Ты не идеален

Санкт-Петербург давно погрузился во тьму: улицы пустовали, были видны лишь люди, проходившие мимо фонарей и отражавшиеся в огромных лужах. Мрачную атмосферу дополняли гробовая тишина в комнате и ветер, шумевший за окном. Серёжа Разумовский медленно погружался в свои мысли. Они были тёмными, тяжёлыми, невыносимыми. Это происходило каждый вечер, а порой и в дневное время. Серёже казалось, что он умирает. Или скоро умрёт. Или не скоро, но всё равно умрёт. Данная проблема волновала его всегда, но он не решался заговорить о страхе с родителями. А потом они погибли в аварии. Мальчик плохо помнил события, которые произошли после их смерти. Стёрся из памяти даже тот день, когда он попал в детский дом. Но одно он знал точно: родители погибли, а значит может не стать и его. И, возможно, этот момент наступит очень скоро. С одной стороны, это было бы не так плохо, но с другой… Это пугало. Безумно пугало. Раздумия сопровождались болью утраты, пока Серёжа безуспешно пытался провалиться в сон. Утро наступает слишком быстро и неожиданно. После пробуждения начинает казаться, что ему приснился кошмар, а родители просто лежат в больнице. Или уехали. Или оставили его тут на время и смогут забрать позже. Но Разумовский понимал, что это не так, когда наступал на холодный чужой кафель, когда встречался взглядом с соседом по комнате, когда подходил к зеркалу и видел в нем не только своё отражение, но и отражение разукрашенных стен. На них были изображены морские обитатели. Яркие. Но они не радовали глаз, а делали ванную комнату ещё более унылой в глазах Серёжи. После умывания заправлялись постели и дети отправлялись в столовую. За год пребывания тут Разумовский привык к распорядку дня, поэтому страдал не так сильно, как в самом начале. Всё было более чем предсказуемо: завтрак, школа, обед, прогулка. Вроде сносно. А вроде и нет. То и дело сдавливало грудь из-за мыслей о том, что может случиться завтра. Ещё и дети. Этих детей было так много, и они были такими злыми. Серёжа и сам злился, сильно злился, но изменить ситуацию не мог: иногда приходилось разговаривать с ними. Делиться приходилось всегда, но это было легче, чем общаться. Вдобавок ко всему, его тут не любили. Иногда это играло на руку — с ним не часто заговаривали, не заставляли участвовать в играх, но минусов было гораздо больше — Серёжу травили. Разумовский думал, что во всём виноват проклятый рыжий цвет волос и веснушки. И то, что он хорошо учится. Нередко мальчику было неловко протягивать дневник учительнице при всех, ведь одноклассники знали, что его ждёт очередная пятерка. Появлялось чувство стыда - Сережа знал, что кому-то учёба даётся сложнее. Серёжа вообще часто испытывал жалость по отношению к окружающим. Даже к тем, кто над ним издевался — такова была его натура. В такие моменты он даже задумывался о том, что родители гордятся им. Там, на небе. А может и нет никакого неба? Вдруг он не встретится с ними вообще никогда? Эти вопросы возникли в голове ребёнка во время просмотра фильма на уроке. В глазах странно защипало, немного перехватило дыхание. Сережа знал, что хочет заплакать, но сдержался. Что ж, такое случается не первый раз. И он попытался себя успокоить, глядя в окно на ворону и пересчитывая ветки. Он чувствовал, что помощи ждать больше не от кого. Уже вечером Разумовский узнал от соседа по комнате, что на днях в их группу переведут мальчика из приюта. Впрочем, эта новость его не заинтересовала. Одним человеком больше, одним меньше. В детском доме довольно часто появлялся кто-то новый. "Надеюсь, его не поселят в нашей комнате третьим"- думал Серёжа, доделывая упражнение по русскому.