Головная боль Небес

Зубы как-то раньше не тревожили, но Вэнь Кэсин все равно боялся стоматологии до помутнения рассудка, никогда об этом не говоря, потому как не было необходимости. Уж каким богам он молился, чтобы у него не прихватило зуб. Он следил за ними лучше, чем за своим лицом или нарядами, но покажите мне хоть одного человека, который ни разу на свою беду не был этом жутковатом и неприятном месте? Вот и Вэнь Кэсину «повезло» там оказаться. Но сначала немного предыстории. Чжоу Цзышу всегда знал своего любимого супруга на зависть болтливым и энергичным, у того просто не закрывался рот от количества идей в голове, он не прекращал улыбаться. Если Вэнь Кэсин болтает без умолку, улыбается и смеётся, немножечко раздражая супруга и бывая несносным — все отлично, это точно его возлюбленный, не изменяющий себе. Но вот сегодня что-то не так. У Вэнь Кэсина бывает нестабильное настроение, он очень темпераментный и эмоциональный, бывают резковатые вспышки и психи, слезы. Впрочем. Все уже давно к этому привыкли, он все-таки слишком восприимчив. Но вот его слезы мужу каждый раз сложно принять. Его явно что-то сегодня тревожит не на шутку. И как бы Чжоу Цзышу не обнимал, стараясь утешить, помогло это мало. Глаза все равно оставались покрасневшими, а лицо бледным, но при этом он особо не проявлял эмоций, а даже ограничивал попытки супруга прикасаться к своему лицу. Они со всем разобрались, когда дело дошло до ужина, точнее это Чжоу Цзышу пытался во что бы то ни было разговорить Кэсина и решить проблему. Тот любил покопаться и все таил в себе, а это его и мучило впоследствии. — С блюдами что-то не так сегодня? — Чжоу Цзышу решил начать издалека, потерять аппетит при подобной подавленности было делом нехитрым, — посмотри на меня. На него поднимают такой странный взгляд. В нем обида от непонимания, какая-то злость, боль и сами слёзы. — Кэсин… — Цзышу садится с ним рядом, поворачивает лицом к себе и целует в лоб, проверяя на температуру заодно, но её не было. Его аккуратно целуют в щеку и к счастью или сожалению, не видят, как лицо переменилось в эмоциях еще несколько раз. Вэнь Кэсин ничего лучше придумать не мог кроме как дотянуть до ночи. Тогда боль стала совсем уж невыносимой, хотя ему жутко не хотелось будить мужа, но обезболивающее он так будет до утра искать. Поднявшись в полной темноте, он и не заметил, что все равно разбудил и Цзишу, который сразу же последовал за ним в кухню. Его не на шутку пугало такое состояние. Он чувствует чужие руки на своих плечах, что упорно его разворачивают лицом к себе. На этот раз никак не отвертеться. — Что с тобой? Нездоровиться? Только не молчи, — Цзышу так настойчиво смотрит в глаза, уже не скрывая своего волнения, — Кэсин, прошу. Пожалуйста. — Обезболивающее есть? — Подавляя желание заплакать снова, спрашивает супруг, и Чжоу Сюй, кажется, начинает догадываться, постепенно становится не так страшно. Цзишу еще раз убеждается, что жара нет и смотрит пристально, пока Вэнь Кэсин сам не берет его руку, желая дать подсказку, хоть ему и жутко страшно. И, наконец, его полностью удаётся понять, вспомнив и то, что вечером он так и не ел. И так понимая, что сразу же решил его супруг, Вэнь Кэсин нервно всхлипывает и мотает головой. — Там нет ничего страшного, поверь мне, чем быстрее, тем лучше. И больно не будет. Вэнь Кэсин лишь прижимается крепче, резко обняв и не желает даже думать о том, что им предстоит совсем скоро. Пожалуй, Цзышу еще не видел супруга таким… напуганным. Но никакие «не хочу» тут не помогут, от боли и так можно уже на стену лезть. А-Сюй ненадолго отходит, чтобы приготовить раствор и немного успокоительного. Затем несколько секунд наблюдает, как его супруг это судорожно пьет, и руки от тревоги и страха все равно трясуться, так что он садится рядом, укладывая чужую голову себе на плечо. — Сейчас станет легче, обещаю, — Чжоу Цзышу проводит по волосам Кэсина, стараясь его успокоить, но тот все равно что-то стонет от боли и слушать это невыносимо. — А-Сюй…ты…— ему не хватает сил договорить, потому как тело слишком расслабляется, а зубная боль нарастает, но он все понимает, когда его руку сжимают крепче, целуя в висок — Цзышу будет рядом. У них есть час, чтобы добраться до больницы. Пришлось все оплатить, лишь бы не напугали лишний раз, но Кэсину. наоборот, это не понравилось, ибо их примут сразу, а он надеялся потянуть время, сидя в очереди. Когда парень открыл глаза, его по-прежнему гладили по голове. — Я пойду с тобой, — повторял Цзышу, надеясь хоть немного успокоить эту тревожность, переходящую в истерику, — и буду там с тобой, там укол поставят и больно не будет. На уколе я тебя подержу, потом ты не почувствуешь ничего особо, ничего страшного, — Цзышу склонился, чтобы поцеловать его в лоб, пока Кэсин лежал у него на коленях. — Не пойду… — лицо еще на тон побледнело, и Вэнь Кэсин вцепился в супруга еще крепче. — Хорошо, я отнесу тебя на руках, — улыбнулся в ответ Чжоу Сюй. Вэнь Кэсин снова простонал что-то отрицательное, а затем врач вышла из кабинета, позвав их. И вот тут начался ад. Хорошо, что Цзышу решил занести его на руках, они бы так еще часа два на пороге стояли с истериками. Но, когда дело дошло до кресла, сам врач не знал, что делать. — Чшш, подожди отпусти, сначала надо в кресло лечь, да не пойду я никуда, не бойся, можешь на пять секунд отпустить мою руку, пожалуйста, ложись спокойно, — когда наконец Цзышу добился чего хотел, то подумал, что самое сложное позади и дальше все сделает врач, все было бы так просто, если б кое-кто послушно открыл рот — А как тебе еще посмотрят, если не открыть, — риторически спрашивал Цзишу, обращаясь как с ребенком, — сначала просто побрызгают, даже укол сам обезболят. Но Кэсин лишь смотрел на него такими умоляющими глазами, взгляд которых просто кричал: «забери меня отсюда.» — Можно сделать наркоз, это крайняя мера, но, если есть такой сильный страх. — Им попался очень понимающий и терпеливый врач, но, конечно, это была самая дорогая клиника, — не волнуйтесь, от него не так долго отходят, через полчаса постепенно проснётся, опасности нет. Минут через сорок думаю, мы все закончим. Похоже, что другого выхода не оставалось, поэтому долго не думая, Цзышу согласился, лишь бы мучения его любимого скорее прекратились. — Сейчас тогда уже в руку укол сделаем и все, — Цзышу закатал рукав чужой одежды, открывая вены, — глаза закроешь, потом проснешься и все, все хорошо. — Долго?.. — Недолго, смотри на меня, ладно? Я тебя люблю, — прибавил А-Сюй, когда наркоз уже ввели и заметил, что Вэнь Кэсин улыбнулся ему. — Идем домой, — с улыбкой прошептал он, когда глаза постепенно стали закрываться, — оно уже не болит… Цзышу только улыбнулся, он был все-таки рад, что Кэсин уже не чувствует боли. — Еще немного полежишь и пойдем, — ответил супруг, тактильно успокаивая. — Пошли в кровать лежать, что мы это прилюдно будем? Это было последнее, что сказал Вэнь Кэсин до полной отключки. Несмотря на то, что весь процесс и правда занял меньше часа, А-Сюй не припомнил, чтобы он так нервничал когда-то в жизни. Но полностью доверяя врачам, он сидел в коридоре, отвлекаясь на какой-то, идущий по телевизору, фильм.

***

— Сейчас не спешите, пусть просыпается в своем темпе и самое главное, чтобы он увидел вас, так он быстрее осознает, что все в порядке, и он в безопасности, нужно акуратно отнести его в комнату, идите за мной, — объяснил доктор Чжоу Цзышу, который взял осторожно Вэнь Кэсина на руки, выходя из кабинета, — может знобить, поэтому поплотнее укроем, если потрясывать немного станет — ничего страшного. Прошло как и сказали минут тридцать, перед тем как Вэнь Кэсин начал пробуждаться, хотя еще не мог до конца открыть глаза с первой минуты, но то, что его целуют, почувствовал сразу. — Где…? — Кэсин, я тут, лежи, все уже прошло, все хорошо. — Ммм, а когда будут лечить? Цзышу улыбнулся и даже рассмеялся. — Уже все прошло, уже вылечили, только не трогай языком, нельзя, — ласково предупредил супруг, замечая, насколько Вэнь Кэсин быстро переменился в лице, которое говорило: «не может быть, ты несешь какую-то чушь» — Нет, мы же только сейчас приехали, правильно? — Вэнь Кэсин пристально уставился на чужое лицо, желая удостовериться в своем правоте, — мы же не на свадьбу ездили. — Свадьбу? — Переспросил Цзишу, подавляя смех, — я лично был тут с тобой, потом тебя ждал сорок минут, так что я не был на свадьбе точно, не ездил. — Почему? — Снова спросил Вэнь Кэсин, — кольцо покажи, — Цзышу покорно продемонстрировал кольцо, — и ты говоришь не ездил… — Мы уже три года женаты, — Чжоу Цзышу взял его за руку и показал такое же парное кольцо на собственном пальце, — видишь, одинаковые кольца? Это была явно плохая идея. — У меня в глазах двоится или троится или… — Нет, милый, их просто два одинаковых, одно мое, другое твое, — уточнил супруг и поцеловал тыльную сторону ладони, — как ты себя чувствуешь? Но Кэсин лишь откинулся назад, закрывая глаза. — Пиздец… Ты женат на мне…как ты до этого докатился, а? Я даже встать не могу. — Кэсин.....Чш, не ругайся, все нормально, глаза полностью откроешь и встанешь тихонько. — Посмотри там это…тушь не размазалась, а? А то я как истеричка рыдал… Вот тут уже Чжоу Цзышу посмеялся от души. — Ты не пользуешься тушью, — ответил Цзишу, — пить или кушать хочешь уже? Но по взгляду Вэнь Кэсина ему явно было не до еды. Его волновало более то, что он тушью не красит ресницы, а как же подводка? — Не пользуюсь??? и ты все еще со мной в браке? С мужем, который не пользуется косметикой, а хоть подводкой я крашу? Ну скажи, что да. Успокой моя сердце, Бог мой. — Нет, ты у меня и так самый красивый, все хорошо, успокойся, — после этого ответа Кэсин почувствовал, что его поцеловали в щеку с той самой стороны, где лечили зуб. — Небеса меня не простят, почему я не красился ради тебя? прости, я накрашусь, только подожди еще я встану, у меня голова кружится, я бы уже сделал подводку, честно, только не уходи, потому что я ненакрашенный, — на этих словах Кэсин попытался встать, но его старания провалились, потому как Цзышу сразу же остановил его. — Не волнуйся, тебе не нужно краситься, я все равно всегда буду рядом. Как бы ты ни выглядел, понимаешь? Все хорошо, я очень рад, что мы женаты, что именно ты мой супруг, все прекрасно, Кэсин, домой сейчас поедем. — Как невеста поеду, накрасишь меня? Самый лучший супруг ты, люблю-обожаю, — Вэнь Кэсин кинулся к нему в объятия, растопив чужое сердце, которое бьется лишь ради него одного. Несложно догадаться, какую картину наблюдал Цзишу на следующей же день, а Вэнь Кэсин, выкрашиваясь перед зеркалом, все причитал, что косметики ему этой хватит лишь на неделю. Впрочем. Вышло очень красиво.