Новая душа Кобаяши Аки

** — Удивляюсь я с вас, — почесала нос Вика. — Как вы вообще умудрились оружие через вертухаев пронести? — Какое, однако, специфичное словечко, — хмыкнул. — Через них мы конечно тоже кое-что пронесли, но вообще-то всё это добро местного, так сказать, производства. Угу. Именно что местного. Во всех смыслах этого слова. Вчера Хоро попросила нас приглядеть за её, так сказать, материальной оболочкой и пока она была занята своими, в каком-то смысле, духовными делами, мы с братишкой как раз и занимались тем, что крутили эти самые патроны. Вот она, примета времени. Раньше-то всей семьей пельмешки за общим столом делали, а мы вот патронную микро фабрику открыли. — А это нормально, что они белые? — Естественно, гильза же полимерная, — взяв жменю готовых патронов, принялся забрасывать их в матрицу самодельной пачки. К сожалению, так как в помещении был посторонний (я про девушку), то использовать векторы я запретил, да и для такой простой операции это не требовалось. В конце концов, телекинез не отменяет мелкой моторики. Да и просто приятно подержать в руках результат своего труда. — Симпатичные, — покатав парочку патронов по столешнице, девушка подсела к столу и, взяв обрезанный лист тонкого картона, принялась формировать коробочку. — А вам не кажется, что они слишком приметные? — Кажется, но, поверь мне на слово, черненькие гильзы смотрятся ещё брутальнее. — А у вас ещё и черненькие есть? — Было несколько, — кивнул и, запечатав заполненную пачку, отставил её к ранее упакованным. — Сама-то как? А то в моем присутствии Рюто говорить стесняется. — Кхм… — сбившись с ритма, брат выронил пару патронов, но быстро исправился, словно ничего и не было. — Всё как всегда… Ой… — вздрогнула девчонка, когда тридцатиградусная жара сменилась резким порывистым ветром и в окно сыпанули градины привычного уже полусантиметрового размера. — Дурная погода, нам весь огород уже побило. В первое время бегали, накрывали, но погода так резко меняется, что бесполезно всё это. — Резкоконтинентальный климат, я думал у вас это нормальная погода. — Ну да, конечно, а медведи исполняют на улицах рок на балалайках, — надулась девчонка, запаковывая пачку. — Ты ведь специально издеваешься, да? — И почему меня всегда в нехорошем подозревают, — вздохнул и с сомнением посмотрел на опустевший тазик. В нем оставалось еще несколько десятков патронов, но так мы все, наконец, упаковали. — По сведениям, полученным, откуда следует, через пару-тройку дней нам сюда пепельное облако ветром пригонит. — Ты что, в самом деле, веришь, что была ядерная война? — фыркнула Вика. — Да это власти специально придумали, чтобы люди в пораженные зомбями районы не лезли. — Лично присутствовал при массированном запуске ракет, да и ядерный взрыв видели с братом своим собственными затылками. Думали даже, что сгорим заживо. — Шутник, — вновь фыркнула девчонка. — Вы же в фильтрационном лагере в этот момент были, сам же рассказывал. — Вообще-то я говорил несколько иначе, — покачал головой. — Но верить моим словам или не верить это сугубо твоя проблема. Однако Рюто меня проклянет, если я тебя не предупрежу, что пепел нифига не шутка и может вызвать онкологию на раз-два. — Не надо таким шутить. Я знаю, что такое онкология, — девчонка как-то разом утратила свой задор. — Так что там с этой самой тучей? — С ней всё не очень понятно, — пересчитав пачки, сделал пометку в блокнот. — Говорят что она Красноярская, но там ничего особо опасного не было и чего местные вояки забегали, я не очень понял. Далеко, опять-таки. — Ну, мало ли, может там рядом что-то вроде моего родного Снежинска. — Это ты сейчас про что именно говоришь? — Ну, Снежинск же… как там его… Челябинск-70. — А-а-а… — покивал. — Ты про так называемые закрытые города? Ну, тогда да, волнение местных понятно. — Дозиметр, — ошибившись с ударением, произнес Рюто и протянул Вике этот самый автономный плёночный химический дозиметр, которые я еще будучи в подлодке проектировал. За основу взял стандартное решение и немного доработал его для того, чтобы сразу было видно дозу невооруженным так сказать глазом. — Эм? — непонимающе посмотрела на нас девчонка. — Radiation protection, — сбившись на английский, вновь произнес Рюто и передал Вике три ампулы. — Один. Неделя, срок. — Бери-бери. Раз ты здесь остаешься, то тебе лишним не будет, — подбодрил я. — Как только пластинка пожелтеет, высыпаешь содержимое ампулы под язык. Не более одной дозы в неделю. Только аккуратнее со стеклом, не надо ампулы молотком вскрывать. — Белый, значит всё равно, — напомнил Рюто. — Брат хотел сказать, что если пластинка побелеет, то можешь хоть всё сразу употреблять, скорее всего, уже не поможет. — Ребята, вы чего? — разволновалась девчонка. — Вы ведь шутите, да? — Вика, какие шутки? — помассировал переносицу, прикрыв глаза. — Конец света уже произошел и мы с братом эти спецсредства буквально от сердца отрываем. И тут в комнату зашла заспанная лисица. Она покосилась на гостью, но я показал жест пальцами, разрешая говорить. Хоро кивнула и, сладко зевнув вовсю пасть, недовольно пробурчала по-японски: — «Мало нам ядовитого пепла, так теперь еще и дым от лесных пожаров в нашу сторону натягивает». — Ик… — выронив ампулы на стол, икнула Вика. — «А ты, девка, будешь крутить жопой перед Аки, я тебе горло перегрызу. Усекла?» — Она… говорящая? — нервно сглотнув, неверяще произнесла наша гостья. — Ну так волшебная же. — И что же она сказала? — вновь сглотнув и не отводя немигающего взгляда от лисы, спросила Вика. — Ну… Она, в каком-то смысле, поздоровалась с тобой. — Да? — тряхнув головой, Вика обратилась к лисе. — З-здравствуйте. — И тебе не кашлять, — с интонациями Шарапова, произнесла Хоро по-русски. Не зря выходит я ей классику местного кино показывал. Русских слов в словаре Хоро было не так много, но запас цитат уже внушает. — Не трясись, солдат ребенка не обидит… «пока повода не дашь». — «Хоро, прекращай» — возмутился брат. — «Боженька, пойдем, погуляем», — проигнорировав брата, произнесла лисица. — «Может быть они, оставшись вдвоем, наконец, займутся тем, о чем думают». — «Чего это тебя на сводничество потянуло?» — нахмурился Рюто. — «Я лиса средневековая и ваших новомодных ужимок не понимаю», — вскинув лапку, заявила Хоро, благо, что на японском. — «Сословных барьеров между вами нет. Местным нравам это не противоречит. Она, на первый взгляд, здоровая. Так какого черта вы оба ещё не на ближайшем сеновале? Пятый день уже вокруг друг друга круги нарезаете. Р-р-раздражаете уже». — Чего это она? — подергав Рюто за рукав, нервно спросила Вика. — Вроде бы злится на что-то. — Это она на меня обижается, я обещал её кое-куда сводить, — встав из-за стола, улыбнулся. — Мы отлучимся часика на два, а то и на все три… ** Как любил говорить мой знакомый: «рыночек порешал». И тут он в прямом смысле этого слова «порешал». Любуйтесь люди — труп. К счастью сей перформанс был частью рекламной кампании здешней банды. Мол, торгуйте граждане на охраняемом рынке нашего города. И, учитывая, что это было самое начало данной торговой площадки, то в целом всё и в самом деле было относительно… в общем, не могу слова подобрать, чтобы происходящее описать, но да, мы со своими патронами не так уж сильно выделялись. Так как «пробники» я вчера раздавал всем заинтересованным лицам, сегодня у нас был какой-никакой, а вполне себе поток клиентов. Люди с интересом останавливались около нашего лотка и многие из них, хоть и понемногу, но закупались нашей продукцией. Причем люди больше дурели не от того что подростки торгуют патронами, а от того, что наше торговое место было оформлено в привычном для японцев стиле. Рюто однажды участвовал в мероприятии по продаже манги, поэтому у нас был именно что стенд, а не это вот все, что было у окружающих. Учитывая тот факт, что я смог таки добыть себе ноутбук, причем снова в защищенном исполнении (моя прелесть), то мы, сложив наши с Хоро навыки, в едином порыве обеспечили не только симпатичную упаковку, но так же баннер и даже футболки с бейсболками. Правда с логотипом я несколько просчитался и треугольник Объединённой Аэрокосмической Корпорации (не к ночи будет помянута), никто не узнал. Но, строгость и лаконичность дизайна всё ж таки сделала свое дело и накрученные нами с Рюто патроны шли по курсу даже выше армейской пятерки и семерки, хотя мы позиционировали товар как охотничий. Ага, охотничий, на небронированную дичь весом до ста килограмм без учета амуниции. К сожалению, местная крыша изымала двадцать процентов дохода, да и обменный курс у штатного менялы был не очень, как тут говорили, комфортный, но мы в накладе не остались. С учетом затрат на исходное сырье и кофе, которое я употребил пока производил подбор констант для матриц преобразования, мы окупились ещё в первые полчаса. — Кобаяши? — растерянно спросила Саэко, подойдя к нашему стенду. — Привет-привет, — обрадовался я. — Уже вернулись из этой вашей поездки? — Да, — кивнула девушка, видимо от удивления забыв про свою фобию. — Такаши с группой, они перед руководством отчитываются, а я вот зашла посмотреть на то, что здесь происходит. — Надеюсь, не с голыми руками ходишь? — вздохнул я. — На самом рынке, скорее всего, спокойно, а вот вокруг него могут и ограбить. — Да что у меня, кроме девичьей чести взять? — грустно фыркнула Саэко. — Но спасибо что предупредил. — Что решили? — задал интересующий меня вопрос. Я ребят с выхода из фильтра не видел. Мы с братом и лисой сбежали на гражданку, а вот Такаши с Саэко поддались на сладкие речи рекрутера и пошли в рейдовую группу. Так-то для них обоих зомби диковинкой не были, тем более здешние мертвяки были не столь прокачанные как в Японии, да и было их, откровенно говоря, мало. Как оказалось, тут массово применяли мою, пускай и доработанную идею. Тогда ещё централизованные силы вояк и прочих могущих держать оружие персонажей погрузились в камазы и прочие БТРы и принялись с шумом кататься по улицам. Очень удачно получилось, так как мертвяки были самые первые, пассивные и принципиально не опасные вооруженным группам. Так что если бы не обмен ядерными приветами, то про зомбиапокалипсис тут бы через полгода-год и не вспоминали уже. Но ракеты применили по назначению и условно безопасные территории были утеряны. Вот в такие потенциально зараженные зоны отряды этих «сталкеров» и ездили. — Тут такое дело, — нахмурилась девушка. — Думаю, мы с Такаши останемся здесь. — Уверена? — с сомнением осмотрел собеседницу с головы до ног. — Город к зиме не готов. — Как я поняла, этот город собираются оставить. Мы перебазируемся в бор. Флотские эвакуировались, оставив здания и котельную. — А, ты про военный городок? Чудно, — хмыкнул. — Про радиационное заражение мне тебе тоже рассказывать не нужно? — Нет. Извини, Кобаяши, но мы уже всё решили, — покачала головой девушка. — Действия местной армии разумны. Не понимаю, почему ты так скептично ко всему этому настроен. — А Такаши уже знает, что «вы» уже всё решили? — Я уверена, что он меня поддержит, — закусив губу, негромко произнесла Саэко и, развернувшись, молча ушла. Проводив девушку взглядом, я лишь головой покачал. Ну что тут скажешь? Хоро в очередной раз оказалась права. Правда и я чего-то такого ожидал, но всё равно неприятно. Не потому, что они ушли, а потому что они нарываются на неприятности. Времена нынче не радужные и… Хотя, чего я зазря переживаю? Ну, ушли и ушли. В конце концов, какая мне разница? Взрослые, я надеюсь, люди, сами свои проблемы пускай и решают.