Работа над ошибками

Погода стояла совсем не апрельская. Капли шумно стучали по подоконнику. Антон проснулся сильно раньше будильника, лениво выполз из под одеяла, поставил чайник. Единственным объективным преимуществом раннего подъема был свободный душ, куда парень и направился. Нужно обязательно зайти сегодня на кафедру после пар, сдать работу по зарубежной литературе.И садиться писать наконец эту дурацкую дипломную. Защита уже через 1,5 месяца... Вода стекала по телу чуть теплыми струйками. Понедельник сам по себе сложный день, втройне сложный, если начинается до рассвета. Вышел с душа, заварил себе кофе. Сосед мирно спал на соседней кровати. Дима последнее время часто берёт ночные смены, чтобы отправлять больше денег родителям. Антону его жалко, но помочь финансово он точно не в силах. Иногда кажется, что Позов старается слишком сильно. Он учится почти идеально, в зачётке едва ли можно найти хоть одно "хорошо", работает, остаётся душой компании и находит время на спорт дважды в неделю. Родители чуть ли в ладоши не хлопают, видя такого идеального сына. Один только сосед по комнате в общежитии знает, что такой ритм заканчивается стабильными срывами раз в 2-3 недели. Шаст присел на край стола, снова погружаясь в себя. В последнее время это не было редкостью. Преподаватели говорили о скором конце обучения так часто, что мысли о самостоятельной взрослой жизни просто не могли не поселиться в голове у юноши. Через каких-то 7-8 недель я останусь без всего? Без комнаты в общежитии, без понимания, что делать дальше, без работы. Ах, точно, у меня будет бесполезная бумажка, подтверждающая мою бесполезную специальность. Реклама... Чем я вообще думал, когда подавал документы? Лишь отсрочил работу в ближайшей Пятерочке на пять лет. Телефон в руках мерзко завибрировал. Пора вставать, Антош. Доброе утро. Бросив кружку в раковину и закинув на плечо сумку, парень вылетел из комнаты. До пар оставался ещё час, но необходимость выйти на улицу и закурить заставляла руки неистово дрожать. Антон вышел из общежития, доставая первую за сегодня сигарету. Он искренне верил, что зависимости нет и бросить можно в любую секунду, но каждый вечер покупал новую пачку, обещая себе бросить чуть позже. Пламя аккуратно коснулось белой бумаги. Тяжёлый запах дыма окутал голову. На улице совсем не было людей. Не удивительно. Общежитие находилось на территории колледжа, чужаков здесь никогда не было, а студенты, привыкшие к близкому расположению корпусов, спали до первого звонка. Накинул капюшон и поплелся в сторону колледжа. Кеды мерзко хлюпали в лужах, разбрызгивая грязь во все стороны. Никогда раньше эти 400 метров не казались такими долгими, грязными, холодными. Парень взбежал по ступенькам, оказываясь в светлом теплом холле. Охранник одарил его чуть удивленным взглядом лишь на секунду, после чего вернулся к чтению пожелтевшей книги. Первым в расписании стояла экономика. Пары теперь превратились в чистую формальность, но Станислав Владимирович,он же преподаватель по экономике, не нравился Антону даже в молчаливом состоянии. Дверь в аудиторию оказалась открытой. Юноша прошёл за последнюю парту, рухнул на стул. Здесь было гораздо тише, чем в общежитии. Никто не шумел водой или посудой, не звонили телефоны. Кажется Антон закрыл глаза лишь на секунду, наслаждаясь спокойствием. Из дремоты выдернул дребезжащий звук звонка. В центре кабинета стоял мужчина в строгом костюме, нервно перебирая край пиджака в пальцах. -Доброе утро,дети, -мужчина развернулся в сторону Антона, - Меня зовут Арсений Сергеевич и с сегодняшнего дня я исполняю обязанности куратора вашей группы. Это вынужденная мера, руководство хочет быть уверено в успешности ваших дипломных работ. Мужчина лишь задел Антона беглым взглядом, а того будто током ударило. Под правым глазом нового куратора красовался свежий синяк. Он знал это лицо. Он его видел. Он. Его. Бил.