переливаясь лаком на свету. По всему его периметру были зеркала, увеличивая таким образом пространство до бесконечности. Они выполняли роль алтаря, но в более современном варианте. Их так же можно было украсить небольшими цветочными композициями. По самому верху зеркал были прикреплены круглые небольшие лампы и служили мягкой желтоватой подсветкой всему этому великолепию. Геометрия данного объекта завораживала своей простотой. Невычурная, но креативная и стильная локация сразу нашла отклик как в Виктории, так и в Дамиано. Последний, кстати, избегал любых контактов с командой организаторов. Вечно ходил с незаинтересованной, недовольной миной и сторонился странных взглядов Рады. Для рыжей эта встреча тоже была слегка стрессовой. И если поработать с «какими-то звездами» было не особо интересно, хоть и замечательно дополняло портфолио, то посмотреть на главного бывшего своей лучшей подруги и увидеть как та на него смотрит — стоило всех этих нервов. Взгляды Аделин были почти случайными, неконтролируемыми, но настолько тоскливыми, что сердечко Радиславы каждый раз делало резкий кульбит. Она знает этот взгляд не понаслышке, так смотрят на больных людей, отказавшихся от дальнейшего лечения. Во взгляде мешаются злость от непонимания причин отказа и тяжёлая грусть принятия в сочетании с последними глотками нежности. Единственное отличие взгляда Аделин от того, что описан выше — отсутствие какой-либо надежды. И данный факт лучшая подруга принимать не хотела, зная истинные причины разрыва гордых идиотов. — Нет, Джеймс, нам не нужны больше варианты площадок. Кажется, мы определились.? — Аделин окинула взглядом улыбающуюся Викторию и завершила телефонный разговор с начальником. Блондинка, действительно, была в восторге от открывающего вида и тот факт, что свадьба была по факту обманом несколько омрачал праздник жизни. Нет, к Дамиано она испытывала исключительно дружеские порывы чувств. Даже братские, если можно так сказать, но играть «ненастоящую свадьбу» в таком «настоящем» месте как-то кощунственно, хотя уступать никто уже не собирался. Поэтому договорившись с прекрасным рыжим дизайнером о палитре цветочного оформления, все поспешно начали уходить с площадки к воротам. Ровный строй компании возглавлял Дамиано, который практически подскакивал на скорости, летя к своей машине. — Девушка, извините, я не знаю как в вам обращаться… — седовласый зрелый сотрудник охраны замешкался, догнав Аделин практически у ворот и своим резким звонким голосом остановил всех ребят понаблюдать за диалогом. — Меня зовут Аделин, что вы хотели? — О, Дель! У меня так дочку звать. Я хотел отдать вам пропуски, чтобы не приходилось каждый раз звонить в охрану, — мужчина лучезарно улыбнулся, не испытывая и грамма неловкости. Но брюнетка, кажется, радости не разделяла. Она ловко выдернула пропуски из рук охранника, повторив чётче и грубее: — Меня зовут Аделин. Спасибо. flashback Студенческие конкурсы красоты всегда вызывали у людей слишком разные эмоции. Кто-то сразу же бежал записываться в ряды, гуляющих по подиуму и срывающих овации; кто-то противился этому действу на начальном уровне, презирая участников и считая их одноклеточными особями женского пола; кому-то было откровенно плевать на все эти перипетии, но получить халявный зачёт по любому выбранному предмету за участие в этом мракобесии — это слишком прекрасно, чтобы отказываться. Аделин старалась учиться хорошо, но история искусств давалась ей отвратительно. В общем вообще не давалась, поэтому и было принято решение немного попозориться и блеснуть своей внешностью на сцене старой академии. То что Аделин была замечательно сложена и красива — отрицать глупо, она этого и не делала. Подпитывала тело периодическими тренировками в спортзале, а природные данные продолжали делать своё дело. При наличии стройного тела и симпатичной мордашки — она далеко не была королевой тусовки и даже не входила в пресловутую «элиту», а соревноваться пришлось именно с ними. И мы же все понимаем уровень зависти змеиного царства, когда неприметная обычная девочка взлетает на подиум и собирает высшие оценки жюри. Поэтому, зайдя в гримерную перед дефиле в купальниках, и увидев свой разрезанный в клочья наряд, она практически не удивилась. Что-ж, с импровизацией у неё всегда всё было хорошо.

***

The Rigs — Fault Line

Да, студенческие конкурсы красоты были однотипны и скучны, но зрителей всегда было довольно много. Мало кто упускал возможность посмотреть на красивых однокурсниц и лицезреть примитивное шоу со скудными спецэффектами в виде дымовой завесы и энергичной музыки из старых колонок. Дамиано был в ряде тех, кто пытался скрасить скуку на этом празднике красоты, не забывая посмеиваться над своими недалёкими друзьями, которые практически пускали слюни на главных красавиц академии в откровенных платьях. Девушки на подиуме были прекрасны в своей молодости и беззаботности, но не приковывали взгляд. Пластмассовые улыбки не выражали радости и искренности, как-бы печально это не звучало. Одним словом — не цепляет. Дамиано считал, что красива каждая, но не для каждого. Философия от будущего рокера, это вам не шуточки. Тяжело вздохнув, он окинул взглядом своих парней, по всей видимости деливших ещё не завоеванную добычу поровну. Мерзкие животные. — Мерзкие животные, — решив посвятить в свои мысли друзей, Дамиано презрительно фыркнул, — вам не даст ни одна из них, больные. — А с чего ты взял, что мы про секс? И это мы после этого мерзкие животные? — Итан театрально взмыл руку вверх и всем видом показал, что оскорбился до глубины души, — А вообще, пошли уже ближе к сцене, сейчас начнется дефиле в купальниках! Вот так Итан мог в одном маленьком монологе два раза изменить своей же реплике. Хохотнув и хлопнув по плечу друга, шатен пошёл вместе с ребятами к самому краю подиума. Дефиле отличалось от предыдущих более интимным тёмным освещением и перебивающимся светом софитов. Клубы дыма дополняли атмосферу загадочностью, а девушки замечательно вписывались во всю эту историю. Оригинальность этой части конкурса заключалась в том, что на девушках были не только ещё более откровенные и открытые наряды, еле прикрывающие все прелести женского тела, но и креативность этих образов. Кто-то обшивал бюстгальтеры перьями, кто-то декорировал весь купальник живыми цветами и был похож на загорелую клумбу, а кто-то увлекся бодиартом. Но настроение Дамиано не менялось, даже после таких креативных выпадов. До определенного момента. Когда все пять девушек, дошедшие до этого этапа, прошли свой путь от начала до конца подиума и выстроились ровной линией с левой стороны сцены, оставалась последняя — шестая участница. И судя по злобным смешкам её соперниц — никто уже бедняжку не ждал. А зря, ведь она вышла. И Дамиано еще никогда так рьяно не смотрел на эту чёртову сцену. Аделин вышла из-за кулис в черных круглых очках и плаще цвета хаки, длиной доходившей до щиколотки. Она резким движением сняла очки с лица, бросив их под ноги конкуренткам, и медленно начала идти по подиуму вперёд, срывая возгласы девушек и рваные вздохи парней в зале. Она не просто приковала взгляд Дамиано, она бросала этим взглядом вызов всем присутствующим в зале. На середине подиума, брюнетка взмахнула кудрявой шевелюрой и опрокинула плащ со своих плеч, открывая взору прекраснейшее стройное тело в кружевном чёрном белье. Кружево мягко обтягивало упругие ягодицы и грудь среднего размера. Дамиано, кажется перестал дышать и приоткрыл рот на моменте, когда она развернувшись на триста шестьдесят градусов, прошла летящей походкой до конца подиума и остановилось прямо перед ним. Точнее над ним, ведь подиум был довольно высок, как и длина шпилек на которых она пыталась развернуться назад и уйти к остальным девочкам. Весь зал нервно и громко ахнул, когда кудрявая запнулась за свою же шпильку и начала падать вниз с подиума. Вниз с подиума — прямо в руки к красивому шатену с удивительными глазами. — Со сцены мне в руки девушки ещё не падали, — Дамиано лукаво улыбнулся. — Привет, я Дель. — Очень приятно, Дель. Меня зовут Дами. — Эй, чувак, ты конкретно завис, — Виктория дёргала плечо шатена, пытаясь вывести его из транса. Они так и стояли у ворот особняка, но уже вдвоём. Аделин с Радой выбежали с локации, как только получили свои пропуски. А Дамиано предался внезапным, нахлынувшим воспоминаниям, смотря вслед брюнетке. — Прости, Ви. Я просто устал и немного залип, тебя отвезти домой? Виктория лукаво улыбнулась мыслям в голове, подтверждая свои же догадки. — Да, подвези. По дороге заедем за виски, нас ждёт долгий разговор, дружок. Хорошо, что Дамиано слишком устал всё держать в себе четыре мучительных года и готов поделиться своей болью, хотя бы с подругой. Хорошо, что Виктория пока не осознаёт какая история таится за этими взглядами и верит в то, что всё просто. Хорошо?