Верная собачка.

Германия, не находил себе место после того вечера. Во-первых он очень боялся, что Штаты покажет видео русскому и тот его бросит, ведь «мишка» очень ревнив и даже установил маячки на его наручных часах и телефоне. Каждому терпению приходит конец и немец не стал исключением, бегать после собрания в его кабинет, ублажать и слушать восхваляющие речи. И после всего нагоняет такое чувство безысходности, жалости к самому себе и разумеется стыд поражал его каждый раз, когда видел эти поблескивающие, синие глаза. Хотелось рассказать, признаться и извиниться если потребуется. ФРГ, смог продержать лишь неделю с чем-то из них было всего четыре дня, которые он провёл с штатами. Вернувшись поздно домой в один из таких дней, немец не выдерживает и всё рассказывает, так поспешно боясь не успеть. Но вместо сожаления или злости, он видит на лице своего мишутки смеющиеся глаза и широкую улыбку, вот - вот и рассмеется ему прямо в лицо. Россия, ему просто не поверил сказал « Да кто ж на тебя посмотрит? » будто это былого очередной шуткой, немец по-началу растерялся, уж очень его это задело. Он даже подумывал, уехать на пару дней и взять перерыв в отношениях. Герман, тут же передумал ну ничего страшного поспит пока на диванчике. Взбив подушку руками, мальчик отряхнул одеяло и лёг на диван, укрывшись. Смотря на выключенный телевизор пару минут размышлял о завтрашнем дне, думал помериться с русским…

…

Его разбудил чей-то разговор на кухне, поправив рубашку для сна что задралась, встал с дивана и всунул ноги в тёплые тапочки. Пробравшись на носочках к кухне, он заглянул туда. Глаза широко раскрылись, руки похолодели от увиденного. Россия, сидел на том самом столе и утягивал ещё недавно своего «соперника» за ворот какой-то модной кофты и поцеловал. Герман, сбежал в ванную, вряд ли его услышали ведь те двое увлечены иным. Он не знал почему, но он всегда сбегал в холодную, ванную комнату. Может Италия знал об этом и поэтому был против его отношений с Россией? У него ещё будет возможность это выяснить. Включив душ, он старался сконцентрироваться. Вот сейчас успокоится, остынет и пойдёт паковать вещи. Это было трудным решением, хотя он и понимал что нахождение в этом доме и не должно было здесь продолжаться. Вытеревшись наскоро полотенцем, он одел халат и вышел в гостиную, те ещё ворковали на кухне. Теперь кусочки пазлов встали в единую картину. Германец наспех положил вещи в маленький чемоданчик, собирался переодеться в официальную одежду, но его прервали на половине дела. — И куда ты собрался ? - у дверного проема показался недовольный русский, скрестив руки. Герман, даже не смотрит в его сторону игнорируя присутствие ещё недавно любимой страны. Он говорит, что ему нужно уехать и сквозь зубы шепчет, что русский то и с американцем неплохо может провести время. Неожиданно, но это задевает Федерацию. Удар об стенку оказался таким же неожиданным, как если бы немцу сказали что его отец жив. Чёрт кажется ему сломали нос… — Слушай, а ты случаем не перестарался ? - заглядывая в лицо немца, спрашивает Америка кинув зажигалку русском. Тот закатил глаза и поджог сигарету, сделав затяжку он затянулся мимолётно посмотрев на тело, что лежало на диване. — А не всё ли равно? Спор есть спор. - безразлично сказал, он отвернувшись. Черт, если бы только не тот вечер всего этого бы не было. Теперь пятница, его самый ненавистный день. В тот день они вместе выпивали, он и не помнит как они начали спор, за то прекрасно помнил что Штаты пообещал в случае его победы. Стоила ли того награда? Нет, определенно нет. Но перед американцем нельзя было показывать замешательства, он сопроводит Америку на выход и они поговорят.

…

Первое, что он видит это видео то самое с которого всё началось, он сжимается отвернувшись от экрана, на глазах появились слёзы он просто не мог их сдержать. — Гера ~ Пропел веселый голос сбоку, английский акцент и нотки той самой американской манеры речи. Его обнимают, но от этого становиться мерзко потому что за всем этим спокойно наблюдает русский. Просто смотрит спокойно, как ещё недавно «любимого» лапает этот проходимец, наследующий же день заведёт себе кого-то новенького. Рубашка сползает на пол оголяя худое тело. — Ну ну посмотри ты у нас такой красивый тут. - как же бы хотелось стереть эту самодовольную улыбку с лица, его заставляют посмотреть на телевизор. Он не хочет на это смотреть не опять, не снова переживать тот вечер. Мужские руки обвивают его талию, ладони соприкоснулись с пахом немца массируя агрегат через ткань трусов. Германия, отвернулся в сторону окна, пытается отгородиться от происходящего. Руки гуляли по всему телу и даже не думая стесняться. А потом началось что-то странное. Россия смотрел на него, будто вот-вот и раскается перед немцем, обнимет прося прощение. Хотя может это всё его бредовые мысли? Ведь действия русского сильно различались от того, что видел Германия перед тем, как присоединиться к действиям своего американского коллеги. Герман, смутно помнит как оказался на полу с половым органом во рту, сзади кажется был американец ведь русский никогда не оглаживал, чуть сжимая его талию. Зажмурившись он расслабил горло насколько мог, вбирая больше и чуть вибрируя им он делал поступательные движения вверх-вниз. То, что они говорили германец слышал лишь фоном, ему вновь захотелось в ванную под душ, поскорее смыть с себя этот позор. А что потом? Они выложат это в сеть перед собранием, чтобы опозорить? Да, наверное. Россия должно быть мстит ему за Советский Союз, а США просто скучно. Немец дёрнулся от боли в районе живота, подавшись вперёд к русскому, он резко закашлялся отстранившись от агрегата русского. Рот был весь в смазки, а чувство наполненности внутри приводило парня в безысходность и лишь тогда, он расслабился отдавшись им теперь ничего не изменить, не вырваться из этих сетей которым было имя раньше «любовь». Через сколько все закончилось, он не может сказать ведь потерял чувство времени. Америка, тогда ушёл доставать из машины алкоголь, оставив испачканного всего в семени немца с русским. Россия, обнял германца прижав к себе, «и не боится ведь испачкаться» - единственное что подумал Германия не ощущая ничего кроме холодных объятий. — Послушай меня Герман, всё будет хорошо. Скоро всё закончиться. Обещаю. - Российская Федерация, лихорадочно гладил немца по спине, прижимая к себе.