Падший ангел

После краткой, но запоминающейся речи полковника всех «новобранцев» отвели в казарму. Поскольку за все время пребывания здесь Курт Вагнер не видел ни одного окна, а все время был в бетонных помещениях, то сделал вывод, что они находятся в подземном бункере. В казарме были двухъярусные койки, стол и стулья. Еще на стене, над входом, висели часы. Курту досталось место сверху. К нему подошли двое товарищей по несчастью, которые заняли место под ним и рядом с ним на втором ярусе. – Тебя как теперь зовут? – спросил один из них. – Курт Вагнер, а тебя? – Людвиг Штольц. – А я Клют Диблин, – сказал второй. Через час был ужин, а после него еще через час отбой. *** Подъём был в 7 утра. Дав 10 минут чтобы привести себя в порядок их отвели в огромный круглый, в центре которого располагалось большое количество тренажеров, а по периметру шла беговая дорожка. Им приказали пробежать 20 кругов. Дальше был комплекс силовых упражнений. Дальше был завтрак. После завтрака всех отвели в странный кабинет, походивший не то на лабораторию, не то на пыточную камеру. Вдоль стен стояли столики с различными шприцами, ампулами и медицинским оборудованием, а в центре стояло кресло, похожее на то, что стоит в кабинете стоматолога, но только с тончайшими иглами там, где должен был разместиться затылок человека, и с ремнями для фиксации всего тела. – Это кресло для гипнотического кодирования. С помощью игл, вводящихся в мозг через затылок в ваши пустые головы, будет закачиваться информация, – спокойным и холодным тоном произнес стоящий рядом с креслом чернокожий мужчина в белом халате. – Кто хочет быть первым? – спросил сопровождающий их лейтенант. Воцарилась гробовая тишина. – Тогда будешь ты, – сказал лейтенант и указал на Курта. Двое сопровождающих их вместе с лейтенантом солдат схватили остолбеневшего от ужаса мальчишку и зафиксировали его в кресле. Всех остальных в этот момент построили по стойке смирно напротив. Если бы Курта попросили описать ту боль, что он испытал в момент введения игл в голову, он бы никогда не смог подобрать для этого нужных слов. Весь мир на секунду померк пред его глазами, а потом внезапно взорвался образами. Голову разрывало от нечеловеческой боли. Он даже не мог кричать, так как ему парализовало почти все мышцы лица. Перед глазами проносились картинки, правда, Курт не мог сосредоточиться ни на одной из них. Но он внезапно осознал, что откуда-то знает как держать в руках сотни видов огнестрельного оружия, как из них стрелять, перезаряжать и обслуживать их. Он никогда раньше не интересовался этим, а настоящее огнестрельное оружие даже вживую никогда не видел. Эта пытка продолжалась несколько часов, как показалось ему, после чего боль внезапно прекратилась, и он почувствовал, как его тело покидают иглы. Дальше ему вкололи какую-то мутную жидкость, после которой в его обессиленном теле откуда-то появились силы. Его отстегнули, и он на ватных ногах пошел в строй. Затем каждого из них сажали в это кресло и проделывали ту же процедуру. У всех на лицах в этот момент было выражение нечеловеческого страдания. После этого им дали один час отдыха, после чего повели на стрельбище. Это было помещение, стены, пол, и потолок которого были обшиты специальным материалом, в котором застревали пули. Перед ними стояло 20 столов, на которых лежали автоматы SR-47 и набор из 10 разных пистолетов, а также по три обоймы к каждому стволу. Инструктор скомандовал: – На позицию. Все подошли к столам. Инструктор скомандовал взять автоматы и приготовиться к стрельбе. Курта насторожило то, что не было никакого инструктажа по технике безопасности. Только потом он понял, что в этом не было необходимости. – Огонь. Двадцать стволов разом огрызнулись свинцом. Мальчишки, еще вчера не знавшие, как правильно держать автомат, разили выскакивающие из пола голограммы противников с меткостью человека, прошедшего от начала до конца срочную службу в армии. Им не требовалось напоминать, что нельзя направлять оружие в других людей на стрельбище, не требовалось разъяснять суть команд. Они как будто занимались этим всю жизнь. После стрельбища снова была силовая тренировка. После неё – обед. После обеда – вновь стрельбище. Дальше был час на отдых и ужин. После ужина еще час отдыха и отбой. *** Так тянулись месяцы. Будущие универсальные солдаты при помощи новейших технологий приобрели навыки стрельбы, рукопашного боя, обращения с взрывчаткой, маскировки и выживания, изучили психологию и все существующие тактики боя, избавились от комплексов, жалости, милосердия. Из них последовательно и целенаправленно вытравливали все чувства и эмоции. Через два года подошел финальный этап их подготовки. Он заключался в операции по изменению генома. В результате они должны были приобрести полный иммунитет к любым патогенным микроорганизмам, проще говоря, стать неуязвимыми для любой болезни. И вот на мониторе главного компьютера лаборатории генной инженерии военной базы NPD-67 высветились результаты 20 операций. Все они прошли успешно, и никто не заметил сбой крохотный программы, в результате которого она не показала то, что Курт Вагнер в течение 4 – 5 лет полностью перестанет стареть. *** Прошло еще восемь лет. Курт Вагнер все это время служил в подразделении SP-38. Он участвовал в ликвидации двух полевых командиров группировки исламистов в Палестине, сражался с наркоторговцами в джунглях Аргентины, ликвидировал вьетнамского генерала, мешавшего заключению выгодного контракта между его правительством и Пентагоном. Одним словом служил интересам демократии по всему миру. За эти годы он почти утратил в себе все человеческие черты, превратившись в жалкого призрака себя былого. Лишь страх за жизни его близких толкал его вперед. Но судьба умеет преподносить сюрпризы.