Меняй

      Жаркий июньский день. Лето только началось, а термометр уже неделю стабильно показывал больше тридцати градусов. На самом деле, страшное пекло. Даже тенек не помогал спастись от палящего макушки солнца, обжигающего руки и плечи. Хотя легкий ветерок, обдувая своей прохладой, все же немного смягчал ситуацию. Нельзя себе представить человека, который выйдет на улицу, не прикрыв лицо солнцезащитными очками, а голову спрятав под кепку или милую шляпку.       На самом деле, такая аномальная жара была для большого города в новинку. Для всех вошло в привычку холодное лето, когда солнца практически не видно из-за плотной пелены серых облаков, а понятие шорты на улице перестало существовать. Теплее закутываясь в куртки, взрослые пытались быстро закончить все дела на улице, в то время как дети радостно носились во дворе, прыгая по огромным лужам, окатывая грязной водой родителей.       Смахнув капельки пота со лба и трижды пожалев о своём решении не остаться утром дома, парень уверенным шагом через центральный вход вошёл в парк. Пятнадцатиминутная поездка в общественном транспорте не прошла бесследно. Душное пространство, полностью набитое людьми, где не открываются окна, пропитанное отвратительным ароматом пота, нещадно давило на голову. Люди не брезгали втиснуться в эту бочку, прижимаясь к кому-то влажной грудью или неудобно оперившись в спину. После такой тряски голова начинала гудеть, дополняя ощущение напряженности.       Высокий и худой, немного нескладный юноша с прилипшей к нему кличкой «шпала» медленно направлялся по длинной аллее в самый центр. Вытянутое лицо с прямым носом, легкая щетина, успевшая появиться после вчерашнего бритья, и кудрявые каштановые волосы чуть спадающие со лба. С такой прической он был похож на настоящего барашка игрового и веселого, ведь именно таким он и был. Солнечный зайчик, ослепляющий всех на кого попадет его свет, заводила любой компании. Куда бы он не попал, сразу становился душой, если не сердцем всего коллектива. С ним всегда было о чем поговорить, что-то оспорить или искренне посмеяться с его шуток, которые бесконечным градом сыпались с любой ситуации и попадали в самое «яблочко». Даже самый угрюмый человек на земле начал хотя бы улыбаться, окажись он рядом.       Мальчик весны. Для знакомых — Антон, для своих просто Тоша.       Прямо сейчас его путь лежал в одно из самых популярных мест развлечений всего города. Это был комплекс, занимающий приличную территорию парка, где дети, да чего уж там, и взрослые могли отдохнуть и весело провести время компанией. Что-то похожее на веревочный парк со множеством трасс, различными препятствиями, находящимися под верхушками крепких сосен на приличной высоте. Там встречались и поочерёдно натянутые петли, на которых крепились деревянные блинчики и куда нужно было наступать, удерживая равновесие, веревочный мостик длиной шесть метров, крутящийся на 360°, длинные железные тросы, где закрепив специальный ролик, можно было почувствовать себя настоящим супергероем, пролетающим над головами людей.       Идея получилась настолько масштабной, что точки предприятия разрослись по всей области, набирая популярность и обретая круг преданных фанатов, которые заглядывали каждый выходные. Различная высота, подходящая как для трёх так и тридцати лет, уровни сложности и говорящее за себя название «Лесной экстрим».       Позвал парня туда его лучший друг Димка, с которым они были не разлей вода уже десять лет. Устроившись два года назад на работу инструктором, он пытался затащить с собой упертого Антона, откладывающего приход из-за «важных дел». Шастун не разделял любви парня к постоянным физическим нагрузкам, хоть и имел неплохую форму. Просто вариант торчать целыми днями на работе под открытым небом не особо привлекал, когда можно провести свободное время более насыщенно. Его вполне устраивала работа официантом с графиком два через два со своими комфортными условиями (о да, там был кондиционер. А что ещё нужно в жаркий день?) и возможностью уйти в загул. Здесь такой вариант не прокатит.       В какой-то момент сдавшись под натиском друга, Антон все же набрал администрацию с просьбой рассмотреть его на должность старшего инструктора. Назначив дату, «совесть» наконец-то отпустила его. Ведь как можно бухать, когда твой друг зашивается на работе?       Вынырнув из цепочки воспоминаний (как жизнь его довела до таких крайностей) у самого входа, юноша вошёл в открытые ворота. Во всем парке из-за жары можно было насчитать от силы двадцать человек, в то время как здесь находилась целая толпа. Огромное скопление народу, к чему в своей маленькой кафешке он не привык, наталкивало на мысль забить, развернуться и уйти. Но нет, он же обещал.       Пробившись через ораву семилеток, он наконец-то оказался у кассы. Встав чуть в стороне, он взглядом пытался найти среди маленьких детей своего низкого друга, который в общей массе мог легко затеряться. Найдя глазами в этой куче знакомое лицо, он двинулся к нему. — Хей, Поз, ты там вообще жив?       Оторвавшись от какого-то сорванца, на котором Дима сейчас пытался закрепить примитивное снаряжение, и оглянувшись, тот расплылся в широкой улыбке. Лишь кивнув, «мол, подожди пару минут», он снова сосредоточился на процессе.       Только спустя полчаса инструктор был свободен. Подлетев к другу и скрепив руки в крепком рукопожатии, Позов сразу перешёл к делу. — Во-первых, я очень рад тебя видеть, — начал он, параллельно следя за людьми на трассах, — а во-вторых, сейчас отведу тебя к начальству, на твое счастье сегодня Стас. С ним будешь сам разговаривать, у меня дел по горло. — Дел по горло у тебя только дома, — хмыкнул он, получив в ответ лишь поднятую бровь и закатанные глаза, —Веди уже.       Взяв Антона за руку, чтобы тот не затерялся в толпе (хотя как такой столб можно не заметить), Дима повел его куда-то в сторону. Остановились они у маленькой будки, очень похожей на ту, где сидят сторожи на стоянках. Несколько раз постучав, парень отпрянул в сторону перед открывающейся дверью.       На пороге стоял невысокий одного роста с Димой мужчина средних лет. Темные волосы, крючковатый нос, приятная улыбка и глаза кофейного цвета, в которых плясали веселые огоньки. Он не выглядел хмурым, как обычное начальство, а совсем наоборот — добрым и понимающим, человеком, который с теплотой относится к своим сотрудникам. — Привет. — Здравствуйте, эээ, — запнулся Шаст. — Шеминов Станислав Владимирович, можно просто Стас. Ты тот паренек, который звонил по поводу работы?       Антон лишь кивнул и оглянулся на Диму, который преспокойно спиной уже отходил обратно к инструкторской лавочке, показывая большие пальцы. В голове кто-то голосом друга сказал: «Не парься, все будет заебись». — Что ж, тогда проходи, — Стас шире открыл дверь и сделал приглашающий внутрь жест.       Комната оказалась чуть больше, чем казалось снаружи. Хотя по размерам больше походила на ванную. На восьми квадратных метрах располагались старенький стол, несколько стульев, серый потертый холодильник, на верху которого устроилась микроволновка, кухонная тумба и несколько шкафов вдоль стен. Остальное пространство комнаты было забито разным хламом, из-за чего места стало катастрофически мало. Железные кольца, которые должны были висеть на снаряжениях, много бумаг и документов, коробки с неопознанным содержимым. Словом все, сто могло пригодиться для работы тут было.       Устроившись на стуле, который жалобно скрипнул под его весом, администратор взглядом указал на место по другую сторону стола. Не сказать, что удобно сидеть уперевшись коленями в дерево, но не стоять же. — Начнем с банального. — Шеминов протянул к парню несколько бланков, — Заполни бумаги, прочитай условия. Если все будет устраивать, то завтра утром выйдешь стажёром.       На листах нужно было заполнить основную информацию. ФИО, возраст, адрес, телефон… Быстро что-то черкнув про свои двадцать три года, он перевернул лист с договором. «Бла-бла-бла… ответственность… жизнь…»       Не вникая в суть, поставил подпись и вернул бланки в руки Стаса. Тот пробежал глазами, что-то пробубнил себе под нос и посмотрел на него сканирующим взглядом, будто пытался оценить подходит он или нет. — Друг твой тебе про нагрузки рассказал? График у нас не такой уж и свободный, заебаться можно. — Да, в курсе. К детям отношусь хорошо, — будто предвидя следующий вопрос, ответил юноша, — Не сказать, что люблю, но нахуй не пошлю. — А вот тут молодец. Главное, при них не матерись. Куришь? — Курю. — И курить здесь нельзя. Захочешь, выходи за территорию, но не часто и не в форме. Футболку, жилетку, твоё снаряжение тебе выдадут завтра. Неделю стажируешься, затем выходишь полноценно. Оклад, проценты с кассы, все как полагается. Понятно? — Да, что входит в мои обязанности? — Тут все просто. Надеваешь на людей страховку, проводишь инструктажи, следишь за ними и при необходимости лезешь наверх. Там либо помогаешь, либо спускаешь с трассы. С коллективом и всем остальным познакомиться завтра. Приходи в 9, тебя будет ждать Олег Петрович. Сейчас свободен, не держу. Можешь походить пока, осмотреть место, где угробишь лето. — Хах, хорошо, спасибо.       Пожав друг другу руки на прощание, Антон вышел из коморки. Подсознание требовало немедленно покинуть это место, но интерес пересилил. Как дурак он ходил, запрокинув голову вверх и с удивлением рассматривал странные конструкции. Боялся ли он за детей, которые по дурости могут снять удерживающую их страховку и упасть с трассы, или не верил деревянным платформам, закреплённым на стволах, но из-за каждого пролетающего над ним человека, сердце в груди неприятно покалывало.       Готов ли он вообще находиться под верхушками деревьев на приличной высоте, возможно даже рисковать своей безопасностью, чтобы спасти этих маленьких чудовищ, что-то кричащим своим родителям. Ведь одно неверное движение и легко можно загреметь на месяц другой в больницу со множеством переломов. А такой случай, как он узнал от Димы, уже был!       Засмотревшись на маленькую девочку, которая уже пару минут не могла надеть странную овальную хрень на цветной канат, он и не заметил, как сзади на него кто-то запрыгнул. Серьезно испугавшись и на секунду подумав, что на него упал кто-то сверху, он облегченно выдохнул, когда опознал в этом человеке Позова. Довольный своей пакостью, он предложил: — Чай будешь? — Буду.       Развернувшись на 180, он побрел куда-то в сторону маленького строения. По дороге он окликнул какого-то Серегу с просьбой позаимствовать его кружку и, получив согласие, победно ухмыльнулся.       Зашли они в комнату, по размерам не превосходящую место работы администратора. Кажется, что места тут было ещё меньше. Стол, два стула, снова холодильник и микроволновка, софа вдоль стены и несколько шкафчиков. Внутри лежали вещи, на полу стояло несколько пар кроссовок, а на импровизированной кровати валялись рюкзаки. Даже небольшой телевизор уместили. Хотя, судя по слою пыли на нём, включать даже не пробовали. Вытянув из десятка кружек две, Дима налил из кулера горячей воды и бросил два пакетика чая. На стол поставил коробку дешевых печенек, которые тут, видимо, были общаком, и сел на свободное место. — Рассказывай, как прошло. — Да ничего необычного. С завтрашнего дня буду с тобой здесь загибаться. — Не так уж тут плохо, — парень нахмурил брови, — Потом привыкнешь. Да и коллектив нормальный, тебе понравится. — Надеюсь.       Пятнадцать минут лучшие друзья говорили о всякой ерунде, пересказывая друг другу последние новости. Сошлись на том, что Испания заслуженно выиграла чемпионат, а Россия как всегда облажалась на Олимпиаде. В тот момент, когда Позов засобирался вернуться к работе, Шастуна вдруг осенила гениальная мысль. — Может бухнем вечером? — Завтра выходить рано. И тебе, к слову, тоже. — Когда нас это останавливало, — больше утверждающе возразил Шаст. — Справедливо.       Договорившись встретиться в десять после работы у ближайшего тц, парни вернули кружки на места, распрощались и разошлись в разные стороны. Только спустя пару остановок домой до Антона дошло, на что он сегодня себя подписал.       Вернувшись домой, парень заметно приуныл. Его маленькая квартирка в старом районе города встретила его с пылью на полках и просрочкой в холодильнике. Бесспорно, он сам привёл её к такому запустению, но желания наводить порядок не было. Две крохотные комнаты (кухня и зал) и еще меньше ванная — все, на что хватало денег у студента, прожигающего основной доход на выпивку и сигареты. Вытянув одну и из пачки, он вышел на деревянный балкон, который должен был давным-давно развалиться из-за старости.       Неблагополучный район, точно такой же, как его жизнь. Ровно до третьего курса все было замечательно, а потом пошло по наклонной вниз. Проблемы и трудности камнем свалились на голову в его двадцатый день рождения. Казалось, что ни друзья, ни дипломированные специалисты не смогут помочь с решением, зато алкоголь смог. В состоянии опьянения все заботы уходили на второй план, будто проясняя, делали его легким и невесомым, как перышко, летящее вдоль улиц по осеннему ветру. Забывались лица, стирались неприятные воспоминания, а мир наполнялся новыми причудливыми красками.       Крайний раз затянувшись, Антон потушил бычок о запястье. Боль стрелой прожгла кожу, заставляя вместе с собой пылать корочки запекшейся крови, находившиеся совсем рядом. Вредная привычка, но иногда просто необходимая. Когда мысли бегут словно в колесе сансары, из раза в раз возвращаясь в одну и ту же точку, хочется вообще перестать думать, перестать что-либо чувствовать. Стать непроницаемым камнем, лежащим на океанском дне, там, куда никто не сможет доплыть и потревожить вечный сон.       В очередной раз поправив множество браслетов на руке, которые очень удачно прикрывали недавние отметины, и надев массивные кольца, Шастун в предвкушении бурной ночи вышел из дома.       Заходящее солнце сейчас было особенно прекрасно, бросая последние лучи на горячий прогретый за день асфальт и уступая место чёрной ночи, таящей в себе новые приключения. Поочерёдно зажигались фонари вдоль дорог и тротуаров, дополняя собой атмосферу, а вымотавшиеся за день люди пытались добраться до дома.       Осматриваясь вокруг в поисках друга, Антон медленно направлялся к пункту подачи такси. Друг заканчивал в девять, если все дети на трассах уже спустились, в противном же случае ждал спуска последнего ребенка, пятнадцать минут до остановки. Сколько еще ему предстояло стоять тут одному никто не знал, разве что Дима, которому сейчас было никак не дозвониться. Парень никогда не отвечает на работе. Присев на лавочку, он скинул сообщение в мессенджер и залип на ленту в инстаграме, листая мемы и разные приколюхи.       Резко дернувшись, он чуть не заехал кулаком кому-то в глаз. Рука человека спереди лежала у него на плече, пытаясь его разбудить. Шаст и не заметил, как задремал на все той же скамеечке. Придя в чувства, поднял голову и посмотрел в лицо похитителю его спокойствия. Прямо напротив стоял Дима, осуждающе, но в то же время с пониманием глядя на товарища. — Ты же понимаешь, что тебя в таком положении могли легко ограбить или избить? Сочли за пьяницу или бомжа и прощайся с красивым личиком. — Не будь таким душным, — возразил Антон, — Сам виноват. Если бы ты не опоздал, я бы не уснул. — Шаст, если бы ты вёл более менее правильный образ жизни, то не выглядел бы сейчас как вампир. Ты видел свои синяки под глазами? Пропасть блять. — Позов сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Выдохнув, он лишь покачал головой, явно не одобряя действия друга, — Я не говорю полностью отказаться от всех удовольствий жизни, но хотя бы не употреблять так часто, как это делаешь ты. — Ты же знаешь причину… — Знаю и искренне хочу помочь! Сделай шаг навстречу, отопри замок на двери твоей души. Тебе станет проще. — Не станет! — голос невольно сорвала на крик, Дима отпрянул. С хрипотцой он продолжил: Мы через это уже проходили. Забей и пошли бухать.       Не возражая, он дал себя увести.

***

      Парни оказались в одном из многочисленных баров на местном Арбате. «Доски» гласила вывеска. Недостаток освещения создавал в клубе интимную атмосферу, погружая тусовщиков в полумрак. На красных бархатных диванах, будто украденных из особняка вампиров, сидели порядком подвыпившие гости, местами не контролируя свою речь и действия. Все вокруг пропахло спиртным, в воздухе, перекрывая кислород, повис неприятный запах табака.       Первым делом решив подойти к бару, Антон приземлилась на высокий стул рядом со стойкой. От количества бутылок всех цветов радуги рябило в глазах. В этом месте выбор явно был велик, и ему это нравилось. Заказав пару шотов и подряд выпив каждый до капли, он блаженно откинулся на маленькую спинку.       Спиртное ударило в голову спустя пару минут. Норма крепости для него была явна превышена (будто его это не радовало), из-за чего в глазах начало рябить. Помещение поплыло и с приподнятым настроением Антон поплелся к танцполу.       Эндорфин зашкаливал. Все происходящее превратилось в какофонию, то сжимаясь до размеров атома, то вылетая из поле зрения. Парень сбился со счета выпитого после пятнадцатого шота. — Привет.       Нераспознанное пятно с очень приятным голосом резко пропало, рассеялось неясной дымкой. Больше не существовало отдельных предметов, мозг потерял все свои полномочия. Где-то внутри сейчас им руководило подсознание, которое норовило сыграть с Шастом злую шутку. — Поехали.