Новая душа Кобаяши Аки

** Администрация ** Евгений Евгеньевич или как его называли ещё школьные подельники — Штопор, с сомнением на лице разглядывал пару Уралов, что нагло встали перед окнами администрации. Судя по состоянию подвески, машины были чем-то загружены, а характерные потеки со стороны водительской дверцы намекали, откровенно говоря, на всякое. Из кабины головной машины неспешно спустился молодой парень в подогнанном по фигуре камуфляже и повелительным жестом махнул рукой, отдав какой-то приказ. Из кузова выпрыгнула столь же молодая девица и, обернувшись, без видимого труда подхватила сброшенный с кузова цинк. Поставив его на землю, она столь же спокойно поймала стандартный пятидесятикилограммовый мешок с надписью «сахар» на боку. — Петя, скажи-ка мне, пожалуйста, это что ещё за ё* твою мать? — Евгений Евгеньевич это та пацанва которая хотела купить продукты со склада. — Да я как бы уже понял. Меня другое волнует, — нахмурился мужчина и отвернулся от окна, со злобой во взгляде он посмотрел на своего помощника. — Это ведь те самые щенки, которые разделали «подвальных мастеров» Виталика? — Возможно, что и самого Виталия Дмитриевича тоже они исполнили, — кивнул помощник. — Мне докладывали, что это его подельник взбесился, — нахмурился мужчина и, подойдя к мягкому, даже на вид дорогому креслу, уселся в него. — Опять некомпетентность и распи*дяйство… как же это уже утомило всё. — Удалось установить, что люди Виталия Дмитриевича сами нарвались… — Ну, о*уеть не встать, — хлопнув ладонью по столу рявкнул мужчина. — Я, значит, считаю себя самой главной лягушкой на этом е*аном болоте, а тут какие-то тинэйджеры в моём городе подконтрольных мне людишек как свиней разделывают и по стенам развешивают?! Вы совсем тут от безделья о*уели уже?! — Именно поэтому я отправил их на склад к Инею… — начал оправдываться помощник но был вынужден замолчать, для того чтобы уклонится от летящего в него графина с водой. — Был Иней, да весь вышел, — невольно схохмил взбешенный Штопор, махнув рукой в сторону окна из которого до сих пор был виден столб пепла и пыли, который курился над складским терминалом. Выдохнув, мужчина обмяк в кресле и произнес уставшим голосом: — Мне всё равно, чьи это люди, но их быть не должно. — Насколько я в курсе, они собирали ресурсы, чтобы двинуть на соединение со своими. — Ну, да-да, верю, — недовольно фыркнул мужчина в кресле. — Ваньки-пешеходы возвращаются в родную стрелковую часть, творя по пути чистое доброе вечное… Тьфу б*ядь, опять какая-то спецназерская перхоть. — Это флотские их сюда направили. Судя по документам, они участвовали в эвакуации кого-то из Японии. — Не шутишь? — вскинув голову, уточнил Штопор. — В общем, делай что хочешь, но выпроводи этих су*ат из города… В конце концов, и Иней и паскуда эта подвальная мне хамить пытались вот и дохамились. — Сделаем. — Уж постарайся, — фыркнул мужчина и рявкнул: — Я здесь власть!!! ** — Здравствуйте, Пётр, — кивнул, рассматривая мужчину, чей разговор я недавно слушал. — Ну и работодатель у вас, прямо скажем. «Я здесь власть», блин. — Вот как? — нахмурился мой собеседник. — Я каждый день провожу проверку помещений на наличие подслушивающих устройств. — По радиоизлучению ищете? — уточнил я и протянул руку к собеседнику. В первый момент он, конечно, дернулся, но, обнаружив, что я вынимаю из отворота его костюма булавку, такое впечатление словно дышать разучился. — Это то о чем я подумал? — с каким-то даже восторгом в голосе уточнил мужчина. — И надолго у этого жучка батарейки хватает? — Это упрощенный вариант, тут нет видеоканала, поэтому работает оно довольно долго, несколько суток. — А у вас и с видеоканалом есть? — При себе нет, но на базе снабжения наверняка что-то осталось, — пожал плечами и убрал булавку в спичечный коробок, где таких же булавок была целая горсточка. Не зря выходит реквизит готовил, пригодился. — Японские? — уточнил мужчина. — Северокорейские, — ответил я, чтобы что-то ответить. — Ну да, эти много чего интересного производят, — успокоившись, кивнул мой собеседник и даже расслабился немного. — Ну, так что? — На самом деле этот ещё не так плох, — ответил мужчина, на мгновение, поставив меня в тупик, так как я не очень понял, о чем он говорит, но следующие его слова расставили всё по своим местам: — Алкаш-самодур это всё же лучше, чем наркоман с замашками садиста. Этот хоть от чужой боли не кончает. — Ну, у вас и опыт, однако. — Какой уж есть, — буркнул мужчина и осмотрел нас с Хоро внимательным взглядом. — Вы, прямо скажем, тоже не агнцы божьи… Вы на*рена терминал уничтожили? Я же просил шороху навести, пожар устроить, а не взрывать всё к чертовой матери. — В общем-то всё как вы, Пётр, и просили, — пожал плечами. — То, что ангары испарило, так это мелочь, ведь грузы хранились в вагонах, а их только с путей сбросило. Мука, крупы и сахар с гарантией уцелели, а тушенку ваши карманные жулики уже кому-то толкнули. Мы когда грузились, там не так уж и много оставалось. — Что сделано, то сделано, — выдохнув сквозь зубы, согласился со мной мужчина. — Что по радиации? — А что с ней? — вскинул брови и вынул пластинку личного дозиметра. — Сегодня фонит даже меньше чем на неделе. — Я не об этом, — нахмурился Пётр. — Вы что там жахнули? — Вон вы о чем, — улыбнулся и, вернув пластинку обратно честно ответил: — Эфирный боеприпас. — Эфирный? Ты про окись этилена? — опешил мужчина. — Откуда у вас ОДАБ? Пожал плечами, так как ответить мне ему было нечего, ведь никаких ОДАБов мы не использовали, а то, что у слова эфир есть несколько значений, так это не моя вина. — Если не секрет, откуда вы Хирано знаете? — Кого я знаю? — вскинув брови, уточнил мой собеседник. — А, ты про япошку этого? Вообще-то мне он известен как Нагибатор-9000, мы с ним в одной гильдии состояли. Я про сетевую игру сейчас говорю, а не то о чем ты мог подумать. — Неожиданно, — с трудом сдержав улыбку, тряхнул головой. — Как тесен мир. — Кстати о мире, — поморщился Пётр. — Валить вам ребята надо и чем быстрее, тем лучше. — Буквально мечтаю об этом, но беда в том, что арендованные у вас грузовики надо вернуть, а своего транспорта у меня ещё нет. — Хрен с тобой. Грузовики забирай, дарю, — вновь нахмурился Пётр. — Это все? — Ну и бумагу бы, чтобы на блокпосте не приставали. — Вы собрались в пораженный район двинуть? — вскинулся мой собеседник. — Хорошо, блок я предупрежу. Но топлива не дам. Мне вообще плевать, хоть ослиной мочой заправляйтесь, но лишнего топлива у меня на вас нет. — Ну, нет, так нет, — вздохнул. — Если нам не помешают, через час мы покинем пределы города. — Через час? — удивился Пётр. — Вот так просто погрузитесь и свалите? — Ну да, а что такое? — И не будете еще целый день глаза мозолить? — уточнил собеседник. — Ладно, так и быть, можешь заехать на заправку, тебе зальют по пробку, я распоряжусь. ** Грузовик урчит движком, а дорога проглатывается километр за километром. Уже час как мы оставили позади блокпост и качество асфальта заметно похужело. Появились трещины, ямы, следы огня и брошенные остовы легковых автомобилей. Пару раз мы видели характерные такие следы гусениц, а под полуразрушенным мостом через небольшую речку обнаружился полузатопленный остов танка. Преодолев водную преграду по похрустывающему мосту, грузовик неожиданно начал терять скорость и мне вновь пришлось надевать гарнитуру. — Хоро, мы опять потяжелели. — Вижу, — ответила аякаси, и вокруг нашего грузовика появилось синеватое свечение, после которого мотор перестал рычать так, словно тянул из последних сил, что конечно было не далеко от истины. Проехав еще пару километров, мы, наконец, обнаружили нужный съезд, а ещё мы обнаружили инверсионный след на небе, который тянулся откуда-то с запада на восток. Аппарат, который его оставлял, шел довольно высоко и кроме характерного такого грязно-белого брюха мы мало что смогли разглядеть. Из-за положения солнца, биноклем воспользоваться не представлялось возможным, поэтому оставалось только догадываться, что это за птица в «противоатомной» раскраске. — Это что же, ещё ничего не закончилось? — удивился Такаши, что сидел за баранкой и кидал на инверсионный след заинтересованные взгляды. — Хреново, если так, — вернувшись в кабину, захлопнул дверцу и утер пот, так как погода опять изменилась и вместо нулевых температур и снега, вокруг нас было плюс сорок. Высокая температура подкреплялась так же хорошим таким, горячим ветром. Как говорится, почувствуйте себя пустынными жителями. — Интересно, к вечеру эту духоту разгонит? — отхлебнув воды из фляги, грустно пробормотал Такаши. — Аки, ты как думаешь? — Учитывая цвет неба, я бы не удивился, если станет ещё жарче. — Да ты издеваешься? — неверующе спросил парень и, обнаружив, что я молчу, запричитал: — Да куда уж выше? Я хоть и не великий специалист, но думаю, что наши грузовики такого издевательства могут и не пережить. — Ты прав, нас спасает только военприемка, которая принимала эти машины и Хоро, которая уменьшает вес, но надолго ни того, ни другого не хватит. — Может быть, на привале, попробуем запустить кондиционер? — предложил Такаши. — Не зря же мы его с собой брали. — У нас сейчас из источников тока только слабенький генератор, да и баллон с фреоном только один. — Может, лисицу попросим? — После такого марафона её придется, как шаурму завернуть, в два слоя. — Бли-ин. — Не опускай руки раньше времени, что-нибудь придумаем. — Твои бы слова, да Будде в уши. Однако лисичка помочь Такаши ничем не смогла, так как сама слегла с тепловым ударом. Вот вроде бы всё было хорошо и мы подготавливали место для того чтобы расположиться на ночевку когда наша лисичка неожиданно остановилась, села там где стояла и произнесла растерянным голосом: — Чёт душно мне. После этого она прикрыла глаза, вдохнула полной грудью и потеряла сознание, распластавшись на земле, словно и не живой человек, а мешок с картошкой. После сегодняшних приключений мы и так все на нервах были, а тут ещё и такое неожиданное событие, естественно ребята разволновались. Да что там говорить я в первый момент тоже впал в растерянность, так как одно дело потеря сознания у человека и совершено другое дело потеря сознания у аякаси. Но здравый смысл и инженерный склад мышления взяли верх, и я принялся организовывать нам прохладу. Вот тут-то и выяснилось, что мой брат, Рюто, знает о холодильном оборудовании куда больше чем я. Лично мне всегда казалось, что одного баллона фреона хватает ровно на одну заправку. — Братец, — тяжело вздохнув, Рюто потыкал пальцем в надпись на баллоне. — Тут же 13 килограммов. Ты что, в самом деле, думаешь, что столько влезет в один единственный кондиционер? Не спорю, он здоровый, но не до такой же степени. Вообще-то именно так я и думал. Так уж получилось, что у нас в гражданском так сказать обиходе максимальное распространение получили акустические преобразователи, а классические тепловые насосы заняли нишу узкоспециализированой техники и я тривиально не знал таких подробностей, ибо никогда не интересовался. В общем, с помощью манометров, специальных таблиц и какой-то матери мы таки смогли заполнить на скорую руку загерметизированную систему. Пока мы с братом занимались всей этой машинерией ребята успели развернуть довольно большую палатку, в которую мы и поместили пострадавшую, а так же внутренний блок кондиционера, который хоть и не с первого раза, но всё-таки запустился. В первое время он, конечно, пугал нас потоком горячего воздуха, но спустя пару-тройку минут одумался и начал заполнять помещение вожделенной прохладой. И вроде всё хорошо можно радоваться тому, что можно наконец-то посидеть при нормальной температуре, но постоянно работающий генератор немного выбешивал. Слава богу, Вика резонно заметила, что можно выкопать небольшую яму и разместить генератор там. Мол, тогда весь звук уйдет вверх, и мы почти ничего не услышим. В принципе примерно так и оказалось. Но, к сожалению, генератор, в самом деле, оказался слабоват для такой нагрузки, поэтому его истошный визг все равно был слышен, но особого раздражения он больше не вызывал. Прямо скажем, ребята были готовы простить этой штуке что угодно просто за то, что она, наконец, дала вожделенную прохладу. — Брат, ты же говорил, что нас ждет похолодание, — грустно вздохнул Рюто, положив смоченное в воде полотенце на голову Хоро. — А пока что жарит как в Сахаре. — Вообще-то я говорил не так, — я тоже вздохнул и окинул ребят взглядом. Они в наш разговор не лезли, но слушали очень внимательно. — Я говорил, что выброс такой массы пепла, газов и прочего разного приведет к раскачиванию погоды. — И? — нахмурился Рюто. — Это значит, что сначала будут качели от большого плюса к большому минусу, начнутся аномальные осадки, а уж потом, в зависимости от времени года когда всё это произошло будут или заморозки или, что тоже очень вероятно, погодные аномалии. Ну, там торнадЫ разные или грозы, которые будут идти без передыха неделями. В общем приятного будет мало. Присутствующие в палатке почти синхронно посмотрели на Хоро, а затем на кондиционер. И не надо было быть телепатом, чтобы понять, о чем они сейчас подумали.