Завеса

В казармы первого отряда Норико шла в сопровождении синигами из отряда тайных операций и со сцепленными за спиной руками. Пусть ей и была неприятна встреча с близким родственником, но отбиваться от горстки обученных убийц она не хотела, и даже думать о побеге она не стала — бесполезно. Главнокомандующий Готея 13 с легкостью мог подавить её своей реацу, а раз он пришёл в поместье Кучики и вовлек во всё это принципиального Гинрея, то определенно не собирался причинять ей вреда. — Так вот почему капитан Кучики заговорил о моём возвращении в Готей, — Норико потерла запястья друг о друга, почувствовав, как каменные наручники из душегуба давят на кости и её духовную энергию. Здесь прекрасно знали, что женщина является мастером кидо, а потому ей досталась особая честь разделить одни кандалы с преступниками, греющими холодные полы Башни раскаяния. — Не знаю, что наговорил тебе Гинрей Кучики, но это не имеет ничего общего с тем, что я хочу обсудить с тобой, — Ямамото продолжал притворяться немощным стариком, постукивая своим посохом по твёрдой земле — этому звуку вторило позвякивание цепей и тихие шаги Норико и лейтенанта Сасакибе, который шёл подле неё. Отряд тайных операций передвигался бесшумно, чему она совсем не удивлялась. Они шли по узкой дорожке, которая позволяла обойти все бараки отрядов стороной, не встретив других синигами. Норико и это мало волновало, ведь даже если бы они прошлись по главной улице Сейрейтея во время утреннего сбора, она бы продолжила дергать руками в надежде, что кто-нибудь сжалится и снимет с неё кандалы. — Я ведь не преступница, к чему это, лейтенант Сасакибе? — Норико решила поискать поддержку в человеке, что в детстве втайне ото всех подкармливал её сладостями из мира живых и поил отвратительным чаем, каждый день придумывая всё более извращенные вкусы. Она повернула голову в сторону лейтенанта и в ответ на свой вопрос получила лишь полный жалости взгляд и предостерегающий моток головой. Норико удрученно хмыкнула. Они подошли к казармам первого отряда, но, к удивлению Норико, её не повели в кабинет Главнокомандующего — отряд тайных операций растворился в тенях, а Сасакибе любезно тронул её локоть, подталкивая внутрь довольно большого барака, который не был подвергнул никаким изменениям за полсотни лет её отсутствия здесь — всё те же белые стены, чёрные колонны, с потрескавшейся краской, и широкая дверь, открывающаяся от прикосновения Ямамото и Сасакибе. Норико послушно вошла внутрь барака, сразу же оказавшись в кабинете лейтенанта первого отряда. Ямамото прошёл к столу, на котором были аккуратно разложены бумаги и папки с личными делами синигами — Норико даже стало стыдно за то, что на её рабочем месте часто царил полный хаос. Старик опустился на винтажный стул с пурпурной обивкой, явно попавший в Сейрейтей из другого мира и полностью соответствующий вкусу Сасакибе. Главнокомандующий поставил посох рядом, оперев его на подлокотник, и сложил руки на столе, рассматривая Норико полуприкрытыми глазами. — Сядь, Норико, — голос Главнокомандующего Готея 13 не терпел возражений, но тело женщины совершенно не хотело слушаться его приказов. Простояв в полной тишине с минуту, Сасакибе подхватил её под локоть и подвёл к другой стороне стола, усадив безвольное тело на не менее живописный стул. Единственное, за что Норико смогла шёпотом поблагодарить лейтенанта — это за то, что он снял с неё ненавистные наручники. Сам он встал по правую руку от Главнокомандующего и сложил руки за спиной. Норико размяла затёкшие запястья, не поднимая глаз на Ямамото. Он подвинул к ней одну из папок, но не убрал с той жилистую ладонь. Норико вопросительно вздернула бровь. — Полагаю, я должна поинтересоваться, что это? Но меня совершенно не волнуют дела Готея 13. — Прочти, — Генрюсай одёрнул ладонь. — Это не приказ Главнокомандующего Готея 13, а моя личная просьба, — в его глазах проскользнуло сожаление, но Норико предпочла даже головы не поднимать. — Или, если тебе так угодно, приказ Главы Академии духовных искусств. Норико придвинула тонкую папку и выпрямилась, раскрывая её. — Мне точно можно это читать? Тут ведь уровень секретности... — Читай, — Ямамото не даёт ей договорить, нравоучительным голосом прерывая то, что она успела прочитать на первой странице. Норико подняла на него глаза и кивнула, закусывая нижнюю губу. Она уже не думала о том, сколько времени потратит на дорогу обратно, но всё же чувствовала неловкость, находясь в одном помещении с Главнокомандующим и его лейтенантом. А ещё она чувствовала, что ей не хватает воздуха, а тёмная юката начала медленно обволакивать тело. И дело здесь совсем не в духоте закрытого кабинета. По одной только реацу Норико могла определить, что старик Ямамото очень хочет, чтобы она быстрее со всем разобралась. Через несколько минут Норико ударила прочитанной папкой по столу. За всё это время ни Главнокомандующий, ни его лейтенант не издали ни звука — на мгновение женщина подумала, что они и вовсе уснули. — Я не понимаю, зачем ты мне это показал, — Норико медленно поднялась, опираясь на подлокотники, и поставила руки на стол, склоняясь над папкой. — Я буду скорбеть о смерти тех, с кем я познавала азы дела синигами. Но не ожидай от меня большего. — Мы все скорбим, — Ямамото тоже привстал, обвивая руками свой посох, — но Готей 13 не может иметь так много брешей. У нас недостаточно сильных синигами, чтобы заполнить их. — Хочешь, чтобы я подобрала вам кандидатов из числа студентов? — Норико перестала вести себя так, будто перед ней был Главнокомандующий — Генрюсай Ямамото лишь сегодня мог почувствовать, что она — его кровь и плоть. — Я хочу, чтобы ты стала капитаном Готея 13. Норико подняла руки со стола, безвольно опустив их по швам. Нахмурила брови и чуть приоткрыла рот, но не вспомнила ни одного приличного слова, что могло бы быть уместно в этой ситуации.

***

— Помнишь, как ты достигла своего банкая? — Да... Тогда 67 району Руконгая пришлось нелегко. — Зато теперь пустых не водится в скольки окрестных районах, напомни? — Тридцати. — Тридцати! Норико, это ведь чудо! — Если бы ты был там, то навряд ли бы так отозвался о моём банкае.

***

— Твоя духовная сила выше, чем у большей части капитанов Готея. У тебя есть все необходимые личностные качества для того, чтобы вести за собой отряд. И ты достигла банкая, — в разговор вмешался Сасакибе, который спешно стал перечислять её достоинства. Норико прервала хвалебную речь, поднимая ладонь к его лицу. — Я не могу, лейтенант, Главнокомандующий, — Норико рукавом хаори протёрла влажный лоб и сглотнула, почувствовав, как во рту стало сухо. На самом деле она была в гневе, хоть и продолжала сохранять внешнюю холодность и отстранённость — нельзя показывать слабость перед этими двумя. Человек, обучивший её всему, что она знает, оказался предателем. Единственный друг, с которым она поддерживала хоть какую-то связь после отставки, обвинён в убийстве нескольких капитанов и лейтенантов Готея 13. Женщина, соревнования в поступи с которой сделали её намного сильнее и выносливее других ровесников-синигами, исчезла, не оставив никакой информации о своем местонахождении. Норико не верила тому, о чём только что прочла. Не верила, а потому молчала — Совет 46 найдет причины и её подвергнуть изгнанию, если она вступится за отступников. Бесполезно что-либо предпринимать. Бесполезно и глупо. И именно поэтому ей стоит держаться подальше от Готея, Ямамото, и этого странного происшествия. — Я знаю, что ты всё ещё скорбишь по Соджуну, — Ямамото обошёл стол и встал напротив Норико, одаривая её серьёзным взглядом. У Норико от его красных глаз пошли мурашки, но она не отступила, а, главное, не дала волю уже рвущимся на поверхность слезам. — Поэтому я не предлагаю тебе должность в одном из тринадцати отрядов. — Тогда что? — голос Норико дрогнул, а тонкие пальца сжали длинный рукав хаори, оттягивая его вниз. — Прими командование отрядом кидо. Веки женщины судорожно дернулись, пока она пыталась уловить в глазах Главнокомандующего хоть намёк на сострадание. Для Норико Тессай был первым учителем, и именно он стал тем, кто увидел её потенциал. Если бы не его наставления, она никогда бы не достигла того уровня кидо, которым обладает сейчас. И несмотря на долгое отсутствие тренировок, женщина знала — если она захочет, то прямо сейчас применит телепортацию и исчезнет из-под носа Главнокомандующего. Она была уверена в своей силе, но, чем лучше чувствовала истосковавшуюся по сражениям духовную энергию, тем больше сомневалась в разумности её применения. — Ты обладаешь большой силой, Норико, — Генрюсай положил руку ей на плечо, и Норико немного пошатнулась, — но боишься её использовать. Почему? — Это не просто страх перед своей духовной энергией, — Норико повернула голову к зашторенному окну и сфокусировала взгляд на пыли, что кружила под проникающими в кабинет одинокими солнечными лучами. — Я не боюсь потерять контроль. Я боюсь, что просто не смогу однажды использовать реацу. Я больше всего на свете боюсь, что она вновь не последует моей воле. — Твоя духовная сила так же своенравна, как и моя, — от такого сравнения Норико где-то глубоко в душе стало лестно — возможно, это была реакция её реацу, — но тебе просто не хватает уверенности. Если ты применишь свои способности в борьбе с пустыми, через десяток лет сможешь достичь такого же мастерства, как и Тессай. — Ты действительно веришь, что он... Норико замолчала, нахмурив брови. Главнокомандующий вопросительно посмотрел на неё, ожидая продолжения вопроса — хоть и прекрасно понимал, о чём она намеревается спросить. — Кто-то сейчас будет стучать в дверь, — Норико сложила руки на груди, сбрасывая руку Главнокомандующего и отходя к окну. — Я не ощущая ни чьей реацу, — Сасакибе даже не покинул своё место, застыв у опустевшего стула. — Значит, ваш радар духовных частиц барахлит, — Норико усмехнулась, отодвигая штору и выглядывая в окошко через небольшой просвет. — Молодой мужчина с шевроном лейтенанта пятого отряда, в очках, и с явно старящей его прической. — Сосуке Айзен, — прохрипел Ямамото, оборачиваясь к лейтенанту. — Выясни, что ему нужно. Сасакибе склонил голову и подошёл к двери, намереваясь выпроводить нежеланного гостя. Но как только он коснулся медной ручки, с другой стороны раздался тихий стук. Лейтенант первого отряда резко открыл двустворчатую дверь, чуть не задев синигами. — Господин Сасакибе, вот отчёт о состоянии пятого отряда, который вы просили предоставить к вечеру. И список кандидатов на должность нового капитана. — Хорошая работа, лейтенант Айзен, можете идти, — Сасакибе выхватил из руки мужчины папку с бумагами и уже хотел захлопнуть перед его носом тяжелую дверь, но со стороны окна послышался сдавленный смешок. Сасакибе настороженно перевёл взгляд на Норико. — Быстро же вы нашли замену капитану Хирако. — Простите? — Сосуке аккуратно протиснул голову, вежливо уточнив, ему ли были адресованы эти слова. — Я уже говорил об этом, Норико, — Ямамото осадил женщину и кивнул, разрешая Сасакибе впустить лейтенанта внутрь. — Лейтенант Айзен вполне заслуживает звание капитана Готея 13 и вскоре представит нам свой банкай. Верно, лейтенант? — Думаю, вы переоцениваете мои способности, — Айзен благородно склонил голову, из-под очков наблюдая за тёмным силуэтом, который видел в Сейрейтее впервые, — но для меня будет честью, если вы считаете, что моя кандидатура способна встать в один ряд с другими, не менее достойными офицерами. Норико молчаливо рассматривала переплетения нитей на тяжелой шторе и своей духовной силой вцепилась в одну из них для лучшей концентрации. Она всегда очень остро реагировала на чужую реацу, особенно если та была сильнее, чем её собственная. И чувствовала, когда кто-то пытался её подавить. Но она не сказала ни слова о том, что реацу незнакомого ей лейтенанта может характеризоваться как очень неприятная, пробирающая своим холодом её до самых костей. Возможно, её отношение к Айзену было предвзятым — он свидетельствовал против близких ей людей, а такое не поднимает синигами в её глазах. И пусть в деле, что дал ей Ямамото, было слишком мало подробностей, лишь голые факты и приговоры, Норико всё ещё ощущала неладное. Или же её работа в Академии повлияла на то, что она во всём искала подвох. Женщина обернулась. Главнокомандующий, Сосуке и Сасакибе стояли ровным рядом, направив свои заинтересованные, а у кого-то и довольно раздраженные взгляды ей в спину. Норико щёлкнула пальцами правой руки, и штора позади неё порывом ветра сдвинулась с окна. Кабинет наполнился светом, и теперь Норико смогла получше рассмотреть лейтенанта пятого отряда. Он был довольно высок — намного выше, чем Генрюсай, но и Сасакибе мог бы сравняться с ним только если бы встал на пальцы. Его каштановые волосы небрежно обрамляли лицо, и Норико очень хотелось всунуть ему в руки ножницы и расчёску, чтобы исправить это недоразумение. Когда их взгляды встретились, он немного приподнял уголки губ и склонил голову, но его карие глаза безотрывно рассматривали её лицо. Норико такое внимание было не очень приятно — казалось, что её лицо чем-то перепачкано. В ответ на красноречивый взгляд Айзена она взяла себя в руки и довольно холодно осмотрела его с ног до головы, хоть это и выходило за рамки приличия. — Норико... — Ямамото ударил концом посоха по цветастому ковру, грозно посмотрев на внучку. — Лейтенант Айзен, разрешите представить вам госпожу Норико Хисаги, преподавателя кидо в Академии духовных искусств, — Норико дождалась, пока Сасакибе представит её, и небрежно склонила голову, — и единственного кандидата на должность командира отряда кидо. Женщина прыснула в сторону Сасакибе, который мог бы и не добавлять последнее предложение. Норико ещё не решила, стоит ли ей рассматривать эту должность. И не понимала, как она уже начала задумываться о том, что собирается вновь вступить в Готей 13 в качестве командира... Её начали склонять к этому с самого получения приглашения в поместье Кучики, но она и не думала, что так легко поддастся на уговоры трёх ворчливых стариков. — Думаю, обо мне вы уже услышали. Немного неудобно, что я помешал вашей беседе, — Айзен глубоко поклонился и поправил сползающие с носа очки, дружелюбно протягивая руку. — Не помешали, — Норико протянула свою тёплую руку и крепко сжала ладонь Сосуке, притягивая его ближе. Лейтенант округлил глаза, когда женщина дотронулась до оправы его очков на переносице и что-то прошептала, разрывая рукопожатие. Айзен чихнул, прикрываясь рукавом формы, и замер на месте, не отрывая удивленных глаз от Норико. — Если вы решили проклясть меня вечным чиханием, то, должно быть, я это заслужил, —мужчина потёр переносицу и почувствовал, как на его плечи легли руки Главнокомандующего и его лейтенанта. — Я просто поспособствовала тому, что ваши очки больше не будут менять предназначенное им место, не волнуйтесь, — она отмахнулась, скромно улыбнувшись сосредоточенным на осматривании Айзена мужчинам. — Это совершенно безопасно, можете проверить. Сосуке кивнул и повёл головой в разные стороны, ещё сильнее растрепав волосы, но очки и вправду не двигались. Тогда он протянул к ним руку — и, чудо, они послушно отлепились от его лица. Айзен неверяще осмотрел свой аксессуар и довольно улыбнулся. — А я уже думал, что пора привязать к душкам веревку. Благодарю, вы действительно мастер кидо, — он вновь склонился, а Норико ухмыльнулась в ответ. — Мне нужно переговорить с Норико, поэтому, если у вас больше здесь нет никаких дел, то я прошу вас покинуть кабинет лейтенанта Сасакибе, — Главнокомандующий указал рукой на дверь. В его голосе чувствовалось недовольство произошедшим, но он ничего не сказал в адрес Норико. Айзен раскланялся, пожелав всем хорошего дня, и скрылся за белыми дверями, которые накрепко запер Сасакибе. Норико громко выдохнула и убрала с лица вновь выбившуюся прядь. Она подошла к Генрюсаю, собираясь попросить немного времени, чтобы всё обдумать. — Я согласна на должность командира отряда кидо, но только позволь мне присутствовать на собраниях Готея, — рот Норико совершенно точно согласовал сказанное с тем, о чём она думала глубоко внутри, но она до крови прикусила язык, понимая, что совсем не послушала голос разума. Она сказала это довольно громко, несмотря на то, что леденящая душу реацу всё ещё находилась за толстой дверью кабинета Сасакибе и пыталась нащупать духовные частицы, исходящие от Норико. К несчастью для будущего капитана пятого отряда, Норико была старше и намного опытнее в деле сокрытия своей силы, а потому даже не думала давать ему фору в этом деле. "Значит, может использовать свою реацу несмотря на стены из душегуба. Похвально, но недостаточно хорошо" — Норико сверкнула глазами в сторону выхода, направляя слабый поток духовной энергии, сокрытый от Главнокомандующего и созданный лишь с одной целью — показать Сосуке Айзену, что бесполезно что-либо вынюхивать о её силе. Она ему не по зубам. — Интересно, — Айзен сунул руки в карманы формы синигами и оттолкнулся от стены. Тихо посвистывая себе под нос, он направился в казармы пятого отряда.