love on turtle island

Чанёлю всё осточертело. Весь этот извечный кипишь на работе средь офисной суеты, бесконечных отчётов, у которых вечно горят края дедлайна, не успеваешь ты получить их — нет, ну, не смешно ли? Неимоверно бесящий начальник, постоянно разбрызгивающий слюной направо и налево с его нескончаемыми собраниями, на которых отсутствовала любая более-менее приемлемая трудовая этика; вечные выслушивания о собственном анти-профессионализме; гонки между коллегами за теплое местечко под солнцем и мизерная зарплата — кого угодно доведут до белого каления, и Пак Чанёль не стал исключением. Этим очередным жарким летом к своим почти устоявшимся тридцати двум годам жизни, почти полноценной зрелости мужчина внезапно осознал, что нужно что-то менять и без всяких промедлений, потому как еще чуть-чуть и его без того пошатанная психика и покалеченные нервишки помашут ручкой и отправят Пака на вполне себе очевидное лечение в не шибко желаемое заведение. Нет уж, пора совершить поступок, от которого корейцы намеренно отказываются, находясь в здравом уме, почти большую часть своей жизни ради полноценного заработка и теплого местечка, но жертвуют собственным здоровьем и слабыми сосудистыми заболеваниями — отправиться в отпуск. Теперь Чанёль не станет бороться за это место под солнцем, а полетит прямиком к нему, белому песочному пляжу, бескрайнему небу, на горизонте граничащем с синими морскими просторами, охладительными коктейлями с зонтиком и вишенкой на донышке и всем прилагающимся. И как удачно ему попался под руку его несказанно жизнерадостный, активный, всесторонний и от этого не менее бесящий друг со студенческих времен, так вовремя бросивший университет в разгар учёбы — падла, как будто знал заранее, какой отстой ожидает в трудовой жизни каждого! — и умотавшего на красочный остров Шри-Ланка с билетом в один конец, дабы позаботиться об экологии местной морской фауны и флоры, занимаясь трудоёмкой волонтерской деятельностью, одной важностью которой является помощь и сохранность черепах в период откладывания потомства на местных пляжах города Хиккадува от любознательных туристов, голодных зверей, вроде собак, лисиц и так далее, а также простых, но от этого не менее опасных погодных условий. Его друг до сих пор шлёт мужчине открытки на каждое Рождество с марками в виде зеленых в панцирях и с фотографиями их волонтерской группы, хвастаясь извечным загаром и белозубой улыбкой во все тридцать два, как Паку лет, призывая бросить всё и приехать на двухмесячную программу в черепаший сезон с середины июня до начала августа, охватывающую весь процесс от закапывания яиц в песке до их окончательного вылупления и дальнейшего отправления детёнышей в море. Поначалу Чанёль вешал открытки магнитиками на свой холодильник последней модели Bespoke, невольно понимая, что был бы не прочь обменять данную технику за полмиллиона вон на обычный дырявый гамак и обычную тёмно-зелёную бутылку Heineken где-нибудь на берегу. Так почему бы не воплотить свои мысли в реальность? Чанёль по ощущениям в тысячный раз набирал выведенный на десятках открытках один и тот же номер на случай, если некогда задорный, беззаботный, ещё в студенческие годы нареченный «вирусом Счастья» Пак когда-нибудь решится на такой, по его мнению, «отважный шаг» (с сарказмом подшучивает друг почти в каждом письме с подмигивающим смайликом). Никто не отвечает. Мужчина нервозно переводит взгляд на часы — десятый час буднего вечера. Там, на острове вообще время идёт на три часа раньше Сеульского! В итоге сдавшись, Чанёль глядит на прошлогоднюю фотографию со счастливыми лицами ребят разного возраста — загоревших, растрёпанных, в поношенной форме и запачканными мокрым песком кроссами, но бесконечно довольными жизнью. Он находит лицо своего когда-то покинувшего учёбу, отчий дом и Родину друга, весело улыбающегося в камеру. Следующая секунда отдается в голове, как спусковой крючок. Мужчина решает оставить сообщение на автоответчик. С волнением покусывая губу в ожидании гудков, Чанёль откидывается на стуле за своим рабочим столом с открытой страницей на ноутбуке «Всё о Шри Ланке: отзывы, интересные факты, работа волонтёром» и глядит в потолок. Пальцы ритмично отстукивают приятную мелодию по подлокотнику кресла, но резко замирают, а тело поневоле выпрямляется, когда прозвучал тоненький звон, а затем голос оператора монотонно произнёс: «К сожалению, абонент не может подойти на звонок. Желаете оставить сообщение?» и длительный пик, после которого требовалось сказать хоть что-нибудь. Потому Пак неловко начал внезапно охрипшим голосом. — Хей, это… кхм-кхм… это я. — Он с силой стукнул себя по лбу, но не стал останавливаться. Решимость в своём выборе и тяжёлая мысль хоть о единственной минуте проведения в ненавистном офисе с безликими планктонами, и Пак готов браться за веревку и мыло. А это уже тревожный знак. — Это Пак Чанёль. — Пояснил он и опустил взгляд на открытку на столе. — Я тут подумал… в общем, я бы хотел поучаствовать в программе, о которой ты упоминаешь в письмах. Если это ещё возможно, пожалуйста, напиши мне на и-мейл… или же перезвони — как удобно. — Мужчина взял недолгую паузу и вновь откинулся на спинку кресла, безнадёжным взглядом уставившись в потолок. — Это конечная остановка, друг. Я бесконечно измотан. Пожалуйста, перезвони, — он отключил звонок и отставил смартфон на стол рядом с горящим экраном ноутбука. Комната поглотила усталый вздох мужчины, измотанного самой жизнью, людьми и рутинными буднями. Взгляд снова наткнулся на знакомые строчки чёрным по белому на открытой странице сайта: «Шри Ланка — остров мечты, где дыхание открывается по-новому, а ваша жизнь обретает краски». Типичный маркетинговый ход с банальным текстом описания. Даже если и так, Пак лишь надеялся, что эта поездка ему поможет. Какой бы она не была. *** На следующее утро субботы Чанёль проснулся от громкого звона в ушах и вибрирующей подушки под тяжёлой головой. Машинально нащупав звенящий гаджет, что и стал причиной не желаемого пробуждения, Пак со стоном глядит на время — почти восемь утра. Кто разбудил его в такой ранний час заслуженного выходного дня?! Обнаружив незнакомый номер на дисплее, мужчина колебался — что-то подсказывало ему немедля ответить на звонок, хоть всё еще сонный, но трезвый разум советовал не брать трубку от незнакомцев. Любопытство взыграло в душе; Чанёль ответил, приложив телефон к уху, и тут же отвёл гаджет, так как на том конце его решили оглушить неистовым утра звуком чужого голоса. — Чанёль! Ты ли это?! Я несказанно рад, что ты позвонил, друг! Прости, вчера был провал на работе: представляешь, за ночь на нашей части пляжа расплодилось почти двадцать пять черепах! Именно в нашу смену! Потрясающий рекорд, не правда ли? — тут же затараторил знакомый Паку голос, в данный период времени являющийся сладкой каплей мёда в банке с дёгтем. — А какие это были виды! Кареты, правда, среди них не наблюдалось, но зато… — Я тоже рад тебя слышать, — несдержанно улыбнулся Чанёль, протирая заспанные глаза и глядя в серое небо за окном своих апартаментов, — скажи мне, который у вас час, что ты звонишь в такую рань… — Ах, прости! — тут же отреагировали на том конце; на фоне раздавался крик чаек и какой-то шум, похожий на шум волн, в чём мужчина убедился при следующей фразе: — Я тут иду вдоль набережной к нашему бунгало после ночной смены. А как только увидел тонну твоих звонков и одно сообщение… в общем, перезвонил с рабочего телефона, так как на личном барахлит экран, не знаю, что с ним. Ну, так не об этом, — одёрнул себя волонтёр и не смог сокрыть улыбку в голосе, — ты таки решился? Пак согласно угукнул и сел на кровати, оглядывая свои апартаменты с дорогой мебелью, обставленные декором и выполненные в лучшем дизайне с сочетанием бежево-карамельных тонов. Мечта, а не жилье, если быть честным, заработанное потом и кровью, на которое не стыдно взять ипотеку и отрабатывать долги с процентами одну третью часть своей жизни — зато показатель достатка и собственного благосостояния перед коллегами, друзьями и родственниками, обожающими молоть косточки всему знакомому и незнакомому окружению. Чанёль поймал себя на мысли, что был бы не прочь обменять свои роскошные апартаменты на захудалое бунгало с еще несколькими людьми с общим холодильником, туалетом и прогнувшимися спальными кроватями. В одном этом желании сконцентрировалось столько жизни, чем во всех рутинных буднях Пака за последние годы. Поэтому он осторожно поинтересовался. — Как думаешь, у меня еще есть возможность попасть в программу? — Ха! Шутишь? Для тебя мы сделаем исключение: я лично позабочусь о бумагах, билетах, проживании, трудоустройству и обо всей этой волоките! Не парься — с тебя главное прибыть на остров. Я ведь понимаю, каково это, — признался друг и вздохнул полной грудью с улыбкой на устах и безмятежностью во взгляде. — Сам сбежал от всего сюда и ни о чём не жалею. Ты ведь ещё с университетских времён был свободолюбивым, озорным парнем, потому неудивительно, что жизнь заядлого работяги поглотила и тебя. Я буду безмерно счастлив помочь тебе открыть новое дыхание жизни, — сказал он, и не успел Пак ничего ответить, как он добавил, — с очаровательными черепашками, конечно! Издав смешок, мужчина был беспредельно благодарен своему старому другу и не мог дождаться скорой встречи. Но главное — он наконец сбежит от всей этой суеты, проблем и прочего! Посторонитесь, его отпуск на знаменитом летнем курорте только начинается! — Спасибо тебе, — искренне поблагодарил друга Чанёль, на что тот беспечно отмахнулся и пообещал организовать всё в должном виде. Повесив трубку, Пак ещё какое-то время глядел в экран и не мог поверить, что это происходит. Кажется, пора паковать чемоданы.