Утопия

Мы мыслью материализовывали деньги, чтобы останавливаться в отелях, покупать себе одежду и платить за проезд. Один раз я принес для Ива огромный букет цветов. Ив растерянно взял букет. — Как можно дарить мертвые цветы?! Он долго смотрел на эти цветы, и вскоре они проросли прямо корнями в подполье. Весь мой огромный букет стал расти прямо у нас в спальне! Я уловил чужую мысль. Оказывается, за нами наблюдал уборщик. Вскоре весь персонал гостиницы знал о том, что в номере остановились великие фокусники. Нас едва не вытащили из номера с просьбой что-нибудь показать. Я мысленно попросил Ива не демонстрировать хотя бы свой полет. Зачем пугать людей и наживать новые неприятности? Он мысленно мне улыбнулся. Нам начали предлагать деньги. Ив материализовал кучу денег и на пол посыпался денежный дождь. — Смотрите, они настоящие! — закричал кто-то. Иву начали рукоплескать и попросили еще фокусы на бис. — Люди, зачем вам деньги, зачем чудеса, здесь век ваш несчастен и короток! — ответил Ив. — Послушайте лучше песню! Его песня была настоящим чудом. Люди даже забыли о деньгах. Они находились будто под гипнозом. Мы уже ушли, а они все стояли, как если бы кто-то невидимый продолжал петь. Ночью мы уехали из этой гостиницы и из города. Лишнее внимание к нашим персонам было здесь ни к чему. — Дан, — сказал как-то Ив, — я вот часто улавливаю мысли людей о сигаретах, алкоголе и наркотиках. Что это такое? — Привычки, вредные привычки. Люди привыкают к ним, это входит в их жизнь так же, как еда и сон. Это может укорачивать их жизнь, чрезмерное употребление может убить организм. — А зачем тогда?.. — Я не знаю. Привыкают к этому и не думают о последствиях. В своей земной жизни я любил хорошие сигары и красное вино. Кстати, почему бы нам не заказать их и не попробовать? Сам все увидишь. Я заказал несколько ароматизированных сигар и бутылку хорошего вина. — Нужно поджигать эту палочку? — спросил Ив. — Да, поджигать и набирать в рот дым, а потом его выпускать. — Странный обычай... Я поджег сигары, но Ив начал кашлять. — Затягивайся понемногу, распробуй вкус этой сигары, — я выпустил дым колечками. Меня охватила ностальгия по молодости. Я разлил вино в бокалы. — Ты хотел на время побыть земным человеком? Тогда выпей это. Очень многие пьют этот напиток без меры и теряют свой разум. Во всем должно присутствовать чувство меры. Я умел быть гурманом, смакуя по глотку. Оно теперь не сумеет мне навредить. Вереницей мимо меня пронеслась земная жизнь, воспоминания водили хоровод у меня перед глазами. Все, что было до того, как я стал другим, до того, как я научился творить силой мысли. Я захмелел и без стыда начал признаваться Иву в любви. Мы занялись сексом. Утром Ив сказал, что после того, как попробовал этот напиток, он сошел с ума, все его мысли перепутались и он утратил дар творить мыслью. — Вот так, на какое-то время, может потерять рассудок и земной человек, — назидательно ответил я. — С той лишь разницей, что он наутро будет чувствовать такое неприятное ощущение, как похмелье. Я просто хотел, чтобы ты сам попробовал. Наркотики в несколько раз хуже.... — Я не хочу их, — ответил Ив. — А нам они и не нужны. Хотелось спросить, не начал ли он хоть что-нибудь чувствовать ко мне. Но я не посмел. Боялся услышать ответ, боялся разломать свою хрупкую иллюзию. Может быть еще не пришло время. Я создал такого уникального, совершенного человека, как Ив, который собирал только хорошее, а плохое, негативное, отталкивал. Часто после посещения людных мест он жаловался, что не может очиститься от большого количества негативной энергии. Я окуривал комнату восточными благовониями и зажигал свечи — огонь имеет очистительную силу. В созданном мною мире он просто не понадобился. Мы продолжали странствовать по городам, я показывал Иву новые места. Мы помогали всем, кто только в этом нуждался. Но вот, уже несколько дней прошло, как я стал улавливать странные мысли, снующие поблизости. Я сделал предположение, что за нами кто-то следит, но не стал говорить об этом Иву, дабы не тревожить его. Как-то раз на улице Ив проявил неосторожность — он силой мысли помог бездомному калеке, который не мог ходить вот уже десять лет. Тут же проявили себя и наши шпионы. Значит, я не ошибся... — Я хожу! — закричал калека, откинув костыли в сторону. — Я снова могу ходить! Чудо! Нас плотным кольцом окружили телевизионные репортеры. — На наших глазах только что было совершено чудо. Кто вы — новый Мессия? Или спустившийся на Землю Иисус? Эти вопросы поставили Ива в тупик. — Простите... Но я не знаю, кто такой Иисус... — Здесь не было никакого чуда, вы сами его придумали! — вмешался я. — Чудо было и мы все стали его свидетелями! Сбежались люди. Кто кричал про больной желудок, кто показывал загипсованную руку, другие горланили о пороке сердца. Я знал, что мы пропали — Ив не сможет никому отказать. — Тише! — сказал он. Все молниеносно замолчали, как будто он был богом. — Говорите по очереди о болезнях, которые укорачивают вам жизнь. Все снова наперебой закричали, стараясь переорать друг друга. У кого голос был громче всех, считал, что его проблема поважнее. — Замолчите! — взялся за голову Ив. Все, как по команде, затихли. — Я и так знаю ваших проблемах. — Иисус... — прошептал кто-то. Ив закрыл глаза, сосредоточился. Я знал, что он слышит кричащие о помощи мысли людей и ему было сложно. Каждый из этих людей считал, что его болезнь важнее, чем болезни остальных. — Не болит! — закричал вдруг кто-то не своим голосом. — Не болит! — Чудо! Я здоров, здоров! — Мессия! К нам спустился Иисус! Сотни камер были направлены на Ива. Его начали считать Иисусом, а меня — одним из архангелов. Мне стало смешно, но, вместе с тем, я не знал, как избежать такого назойливого внимания. Люди принялись молиться и прославлять Творца, даже не подозревая, что Творцом Ива был я. Некоторые начали падать на колени. Это совсем не понравилось ни мне, ни Иву. Я мысленно сказал ему, что пора сделать небольшое превращение, чтобы избавиться от людей. Ив мыслью создал голубей, которые выпорхнули неизвестно откуда прямо в толпу. Это окончательно позволило прижиться мысли о чуде. Пока все внимание переключилось на птиц, мы приняли облик двух стариков и смешались с толпой. Репортеры растерянно лупали глазами — нас нигде не было. Люди пуще прежнего начали восхвалять Творца и молиться, а мы беспрепятственно отправились домой. — Кто такой Иисус, Мессия? — спросил Ив. — Почему меня так называли? — Я дам тебе книгу, которая называется “Новый Завет”, ты сам прочтешь и сделаешь выводы. — Хорошо, — ответил Ив. — Нам нужно избегать таких ситуаций, — сказал я. — Ты станешь для них вторым Мессингом... — А это кто? — Человек, обладающий сверхъестественными способностями, умеющий читать мысли и предсказывать будущее. Он жил во время Второй мировой войны. — Что такое Вторая мировая война? Я знал, что Ив снова завалит меня вопросами, он пытался разобраться во всем. Я решил предоставить ему такую возможность и подобрал всевозможные книги. Пусть сам изучает и делает выводы. Я дал ему Библию, историю, а также всевозможные учебники, благодаря которым люди изучают науки. Ив был намного больше развит, чем земной человек, он читал раз в десять быстрее и моментально улавливал смысл. Больше всего его впечатлили Библия и история. Он спросил, почему Бог создал такой убогий мир, где все страдают и умирают, если он всех любит. — Почему-то, — ответил я и вспомнил, что в этих случаях священник говорит о грехопадении и начинает обвинять самого человека во всех смертных грехах. Но Ив мыслил так же, как и я. Раз Бог допустил это грехопадение, значит сам хотел этого. И как можно обвинять человека во грехах, если сам ты его таким создал? Ив сильно впечатлился историей. Особенно тем, что прочел об инквизиции. Он не мог взять в толк, зачем люди, прикрываясь Библией, мучили и убивали себе подобных. Его сильно обескуражила история Второй мировой войны. Ив спрашивал каждые пять минут для чего Гитлеру понадобилось убивать и мучить столько таких же, как он, людей. Ив решил, что Гитлер был сумасшедшим. — Гитлер хотел владеть миром, он жил иллюзией, что сможет захватить его, подчинить себе всех людей, что его надуманная арийская раса будет выше, чем другие. Заодно я рассказал Иву, что на Земле существует несколько рас. Многие представители европеоидной расы считают представителей других рас ниже, чем они сами, и возникает неравенство. Я рассказал про эксплуатацию негров и их судьбе в мировой истории. Ив не переставал удивляться. — Я не понимаю людей, — наконец сказал он, — они все сумасшедшие. — Просто я не заложил в тебе тщеславие, ненависть, злобу жестокость, лицемерие, эгоизм, лживость, жадность и многие другие человеческие качества, которые мешают жить самим людям и отравляют жизнь другим. Все, что ты прочитал в учебниках по истории, произошло от того, что здешние люди наделены всеми этими качествами, которых я лишил тебя... Честно говоря, мне было стыдно перед Ивом, что он из-за меня никогда не станет полноценным живым существом, не сможет испытывать многие эмоции. Я чувствовал легкий привкус вины. Каким же было мое удивление, когда он обнял меня и сказал: — Спасибо! Спасибо тебе за то, что ты мне всего этого не дал! Меньше всего на свете мне хотелось бы быть похожим на тех, кто лишен ума и уничтожает себе подобных из-за причин, которые мне кажутся просто абсурдными, нелепыми! Ты мой самый любимый Творец! Я тебя очень люблю как Творца и как человека. Это признание повергло меня в шок. Я отвернулся в сторону, а по лицу моему лились горячие слезы! Все, ради чего я жил, мучился и творил — ради того, чтобы в один прекрасный день услышать такие вот слова...Теперь я знал, что все было не зря. Мы откинули прочь учебники истории, в которых рассказывалось, как люди на протяжении многих веков упорно уничтожали друг друга, прикрываясь Богом. Ив начал изучение литературы. Многие авторы ему приглянулись. Самое яркое наше соприкосновение с искусством случилось на одной художественной выставке. Ив мыслью на чистом холсте сотворил прекраснейший портрет, изобилующий игрой неземных цветов и звезд. После этого нам пришлось перевоплотиться в придуманных нами людей, чтобы незаметно покинуть выставку. Ив обладал неземными талантами и даже здесь, на Земле, там, где ступала его нога, оживали мертвые цветы, срубленное дерево начинало вновь цвести, а больной зверек вновь возвращался к жизни. Мы продолжали ездить по миру и исправлять зло везде, где видели его. Я еще раз спросил Ива, не хочет ли он вернуться туда, где его родина. Я боялся ответа, но Ив ответил отрицательно. Он сказал, что нашел здесь свое призвание и испытывает ощущение неземного счастья, когда в этом мире абсурда и зла ему удается исправить хоть что-то. Тогда мне в голову пришла безумная мысль: а что, если мыслью сотворить подобных нам существ, которые помогали бы нам исправлять земное зло? Но пока этого у нас никак не получалось — слишком много негатива роилось вокруг. Но я верил, что в один прекрасный момент он рассеется, как дымовая завеса, и у нас все выйдет. Это будет пятая раса. Раса, не испытывающая гордости и тщеславия из-за того, что обладает неземными способностями, которой не придет на ум мысль о захвате территорий, о войнах, о распространении зла. Они начнут собирать это зло, как мусор, они смогут очищать планету от негативной энергии. Смогут сделать этот мир лучше и чище, станут ангелами-хранителями для тех, кому нужна их помощь. А пока я просто любил. И эта любовь помогала нам с Ивом творить. Пройдут годы, и энергия, которая мешает нам воспроизводить себе подобных, исчезнет. Тогда все будет по-другому. Я слушал, как Ив поет и понял, что действительно ничего лучше никогда не слышал.