Nyan cafe

– Добро пожаловать в "Нян-кафе", – смущенно оттягивая край короткой юбочки, произносит Хенджин. – Здравствуйте-здравствуйте, – улыбается клиентке Джисон и игриво поддергивает точно такое же, как у Хвана, платье горничной. – Скажите, Джинни сегодня особенно очарователен? Щеки девушки слегка розовеют, и она неловко кивает головой в знак согласия. Хан на это звонко смеется и, потрепав Хенджина по мягким кошачьим ушкам, предлагает клиентке занять столик у окна. Та тут же соглашается и следует за Соном, в процессе несколько раз бросив заинтересованный взгляд на все еще теребившего в ожидании новых гостей юбку Хенджина. – Чай или кофе? Может быть сладкое? Сегодня специально для Вас действует акция, при покупке персикового пирожного, Вы можете почесать за ушком милого котика, жаждущего Вашего внимания. – Джисон шаловливо касается кулачком края ободка в форме кошачьих ушей. Девушка смущенно смеется и соглашается на столь заманчивое предложение, и спустя пару минут, на столе уже стоят стакан с холодным зеленым чаем и блюдце с милым десертом. Хан наклоняет голову к девушке и та, с удовольствием, треплет его по блондинистой шевелюре. Звонок на двери кафе снова позвякивает. Девушка убирает руку и неловко прячет ее под стол. – Приятного вечера, – перед уходом говорит ей Джисон и, подмигнув, спешит навстречу новым посетителям. Джинни, оставшийся ранее стоять у входа, мило разговаривает с новыми клиентами и рассказывает им о самых вкусных новинках сезона. Хан слегка приподнимает край его юбки, чем вызывает тихий писк возмущения и предлагает ему самостоятельно обслужить гостей. Девушки согласно кивают и с горящими глазами идут к столику, вслед за мило улыбающимся им Хенджином. Когда старший проходит мимо Хана к стойке с заказом, тот слабо дергает его за атласный рукав и шепчет тихое: "Заканчивай и выходи на перерыв". Хенджин утвердительно кивает и, подняв со стойки пурпурный поднос, спешит к посетительницам. Хан коротко стучит по задним карманам на коротких шортах и направляется в сторону подсобки, проходит дальше и, с удовольствием, толкает тяжелую дверь черного выхода. Привалившись к одной из кирпичных стен, он достает из кармана пачку сигарет и, чиркнув пару раз зажигалкой, закрывает глаза, с наслаждением затягиваясь. – Еще раз поднимешь мне юбку и назовешь Джинни – останешься без жизни, – слышит Хан и, открыв глаза смотрит на раздраженного Хенджина. – Одной больше, одной меньше. Зачем мелочиться, если у меня их девять? – смеется Джисон и делает еще одну затяжку. Хван недовольно фыркает и, встав рядом, проходится по своим карманам. – Чертов цирк. Еще хоть день в этом лолли образе и я.. – Переоденешься во что-то более экстравагантное? – прерывает друга Джисон и с усмешкой смотрит в глаза напротив. – Это только твоя прерогатива. Черт, где мои сигареты. – Хенджин еще раз ощупывает карманы под юбкой и кидает молящий взгляд на Джисона. – За отсос любой вопрос, – вместе с дымом, нахально отвечает другу Хан. Хван замирает и с интересом смотрит на играющего бровями Джисона. – Не пожалеешь? – Хоть раз такое было? Хенджин самодовольно хмыкает и, скатав до щиколоток белые гольфы, плавно опускается коленями на асфальт. Длинные узловатые пальцы поднимают край короткой юбки Хана, расстегивают ширинку на шортах и стягивают их сразу вместе с бельем. Хан накидывает ему на голову юбку и шумно выдыхает, стоит Хвану мягко коснуться губами внутренней стороны бедра. Хенджин оставляет мелкие поцелуи на коже, параллельно поднимаясь руками по чужим бёдрам и с силой сжимает тощие ягодицы. – Перерыв не резиновый. Хван согласно мычит, широким мазком проходится языком по своей ладони и накрывает пока слабо эрегированный член друга. Обхватив губами головку, он начинает неторопливо ласкать ее, параллельно поглаживая пальцами у основания и ощущая, как ствол становится тверже. Джисон издает шумный вздох, из-за чего Хенджин довольно хмыкает, тем самым пуская по длине короткую вибрацию. Плотно сжав губы, Хван начинает двигать головой, иногда выпуская член изо рта и лаская его пальцами. Слегка надавливает на уздечку и вновь вбирает его в рот, проходясь языком по упругой головке. Хан мелко дрожит и, не сдерживаясь, кладет ладонь на покрытый юбкой затылок, тут же сжимая волосы вместе с тканью, от чего с губ Хенджина срывается тихий стон. Джисон толкается бедрами и Хван послушно опускается губами до самого основания, ощущая, как головка неприятно утыкается в судорожно сжимающееся горло. – Блять, – тихо выстанывает Хан и слегка ослабляет хватку, позволяя старшему немного отстраниться. Хенджин благодарно урчит и Джисон полноценно стонет, вжимаясь в стену за спиной в попытке устоять. Пальцы небрежно отбрасывают край юбки и тут же жестко вплетаются в темные пряди Хвана. Сон без стеснения начинает рвано толкаться бедрами в теплый влажный рот, каждый раз с пошлым хлюпающим звуком погружаясь в плотное кольцо губ. Много времени это не занимает. Он опускает глаза и чувствует, как его член напряжённо дёргается, стоит ему увидеть влажное от слюны лицо Хвана. Руки Хенджина вцепляются в бедра под самыми ягодицами Джисона и сжимают их до синяков, подталкивая младшего к порогу оргазма. Хан еще пару раз толкается в горячий рот и с силой сжимает волосы друга на затылке, кончая. Сперма горячим потоком стреляет в горло, заставляя Хвана закашляться. Стерев с уголков губ перемешанную со спермой слюну, Хенджин поднимается на ноги и, поправив гольфы, как ни в чем не бывало, протягивает Джисону ладонь. Чуть дрожащей рукой, Хан вынимает из пачки две последние сигареты, и, отдав одну из них другу, тут же закуривает вторую. Пару минут друзья стоят в полной тишине. Справившись с легкой послеоргазменной дрожью, Джисон зажимает губами фильтр и, нагнувшись, возвращает на задницу все еще болтающиеся у ботинок шорты. Хван жадно следит за его действиями, а когда замок от ширинки с характерным звуком застёгивается, неловко отворачивается. – Почему мы дружим, напомни? – Потому что любим друг друга. – Просто отвечает Хан и, сделав последнюю затяжку, щелчком отправляет окурок в урну. – Ты идёшь? *** – Черт, сигареты закончились, – досадливо выдыхает Джисон и отправляет пустую пачку вслед за мусорными пакетами. Поправив на себе капюшон толстовки, он поворачивается к Хвану, лицо которого тут же приобретает лисьи черты. – Ты знаешь условие.