Все в порядке, Се. Я рядом.

Хината не любил море. Не то, чтобы он боялся воды, или не мог терпеть палящее солнце. Ему просто не нравилось ощущение пустоты под ногами. В воде было сложнее управлять собственным телом, не говоря уже о том, что его рост не позволял ему заходить глубоко. Но сейчас был август. Спортивный зал заняла команда по баскетболу по причине скорых соревнований, поэтому тренер Укай устроил им двухдневный выезд на море, естественно, не без волейбольной практики. Они только закончили второй сет, когда солнце начало заходить. Хината засмотрелся на закатное небо. Красные полосы сливались с темно-синими, среди которых рябью шли золотисто-серые облака. Повернув голову обратно в сторону сетки, он почувствовал сильный удар, словно пощечину. Мяч прилетел ему прямо в лицо. Где-то справа послышался всплеск смеха. Кажется, это был Нишиноя. Хината встал с земли, отряхивая песок с шорт. Только сейчас он понял, как устал. Ноги ныли, плечи и спина обгорели. Играть на песке было сложнее, к тому же солнце постоянно слепило глаза, еще и ветер не позволял бить так точно, как в зале. Он обреченно вздохнул. Ему хотелось домой, в родной зал, в знакомый город. Солнце окончательно зашло за горизонт. Тсукишима и Ямагучи давно ушли, сказав, что хотят первые занять душ, чтобы не делить их с более шумными сокомандниками. Танака и Нишиноя не отходили от Киеки. Сугавара, Дайчи и Асахи о чем-то оживленно говорили с тренером Укаем, размахивая какими-то бумагами. Кажется, план дальнейших игр. Хината растерянно стоял в стороне, не зная к кому подойти. С одной стороны, ему очень хотелось узнать все о следующих матчах, и он уже сделал шаг навстречу семпаям, когда заметил, что Кагеяма что-то высматривает в волнах. – Хей! Что потерял? Корону? – Хината усмехнулся, но тут же пожалел, что пошутил. Кагеяма уставился на него испепеляющим взглядом и, приблизившись, больно вцепился длинными пальцами в волосы. Хината зажмурился, но тут же почувствовал, как хватка парня ослабилась. Он еще немного поиграл с рыжими волосами и убрал руку. – У тебя в волосах песок. Иди помойся. Хината смущенно запустил пальцы в волосы, пытаясь очистить их от песка. – Сам помойся. – Ладно, – он проронил это настолько спокойным тоном, что на мгновение Хината ощутил мурашки по коже. Кагеяма быстрыми шагами направился в море. Волны били его по ногам, затем по торсу, по плечам, а потом он скрылся под ними с головой. Хината к собственному удивлению обнаружил, что сам задержал дыхание, пока Кагеяма не вынырнул. Тот скоро показался над поверхностью воды и зоркими синими глазами вызывающе взглянул на Хинату. – Я тебе не уступлю! – Хината услышал, как его голос дрогнул, но не подал виду. Ему было тревожно, но он не знал почему. Вода была холодной, если не ледяной, ветер усилился, но он упрямо двигался к Кагеяме, который уплыл достаточно далеко. – Подожди! Слишком далеко. – Силенок не хватает? – Кагеяма посмеялся, но все равно проплыл ближе к Хинате. Они оба плескались в воде, не произнося ни слова. Было совсем темно, но Хината мог видеть бледную кожу Кагеямы, его голую грудь, покрытую каплями морской воды, а ниже… Он встряхнул головой и отвернулся. Земли под ногами он не чувствовал, зато ощущал рябь на воде, вызванную движениями Кагеямы. – Вернемся? Уже холодно, – Кагеяма поплыл к берегу, быстро преодолевая расстояние. Хината двинулся за ним. Но в тот же момент до него донесся крик. – МЯЧ! Он увидел, как в паре метров над ним пролетело что-то желто-синие. Мяч, кто-то ударил с берега? Он инстинктивно развернулся, мяч плескался на волнах в нескольких метрах от него. Он посмотрел по сторонам, рядом никого не было, Кагеяма уже стоял на берегу, смотря в сторону мяча. Или в сторону Хинаты? Се снова покрутил головой и двинулся в сторону мяча. Тот отплыл еще дальше, гонимый волнами. Ветер усилился, сумерки сгустились настолько сильно, насколько это было возможно. Как назло, небо было затянуло тучами, так что даже звезды и луна не спасали его. Он все еще видел мелькающий желто-синий, словно маяк, мяч, и плыл к нему. Хината еще с детства понял, что собственный мозг может обманывать, пугать, изводить организм. И сейчас его воображение рисовало не самую приятную картину. Он вспомнил всех тех морских существ, что видел в журналах, репортажи об утопленниках, которые иногда цеплялись за якоря или чьи-то ноги, судороги, которые может испытывать человек и которые парализуют его, не позволяя двигаться и нормально дышать. И тогда он понял, что не доплывет. Ни до мяча, ни до берега. Ноги свело, по рукам пробежали мурашки, он почувствовал, что начал задыхаться. Он остановился, в панике разводя руками и ногами, поднимая голову над водой. То и дело его накрывали волны, он сплевывал соленую воду, чувствовал ее на губах и в глотке. Глаза щипало, в ушах слышалось биение сердца. Он начал вертеться по сторонам и с еще большей паникой обнаружил, что не видит берега. Все, что его окружало, было кромешной тьмой. Непроглядная ледяная бескрайняя вода. И он в ней тонул. Когда он в очередной раз оказался погруженным под волну, он понял, что не всплывет. Что вода все стремительнее тянет его на дно. Он вытянул руки, но не смог поднять себя. Тогда же что-то схватило его за запястье и резко потянуло вверх. Его словно выкинуло обратно над поверхностью воды, рука болела от того, как сильно ее сжали. Он почувствовал, что вода мешает ему дышать, он в панике забился всем телом, которое пыталось изрыгнуть попавшее в него воду. Восстановить дыхание было сложно, еще сложнее это было сделать, не касаясь земли. На него снова наступала паника. Он ощущал воду везде, во рту, в ушах, в носу, в глотке, в легких. – Хината, дыши, черт возьми! – до него донесся дрожащий голос. Он увидел ярко-синие глаза, с беспокойством направленные на него. – Кх-кхагеяма? – он откашливался, плевался водой, уже в состоянии вздохнуть, но все еще не в полную силу. – Слушай меня, понял? – Кагеяма звучал увереннее. Хината закивал головой, все еще пытаясь держать баланс в воде, но то и дело проваливаясь под наступающие и усиливающиеся волны. – Успокойся. Дыши. Перестань дергаться. Позволь воде держать тебя, – Хината ощутил, что Кагеяма держит его за руку. Он немного расслабил ноги, но в тот же момент попал под воду. – НЕ МОГУ! Не могу! Мне страшно! – Хината истерично затрясся всем телом, высвободившись из руки Кагеямы. Паника не уходила. Ему действительно было страшно. – Не бойся, придурок! Перестань так биться в воде, я не могу схватить тебя! – Кагеяма подплыл ближе, снова схватив Хинату за руку. Он чувствовал, как парень дрожит, и понимал, что сейчас они оба в опасном положении. – Просто повторяй за мной, давай же! – Кагеяма отпустил Хинату, немного отплыв на него, и начал спокойно разводить руками вокруг себя. Хината испуганно взглянул на него, но постепенно начал повторять движения его рук. Его дыхание чуть ослабилось, перестало быть таким спонтанным и истеричным. Даже взгляд стал спокойнее. – Вот видишь? Все хорошо. Плыви ко мне, – Кагеяма поманил его рукой, поворачиваясь спиной к берегу, останавливаясь на небольшом расстоянии от Хинаты. Тот начал делать первые разумные движения в воде, хотя его руки все еще дрожали. – Все хорошо. Я рядом, Се,– Кагеяма продолжал плыть спиной, маня за собой Хинату. Тот сосредоточился на дыхании и движениях. Вскоре они оказались на такой глубине, что Хината мог стоять на ногах. Они остановились. Хината резко поддался вперед и обнял Кагеяму. – Прости. Я… испугался. И мяч не смог достать. – Забей на мяч, Хината, – Кагеяма немного смутился, почувствовав, как холодное тело прижалось к нему. Он неловко поднял руки, положив их на плечи Хинате. Тот сильно дрожал. – Все хорошо, Се. Я рядом, – повторил он, не отпуская парня. Они простояли так еще некоторое время, пока оба не начали дрожать от холода. Потом оба смущенно отдалились друг от друга и пошли к берегу. – А где мяч? – подал голос Сугавара, но заметив, что оба Хината и Кагеяма слишком молчаливы, обеспокоенно взглянул на них. – Что случилось? Вы подрались? – Нет, – ответили оба в унисон и, проигнорировав первый вопрос, двинулись к домикам, которые они снимали. Хината обнял себя руками, все еще дрожа, то ли от холода, то ли от страха. Кагеяма шел молча, немного ближе к нему, чем обычно, из-за чего их пальцы иногда касались друг друга. На горизонте уже показались домики, когда Хината остановился. – Я не хочу идти туда, – он смущенно опустил взгляд на землю, боясь столкнуться с ярко-синими глазами. – Может… прогуляемся? По берегу или сходим на игровую площадку. Кагеяма кивнул и, развернувшись, направился в обратную сторону. Хината двинулся следом. – Знаешь, я слышал от Бокуто-сана, что по ночам в августе море светится. Он говорил что-то про медуз и фосфор или каких-то мальков… В общем, ему показал это Акааши на их первом свидании, и я… – Хината резко умолк, испуганно взглянув на Кагеяму. Тот не подал виду. – В общем, я не уверен, что это правда, иногда Бокуто-сан преувеличивает некоторые вещи, но мы можем взглянуть. – Хочешь вернуться к морю? – наигранно высокомерным тоном спросил Кагеяма, но в его глазах Хината увидел искреннее беспокойство. Или ему показалось? – Хей! Я просто немного испугался воды. Но я не боюсь берега! Идем,– в два прыжка он оказался быстрее Кагеямы, из-за чего тот тоже ускорил шаг. Закончилось все тем, что они лежали на берегу, глубоко дыша и пытаясь восстановить дыхание после быстрого и долгого бега. Они не собирались проигрывать друг другу. Хината приподнялся на локтях и взглянул вперед. Было темно, с этого ракурса даже воды практически не было видно. Краем глаза он приметил Кагеяму. Тот смотрел вверх. Хината задрал голову. Над ним россыпью висели звезды, миллионы ярких космических тел, сплетавшихся в сложные созвездия, названия которых не знал. Ему вдруг стало одиноко. Он почувствовал, как в уголках глаз защипало, и отвел взгляд. В этот момент, когда он оторвался от неба, у него перехватило дыхание, словно кто-то выбил весь воздух из легких. Кагеяма больше не глядел на звезды. Он смотрел в упор на Хинату. Немигающий, растерянный, молчаливый взгляд. Видимо, у Хинаты был такой же. Оба парня испуганно смотрели друг на друга, не решаясь двинуться или заговорить. Пока Хината не почувствовал легкое прикосновение чужих пальцев к руке. По всему телу пробежала дрожь, и почему-то потянуло где-то внизу живота. Хината перевернул руку ладошкой вверх, и так их пальцы переплелись. Они глубоко дышали, глупо пялясь на сцепленные руки. – Ты… чувствуешь что-то странное? – Хината говорил тихо, голос обрывался. – Как будто сейчас идет последний решающий сет… – начал Кагеяма. –… и остается отрыв в одно очко до победы, – закончил Хината. Они посмотрели друг на друга, сначала встревоженно, но тут же оба засмеялись. Подул слабый ветер. Они встали, не расцепив рук, и направились к берегу. Море встретило их неприветливыми волнами. Мрачное и такое же холодное. Хината поморщился и вздрогнул. Кагеяма уверенно вел его к тому месту, где волны облизывали берег. Оба начали вглядываться в темную воду, когда вдруг она заискрилась. Оба парня застыли. Хината широко раскрыл глаза, удивленно и несколько глупо смотря в воду. Она сияла, в черных волнах четко виднелись сотни, нет, тысячи звезд. Даже под их ногами, когда они наступали на податливый мокрый песок, оставался след из этих светлячков. Они медленно шли вдоль берега, держась за руки и смотря по сторонам, цепляясь взглядом за искрящуюся воду. Они не проронили ни слова, но их пальцы словно исследовали руку друг друга, неспешно двигаясь по ладошке, затрагивая запястье, снова сцепляясь пальцами. Хината все еще боролся со странным чувством внизу живота, недостатком воздуха в легких. И несмотря на холодный вечер, он ощущал тепло. Кагеяма вдруг потянул его в сторону, прочь от воды. Хината растерянно взглянул на него, но тогда же приметил стоящую недалеко площадку. Горка, качели, какие-то сломанные и торчащие из земли столбы. Кагеяма подвел его к качели. Она была двойная, но сидений не было, вместо них остались пошатывающиеся доски. Кагеяма встал на одну сторону, Хината поднялся на другую. Так они оказались лицом к другу, но оба не поднимали глаз. Раскачиваясь из стороны в сторону, они смотрели в небо. Звезды все еще окружали их и теперь из-за движения качель они словно плясали над ними. Хината засмеялся. – Ты чего? – Кагеяма настороженно взглянул на него. – Не знаю… Просто все такое нереальное, - Хината вдруг почувствовал смелость и необходимость говорить. – Ты сейчас совсем другой. Такой смелый и как будто открытый, - он вспомнил, что еще недавно держался с ним за руки и покраснел. Хорошо, что было темно. Иначе бы он заметил, что Кагеяма покраснел тоже. – Было бы здорово, если бы ты мог так делать и дальше. Ну, знаешь, гулять со мной и… – он запнулся, подбирая слова. – Держать за руку. Знаешь, тогда, когда я почти утонул, я был так счастлив, что ты оказался рядом. Ты спас меня, и с тех пор, как ты коснулся меня тогда в воде, я ощущаю что-то странное, я такого никогда не чувствовал. Крутит живот, и голова болит, и дышать тяжело. Как перед выходом на большую площадку, и ноги немного дрожат. И почему-то очень хочется тебя… Он не успел договорить, когда почувствовал, как тяжесть качель перевалила в его сторону, и Кагеяма, резко подавшись вперед, прикоснулся своими губами к его. Хината застыл, растерянно смотря на парня, который был так близко, который нежно касался его рта своим. Он задрожал всем телом, тяжесть в животе усилилась, но вместе с этим все мысли исчезли. Время словно остановилось. Они стояли, прижавшись губами, вслушиваясь в дыхание друг друга, ощущая тепло тел. Когда им стало не хватать воздуха, Кагеяма отпрянул назад, отведя взгляд. – Прости. – Что? Нет! – Хината вцепился руками в Кагеяму, чуть не потеряв равновесие. – Спасибо! Я бы ни за что не решился. Это все еще странно и очень неловко, я не знаю, что делать дальше. Это нормально? Мы ведь парни. А если кто-нибудь видел? Что, если остальные узнают? Нас выгонят с волейбола? Вдруг меня выгонят из дома? Мы теперь встречаемся? Тебе понравились мои губы? Потому что твои… – Хината! – Кагеяма повысил голос. – Се! Успокойся. Все хорошо. Ну, я так думаю. Это просто поцелуй, мы не занимались ничем опасным. И да, мне понравились… ну, твои губы, – он смущенно отвернулся, встряхнув волосами. Черные пряди упали ему на лицо. Хината убрал их со лба, всматриваясь в ярко-синие глаза. – Ты такой красивый, ты знаешь это? – Хината нежно коснулся его щек, снова прильнув к его губам. Они молча направлялись к домикам. Было давно за полночь, когда они, держась за руки, зашли в общую комнату. Все, кроме третьегодок, спали. – Вы где пропадали, черти?! – Дайчи говорил это шепотом, но грозно. Хината и Кагеяма резко отпустили руки друг друга. Это не ускользнуло от взгляда Сугавары. – Не кричи на них, Дайчи. Это я послал их проверить территорию на наличие новой площадки. Прости, совсем забыл, – он помахал рукой, улыбаясь. – Я убью тебя, Коуши, – разочарованно проговорил Дайчи, ложась в постель. Через час спали уже и третьегодки. Все, кроме Хинаты и Кагеямы. Хината дрожал всем телом, ему было холодно. Он хватался рукой за футболку, словно пытаясь освободить место для дыхания. Ему было душно. Он прикоснулся рукой к губам. Улыбнулся. Кагеяма поцеловал его, по-настоящему. И потом он ответил ему тем же. Он все еще не мог заснуть, когда почувствовал, как гибкие длинные руки обвиваются вокруг его талии. Кагеяма прижался к нему сзади, горячим дыханием обжигая шею. Он притянул к себе Хинату. – Все в порядке, Се. Я рядом. _ _ _ _ Удивительно, но даже самые странные и долгие сны длятся от силы несколько минут. Еще говорят, что перед смертью у человека есть примерно такое же время, прежде чем мозг окончательно отключится. Хината Се умер в тот день. Кагеяма Тобио не успел спасти его. Он вытащил тело, в легких которого было слишком много воды, на берег, отчаянно давя руками на его грудь. Хината был бледным. Он не дышал. Не отозвался, когда Кагеяма позвал его. Не отреагировал, когда Кагеяма прижал его к себе. Обнимая Хинату, он продолжал истерично говорить. – Все в порядке, Се. Я рядом. Пока его слова не разразились рыданием. Пока Хинату не отняли у него. Небо в ту ночь было затянуло тучами, волны не искрились, качели были давно сломаны, и Кагеяма заснул в одиночестве. _ _ _ _ Кагеяма дрожал всем телом, вертясь по сторонам, не в силах успокоиться. Он обливался потом, но при этом ему было очень холодно. Он не спал, но был в таком состоянии, что не мог нормально ответить на действия, происходящие вокруг него. Хината безуспешно тряс Кагеяму за плечи, пытаясь его пробудить. Тот что-то бормотал себе под нос. Хинате показалось, или он звал его по имени? – Кагеяма! Очнись же, придурок! – Хината ударил Кагеяму по щеке. Послышался громкий удар как от хлыста, и Хината испугался, увидев, как покраснело место, куда он опустил ладонь. Но испуг резко сменился облегчением, когда он увидел, что Кагеяма открыл глаза. Его синий взгляд бешено носился по сторонам, как будто что-то выискивая, и вдруг, приметив Хинату, остановился. Кагеяма вскочил, вцепившись в Хинату. Последний не мог видеть его лица, но чувствовал, как чужие руки все сильнее сжимают его тело. До него доносилось тяжелое дыхание Кагеямы, к которому примешался ещё один звук. Тихие всхлипы. Кагеяма плакал, и Хината не знал почему, и это разбивало ему сердце. Он обнял Кагеяму, сильнее прижимая его к себе. – Мне пр-риснилось, что ты у-умер, Хината, п-прошу, скажи, что э-это все неправда, – слова смешивались с рыданиями, и Хината облегченно выдохнул. Всего лишь плохой сон. – Я живой, видишь? И прямо сейчас обнимаю тебя, – Хината запустил руку в волосы Кагеямы, мягкими и ритмичными движениями разглаживая их. Кагеяма начал дышать ровнее, вскоре стихли и всхлипы. Но он все не отпускал из крепких объятий Хинату. Хината мягко отступил назад, положив обе руки на щёки Кагеямы, и поднёс его лицо к себе, глядя ему в глаза. Они были красными из-за слез, испуганными из-за кошмара и растерянными из-за чувств. Но Хината любил эти глаза. – Все в порядке, Тобио, – тихо сказал он, осторожно прикасаясь губами к его губам. – Я рядом.