Незапланированный/Unplanned

19 сентября 2003 года

      - Малфой, - прорычал голос Гермионы сквозь серебристую выдру, которая танцевала вокруг затемненной спальни Драко. - Тащи свою задницу сюда, сейчас же.       Хотя они постепенно переходили к терпимости друг друга, Гермиона до сих пор не попросила помощи ни в чем, связанном с их ребенком. Пока в его голове кружились мысли о том, что могло пойти так плохо, что ей понадобилась его помощь, он собрал одежду, оставшуюся с вечера и надел её, после чего с громким треском аппарировал в квартиру Гермионы.       - Грейнджер? - позвал он, не зная, где её искать.       - Внизу, - услышал он слабый крик и повернулся к единственно освещенной комнате в квартире.       - Грейнджер, ты в порядке? - спросил, озадаченный и обеспокоенный тем, почему она лежит на кафеле в ванной, прижавшись щекой к прохладному фарфору сиденья унитаза.       Она открыла рот, чтобы ответить ему, но вместо того, чтобы заговорить, отвернулась к унитазу и продолжила избавляться от вчерашнего ужина.       Драко стоял ошеломленный с минуту, в то время как она вытерла рот и откинула голову назад.       - Ты, - сказала она, подняв к нему трясущийся палец. - Это все твоя вина.       - Моя? - спросил Драко, пытаясь защитить себя. - Как это моя вина?       - Я забеременела от тебя. Поэтому это, - объяснила она, указывая на унитаз, - твоя вина.       Драко опустился на пол позади нее. - Для танго нужны двое, любимая, - добавил он, прежде чем она отвернулась к унитазу, чтобы выпустить остатки пищи. - Но мне очень жаль.       - Худший день рождения в истории, - простонала она, откинув голову на прохладный фарфор. Они продолжали сидеть бок о бок некоторое время, пока она размышляла.       - И так каждый день? - спросил Драко, убирая потный локон с её лица и начиная медленно приглаживать волосы. Хотя беременные женщины были для него в новинку, ему было не впервой успокаивать кого-то во время рвоты. Пэнси прибегала к алкоголю, чтобы прийти в себя после войны.       - Думаю, на сегодня все кончено, - сказала Гермиона, откинувшись назад и прислонившись спиной к груди Драко. - Это происходит каждый день, но не так сильно. Зелье против тошноты не самое безопасное для ребенка, так что я лучше буду страдать, чем беспокоиться о том, что причиню ему вред, - рука легла на живот, и она рассеянно погладила его.       - Прости, что позвала тебя, меня никогда не тошнило так сильно и долго, и я испугалась.       - Я говорил тебе, что бы вам двоим ни понадобилось, я хочу быть задействован в этом.       Гермиона зевнула. - Наверное мне следует поспать.       Драко помог ей встать на ноги, подхватил на руки и понёс наверх.       - Какая твоя спальня? - Гермиона подавила смех, когда поняла, что Драко ещё никогда не был здесь раньше.       - Та, что справа, - сказала она, прижимаясь к его груди. Он открыл дверь в спальню и уложил на незаправленную кровать.       - Принести тебе что-нибудь? Воды? Еды?       Гермиона поморщилась, прежде чем ответить. - Ты не против остаться? Только пока я не засну. Тео знает, что я плохо сплю одна, а сейчас я действительно хочу спать.       Он уже подумывал отказать ей в просьбе, пока не посмотрел на неё как следует. Бледная кожа, темно-фиолетовые мешки под глазами, измученная. Драко кивнул, снял туфли, после чего забрался на постель. Драко притянул Гермиону к себе, обхватил рукой её живот, проводя пальцами по небольшой выпуклости, словно это было самым естественным явлением в мире.       Драко подождал, пока её дыхание выровняется, а потом еще немного, проникаясь моментом близости к своему ребенку. Наконец, с сожалением, он сполз с кровати, стараясь не потревожить Гермиону. Он знал, что она не захочет, чтобы он был рядом, когда она проснётся.       Спустя несколько часов Гермиона проснулась, другая сторона кровати была холодной. Она отмахнулась от грусти, которая нахлынула, когда она поняла, что осталась одна.       Выйдя на кухню, намереваясь приготовить чай и перекусить, для того, чтобы заполнить желудок. Однако она остановилась, заметив на столешнице небольшой подарок в зелено-серебряной упаковке.       Гермиона открыла упаковку, не зная, что найдет внутри. К своему облегчению, бархатная коробочка, была слишком большой, чтобы в нём было кольцо. Она обнаружила скромный серебряный браслет с диском. Внутри которого было изображено созвездие Дракона.       - Самолюбивый ублюдок, - пробормотала Гермиона, доставая карточку с надписью.       Когда я тебе понадоблюсь, сожми звезды. - D       Она улыбнулась, надевая браслет на запястье, зная, что, хотя он и был собственником по отношению к их ребенку, по крайней мере, у него были добрые намерения.       

8 октября 2003 года

      Первые несколько месяцев были в лучшем случае трудными.        Их время, проведенное вместе, обычно заканчивалось ссорами: об именах, о детских кроватках или о семейных традициях, которым ребёнок будет следовать, когда вырастет.        Неправильный взгляд со стороны Драко направлял Гермиону в сторону с криками о том, как сильно она ненавидит, что именно отец ребёнка. Он кричал в ответ, утверждая, что она тоже далека от идеала.        Обвинения о чистоте крови часто бросались необдуманно, заставляя Драко бороться, чтобы защитить себя, в то время как она заливалась слезами. Он рано узнал, что перепады настроения Гермионы сейчас, были хуже, чем в подростковое время, когда гормоны буйствовали в телах.       Их коллеги ненавидели их, отворачивались в другую сторону или накладывали личные заклинание тишины, когда видели, что один из них приближается.        Но утром, во время приёма в восемнадцать недель, пара представляла собой картину полного благополучия и взаимопонимания для совместного воспитания.        Они оба ждали этого момента с тех пор, как Грейнджер сообщила, что беременна. Мать Драко была убеждена, что это будет мальчик, каким и был каждый Малфой на протяжении веков. Гермиона утверждала, что ребёнок может быть девочкой, нарушая традиции чистоты крови и гендерные нормы их семьи.       Говоря о семье, оба его родителя восприняли новость о том, что он по глупости обрюхатил маглорожденную лучше, чем ожидалось. После войны Нарцисса воссоединилась со своей сестрой и была в восторге от того, что у неё будет внук, которого она может любить так же сильно, как своего внучатого племянника. Люциус был не в восторге, но выразил свои поздравления и пообещал вложить галеоны туда, куда потребуется, чтобы защитить своего внука.        С другой стороны, их друзья - это совсем другая история. Поттер и Уизли пригрозили заколдовать Драко, когда Гермиона сообщила новость. Джинни и Пэнси обе плакали, а потом смеялись над тем фактом, что “два самых умных человека, которых они знали”, заделали ребенка случайно. Затем эта парочка решила вступить в негласное соревнование, чтобы выяснить, кто больше испортит будущего ребенка.  Блейз же только покачал головой и хлопнул друга по спине, прежде чем заключить их обоих в объятия.        Тео оказался более невыносимым, чем кто-либо мог себе представить. Сначала он был шокирован и удивлен, что даже не воспринял это всерьез. Затем он практически злорадствовал в течение нескольких недель, поскольку утверждал, что он был причиной того, что должен был появиться еще один наследник Малфоев. Он предложил множество вариантов о том, как отблагодарить его за то, что он гарантировал продолжение семейной линии, но его личным фаворитом было то, что пара должна назвать ребенка в его честь.        Однако, никто из семьи и друзей, не поинтересовался о том, что чувствовал Драко.        Драко Малфой был в ужасе от мысли о том, что у него будет ребенок. Он был в ужасе от того, что не знал, сможет ли полюбить ребенка. В ужасе от того, что ребенок может вырасти таким, как он. Ему было все равно какого пола будет малыш. Он просто не был уверен, что способен дать ребенку наилучшее воспитание.        Его опасения по поводу того, что он станет отцом, только усилились благодаря ультразвуковому исследованию. Он поклялся, что, если они приложат датчик к его груди, его сердцебиение будет быстрее, чем у ребёнка.        - Итак, вы хотите узнать пол? - спросил целитель, ожидая их подтверждения.       Они оба кивнули в знак согласия. Драко почувствовал, как рука Гермионы потянулась вниз, переплетая их пальцы. Чем больше времени они проводили вместе, тем больше она проявляла внимание к нему. Он заметил, что она делает то же самое со своими друзьями. Поцелуй в щеку для Поттера, объятия для Тео, поглаживание волос Уизлеты. Он не был уверен, что чувствует по поводу дополнительного внимания. Они договорились просто быть совместными родителями.        - Поздравляю, - объявил целитель, слова вырвали Драко из его мыслей. - Это здоровый мальчик.        Гермиона драматически застонала, откинувшись назад, чтобы положить голову на его руку, со счастливой улыбкой на лице. - Твоя мать будет невыносима, когда узнает, что была права.       Драко кивнул, потрясенный. Это был мальчик.        Гермиона была беременна мальчиком.        Сын.        Его сын.        Кто-то, кого он мог бы погубить, как его отец пытался погубить его.        Но он не мог. Он не погубит этого ребенка, как его отец погубил его. Он поклялся не воспитывать этого ребенка таким, каким он был. Этот ребенок, их ребенок, заслуживал лучшего.       

24 ноября 2003 года

      - Это все твоя чертова вина, - практически закричала Гермиона, входя в кабинет Драко и одновременно накладывая полдюжины защитных чар и заглушающих заклинаний.        Драко оторвал взгляд от документа, который подписывал, пытаясь определить, в чем была его вина на этой неделе. - Ну, на этот раз тебя не тошнит, я помню про жалобы что твоя одежда стала мала, и ты просто ходила по магазинам, так в чем дело, Грейнджер? - спросил Драко, когда она подошла и встала между столом и его стулом.       - Я была так чертовски возбуждена на этой неделе. Всю неделю. Ничего не работает. Ни мои пальцы, ни мой вибратор, ничего.       Драко приподнял бровь, неуверенный в том, к чему клонится этот разговор. - Что бы ты хотела, чтобы я сделал?       - Трахни меня. Пожалуйста. Не то чтобы ты не делал этого раньше, - сказала она, прежде чем указать на свой раздутый живот. - Но я не собираюсь спать с кем-то еще, пока я беременна твоим ребенком.       - Черт возьми, ты права, этого не будет, - прорычал Драко, вставая и запуская одну руку в ее кудри и наклоняя ее голову к себе, переплетая их губы впервые с тех пор, как они зачали ребенка.       Она ответила с таким же пылом. Ее руки потянулись к его галстуку, развязывая узел как можно быстрее, прежде чем перейти к пуговицам. Но она не могла нащупать их.       - Я понял... - он оторвался от нападения на ее губы и начал расстегивать свою рубашку. Потеряв терпение Гермиона заставила рубашку исчезнуть, не применив палочку, - хорошо, это всё так же горячо, как и в прошлый раз.       Ее смех превратился в стон, когда он снова прикоснулся губами к ее горлу, посасывая то самое место, которое сводило ее с ума в первый раз, одна рука скользнула вниз по изгибу ее груди, чтобы остановиться на животе, задавая безмолвный вопрос.       - Да, - выдохнула она. - Целитель сказал, что всё в порядке.        Он наклонился и просунул одну руку ей под зад, а другой смахнул бумаги и ручки со своего стола, освободив место, чтобы усадить её. Приподняв её, натянул платье на задницу, усадить на стол и раздвинуть её ноги, освобождая место для себя. Его руки потянулись к краю платья, медленно потянув его вверх, а затем полностью снимая, избавляясь от ненужной вещи.       - Трахни меня, Драко, - прошипела она, когда он стянул чашечки ее лифчика и слегка провел по выпирающей груди, прежде чем провести круговыми движениями вокруг сосков, наслаждаясь тем, как они напряглись. Он хотел быть более медленным и насладиться этим моментом. – Мои соски чертовски чувствительны с тех пор, как я забеременела.       Он склонил голову набок, на мгновение задумавшись. - Держу пари, я могу заставить тебя кончить, просто подразнив их, - уверенно сказал он с ухмылкой, наслаждаясь тем, как ее глаза закатились и закрылись, когда он зажал один между указательным и большим пальцами, нежно потянув. - Нравится, это слышать, любимая?       - Драко, я никогда...- начала она, прежде чем застонала, когда он втянул один сосок в рот. Он отстранился, раньше, чем ей бы этого хотелось и подул на сосок холодным воздухом, заставив Гермиону поёжиться.       - Расслабься, любимая, просто позволь мне позаботиться о тебе. - Сменив движения, его рука вернулась к груди, которую он только что высвободил изо рта, и пососал другую. Он время от времени покусывал и проводил языком по укусу. Он наблюдал, как она ударила кулаком по столу позади себя, ища что-нибудь, за что можно было бы зацепиться, пока он продолжал свои действия. Стоны и мольбы срывались с губ при каждом новом полученным ощущением.       - Мечтал увидеть, как ты снова кончаешь, - сказал Драко, отпуская ее грудь с характерным звуком. - Ты выглядишь великолепно, когда делаешь это. Так почему бы тебе не быть хорошей девочкой, Грейнджер, и не сделать это? - Говоря это, он покрутил оба соска.       Гермиона могла бы поклясться, что она была далека от оргазма, прежде чем он заговорил. Может быть, подействовали его слова, может быть, слишком пристальное внимание, уделяемое её соскам. Но внезапно ощущение охватило всё тело, она откинула голову назад и могла простонать только одно имя. - Драко. Черт, черт, черт.       - Вот и все, любимая. Ты сейчас так прекрасно выглядишь. - Он продолжал уделять внимание груди, любуясь представшей пред ним картиной. Гермиона Грейнджер с откинутой в блаженстве головой и его именем на устах. Со вздымаемой грудью и округлившимся животом.       Это было жарче, чем все, что он мог себе представить.       Она медленно открыла глаза, отражая в них очевидное блаженство. - Спасибо, мне это было нужно.       Драко рассмеялся, коснувшись пальцем ее прикрытого лона. - О, я ещё не закончил. - Он просунул пальцы под кружево. - Ты всегда такая мокрая для меня, любимая. У меня встреча через пятнадцать минут, но держу пари, мы сможем заставить тебя кончить дважды за это время. - Он скользнул пальцем в неё, наслаждаясь тем, как стенки сжимаются вокруг него. Он медленно растягивал её, наслаждаясь тем, как она мурчала каждый раз, когда он касался этого сладкого места внутри нее. Драко использовал стоны, издаваемые девушкой в своих интересах, прижимаясь губами к её и проскальзывая языком в рот.       - Пожалуйста, - прошептала она, отрываясь от поцелуя, как будто не смея говорить громче. - Мне нужно ... – голос сорвался, когда Драко добавил ещё один палец во влагалище.       - Что тебе нужно, любимая? Скажи мне.       Она застонала, глаза наполнились слезами от удовольствия, когда он прикоснулся губами к пульсирующей точке внизу, пальцами продолжая медленно скользить в ней. - Ещё. Твой член. Мне, мне, мне нужен твой член во мне. Немедленно.       - Все, что требовалось сделать, это просто попросить, - он поцеловал её в висок, когда она опустила руки, чтобы расстегнуть его ремень. - Я не могу дождаться, когда снова окажусь внутри тебя, - прошептал он ей на ухо, прикусывая мочку. - Никогда не чувствовал ничего лучше.       Она спустила его брюки чуть ниже, прежде чем залезть в боксеры и обхватить рукой его член, неторопливо поглаживая.       - К черту Гермиона, - пробормотал он, стягивая боксеры. - Мне необходимо ощутить тебя, быть внутри тебя, сейчас же.       Он приподнял её за бедра достаточно, чтобы снять трусики и отбросить их в сторону, дабы найти позже. Он медленно помог ей опуститься на спину, так, чтобы она смогла опираться на локти. Он приподнял её ноги, чтобы они обхватили его. придерживая девушку Драко скользнул в неё, а тугой жар, охвативший его, был похож на возвращение домой. Он сделал паузу на мгновение, позволяя ей привыкнуть к новым ощущениям.       Его движения были плавными, он медленно входил и выходил из неё. К чёрту его встречу, если это был последний раз, когда он трахался с Гермионой Грейнджер, то он хотел насладиться этим моментом.       - Драко, - задыхаясь, простонала ведьма, когда он вышел. - Пожалуйста, мне нужно больше.       Он протянул одну из своих рук, прикасаясь к клитору и продолжая медленные круговые движения, пока трахал её. - Лучше?       - Да, - простонала она, выгибая спину над столом. - К чёрту Драко, я собираюсь...       - Расслабься, любимая, - пробормотал он, чувствуя, как стенки влагалища трепещут вокруг него. Он ослабил хватку, на бедре, и медленно провел рукой по телу, чтобы коснуться её лица. Драко целовал её долго и крепко. - Я держу тебя, - пробормотал он между поцелуями. Мгновение спустя, стенки влагалища сжались ради него во второй раз.       Он продолжал трахать Гермиону до оргазма, медленно увеличивая скорость своих толчков и внимание, с которым работали его пальцы на клиторе. - Думаешь, ты сможешь это сделать для меня еще раз?       Она кивнула, слезы текли по её щекам. - Пожалуйста, Драко, кончи со мной в этот раз. - Он вытер дорожки слёз с лица, продолжая наслаждаться звуками, которые она издавала, когда он входил в неё.       - Чёрт, Гермиона, я сейчас, - он замолк, когда его бедра задвигались быстрее и сильнее.       - Кончи в меня, - умоляла она. - Пожалуйста, я же не могу снова забеременеть.       Она запустила пальцы в его волосы, мягко потянула, направляя его губы к своей шее. Это было всё, что им обоим было нужно. Она выкрикивала его имя, когда он стонал её, их оргазмы столкнулись, когда он изливался в неё.       Драко подождал минуту, наслаждаясь несколькими последними секундами внутри неё, прежде чем выскользнуть и рухнуть в своё рабочее кресло, стаскивая её со спины к себе на колени, соприкасаясь прессом с её округленным животом.       - Спасибо, - сказала она, отдышавшись, все еще тяжело дыша. – Мне это было необходимо.       Он открыл рот, чтобы ответить, прежде чем почувствовал, как что-то упирается ему в живот. - Что это было?       Гермиона хихикнула, схватив его руку и прижав к мокрому от пота месту на животе. Он почувствовал, как что-то твердое ударило его по руке, когда она держала его там. - Это, должно быть, твой сын, передает привет. Он довольно активен после того, как я занимаюсь напряженной деятельностью, но в большинстве случаев это происходит после подъема по лестнице.       Драко кивнул, мысли о встрече, на которой он должен был присутствовать, мгновенно забылись, когда он впервые почувствовал, как их ребенок пошевелился. - В благодарность вам, я скажу, что я здесь, если вам обоим что-нибудь понадобится.       - Может быть, - сказала она со смехом.       

8 января 2004

      - Драко, он должен родиться буквально через два месяца. Нам нужно выбрать имя, - сказала Гермиона, поднимая спор, который им еще предстояло разрешить. Гермиона пришла с ним домой после встречи, и они лежали в его кровати, которую, как она сказала ему, нравилась ей гораздо больше, чем собственная. Его голова прижалась к её животу, рисуя на нем незамысловатые узоры.       - Я же сказал тебе, что хочу, чтобы оно было связано с созвездием, - сказал Драко, садясь прямо у изголовья кровати рядом с ней.       Гермиона закатила глаза, готовясь к тому же спору, который они вели уже несколько недель. - И я думаю, что это глупо.       - Я был добр к тебе последние несколько месяцев. Либо им будет название созвездия, либо его второе имя - Драко.       - Хорошо, хорошо, - фыркнула Гермиона. - Я могу терпеть тебя, но я не хочу, чтобы и эта часть тебя была в моём сыне, половины твоих генов достаточно.       Драко мысленно вспомнил астрономию, которую его заставляли запоминать в детстве. - Так что насчет Келума?       - Фу, нет. И не Геркулес, это просто слишком, - Гермиона закрыла глаза. - Кроме того, мои родители подумают, что я назвала его в честь диснеевского персонажа.       - Лео? - Спросил Драко, игнорируя ее комментарий о магловском фильме.       - Может быть? Я думаю, мы могли придумать имя лучше.       - Скорпиус?       - Ты думаешь, Скорпиус лучше, чем Лео?       - Мне нравится. Скорпиус. Для краткости просто Скорп. Я думаю, что Лео слишком обычное для мальчика с такой матерью, как ты.       Гермиона смягчилась: - Ты просто так говоришь, чтобы добиться своего.       Он положил руку ей на живот, потирая большим пальцем место, куда упирался ножкой их сын. - Так, это работает?       Она вздохнула и положила свою руку поверх руки Драко, втайне наслаждаясь тем, как хорошо ощущается тяжесть его руки рядом. - Я могла бы привыкнуть к нему.       - Хорошо, хорошо, я знаю, что твой великолепный мозг работает сверхурочно, так что ты придумала на счёт второго имени?       - Не ненавидь меня за это, - начала Гермиона, повернув голову, чтобы посмотреть на его реакцию.       - Пока это не Уизли, мне все равно, какое у него второе имя.       - Грант.       - Грант? Скорпиус Грант, - Драко повторил имя еще несколько раз, проверяя его. - Почему Грант?       - Это второе имя Тео. Это кажется уместным, поскольку, в конце концов, это его вина, что мы оказались в этой ситуации.       -Ты знаешь второе имя Тео? - Драко спросил, приподняв бровь.       - Мы жили вместе. Оба страдали бессонницей, у нас было много времени на разговоры. Кроме того, если мы назовем ребенка в его честь, кажется справедливым, что мы сделать его крестным отцом.       - Я готов к этому, хотя предполагал, что мне придется сражаться с тобой, чтобы это был не Поттер. Тогда кого ты считаешь крестной матерью?       - Джинни? - Спросила Гермиона с надеждой в голосе.       Драко сморщил нос одновременно приоткрывая рот, чтобы возразить. Прежде чем он успел это сделать, Гермиона продолжила говорить. - Нет. Я беременна, у меня есть полное право голоса.       - Отлично, это Уизлета. В таком случае я бы предпочел Поттера в качестве крестного отца, - согласился Драко, выглядя лишь слегка расстроенным. - Я предполагаю, что ты хочешь, чтобы у ребенка была двойная фамилия? Поскольку мы просто совместно воспитываем ребёнка.       Когда она кивнула в знак согласия, он отодвинулся, чтобы снова положить голову ей на живот, обхватив его пальцами. - Скорпиус Грант Грейнджер-Малфой, твоя мама и я любим тебя.       

7 марта 2004

      Хотя Драко Малфой, возможно, был эгоцентричным ублюдком, Гермиона была благодарна ему за его интеллект, когда она сжимала серебряный диск браслета с созвездием Дракона между пальцами, используя его, чтобы собраться с силами, когда начались схватки.       Через несколько минут Драко появился в ее квартире, знакомый звук аппарации заставил её поднять глаза. - Грейнджер? - Он спросил, явно потрясенный и смущенный, что она использовала браслет, чтобы вызвать его.       Гермионе потребовалось еще несколько секунд, чтобы сделать вдох, превозмогая боль, прежде чем она смогла заговорить. - Наш сын готов встретиться с нами. У меня недавно отошли воды, и схватки довольно частые. Готов отправиться в Мунго? Сумка в моей спальне, если ты не против взять ее для меня.       Он ошеломленно смотрел на неё в течение минуты, когда слова наконец дошли до него, заставляя осознать, что он действительно скоро станет отцом. - Да, я возьму сумку. Давай встретим наконец нашего ребенка.       Драко знал, что ему не следует паниковать. Он не был тем, кто должен был рожать. Тем, кто в скором времени вытолкает из себя человека. Но все же, здесь он был до смешного взволнован, когда стоял один за пределами родильного отделения, ожидая разрешения от колдо-медсестры присоединиться к Гермионе. Он стряхнул пыль, которая, как он чувствовал, прилипла к его брюкам, он ненавидел путешествовать через камин. Слишком грязно. Но, когда Гермиона Грейнджер не хочет аппарировать на случай, если это навредит ребенку, он согласен на всё.       - Мистер Малфой, - позвала колдо-медсестра, отвлекая его от размышлений. – С ней всё в порядке, скоро начнутся роды. Вы можете присоединиться к ней, если хотите.       Драко открыл дверь и вошел в комнату почти в состоянии транса. Он собирался стать отцом. У него должен был родиться сын.       - Я ненавижу тебя, - прорычала Гермиона, когда он подошел ближе к кровати. - Эти долбаные схватки причиняют невыносимую боль.       - Прости, - сказал Драко. - Что я могу сделать?       Целитель, который был в комнате, поднял глаза от таблицы, которую он просматривал. - Наверное, держите её за руку, мистер Малфой. Сейчас всё начнется.       Следующие несколько минут прошли как в тумане, пока он держал Гермиону за руку, шепча, как он надеялся, успокаивающие слова, когда она угрожала никогда не заниматься с ним сексом и снова обвиняла его в том, что она забеременела.       Драко рассмеялся над этим, поцеловав в кудри, прежде чем убрать их с её лица. - Я думал, мы решили, что это вина Тео, дорогая.       Вскоре после того, как его рука онемела, и он заподозрил, что ему понадобится костерост, чтобы вправить небольшую кость. Комнату заполнил крик, когда целительница начала заворачивать новорожденного ребенка в одеяло.       - Поздравляю, у вас здоровый мальчик, - объявила главный целитель, кладя ребенка на грудь Гермионы.       Его сын.       Драко наблюдал, как Гермиона проникалась моментом, первых объятий с их ребенком. Это было там, с ее запутанными кудрями, прилипшими ко лбу, со следами слез на щеке, с их сыном на руках, и это поразило его.       Он влюбился в нее за последние несколько месяцев.       Прежде чем он успел сделать какую-нибудь глупость, например, сказать Гермионе, что он в нее влюблен, она повернулась к нему и спросила: - Хочешь подержать сына?       Драко на мгновение потерял дар речи, впервые услышав эти слова. Он колебался еще секунду, прежде чем протянуть руку и принять новорожденного из её рук.       Через несколько мгновений он уже смотрел в серые глаза, которые отзеркаливали его собственные. - Привет, Скорп, - сказал Драко полушёпотом, задаваясь вопросом, не будет ли испорчен момент, если он заговорит громче. Малыш обхватил кулачком безымянный палец Драко, крепко сжимая его прямо над кольцом с печаткой, как будто он уже знал, какое значение для его жизни будет иметь то, что он Малфой.       - Итак, я тут подумала, - перебила Гермиона, не осознавая важности момента. - У меня будет полная опека, и ты сможешь приходить несколько раз в неделю, пока он такой маленький. Когда он станет старше, мы можем поговорить о том, чтобы он проводил ночь у тебя.       И точно так же мир, который, казалось бы, сошел со своей оси всего за несколько мгновений до того, как снова выпрямился. Назад во вселенную, где Драко Малфой и Гермиона Грейнджер в лучшем случае могли быть только дружелюбными. Он почувствовал, как его сердце упало на пол, а желудок сжался. - Э-э-э, верно, совместное воспитание. Соглашения об опеке. Понял.       - Это то, о чем мы договорились, - напомнила она ему.       - Это то, о чем мы договорились до того, как я влюбился в тебя, - он хотел кричать на мать своего ребенка. - Ты только что прошла через десять месяцев ада, чтобы сделать нам самый невероятный подарок, а теперь ты забираешь его у меня.       Вместо этого все, что смог сказать было: - Э-э, да. Договорились. Я могу попросить своего адвоката подготовить все необходимые документы. У него будут определенные права и обязанности как наследника Малфоев, которые нужно будет изложить в письменном виде. Контракт на опеку - это просто, - он не сводил глаз со своего сына, когда отвечал ей, боясь, что один взгляд на её шоколадно-карие глаза, и правда выплеснется быстрее, чем если бы он выпил бутылку сыворотки правды.       - Драко, - сказала Гермиона, отвлекая его внимание от Скорпиуса к глазам, которых он пытался избегать. - Мне жаль, что сейчас приходится вести этот разговор. Я откладывал достаточно долго и просто не хочу откладывать это на другой день.       - Все в порядке, Грейнджер, - отрезал Драко намного резче, чем хотел. - Совместные родители.       Всю оставшуюся часть дня Драко с трепетом наблюдал, как женщина, которую он любил, легко общалась с гостями, несмотря на то, что родила за несколько часов до этого. Когда Драко понял, что слишком долго пялился, он переключился на своего сына, часть его боялась, что, если он не будет смотреть на младенца, он исчезнет. Как будто он проснется и поймет, что все это был всего лишь сон.       Не видеть его каждый день будет затруднительно, он был эгоистом и хотел быть рядом с ним намного дольше. И он это сделал. Наслаждаясь всеми моментами, когда выпадала возможность поддержать его и провести время с сыном, в то время как Гермиона дремала.       Чего Драко не осознавал, пока он души не чаял в своем сыне, так это того, что Гермиона смотря на него, с младенцем на руках, втайне желала, чтобы они были большими друг для друга. Большими чем просто совместные опекуны. Но Вселенная была жестоким местом и никогда не позволила бы Гермионе Грейнджер и Драко Малфою быть чем-то большим, чем бывшими врагами.