Больные тоже своего рода беременные

      Квакити хныкал, валяясь в кроватке. Горло разрывал противный, сухой кашель. Глотать, чихать и, уж тем более, кашлять, – было больно. На языке оставался неприятный привкус, который даже запить было нечем. Слюна не помогала, как и еда с водой. Не ощущались никакие вкусы. Ел парень, наверное, чтобы не дай Бог не усугубить свое положение. Да и слабость его мучила нехилая, а чтобы силы были, либо спи, либо ешь. И первое и второе не давало какого-либо наслаждения. Просыпаться черт побери во сколько, потому что ты кашляешь, ужасно. Хотя, это еще полпроблемы. Видите ли, организм Квака наотрез отказывается засыпать повторно: если проснулся, можешь и не надеяться заснуть обратно. А вот есть и пить, как говорилось раньше, болезненно.       Короче, пиздел Бараш, когда говорил, как приятно болеть.       Закинув в рот очередную сосульку со вкусом меда и лимона, Алексис приподнялся. Смесь, конечно, поначалу казалась отвратительной. Господи, кто смешивает мед и лимон? Лимон и имбирь? Хорошо. Мед и имбирь? Отлично. Мед и лимон? Вы там норм?       Хмыкнув своим мыслям, парень отправился на кухню, дабы заварить себе чай. Вступив на порог кухни и кинув взгляд на остывший, уже давно, чайник, из уст Алекса вырвался тяжелый вздох. Опять ставить его кипятиться? Да полгода пройдет, прежде чем он закипит!       Набрав в чайник воды, Квакити поставил его кипятиться. Сколько бы тот не злился, что надо было встать раньше, а потом уже валяться в кровати, делу это не помогло бы в любом случае. "Слезами горю не поможешь". Остается лишь сидеть и ждать.       Взяв телефон в руки, брюнет решил полистать новости в ВК. Ну, а что еще делать? Единственное, что он может сделать, — это развлекать себя. Заметив, что лучший друг онлайн, Алекс слабо улыбнулся и вошел в чат с ним. Быстро напечатав сообщение, тот стал ждать ответ. Quackity Хэй, чувырла! Привет! Как дела? Dream печатает...       Квакити хихикнул. Дрим как всегда в своем репертуаре. Вечно онлайн и увидев сообщение, сразу начинает печатать. Dream Привет, дичь. Чуть теплей говна, так сказать. Херово, болею. Ты как?       Мексиканец как-то по грустному шмыгнул носом. Мда, жаль, что его друг переживает тоже самое, что и он. Болеть хреново, от слова совсем. Такое и врагу не пожелаешь. У брюнета сухой кашель, сопли и слабость. Хотя бы нет температуры, и на этом спасибо. Quackity Блять. А что так? Как заболел? Dream Я ебу? Вроде после водных процедур вышел на балкон – белье развесить. Quackity :( Я тоже болею( Dream Пиздец. А у тебя то что? Quackity Под дождь попал. Бля, ну, кто же знал! На меня всего пару капелек упало, и все! Я сразу же побежал домой! Dream F       Прокашлявшись, латиноамериканец кивнул. У него с Дримом был стальной иммунитет, они могли спокойно в бурю пить холодный чай! Мерзли руки и ноги, но не болели они! Может сопли немного текли, но это исключительно из-за холода.       Услышав свист чайника, напоминающий смех Тейкена, Алекс пришел в себя. Быстро встав и сняв его с плиты, Квакити вновь подошел к столу, на котором лежал телефон. Опа. Еще одно сообщение от Дрима. Хотя, минуточку. Jschlatt Привет, тебя давно как-то не видно. Ты как там?       Щеки Алексиса немного покрылись алым румянцем. Безусловно, парню нравился Шлатт, так что забота с его стороны, наверное, была бы самой приятной. Брюнет понимает, что это может быть просто вопрос, за которым не кроется никакая забота или волнение, но надеяться на лучшее хочется. В одной книжке по психологии он вычитал, что люди, витающие в облаках, легче переносят, переживают эмоциональные переживания или вроде того. А-ля, если у тебя есть надежды, то у тебя есть лучик света, благодаря которому тебе легче жить. Так что почему бы Квакити не позволить себе помечтать? Quackity Привет Да вот, болею. Сам как?       Алекс горько усмехнулся, понимая, что после этого, возможно, собеседник отступит. Кому хочется разговаривать с человеком, у которого настроение меняется каждые 5 минут на 180 градусов? Никому, вот именно.       Его взгляд скользнул на пачку таблеток на столе, и тот вернулся с небес на землю. Он же хотел выпить чая, точно! Его доктор сказал, что ему стоит пить как можно больше жидкости, полоскать горло и пить некоторые таблетки. Вылечиться хотелось как можно быстрее, так что пришлось выполнять 2/3 пунктов через "не хочу". Ага, никто не говорил, что таблетки или раствор будет вкусным. Хотя, раствор был соленым и на вкус довольно неплохим. А вот, что касается таблеток..       Господи, неужели нельзя было прописать "мукалтин"? Лучшие таблетки, что он пил в своей жизни. Слегка напоминают шипучку, так как эти лекарства приятно шипели во рту. А, стоп. А от чего мукалтин то?       Квакити покачал головой и фыркнул. Да, со знанием таблеток и лекарств у него было туго. Итак память ужасная, а тут нужно запоминать от чего каждое лекарство. Легче, конечно, загуглить, но.. Кто-то вообще доверяет этому Гуглу? Да он тебе вместо обычной простуды скажет, что у тебя рак какой-то. Бр-р, не, лучше обращаться к аптекарю. Да и говорят, что таблетки нужно пить строго по рецепту врача. Хотя, кого он обманывает? Чтобы выпить парацетамол, к примеру, не нужен ведь рецепт доктора. Или нужен? Короче, черт его знает, он опять отвлекается на ненужные мысли! Налей ты чертов чай себе и успокойся.       Алексис с горем пополам налил себе чай и уселся за стол. Мысли были как-то лишь об одних пилюлях, так что он и не заметил чужого сообщения. А когда и заметил, густо покраснел. Jschlatt Боже! Выздоравливай! Мне приехать к тебе? Как ты себя чувствуешь?       И, правда, заботится. На лице Квака появилась глупая, как выразился бы Клэй, и влюбленная улыбка. Quackity Если тебе нетрудно.       Заставлять Джона приезжать не хотелось, хоть он сам и предложил. Кто его знает, может спросил из приличия, пусть сам решает. Одному лечиться было скучно и трудно, но это лучше, чем заставлять кого-то приехать к нему и нянчиться с ним как с ребенком. Обычно Алексис предпочитает быть один, когда болеет, но тут явно другой случай. Джонатана сильно хотелось увидеть вживую, влюбленное сердце буквально тянуло к нему. А мысль о том, что его гость будет о нем еще и заботится, заставляло его сердцебиение участиться. Jschlatt Нет, конечно. Присылай адрес.       Брюнет улыбнулся и быстро напечатав адрес, выключил телефон. Щеки были красными от румянца, но люди, знающие, что он болеет, сказали бы, что у него просто жар.       Невольно тот вспомнил, что пора бы прополоскать горло. Нехотя парень достал из шкафа соду. Добавив десертную ложечку соды с горкой в стакан кипяченой воды, Квакити начал перемешивать содержимое стакана. Скучающим взглядом наблюдая за тем, как сода растворяется в воде, Кваку в голову пришли воспоминания об уроках химии. Урок интересный, но трудный.       Учитывая то, что первый год, когда ее только добавили, была дистанционка, поначалу учиться было трудно. Даже очень. Однако, влившись и позже полюбив этот предмет, Алексис во многом в нем преуспел. Разного рода олимпиады, (в которые их пихали, именно пихали, ведь сами по себе участвовать в олимпиадах ученики не хотели), участвуя в которых, брюнет умудрялся занимать призовые места. Квакити сам по себе ребёнком был умным, но стеснительным в плане учебы. Он никогда не хвалился своими медалями и не пытался показать остальным, что он в разы умнее их, хоть так и было.       Наконец дождавшись, пока смесь остынет, парень взял стакан и ушел в ванную. Набрав немного водички смешанной с содой в рот, Квакити наклонил голову назад. По комнате раздалось бульканье, после чего и звуки, как будто кто-то давится или выпускает свой обед наружу. Ага, Квак подавился однородной смесью и выплюнув ее в раковину, вытер рот. Недовольно фыркнув, Алексис оглядел граненый стакан, в котором жидкости было еще больше половины. :]       — Подох, что ли.. — спросил Шлатт, то ли у себя, то ли у самой двери, в которую стучался. Стоял он там уже минут 5 точно, ожидая, пока хозяин дома откроет ему дверь. Но за дверью нельзя было услышать ни шаги, ни хоть какие-то звуки, что доказывали бы то, что Квак еще жив. Невольно сердечко, что любило этого больного идиота, сжалось. Вот он тут шутки шутит, а вдруг тот и вправду коньки отбросил? Грех о таком шутить вообще!       Начав доставать телефон, чтобы позвонить Алексу, Шлатт услышал щелчок. Перед ним стоял Квакити в домашней одежде. Волосы растрепаны, губы сжаты в тоненькую полоску, а по подбородку стекает слюна. Между ними повисла тишина, во время которой они пытались изучить друг друга.       — Ох, м-м, – Квакити подав голос, обратил на себя внимание. Джон с изумлением наблюдал, как краснеют щеки хозяина квартиры. — Проходи!       Американец, когда до него дошло сказанное, улыбнулся и ступил на порог дома. Квак кивнул и отошел от двери, пропуская гостя. Пока Шлатт разглядывал интерьер чужого дома, Алексис пытался найти темы для разговора. Первое, что пришло ему в голову было:       — Чай или кофе?       Чай или кофе, блять. Ты ему секретарь, что ли?       Джон переваривал вопрос, в то время, как Квакити корил себя за свою тупость. Поняв, что он долго тупит и надо бы с этим кончать, Джонатан мягко улыбнулся.       — Ты болеешь, и мне ничего не нужно, кроме одного. Позволь мне позаботиться о тебе.       Квак немного покраснел и поднял глаза на гостя. Тот выглядел как ангел, что был готов помочь и вылечить тебя, хотя, это от образа в его голове не шибко отличалось. Казалось бы, все будет зашибись, дай ему о себе позаботиться. Но больные люди достаточно капризны, так что не сегодня.       Природа и сама болезнь банально врубили упертость Квакити. Можно сразу сделать вывод, что Джону сегодня не будет сладко.       — Ну уж нет, ты гость. Я должен позаботиться о том, чтобы тебе было комфортно.       Загрузка... Jschlatt.exe дал сбой. Перезагрузите систему.       — Так, стой, — остановил того Шлатт, — Я приехал, чтобы полечить и позаботиться о тебе, Квакити. Я о тебе, не ты обо мне.       Упрямость Квакити не признавала правоту Джона, так что тот продолжил.       — Неа!       Тут Шлатт уже вовсе выпал. Что происходит? Квакити точно болен?       — Квакити.       Со стороны младшего послышался громкий кашель. Ясно. Точно болеет.       Шестеренки в голове барана начали крутиться, и тот понял, что это просто у Квакити настроение такое. Неприятное, конечно.       — Уф, так и быть, — махнув рукой, сдался Алекс.       Американец ухмыльнулся.       — Окей, теперь ложись в кровать, я скоро подойду, — сказал Шлатт, и латиноамериканец покорно поплелся к себе. — Ладно, мне говорили, что у больных часто настроение, как у беременных. Что ж, проверим. (Автору такого никто не говорил, но он лишь сравнивает два эти состояния, говоря, что они похоже :') )       Квакити, дойдя до кровати, плюхнулся в нее и укрылся одеялом. Внезапно ноги потяжелели, а парня начало морозить, так что теплая кроватка была как нельзя кстати.       Шлатт осмотрелся по сторонам и заметив чай на столе, довольно хмыкнул. Так, теперь надо бы разузнать, из чего он, чтобы при случае не разочаровать больного. Не то, чтобы Квакити привередливый, просто, когда люди больны, они невероятно раздражительны.       Джон подошел к шкафу и открыв его, начал что-то искать. Обычно, будучи больным, он пил травяной чай. Итак, где он? :]       Заметив то, что Квакити вроде бы спит, Джон сел на пол, рядом с кроватью. Положив руку на чужой лоб, тот слегка нахмурился. У того жар. Спящий парень что-то пробормотал, от чего Шлатт вздрогнул и посмотрел на него. Так. Бормотание было неразборчивым, а глаза все еще закрыты. Ясно, кому-то явно плохо спится.       Укрыв паренька одеялом, которое валялось возле его ног, Джонатан смог услышать какие-то, по-видимому, недовольные звуки. Старший, конечно, понимал, что младшему скорее всего жарко и без одеяла, но что-то ему подсказывало, что уж лучше укрыть больного чем-то теплым. Однако, Квакити никак не хотел ощущать на себе не такой уж и толстый, но тем не менее теплый плед.       — Ну же, милый, это для твоего же блага, — Шлатт нагнулся и поцеловал того в лоб, позже отстраняясь. На лице парня показалась улыбка, и тот перевернувшись на бочок, засопел. — Дурачок, — с мягкой улыбкой на лице заявил американец и ушел на кухню.       Гостю ничего не оставалось кроме того, как заварить тому травяной чай и ждать пробуждения младшенького. И как того вообще угораздило заболеть? Он, зараза такая, совсем за здоровьем своим не следит, и поэтому, видимо, имеет такой сильный иммунитет. Но вот вопрос, как он умудрился заболеть летом?       Хотя, Квакити не раз говорил, что болеет чаще всего именно летом и весной. По его словам, что погода именно в эти сезоны обманчива. Вроде бы тепло, и ты думаешь, мол, "какая прекрасная погода, даже одеваться тепло не надо". А на следующий день валяешься в кровати с температурой под +39 и градусником. Осенью и зимой же, ты прекрасно понимаешь, что холодно, и нужно одеваться потеплее.       Достав телефон из кармана, Джон решил немного скоротать время. А что? Что он должен сделать, если больной друг спит?       Спустя часик или полтора, на кухню зашел Квакити. Повернувшись к нему и желая разузнать, как тот себя чувствует, Джонатан понял, что этого делать нельзя ни в коем случае.       Глазки парня слиплись, а во рту, понятное дело, пересохло. Выглядеть довольным и здоровым, болея, казалось идеей тупой и бредовой даже с учетом того, что перед ним предмет его воздыхания. Голова трещала по швам, было ощущение, будто его ударили по башке чем-то тупым, но тяжелым. Было невыносимо жарко, а дышать было трудновато, будто из легких вытянули весь воздух.       Прежде чем Шлатт успел открыть рот, Алекс прервал его:       — Таблетку от головы. Срочно.       Джон кивнул и подошел к шкафу. Найдя там парацетамол, тот вручил его Квакити. Младший, кажется, опешил от такой скорости, ожидая, что тот немного потупит и потратит достаточно времени на поиски. Видимо, он сразу подметил нахождение самых важных пилюль, пока мексиканец спал. Хотя, не до этих мыслей, если честно. Голова была чугунной и пока он это не исправит, ни о чем думать не будет.       Квак налил воды в стакан и запил лекарство ей. Устало упав на стул рядом с Джонатаном, парень лениво бросил на него взгляд.       — Как спалось? — По мнению Квакити, это был максимально тупой вопрос. Раздражение закипело в крови, которое он поспешил подавить, сжимая пальцы в кулак. Кричать на любимого человека, что заботится о нем, не хотелось, но черт.. Оскорбления так и норовили сорваться с его губ.       — Бывало и лучше, — сухо ответил Квакити, разжимая кулак. Секундная вспышка злости отступила, и тот смог мыслить здраво.       Видя злость в глазах Квакити, Шлатт поджал губы. Он не хотел злить свою сладкую тыковку, но так получилось.       Спустя пару минут Алексис почувствовал долгожданное облегчение. Головная боль перестала мучить и без того бедную головушку парня, и тот слабо улыбнулся. Джон не мог не улыбнуться, заметив то, как расслабился мексиканец. Видимо, таблетка помогла.       — Вот, выпей, — Парень кинул на американца вопросительный взгляд, прежде чем посмотреть в ту же точку, куда и смотрел старший.       Поджав губы и слегка нахмурившись, латиноамериканец подтянул к себе стакан травяного чая. Фито чай ему не нравился, он считал его каким-то безвкусным. Был, конечно, какой-то привкус трав, но это не то, что хотелось бы почувствовать на своем языке Алексису.       — Спасибо, — Квак закрыл глаза на факт, что травяной чай невкусный, улыбнувшись Шлатту. Вот что-что, а заботу старшего тот оценил.       — Не за что, — Джей приподнял уголки губ, внимательно следя за тем, чтобы Квак не халтуря, выпил все.       Алексис показал язык, издав что-то на подобии "бе". Шлатт хихикнул, умиляясь Квакити, что высунув язык, буркал что-то.       — Что у тебя есть поесть, сладкий? — Спросил Шлатт, вставая со своего места и опираясь об плиту.       — Ну-у, суп, курица, картошка-       — Остановимся на супе, тебе нужно пить как можно больше жидкости.       Младший кивнул и подойдя к холодильнику, достал оттуда миску с супом. Аккуратно закрыв своего ночного "друга", не хлопая, Квак поставил чашку с супом в микроволновку. Повернув стрелочку на цифру 5, тот начал терпеливо ждать.       — Итак, как ты заболел? — не нашел ничего лучше Шлатт, решив спросить о причине болезни.       — Под дождь попал, — Коротко и ясно ответил мексиканец, не желая ходить вокруг до около.       — Ну и как так можно было? — качнув головой, задал вопрос Джонатан.       — Я был уверен, что все будет хорошо. На мою одежду попало всего пара капель!       — Все ясно с тобой, — ответил старший, замолкая.       Парни ничего не говорили, слушая звуки, что издавала микроволновая печь, и каждый думая о чем-то своем. Квакити думал о том, как он реально мог так лохануться, а Шлатт о том, что можно было бы еще сделать, дабы Кваку стало лучше.       Услышав звук, что подтверждал готовность еды, Квак открыл дверцу микроволновки, доставая оттуда миску с супом. Хозяин дома сев напротив старшего, начал кушать.             Шлатт, по его мнению, застал еще одну милую картину. Алексис и вправду мило ел. :]       — Хочешь что-нибудь посмотреть, сахарная тыква?       Квакити отлип от телефона, посмотрев на Шлатта. Секунды три он переваривал вопрос, прежде чем дать оптимальный ответ на такой вопрос:       — Конечно, почему бы и нет?       — О, хорошо. Какие жанры любишь? — Проговорил Джон, наблюдая за тем, как Квак поднялся с места и подошел к тумбочке, на которой стоял ноутбук. — Тыква, я же говорил тебе просто лежать на диване.       — Господи, Шлатт, — закатил глаза Алексис, усмехаясь, — Я не инвалид и даже не беременная женщина, я сам могу вполне ходить.       Джон фыркнул и скрестил руки на груди. Мексиканец сел рядом с ним, открывая крышку ноута и нажимая на кнопку, что включает устройство. Осознав, что перед тем, как достать ноутбук, ему задали вопрос, Алекс задумался.       — Давай ромком?       Решив не говорить, что романтические комедии банальные и предсказуемые, Джонатан кивнул, дабы не расстроить хозяина дома. Вообще, наблюдать за мини-спорами членов семьи было забавно, так что он был не против. Особенно, если это принесет радость больному.       — Отлично, у меня был один на примете, — Хихикнул Алексис, открывая Netflix, на котором он обычно и смотрел разные фильмы.       — О, хорошо, включай.       Младший поставил ноут на столик напротив дивана, на котором они сидели, и положил голову на чужие колени, устраиваясь поудобнее. Оба одновременно покраснели. Квакити пытался игнорировать чужой шокированный взгляд вместе со своим бордовым румянцем на щеках. Шлатт решив, что это норма, улыбнулся и начал смотреть фильм.       Это было обычная, достаточная обыденная история. Новенькая переходила в новую школу, в которой никого не знает. Она, конечно же, в первую очередь столкнулась с главным красавчиком школы. Те двое друг другу погрубили и ушли. Та вскоре нашла себе активную подружку, что любила пообщаться и завести новые знакомства. Подруга ГГ показала ей школу и, естественно, начала представлять своих одноклассников. Остановившись на главном красавчике школы, его девушке и друге, сказала, что с ними лучше не связываться.       — Господи, этот черт меня достал, — Вздохнул Квакити, — И почему он самый красивый в их школе? Да он же урод и характером такой же! Расскажите мне его историю, что он живет в большом особняке, и родители уделяют ему всего лишь 22 часа в день, я расплачусь!       Шлатт посмеялся, продолжая смотреть фильм. Со смешными комментариями Квака было куда веселее смотреть. Да и было приятно осознать, что он не единственный, кто нашел эту ситуацию глупой.       Те и не заметили, как быстро пролетело время, смотря фильм, шутя и смеясь.       — Хэй, Шлатт, — Не отрываясь от просмотра, окликнул того Квакити.       — Да?       — Ты же не уйдешь завтра?       Джон посмотрел на Квакити и счастливо посмеялся, погладив того по голове.       — Нет, я останусь с тобой, не беспокойся.       Квак перевел взгляд на старшего, улыбнувшись. Заметив, как лицо другого опускается и приближается к его собственному, младший вовремя положил палец на чужие губы, когда между их лицами оставалось всего пару сантиметров.       — Неа.       — Но.. Почему? Ты не любишь меня? — удивленно спросил Шлатт.       — Я болею, Шлатт.       Джон облегченно вздохнул, поняв, что дело не в том, что Квакити его не любит. Наоборот, по поведению младшего можно было понять, что ему нравится Шлатт. Дело было в том, что он болен.       Что ж, теперь Шлатт с нетерпением ждет, когда Квакити наконец вылечится.