На десять лет назад

16 мая 2031 года (за день до возвращения в Стамбул) Берк шёл по пустынному коридору шикарного офисного здания в лондонском Сити. Вот он подошёл к нужной ему двери и без стука вошёл внутрь. - Сынок, Берк, я и не знал, что ты всё ещё здесь. Думал, что ты уже уехал, - с довольной улыбкой сказал Ведат Озкайя. Мужчина лет пятидесяти, всё ещё крепкий и не утративший свою красоту. Его некогда русые волосы уже покрылись сединой, а светлые глаза смотрели хищно и безжалостно. Улыбка не могла сгладить это и обмануть собеседника. Все, кто встречал на своём пути этого человека, понимали, что перед ними настоящий хищник. На первый взгляд никто бы и не подумал, что эти два мужчины отец и сын. Внешне они были совсем не похожи. Ни цветом волос, ни цветом глаз они не напоминали друг друга. И только лишь высокая статная фигура, безупречная осанка, гордая посадка головы, волевой и сильный подбородок выдавали их родство. - Сынок… Надо же, за десять лет мы проделали неплохой путь, от сына шлюхи и выродка я вырос до «сынка», - с сарказмом сказал Берк и присел на кресло напротив отца. Пожилой мужчина опёрся на локти и подался вперёд, в сторону своего собеседника. Видно было, как внутри него закипает гнев, который он тщательно пытался прикрыть фальшивой улыбкой. - Какая муха тебя сегодня укусила? Ты что сейчас пытаешься сделать? - стальным голосом спросил господин Озкайя. - Просто хочу поговорить по душам со своим отцом. Мы с тобой мало общаемся в последнее время. Хочу немного рассказать о себе, о своих делах и кое-что рассказать о тебе, папа. И, конечно же, продемонстрировать результаты своих трудов. Может быть ты даже будешь мной гордиться, - невозмутимо ответил Берк. Молодой мужчина положил на стол тонкую чёрную папку и легко подтолкнул её кончиками пальцев в сторону отца. - Это, скажем так, тизер. Есть и полнометражный фильм, но ты не захочешь его увидеть, это я тебе гарантирую, - всё так же спокойно сказал Берк. Молодой мужчина сложил руки на груди у стал смотреть в окно. Он как будто давал время отцу ознакомится с содержимым папки и теперь терпеливо выжидал, когда же всё будет прочтено. Его отец после минутного колебания всё-таки взял в руки бумаги и одну за другой пробежал их взглядом. Настенные часы громко тикали в абсолютной тишине, они стучали в унисон с сердцебиением Берка. Он был поразительно спокоен сейчас. Ушли волнение и страх. Наконец-то был сделан этот долгожданный шаг, наконец-то с его плеч свалился этот груз, душивший его столько лет, наконец-то начинается его новая жизнь. Господин Озкайя закончил читать документы и устало откинулся в своё массивное рабочее кресло. Он так же как и его сын смотрел в окно, прикидывая что же ему теперь делать. - Когда-то давно ты сказал мне, что я совсем на тебя не похож, что если бы не тест ДНК, то ты бы никогда не подумал, что я твой сын. Но ты был совсем неправ, к сожалению, а может и к счастью. Я очень на тебя похож. Я тоже могу нанести удар прямо в спину. Подло и без жалости. Я тоже могу долго добиваться расположения и усыплять бдительность, а потом в нужный момент воткнуть рукоятку поглубже и ещё прокрутить её для большего эффекта. Ты ведь так поступил с дедом, а я так поступил с тобой, - сказал Берк, наконец прервав эту удушающую тишину. - Ты вместе со мной потопишь и себя. Тебе ничего не достанется, ты всё потеряешь. Ты же это понимаешь? - сквозь сжатую челюсть процедил Ведат Озкайя. - Нет, это не так. Ты не так внимательно ознакомился с документами. Теряешь хватку и не подмечаешь важных мелочей. Уже несколько лет я занимаюсь тем, что развожу наши с тобой бизнесы. Всё чистенькое мне, а всё грязненькое тебе. Все сомнительные схемы, обнал, уход от налогов, всё у тебя. Я раскопал все твои тёмные делишки за последние лет так десять. А я абсолютно чист. Ты доверился не тому человеку, Ведат Озкайя, - с притворным сожалением сказал Берк. Между двумя мужчинами вновь повисла тошнотворная тишина. - Ты можешь спросить как ты ничего этого не заметил, как ничего не понял? У тебя много слабостей на самом деле, хотя ты этого никогда и не признаешь. Ты не уважаешь и не ценишь людей, которые работают на тебя. Ты считаешь, что все вокруг тебя ничтожества, безвольные и ни на что не способные. А между тем, это живые люди, и они хранят твои мерзкие грязные секреты, - прервав молчание, продолжил говорить Берк. Ведат Озкайя считал, что только силой и страхом можно добиться преданности подчинённых. Но он упускал тот факт, что на любую силу есть ещё большая сила. И даже самая верная собака рано или поздно укусит хозяина, если он забывает её кормить и держит в постоянном страхе. Так и произошло. Берк ловко вытянул всю необходимую для него информацию. Он просто знал что и кому нужно предложить. - И самое главное, ты недооценил своего сына. Ты думал, что я всё забыл. Но я ничего не забыл! Видно было как горят глаза Берка, как его душа рвётся и стонет внутри. Ему хотелось закричать от того, что он дошёл до этого. Опустился до грязного шантажа и угроз. Он долгих пять лет был змеёй на груди своего отца. И вот теперь он туго сворачивался вокруг шеи человека, которого когда-то боготворил и чьей любви страстно хотел. - Чего ты хочешь? Если бы ты хотел упечь меня за решётку, то отнёс бы всё это в полицию. Но ты принёс всё это мне. Или ты просто хочешь показать как ты крут, какие у тебя стальные яйца? Пришёл, чтобы всё это бросить мне в лицо. Чего ты хочешь? Прибрать всё к своим рукам? - уже не пряча гнев, спрашивал мужчина. - Честное слово, ты меня невнимательно слушал, отец. Зачем мне сдались все твои сомнительные конторы? Мне не нужны твои деньги. Я уже забрал всё то, что мне причитается по праву. Я взял только то, что сам заработал и забрал наследство деда и бабушки, то, что ты украл у семьи матери. Нужный эффект был достигнут. Впервые господин Озкайя полностью утратил над собой контроль. И это только лишь при одном упоминании имён родителей бывшей жены. - Тогда что тебе нужно? - сатанея спрашивал мужчина. - Всё очень просто. Моя свобода и моя жизнь. Сегодня ночью я вылетаю в Стамбул и ты забываешь о том, что я твой сын. Если твои руки потянутся ко мне или к людям, которых я люблю, и которые находятся под моей защитой, то все эти документы сразу же отправляются в полицию. Я не судья, но здесь лет на двадцать потянет. Я бы не рисковал. Ты не так молод, можешь уже и не выйти на волю, - изображая лицемерное сожаление, сказал Берк. Господин Озкайя холодным, немигающим взглядом смотрел на своего сына. - И всё это шоу ненависти из-за какой-то девчонки, я прав? - усмехнувшись спросил он у Берка. - Нет, не прав. Всё не из-за девчонки, всё из-за любви. Но откуда тебе знать, - холодным голосом произнёс Берк. - Это смешно! Всё не простишь мне того, что я сделал? Надо было дать тебе пару месяцев, чтобы ты с ней по развлекался и благополучно остыл. И какие собственно говоря у тебя могут быть ко мне претензии? Я сделал как было лучше моему сыну! Мы заключили сделку, не забывай! И я выполнил всё, что обещал и даже больше! - поднявшись с места громко кричал мужчина. - Как лучше? Кому именно лучше? Ты украл у нас жизнь. Ты воспользовался тем, что я был ребёнком, воспользовался тем, что я любил, чтобы подчинить меня себе и сделать из меня того, кем ты хотел меня видеть. И ты за это заплатишь. За всё в этой жизни нужно платить, господин Озкайя, - произнёс Берк, вставая с кресла. Молодой мужчина уже стоял у двери, когда его отец вновь заговорил. - Ты не боишься, что я раздавлю тебя, как таракана? - Нет, меня ты не убьёшь, я твой сын. У тебя какая-то навязчивая идея о наследии, династии и прочих вещах. Но и моим близким ты ничего не сделаешь, я слишком много знаю про тебя. Это ты помнишь ведь, да? Поэтому сейчас мы с тобой тихо-мирно расходимся и забываем про друг друга. Фото Стамбула или пахлаву с бюреками не пришлю, не жди, - горько усмехнувшись, сказал Берк и в глазами полными боли и горечи посмотрел на своего отца. Мужчины взглянули друг на друга, как им тогда казалось, в последний раз. * * * * * 10 июня 2031 года (Три недели спустя после вылета в Лондон) Берк испытывал чувство похожее на дежавю. Он вновь поднимается по трапу личного самолёта, вновь покидает туманный Лондон. Он вновь чувствует себя выжатым и вместе с тем как никогда готовым к борьбе. Позади были три утомительных недели бесконечных налоговых проверок и допросов. На его компанию началась настоящая охота. Налоговая и полиция казалось просто поселились в его офисе. И он прекрасно знал, чьих рук это дело. Это сделал отец. Берк был вынужден уехать в Лондон, он не мог допустить краха того, чему он посвятил последние пять лет своей жизни. «Значит ты так решил? Не поверил мне, подумал, что я шучу. Решил прощупать мою оборону и узнать нет ли в ней брешей. На что ещё ты пойдёшь? Ты же этим не ограничишься, я знаю тебя. Ты будешь искать другие способы на меня надавить и таким образом прикрыть свою задницу. Ну что же, ты сам сделал свой выбор. Но если я сейчас передам документы в полицию, то будет практически нереально экстрагировать тебя из Великобритании в Турцию. А я хочу, чтобы ты сел именно в Турции и не за отмывание денег… Мне нужно поторопиться и в нужный момент выманить тебя из Лондона в Турцию» Берк устало помассировал виски и откинулся на спинку кресла. Он должен как можно скорее принять решение и понять как же действовать дальше. Он никак не думал, что отец сейчас решит рискнуть всем. Мужчина набрал своего помощника. - Гёкхан, слушай меня внимательно. Ничего не передавай в полицию. Ничего. Жди моих указаний. И самое главное, когда мы будем готовы сдать отца, прежде чем сделать это, ты должен будешь подстроить так, чтобы отец узнал обо всём и успел до ареста сбежать из Лондона. В Турцию. Он должен уехать в Турцию. А ты это проконтролируешь, - звенящим от волнения и возбуждения голосом отдавал указания мужчина. - Господин Берк, но господин Озкайя может поехать куда угодно. Зачем ему ехать в Турцию? - послышалось на том конце трубки. - Это на мне. Отец так это не оставит, он захочет чьей-то крови. Да и у каждого есть свои слабости. Как я скажу, так моя милая мачеха госпожа Дамла и сделает. Она прилетит в Стамбул первым рейсом и притащит своего старого козла вслед за собой, - с гримасой отвращения сказал Берк и положил трубку. Его отец совсем не умел выбирать себе женщин. Сначала его мать, теперь вот Дамла. Молодой мужчина презрительно скривился стоило ему только подумать о своей мачехе. Она была той ещё продажной шлюшкой. Дамла сразу потекла от своего молоденького пасынка, как только его увидела, и была рада променять старого надоевшего мужа на Берка. Ему даже не пришлось с ней спать! Она с радостью сдавала ему все тайны своего мужа, решив поставить на другого жеребца. Жалкое зрелище… Молодой мужчина чувствовал как сжимаются его мышцы и как вибрирует тело. Мозг работал беспрерывно. Он сгорал от нетерпения и желания действовать. Нужно было уже сделать эти самые главные шаги, как бы страшно ни было. Какая бы горькая правда не ждала его в конце этого пути... Ему нужно как можно скорее начать действовать. Необходимо немедленно лететь в Трапзон, а затем во Францию, как только он вернётся в Стамбул. Тянуть нельзя, это опасно для всех. Да, эти его маневры отвлекли отца и обманули его относительно намерений Берка. Но это временно и если он хочет наконец-то покончить со всем этим и добиться справедливости, то нужно как можно скорее разобраться в том, что произошло целых двадцать лет назад. Только так он сможет закрыть эту страницу его жизни и жить без опасений, со спокойной душой и просто позволить себя быть по-настоящему счастливым. Счастье. Губы Берка расплылись в блаженной улыбке. Для него это слово всегда будет иметь лицо Айбике, всегда будет пахнуть и ощущаться как Айбике. Мужчина вытащил телефон из кармана и набрал выученный наизусть номер, впрочем без надежды на то, что ему ответят. Так опять и получилось. За прошедшие три недели, с момента его экстренного вылета в Лондон это уже стало их ритуалом, их «семейной традицией». Берк три раза в день звонил и отправлял три смс. За всё это время ему ответили один лишь раз, на следующий день после их ночи в отеле. Айбике ответила только потому, что она не знала, что этот номер принадлежит Берку. Разговор не задался... Он уехал так и не предупредив об отъезде и мог понять девушку. Берк проснулся и понял, что он один в номере. Ощущение тревоги сразу же им овладело. Ночь прошла и Айбике явно была настроена забыть о своей слабости. Берк метался по всему утреннему Стамбулу, пытаясь разыскать её и всё объяснить. Он звонил всем. Огулджану, Доруку, Фырату, даже родителям девушки, которые, на его удачу, его не узнали. Всё безрезультатно. Он больше не мог тянуть и в полдень всё-таки вылетел в Лондон. Телефон Айбике включился только лишь ближе к вечеру. Девушка подняла трубку и ответила усталым голосом. Она была в ярости от того, что Берк ей позвонил и на то были свои причины. Как же не во время вышла эта статья! Как он вообще мог о ней забыть?! После их ночи, после попыток найти Айбике, он забыл про всё на свете! И это только подлило масла в огонь… Но сейчас он вернётся и обязательно найдёт способ поговорить и объясниться, чего бы это ему не стоило. Берк быстро набрал сообщение, назначая встречу как только он прилетит в Стамбул, пусть и не имея надежды на то, что Айбике всё-таки придёт на неё.