Бывший лучший друг

Наконец она смогла произнести это вслух. Они больше не друзья. Сомин улыбнулась, надеясь, что выглядело это не так больно, как ощущалось. Решив, что больше ей нечего сказать Чону, девушка развернулась и пошла в сторону дома. — Ты издеваешься? Не ходи за мной, — бросила она, заметив, что Чонгук идёт следом. — Если ты забыла, то напомню, — он поравнялся с брюнеткой, — мой дом напротив твоего. — Очень жаль. — Взаимно. Больше они не сказали друг другу ни слова. Ни в тот вечер. Ни в тот месяц. Ни в тот год. Они просто перестали общаться. Сделали вид, что и не дружили вовсе. Переезд Чонгука этому поспособствовал. Поступив, он съехал на съёмную квартиру, поближе к универу. На семейных праздниках он появлялся редко. Но когда всё-таки одаривал родителей своим присутствием, то «дела» находились у Сомин. Она ужасно хотела увидеть его, но не могла себя пересилить. Что бы она сказала? "Привет?" Вдруг он проигнорирует? Не поздоровается и даже не посмотрит на неё? Это добило бы девушку окончательно. С рождения и до последнего класса старшей школы Чонгук был её единственным другом. Дело не в том, что Сомин не способна дружить с кем-то другим. Просто в этом не было необходимости. Когда же жизнь под строгим руководством Чона влепила ей пощёчину, девушка познала одиночество. Вкусила его сполна. Она никогда не думала, что будет благодарна грядущим выпускным экзаменам. Когда ты старшеклассник в Корее, то вся твоя жизнь строится вокруг подготовки к тестам. Школа (50%) + Хагвон (45%) — Жизнь (5%) — формула, которая не позволила Сомин страдать от неразделённой любви дружбы. Изначально девушка планировала заняться чёрной бухгалтерией и избавиться от 5% процентов, чтобы погрузиться с головой в учёбу, но как оказалось, на Чонгуке не сошёлся свет клином. — Еын, зачем ты надела это орудие пыток, — смеялась брюнетка, почти таща на себе подругу, — Ты же знала, что нам идти в гору. Каблуки были так обязательны? — Кисонька, когда же ты поймёшь… — блондинка тяжело вздохнула, — Очень важно произвести впечатление на людишек. Особенно в первый день! Сон Еын как всегда. Они познакомились год назад, посещали один Хагвон. Интегралы связали. Вернее, их полнейшее непонимание. Было приятно осознать, что среди всех Хагвоновских заучек, Сомин не одна подбирала неприличную рифму к каждой новой математической теме. Еын единственная, кто мог с ней в этом соревноваться. У блондинки было словно раздвоение личности. Она могла быть одета в спортивки и, сидя на кортах, рассуждать о пацанских понятиях, а могла, как сегодня, быть одета с иголочки. Лёгкое голубое платье чуть выше колена, которое подчёркивало её прекрасную фигуру, и адские 10-сантиметровые каблуки. Еын нравилась Сомин. — Еын, в свой первый день ты уже произвела здесь фуррор, — прыснула брюнетка, — Как итог: сломанная нога и 2 месяца в гипсе. — Да ну тебя, — фыркнула она, — Каблук-то в этот раз ниже. И, по сути, это мой первый очный день занятий. — Эй, это я должна обижаться. Ты бросила меня грудью на амбразуру, а сама мирно сидела дома, наслаждаясь одиночеством, — Сомин состроила самую обиженную мордочку, которую только могла. — Твой нулевой размер отлично справился, — хихикнула подруга и ущипнула девушку за грудь. Еын тактильная. Очень. Сначала это пугало. Эта невысокая хрупкая девушка постоянно касалась, обнимала и шлёпала по мягким местам, вела себя как настоящий альфа-самец. Так как раньше у Сомин не было подруг, то она предполагала, что так ведут себя все девочки. Но что-то девушка не замечала, чтобы мама Гука, щупала её мать за грудь и определяла, когда пойдут месячные. Еын, кстати, так ни разу не угадала. А её поглаживания соминовых коленок под столом на Хагвонах? Если бы брюнетка не знала, что у неё есть парень, то подумала бы, что её пытаются переманить на «другую» сторону. И это был бы не самый плохой вариант. Но, увы, Еын была влюблена. К счастью, взаимно. Иначе, страшно представить, какими бы способами эта самка добивалась своего парня. Хотя, так она вела себя только с Сомин. Когда на горизонте появлялся Пак Чимин, тигрица-Еын превращалась в малышку-Еын-и, растекаясь в ванильную лужицу. Чимин был на год старше. На голову выше. И в миллион раз красивее любой девушки вокруг (кроме Еын, конечно. С ней вряд ли кто-то сравнится). А ещё Чимин был безумно влюблён в Еын. Они словно два синнабона. Такие же сладкие. — Я бы попросила, — нахмурилась Сомин, — Там не совсем пусто, вообще-то. С пуш-ап лифчиком на 1-й наскребу. — Сомин-а, тебе не лифчик нужен, а мужик, — заключила Еын, подмигивая подруге, — С ним твои дрожжевые булочки наконец поднимутся. — О каких булочках речь? — услышав знакомый голос, девушки обернулись. — Чимини-и, — пропела Еын и, забыв о боли в ногах, бросилась на шею к своему парню. — Привет, — он поздоровался с брюнеткой и чмокнул Еын в щёку. Поздоровавшись в ответ, Сомин передала малышку-Еын-и в руки её суженого, который так же отметил её упорные попытки снова сломать конечности. — Сомин, почему ты не отговорила её от этой обуви? — устало вздохнул Чимин, к которому теперь перешла забота о сохранении костей Еын целыми. — Алло. Живёте вместе вы, а контролировать её «неугомонную Катрин» должна я? — «Неугомонная Катрин» сбежала из дома, пока я был в душе. — Я, вообще-то, всё ещё здесь. Ребята неспеша шли по направлению к институту, разговаривая на различные темы. Чимин и Сомин не прекращали шутить по поводу обуви и страданий Еын. Та, в свою очередь, старательно парировала их «нападки» на свои прекрасные туфли. Но в какой-то момент сдалась и, говоря, что «Катрин негодует», переобулась в балетки, которые Чимин заботливо захватил для неё из дома. Её причитания прервал телефонный звонок. — Алло? — ответил Чимин, — Да, Гук, мы около входа. Услышав знакомое имя, Сомин напряглась, что не осталось без внимания Еын. — Конечно, подождём, — отвечал Чим, косясь на подругу своей девушки. 2 месяца. Именно столько Сомин учится в универе. И именно столько ей удавалось избегать встречи с Чонгуком. Почему она каждый раз сбегала, увидев его издалека, либо услышав его голос? Девушка не знала. А может догадывалась, но не хотела себе в этом признаться. — Живот болит, — выпалила Сомин, умоляюще смотря на Еын, — срочно надо в туалет. Сбежать она решила и сейчас. Поведав друзьям наиболее правдоподобную отговорку, Сомин скрылась за дверьми учебного заведения. — Мне показалось, или она сбежала, услышав имя Гука? — спросил Чимин у своей девушки, не понимая, что только что произошло. — Чимин-и, показалось, — Еын коснулась ладонью его щеки, но заметив, что парень сомневается, продолжила, — У Сомин «эти» дни. Хочешь подробности? — Нет, милая, избавь меня от этого, — накрыв руку Еын, которая грела его щеку, своей рукой, Чимин улыбнулся. Еын знала, что происходит с Сомин. Не могла не знать. За какой-то год они стали не только подругами, девушки стали сёстрами. А сестёр не предают.