ВИШНЕВЫЙ СОРБЕТ

Это всегда приходит неожиданно. Несколько секунд скрипучего шороха — так вздрагивает, сдвигается верньер и приемник выдает помехи — затем разом врывается куча ярких, крупных, пестрых… им не подобрать названия, потому, что все это происходит в моем мозгу. Кровавая масса вздымается чужими губами, распластанными органами; зеленая номерная майка сменяет полосатую, летит мяч; алые туфли с каблуком немыслимой высоты, раздавленной вишней выглядит сосок на соблазнительно полной груди; honda еле успевает избежать столкновения… В массу цвета венозной крови падает веточка мяты. Проходит несколько мгновений прежде чем я вновь возвращаюсь к реальности. Тесный мир маршрутки: колени соседки уперлись в мои, старуха поправляет сползший платок, в углу девочка вертит на пальцах древнюю, как мир игрушку. Она помогает себе мизинцами и зубами, взбрыкивает ногой, обутой в ярко красный тапок. Процесс кропотлив и важен, ведьмовская ниточка равноценна судьбе, но нет никого, кто следил бы сейчас ним пристальней меня. Не все ли равно, куда смотреть, в окно или на пальчики, готовящие «колыбельку для кошки». Образы толпятся вокруг, наслаиваясь, перетекая один в другой, медленной осыпью камнепада, непролившейся, уплывающей в закат тучей, шариком мороженого, растущим в объятиях скребущей его ложки. Пора добавить к ним свой: дергаю шнурок и плотная портьера распахивается, отгораживает от кучи чужих вожделений и чаяний, готовых набиться в мою голову, подмять все, что там еще оставалось собственного. Глоток зелья из алюминиевой банки, и обретается тишина. Конечно же, только в моем мозгу, а кругом меня гудит и щебечет летняя улица. — Вишневый сорбет, пожалуйста. — Девушка в фирменной бейсболке обменивает маленький холодный стаканчик на пригоршню мелочи. Вы можете сломать мою палочку, господа инквизиторы, и выжечь из памяти заклинания. Блокировка не даст мне сотворить самый простейший файерболл. Но мозг не заменить. И где-то там, метров через пятьсот, уже вскочит со скамейки моя юная парка, повинуясь шепоту старухи, плечом отталкивая протянутую руку, не прерывая свою игру, пока случайно не дернет сильнее, чем следует, не оборвет узелок, не упустит нить.