Reasons to live

Марк сидел за своим небольшим столом, читая роман известной английской писательницы о мимолетной любви и ее последствиях в эпоху просвещения Европы. Омега прочитал уже полкниги и его все никак не будоражила история этой трагической любви. Кажется, что ему уже наскучили эти бесконечные романы, написанные во времена запретов, социального неравенства и высокого уровня консерватизма в обществе. Ли решил, что его глазам нужно немного отдохнуть, поэтому книжку он дочитает как-нибудь попозже, да и кровать давно манила его своей мягкой светло-розовой простыней. Марк привычно улегся на кровать с телефоном в руках и, разблокировав его, принялся дописывать очередную главу своего фанфика. Только было он открыл заметки, как его мобильник завибрировал из-за входящего сообщенияот пока неизвестного номера. Но Ли быстро понял по содержанию смски кто ему пишет,ведь первое, что он увидел было: «Привет, детка, как ты?». Мысленно Марк рассмеялся от такого набора слов и понял, что называть себя «детка» он никогда никакому альфе не позволит. Омега решил, что ответит чуть позже, так как отвечать сразу дело не благородное, мало ли, что подумает о нем Джонни. Спустя едва ли минуту Марк пожалел об этом решении, так как телефон теперь вибрировал не от присылаемых мессенджеров, а от входящего звонка. Ли охватила паника, он не знал, что делать, ведь отвечать на звонок сейчас Марк не готов, он совсем не умеет разговаривать с альфами.Что ему говорить? Как отвечать? А если папа вернётся домой пораньше и застанет его за разговором с неизвестным парнем? Он все-таки решился брать трубку, но его ладони так сильно вспотели, что сенсорный экран отказывался реагировать. — Алло? — раздался хриплый голос с динамика. — Марк? — Да, алло, привет, — сипло, на одном дыхании произнес омега. — Хей, как ты? — расслаблено прозвучало на другом конце провода. — Ты видел мое сообщение? — А-а да, — на ходу ответил Марк, но тут же исправился и выдал. — Ой, то есть нет. — Ах-ха-ха, так да или нет? — игриво подразнил его Джонни. Казалось, у Марка за одну секунду во рту все пересохло, и он не мог больше ничего сказать альфе. Ли судорожно разбирал в голове варианты для оправдания своего неоднозначного ответа, но понял, что и ему, и Джонни будет легче, если он просто будет по-настоящему искренним. — Не пиши мне «детка» больше, — едва слышно проговорил в трубку Марк. — Мне не нравится это слово…Оно меня смущает… — Ах-ах, как скажешь де..., ой, Марк. Неловкая тишина между ними продлилась недолго, потому что Джонни начал спрашивать Марка про их будущий поход в парк. Тому, как он быстро выкручивается из неловкой ситуации, можно только позавидовать. Со из таких людей, кто просто не умеет чувствовать смущение, стеснение или стыд;эти чувства слишком тяжелые для его легкого характера. — Джонни, я не уверен, что смогу, — все повторял ему омега. — Мой папа строгий в этом плане. — Он ничего не узнает, просто скажи ему, что идешь гулять с другом из новой школы. — Мне правда жаль, — не громко ответил Марк. — Но я не могу. С противоположного конца провода раздался тяжелый вздох, отчего Ли резко почувствовал себя виноватым. Альфа так рьяно пытался познакомиться с ним, выпросил его номер телефона и старался из-за всех сил воспроизвести хорошее впечатление на омегу, и Марк не может не признать, что это впечатляет. Ли бы так точно не смог, на такую настойчивость как у Джонни, наверное, нужно очень много энергии. — Если передумаешь, позвони. Раздались одинокие гудки, еще более нагнетая и так не самую веселую атмосферу. Марк сам не знает почему почувствовал себя так, как будто он убил человека. Невольно анализируя их с Джонни разговор, Ли пришел к мысли, что это была очередная манипуляция его чувством вины. Когда дети хотят, чтобы их родители купили им ту или иную конфету, они сначала просто просят их об этом, но, если просьба не выполняется, они начинают плакать. Конечно, не каждый родитель ведется на слёзы ребенка, когда в кармане ни цента даже на обычный хлеб. Задумавшись о бедности и голоде, Марк совсем приуныл и с грустным настроем снова улегся на кровать. Смыкая уставшие за весь день веки, он мысленно представлял, как находится в лучшем из всех возможных миров,где нет насилия, бедности и болезней. Марк проснулся от громкого звука разбитой об кафель чашки, видимо, папа перед тем, как выйти из дома, забыл закрыть окно на кухне и ветер через прямоугольное отверстие решил навести в их доме суету. Омега лениво поплелся к окну и, посмотрев на пол, обнаружил большое количество осколков, которые ему, естественно,придется пылесосить. Спросонья делать этого так не хотелось, но тревожность за папу, который может прийти и случайно наступить на осколки, взяла вверх над его ленью. Кое-как прибравшись на кухне, он вернулся в свою комнату и, взяв в руки телефон, понял, что время уже полвосьмого вечера. Марк был в шоке, что проспал целую дневную норму с обеда до глубокого вечера. Разблокировав телефон, Марк прищурился от ярких пикселей экрана, в которых виднелись самые разные сообщения сразу от нескольких людей. Папа написал о том, что домой сегодня не придет, поэтому этот вечер и ночь Марк должен как-то самостоятельно прожить. Его почта разрывалась от присылаемых спамов благодарности за регистрацию и предложений оформить подписку на их сайтах.Глазами Марк искал хоть какое-то сообщение от Джонни, но, увы, не нашел, ведь после их тупого разговора альфа ничего ему не написал. Это расстроило омегу, почему-то он надеялся, что настойчивости Джонни нет предела. По-видимому, есть. Пораскинув мозгами, он вспомнил папино сообщение о том, что он сегодня не придет и в школу утром Марк должен будет идти сам. Это означало, что он может пойти погулять с Джонни в парке без каких-либо опасений. Но все не так просто. Марк никогда не гулял до этого с альфами, он совсем еще зелёный в плане отношений и ему страшно показаться глупым перед Со. С другой стороны, не сидеть же так теперь вечность; нужно идти и набираться опыта, познавать новые уровни взаимоотношения с людьми, если уж такая возможность появилась. Он обещал себе быть максимально искренним, чтобы им с Джонни было легко, поэтому Ли уверено настрочил альфе кучу сообщений и, наконец, написал заветное: «В общем-то, поэтому я смогу погулять с тобой». Сказать, что Со максимально быстро ответил на его сообщения, значитничего не сказать. Куча самых разнообразных стикеров заполонила их диалог. «Вот как выглядит веселый Джонни», — думал Марк в голове. Они договорились встретиться полдевятого в том самом парке, но Ли, как всегда, не забыл спросить точное место встречи, и альфа ответил, что скинет ему свое местоположение. «По нему ты сможешь точно пройти, короче, все будет заебись,не парься». От последних слов Марк машинально закатил глаза и, отложив телефон, в сторону, принялся поскорее собираться на выход. Время играло далеко не в его пользу, но омега и не собирался приходить вовремя. Достав из шкафа свои самые лучшие шмотки, Марк принялся переодеваться, попутно разглядывая себя в большом настенном зеркале. Он мысленно оценивал свое тело по десятибалльной шкале и в итоге поставил себе слабую пятерку. Марк мог перечислить тысячи вещей в своем теле, которые он не любил, но совсем не знал, что ему нравится в своей внешности. «Нужно любить себя», —читал он в книжках по психологии и никогда не понимал какого это, когда тебе нравится свое собственное тело. Ему не за что было похвалить себя,кроме стопки прочитанных книг ихороших оценок в его бывшей школе. Он вышел из дома, осматриваемый соседскими надзирателями, то есть пенсионерами, которым наскучил телевизор. Они, сидя на крыльцах своих домов в кресло-качалке, рассматривают прохожих и соседей, сплетничая кто-кого сегодня бросил, и чей блудный сын без ведома родителей собрался поздно вечером на улицу. Марк игнорирует их взгляды, направляясь в сторону ближайшей остановки, где, как он надеется, будет проезжать хоть какой-нибудь троллейбус, который едет до парка. Впрочем, дом Марка находился не за тридевять земель от центра города, поэтому добираться ему от силы пять-шесть остановок. Наконец, он увидел приближающийся к остановке синий троллейбус и запрыгнул на него, протянув пару центов водителю. Прижимаясь к поручню, Марк думал о том, как ему стоит вести себя при встрече с Джонни: как поздороваться, о чем начать говорить, сколько секунд держать зрительный контакт, какие касания предотвращать, а какие позволять и так далее. Мысли омеги прервала толпа высоких парней, зашедших в троллейбус и, судя по запаху, после спортивных тренировок. Марк инстинктивно сжался в углу, ловя похотливые взгляды альф на себя. Неловко продвинувшись к выходу, Марк почувствовал чью-то проскользнувшую по его бедру ладонь, но это произошло так быстро, что омега совсем не понял, как ему нужно реагировать. Выскочив из троллейбуса, Ли медленно зашагал в сторону парка. В голове не было уже никаких мыслей, лишь пустота. Марк не знает, сам он виноват или все-таки это был очередной неотёсанный альфа? Единственное, в чем омега был уверен, так это в том, что нужно поскорее успокоиться и настроиться на встречу с Джонни. Мысли о Со расплылись приятным теплом в его груди, тут же обволакивая и успокаивая всю его нервозную натуру. Заплатив за вход, Марк написал альфе, что он уже здесьи в ответ получил красную отметку на большой карте их города. Сопоставив свое и Джонни местоположение, омега направился по прямой тропинке, сопровождаемой небольшими скамейками и высокими старыми деревьями. На параллельных тропах шли держащиеся за руки самые разные парочки, от абсолютно трезвых до абсолютно нетрезвых. Джонни не соврал, когда сказал, что тут действительно мало людей вечером. Правда, он забыл уточнить, что именно адекватный пласт жителей этого города в такое время суток здесь не увидишь. Двигаясь строго по путеводителю, он замечал, как все дальше и дальше заходит в мрачный парк. Все-таки его мысленно удивляла эта разница в нашей обыденной жизни. Днем этот большой сквер - сборище детей и их заботливых родителей; в воздухе витает запах яблочной газировки, сахарной ваты и шоколадного мороженого. А что вечером? Алкоголь и сигареты, причем довольно крепкие, от которых тебя скручивает до тошноты. Еле передвигающиеся на своих двух пьяные альфы проходили мимо Марка,глазами пошло раздевая всего его до гола, казалось вот-вот и кто-то из них пристанет к нему, утягивая в темные кусты. Омега шел максимально быстро, надеясь, что таким образом поскорее доберётся до Джонни. Чем дальше Ли шел, тем больше ему встречались неадекватные альфы. Он старался не оборачиваться, показывая себя с уверенной стороны, но инстинкт самосохранения брал вверх над холодным разумом Марка. Постепенно из быстрого шага он перешел к легкому бегу, но услышав крики, громкий смех и стоны где-то из далека, рванул куда глаза глядят. С разных сторон он слышал пугающие звуки и, доставая телефон из рук, все никак не мог увидеть синюю стрелку на красной точке. Путь указывал еще несколько поворотов, но Марку казалось еще чуть-чуть, и он откинется, разложившись на этих старых, натоптанных целыми поколениями, тропинках. Кто-то из прохожих свистел ему вслед, кидая пошлое: «Куда так спешишь, малыш?», на что Марк лишь вздрагивал от неожиданности и ускорялся в беге. Наконец, завернув за очередной поворот, он остановился перед узкой, по сравнению с прошлой, тропинкой. Омега медленно продолжил свой путь, шумно дыша от недавнего, как ему показалось, олимпийского кросса. Пробираясь дальше, он понял, что здесь совсем тихо и не слышно воя «современной» молодёжи. На карте показывало, что еще немного и Марк окажется перед Джонни. Больше всего омеге хотелось врезать альфе, за то, что притащил его в такое время в место расселения неадекватных сверстников. Из-за густых и высоких кустов Марк не сразу увидел последний за этот путь поворот. Несмело преодолев его, он обнаружил перед собой высокий старый фонтан, заросший местами непонятным то ли мхом, то ли растением-паразитом и стоящий совсем без воды, но с красивой фигурой в центре. Из старого мрамора была выточена женщина в легком одеянии, которое местами оголяло ее стройное тело. Марк мысленно восхитился такому произведению искусства, к сожалению, скрытое от многих глаз. Лунный свет пробивался через листву старых деревьев, освещая грустное от одиночества лицо статуи. Омега невольно прильнул к фонтану, не брезгая его заросшими краями. — Красиво, не правда ли? Марк вздрогнул настолько сильно, что чуть было не рухнул всем своим телом в высохшую чашу фонтана. — Ты чего так пугаешь!? — воскликнул Марк, на что получил громкий и басистый смех. — Ты такой милый, когда дергаешься, — подметил Джонни. — Не волнуйся, тебе здесь нечего боятся. — Кроме тебя, — с нахмурившимся лицом выдал Марк. Альфу этот ответ привел в ступор и он быстро поменялся в лице, разочарованно смотря на омегу сверху вниз. — Так какого черта ты здесь, если не уверен во мне? — Я не думал, что ты заведешь меня в Богом забытое место, — Марк нервно оглянулся вокруг. — Если ты меня боишься, можешь уходить. — А я не знаю, где мне безопаснее: в этом подозрительном месте наедине с тобой или в центре парка с разгуливающими нетрезвыми альфами? — По-твоему я способен на насилие?! — он внимательно посмотрел на Марка, ловя все изменения в его тревожном лице. — Я не знаю тебя, Джонни. Альфа лихорадочно рассмеялся, то опуская взгляд на траву земли, то снова поднимая на лицо Марка. — Если доверишься, то узнаешь. Омегу эти слова никак не успокоили, а только наоборот еще больше заставили задуматься. Теперь вся ситуация выглядела как подкинутая в воздух монета: орел — Джонни окажется порядочным молодым человеком, решка — он больной насильник. Но Марк решает надеяться на хорошее, его папа всегда говорил ему, что если ты будешь думать только о плохом, то эти мысли невольно реализуются. Ли хочет думать, что Джонни хороший человек и он никого не собирается насиловать или убивать; он просто хочет отлично провести время с омегой, который ему нравится. Медленно обойдя фонтан, Со зашагал в неизвестном для Марка направлении, заставляя его последовать за ним. Если бы не альфа, он никогда не заметил бы красивую большую беседку, которая в сравнении с фонтаном, была намного чище. Джонни достал из пакета, лежащего на скамейке, пару банок с выпивкой и протянул их Марку. — Это пиво? — неуверенно спросил омега. — Да, ты такое не пьешь? — он положил одну из банок обратно в пакет. — Не люблю пиво, — ответил Ли, подходя ближе к скамейке. — От него у меня болит голова. — Может хотя бы энергетик глотнешь? — присев на скамейку, спросил альфа. — Хочешь, чтобы я угробил свое сердце и сосуды? — Марк несмело подсел к нему, наблюдая как он копошится в пакете, пытаясь найти хоть что-нибудь подходящее. — Ты типо на пп, что ли? — возмутился Джонни, понимая, что облажался, купив все для того, чтобы у них обоих обострился гастрит. — Нет, просто не хочу дырку в желудке, — Марк засмеялся. — Да не парься ты из-за еды. — Ладно, но если ты чего-нибудь захочешь, скажи, — немного засмотревшись на улыбку омеги, произнес Со. В воздухе раздался щелчок легко открывшейся банки пива и Марк невольно уставился на кадык Джонни, который от каждого его глотка дергался то вверх, то вниз. — Ты меня извини, что тебе так долго пришлось идти, — вытирая рот рукавом говорил альфа. — Это место имеет для меня большое значение. Я часто тусовался здесь, пока мама не умерла. После услышанного, Марка как будто облило ледяной водой, он почувствовал себя полным идиотом перед Джонни. — Мне очень жаль, — тихо произнес омега, бережно проводя ладонью по левому плечу альфы. — Прости меня. — Нет, это ты прости, я долбоёб,совсем не подумал о тебе. Джонни поднял на него свои полуприкрытые тяжелыми веками глаза и, несмело коснувшись ладони Марка, легко убрал ее со своих плеч. — Я не хочу, чтобы меня жалели, как какую-то бездомную собаку. — О, нет, — Марк чувствовал себя виноватым перед Со буквально за каждое свое слово или действие, но решил, что и для себя, и для Джонни искренне сказанная правда лучше, чем фальшивая ложь. — Я не собираюсь жалеть тебя, и я не могу посочувствовать тебе, ведь в моей жизни не было такой большой потери. Я не тот, кто способен понять твою боль, но, если ты хочешь высказаться, я готов тебя выслушать. Извини, но это единственное, чем я могу помочь. Джонни грустно улыбнулся Марку и, взяв его ладонь в свои руки, легонько провел по ней пальцами. — Мне приятно это слышать, — он поднёс небольшую ручку омеги к своему лицу. — У моей мамы были такие же мягкие руки, — и поцеловал ее. Марк ощутил себя до ужаса странно, но стараясь относится к этому с пониманием, решил не отдёргивать руку так сразу, давая Джонни погрузиться в теплые воспоминания о любимой маме. Альфа, который в два раза больше омеги: высокий и сильный, сейчас казался таким маленьким и уязвимым, как ребенок. — У тебя есть отец? — нарушил их грустную тишину Джонни. — Да, — негромко ответил Марк, чувствуя, как его ладонь начинает покрываться потом. — Но он не живет с нами. — А-а, твои родители в разводе, — констатировал альфа. — Почему они развелись? При любых других обстоятельствах Марк никогда бы не стал рассказывать кому-то столь личную информацию, но после того, как Джонни рассказал ему о своей маме, Ли понял, что может доверять ему на все сто. — Они много ругались, — тяжело вздохнув, начал омега. — Буквально из-за всего. Не знаю, как им удалось прожить вместе шестнадцать лет. — Мои родители тоже иногда ругались, — Джонни достал из пакета единственную газировку, не являющейся энергетиком, и протянул ее Марку. — Моя мама была очень мягкой. А мой отец…он тяжелый человек. — В каком смысле тяжелый? — Ли взял с рук альфы газировку и, пробегая глазами по этикетке, понял, что пить можно. — Ну, он ужасно строгий, деспотичный и консервативный мужик, — Марк почувствовал, как Джонни начал напрягаться, будто испытывал дискомфорт. — На самом деле, я его ненавижу. Он сжал банку в руках и сделав пару громких глотков, выбросил ее на пол, придавив кроссовком. Марк, наблюдая за вымещением злости на ни в чем неповинную банку, понял, что в жизни Джонни отец играет самую негативную роль и ему было интересно, за что именно Со так ненавидит отца. Может быть, он был как-то причастен к смерти его мамы? — Джонни, а отчего умерла твоя мама? — Марк старался произнести это с максимально аккуратной интонацией в голосе. — Он довел ее, ревнивый ублюдок, — горько ответил Джонни. — Сам блядствовал, как последний кобель. Омега совсем не понимал к чему ведет Со, не называя точной причины гибели Мисс Со, но от слова «довел» и «ревнивый» у него прошли мурашки по телу. Марк в глубине души уже начал обо всем догадываться, но ему было очень сложно представить всю картину в целом, он хотел, чтобы Джонни сам ему все рассказал. —Когда я говорю отцу: «Если бы не ты, она была бы жива» — он смеется, — Джонни сжимает ладони в крепкий кулак, заставляя вены на запястьях вздуваться от уровня его агрессии. — После сквозь смех говорит, что она была больна. Она не была больна, черт подери, я знаю ее другой. — Какой? — Марк накрывает своей ладонью напряженный кулак альфы, несмело поглаживая его тонкими пальцами. — Доброй, очень доброй. И милой, — Со разжимает ладонь, позволяя Марку переплести их пальцы. — Нежной. Омега надеялся, что ему показалась круто прокатившаяся по щеке альфы слеза и только то, что он громко шмыгнул носом, подтвердило мнимые видения. — Джонни, я слышал, что если никогда не забывать ушедшего человека, то его душа всегда будет жить, — тихо и ласково, будто колыбельную, сквозь гробовую тишину ночного парка произнес Марк. — Ах, правда? — Я думаю, что да. Альфа резко развернулся и, притянув к себе Ли за лицо, нежно прижался своими губами к чужим. Ли от неожиданности издал негромкий стон куда-то в рот Джонни и, перехватив его сильные руки, старался из-за всех сил держать ситуацию под своим контролем. Получалось, правда, очень плохо, потому что альфа выбрался и пустил свои руки в свободное плавание по телу омеги. Он прошелся по чувствительной кожи шеи, пожимал плечи и мягкие руки, гладил прямую спину и плоский живот, пока Ли мычал от бессилия. Марк очень хотел, чтобы Джонни продолжал, но в тоже время он не хотел подаваться искушению. Омега всегда считал, что нужно держать себя в руках, несмотря ни на что. Это, как остановится пить прохладный напиток в летнюю жару после истощающей жажды; как смотреть фильм и увидеть черный экран на кульминационном моменте из-за ни с того ни с сего выключенного света; как отказаться от любимой калорийной еды во время строгой диеты;в общем, оборвать поток сплошного удовольствия. Если бы Марк знал, как трудно сохранять ясность ума, когда чьи-то большие и горячие руки приятно гладят твое замеревшее в оцепенении тело. Его еще никто никогда так аккуратно и трепетно не трогал. Как же хотелось развалиться на этой скамейке, будучи приятно прижатым альфой, получая желанную телесную усладу. Марк еще несколько секунд разрешил себе насладиться последними мокрыми поцелуями и навязчивыми прикосновениями альфы, прежде чем резко оттолкнуть его от себя настолько сильно, насколько он мог. Марк очень надеялся на эффект неожиданности, потому что он значительно уступал Со в силе и, к счастью, все сработало на ура. А сам Джонни, беспокоясь, что возможно сделал омеге неприятно, моментально отрезвел и принялся извиняться за свое «неподобающее» поведение. — Нет, все в порядке, просто нам нужно было вовремя остановиться, — отнекивался омега, поправляя задранную одежду. Они еще несколько минут молча приводили себя в надуманный порядок, поглощенные мертвой тишиной ночного парка. И только где-то в густой листве деревьев громко стрекотали маленькие сверчки, навязчиво напоминая Марку о том, что сейчас он должен был быть дома и видеть в своей постели десятый по счету сон. Если бы папа узнал, где и с кем он в данный момент находится, то по приходу домой обязательно устроил бы Ли крупный скандал. Омега мысленно улыбался всем своим переживаниям в лицо, так как был уверен, что папа ничего не знает. Джонни и Марк вышли вместе из этого небольшого сквера, направившись к ближайшим заборным ограждениям парка. Плотно прижавшись друг к другу, они двигалисьне спеша по узкой тропинке, местами спотыкаясь о камни, старые опавшие ветки деревьев и разросшиеся кусты. Альфа разместил свою левую руку на узких плечах омеги, позволяя последнему для удобства обхватить его широкую талию. Они оба уже давно понимали, что их разница в росте не принесёт им ничего кроме сплошных конфузов. Наконец, дойдя до первых встретившихся красных ограждений, Джонни оторвал свою руку от Марка и принялся оценивать примерную высоту перил со своей собственной. В сравнении такого сложного соотношения альфа понял только то, что ему непременно нужно будет подсобить невысокому омеге, а сам он точно сумеет выбраться без чьей-либо помощи. Время перевалило уже давно за десять часов ночи, в то время как парк закрывался ближе к девяти, что конечно же Джонни Марку решил не говорить. Он изначально планировал попасть в парк через главные ворота, а выйти, перелезая рандомно попавшиеся по пути самые крайние ограждения. Альфа прекрасно понимал, как это может быть опасно для них обоих, но он так любил поздние вечера в этом парке, что сделал выбор в пользу удовольствия. А безопасность Ли он сам по полной сможет обеспечить. — Так, ты главное не бойся, — начал Со. — Я тебя подниму, ты спокойно перелезешь и спрыгнешь на траву. — А я когда спрыгивать, буду ноги себе не ушибу? — Марк посмотрел на забор снизу вверх, понимая, что предложенная Джонни идея ему не очень-то и нравится. — Если быть аккуратнее, ничего не случится. Марк решил довериться альфе, надеясь на его многолетний опыт, судя по всему, он так не первый раз делает. Наверняка у Джонни есть и были друзья пониже ростом, кто невозмутимо и без последствий перелазил заборы разной высоты. Смешно, но самое сложное для Марка было игнорировать руки Джонни на своем заду и бедрах, пытающиеся приподнять его тяжелую тушу к самому верху перил. Мышцы рук у омеги слабые, поэтому подтянуться и перелезть было для него невыполнимой задачей. Джонни снизу разочарованно смотрел на отчаянные попытки Ли переместить себя на другую сторону. Наслушавшись пыхтения младшего, Со просто поднялся за ним, одной рукой держась за перила, а другой помогая омеге. В итоге Марк с горем пополам смог перелезть, но тут возникла еще одна проблема — он не знал как спрыгнуть. Можно сказать, что у Ли никогда не было «нормального» детства. Он один из тех немногих детей, кто не прыгал по гаражам, не залезал на деревья, не бегал по заброшкам и даже не спрыгивал с двухэтажной кровати. Возможно, у него с детства стойкий инстинкт самосохранения или он просто очень сильно боится высоты. — Давай, прыгай уже, — подгонял Марка Джонни. — Я не могу. Высота была совсем небольшой, но тело омеги просто оцепенело, не желая никак двигаться. Его ладони вцепились в холодные железные перила забора и, казалось, их теперь никогда не разнимешь. Организм будто отказывался слушать команды хозяина о том, что нужно поскорее спрыгивать. Омега прокручивал в голове разные варианты того, как можно приземлиться, но страх сломать себе ноги был выше. Нет, он не мог, просто не мог пересилить себя, пересилить свой страх. Джонни, понимая, что никакие слова не заставят Марка спрыгнуть, решил сначала сам перелезть ограждение и показать на своем примере как это легко и просто сделать. Он быстро взобрался на самый верх перил и, ловко переставляя с одной ноги на другую, перелез на противоположную сторону. Со посмотрел омеге прямо в глаза, заставляя последнего сделать то же самое, и демонстративно приготовившись к последнему действию, непринуждённо спрыгнул на траву, немного испачкав ладони о землю. — Все! Это все, что тебе нужно сделать! — он развел руками в разные стороны, показывая младшему, насколько все просто в этом замечательном мире. Марка пример Джонни не особенно-то и вдохновил, так как он прекрасно понимал, насколько в физическом плане они на разных уровнях. Если альфа смог прыгнуть без всяких последствий для своих лодыжек, то это не значит, что омега сумеет повторить его успех. Ли, конечно, боялся, но понимал, что долго он на этом заборе не провисит, так как может нагрянуть дворник или охранник, вызвать администрацию и им обоим дадут по шее. Потом еще папа добавит, расспрашивая, какого хрена, он в такое время находился с неизвестным парнем в Богом забытом месте. В общем, мысли омеги были о чем угодно, но только не о том, что нужно было поскорее сбрасывать свою задницу на землю. — Марк, — позвал его альфа. — Прыгай! Я тебя поймаю! Джонни поднял к верху широко разведенные руки, чьи локти были согнуты в максимально мягком угле, отчего казалось будто альфа держит невидимый мягкий шар — настолько все было безопасно. Но это только на первый взгляд. Марк понимал, что он не пятилетний ребенок, который может беззаботно прыгнуть в большие руки взрослого альфы. Он сам уже не маленький, а достаточно сформировавшийся к своим шестнадцати годам омега. Природа щедро наделила его плотными бедрами и тяжёлыми костями, из-за которых он никогда не будет смотреться так утончённо, как другие омеги из новомодных журналов. Марк теперь просто боится прыгать в руки Джонни, так как думает, что может переломать ему все тело, ввиду своего не маленького веса. — Я слишком тяжелый, — выдает омега, заставляя старшего сморщить лицо в недоумении. — Это бред, я достаточно силен для тебя, — он развел руки чуть шире и все ближе подходил к ограде, будто готовился вот-вот принять омегу в свои руки. Марк решил: сейчас или никогда. Наконец, оторвав руки с перил, он оттолкнулся пятками от забора и полетел вниз в заветно готовившиеся к этому событию руки. Джонни, думая, что падение омеги и какой-нибудь среднестатистической собаки или кошки, вполне похожие вещи, поэтому он совершенно расслабленно принял в свои объятия все шестьдесят пять килограммов Ли. Издав громкий хрип, который он умело завуалировал в кашель, альфа пошатнулся и попятился назад от сильного напора спереди, но все равно смог крепко прижать к себе переборовшего страх Марка. — Ух, ну что, все хорошо ведь? — спросил альфа, постепенно расслабляя хватку в своих руках. Марк нехотя отстранил свое засмущавшееся лицо от груди Джонни и, стесняясь отвечать на его нежную улыбку, старался усердно разглядывать эмблему на его бомбере. Наконец-то, Марк вспомнил школьный символ и статую того животного, который стоял в центре главного зала — это был Тигр. Буквально за секунду от осознанияпока неизвестно чего, Ли резко поднял на альфу свои выпученные в ужасе глаза с сильно сведенными к переносице бровями. — Что? Что случилось!? — полностью скопировав тревожную гримасу младшего, спросил Со. — Мне кажется или я порвал свои штаны?! — Марк поспешно обернулся для того, чтобы увидеть всю пугающую картину в целом, но обзор с этого ракурса все равно ничего ему не дал. Тогда он полез руками себе под зад и, к своему большому сожалению, нащупал огромную грубо порванную дырку в ткани джинс. — Не может быть! — воскликнул Джон. — Дай я посмотрю. — Нет, ты сделаешь только хуже, — омега из-за всех сил пытался прикрыть своими маленькими ладонями большой кусок собственного постыдно оголенного бедра. — Просто давай скорее убираться отсюда. — Хорошо, я сейчас, тут стоянка в двух шагах, — Джонни указал куда-то в сторону огромной дороги, вдоль которой возвышались высокие деревья. В купе со слабым освещением от уличных лампочек,густая листва создавала жуткие тени на свежем асфальте. Марк решил успокоиться и не горевать по испорченным любимым джинсам, за то время пока ждет несущегося во все ноги к своей машине Джонни. Ничего не бывает идеальным, в том числе и первые свидания, хотя у Со, наверное, оно не первое и не последнее. Ли невольно задумался о том, сколько же отношений у него было. Скорее всего очень много, с разными людьми и при разных обстоятельствах. Марк задавался вопросом:«Был ли он так же откровенен со своими бывшими как с ним?». Омега предполагал в голове, что альфа просто сам по себе экстремально откровенный человек. Но все равно в его подсознании тянулась тонкая нитка мысли о том, что Ли единственный, кто без каких-либо усилий смог заполучить большое доверие со стороны Джонни, ведь он рассказал ему самую большую трагедию в своей жизни на первом свидании. Тот самый черный кабриолет, который Марк видел еще днем по дороге из школы, медленно подъехал к нему и сидящий за рулем Джонни быстро отворил ему дверцу переднего сиденья. Легко запрыгнув вмашину, омега старался как можно удобнее расположить свой зад, игнорируя огромную дырку в джинсах. Немного мешкая перед тем, как тронутся, альфа спросил у Ли все ли в порядке, на что последний просто махнул рукой, давая добро на движение. Джонни ездил как опытный водитель с десятилетним, а то и больше, стажем, он совсем не нервничал, когда кто-то его подрезал или обгонял. На удивление, Со ни разу не нарушил за всю поездку ни одного правила дорожного движения, хотя Марк мало разбирался в них. Мимо них проезжали тачки, несущиеся далеко за сто километров в час, с громко включенной музыкой на весь город и пьяными в стельку студентами. Ли очень напрягали такие компании, он сам по себе заядлый интроверт, ему будет очень тяжело находиться на всяких вечеринках. Марк не знает почему, но думал, что Джонни один из таких же безбашенных подростков, совсем не обеспокоенных о своей безопасности. Разве пойдет нормальный, спокойный и умный альфа за другим омегой в автобус знакомиться? Правда, Ли вспоминает, что сам спровоцировал его пойти за ним до конца. Боже, а если бы Джонни моментально отстал от первого «нет» Марка? Они подъехали к району, где жил омега и его тут же бросило в дрожь. Вдруг папа все-таки отложил дела на потом и вернулся домой?! Что, если он увидит его в машине вместе с Джонни?! Тогда Марку остается лишь просить у Бога помощи, ведь ему всю оставшуюся ночь предстоит слушать многочасовую лекцию от занудливого родителя. Омега всматривался в припаркованные авто рядом с их домом и, благо даже близко похожей на папину машину он не нашел. «Да и в окнах не было света, значит его точно нет дома, можно успокоиться», — промелькнуло в голове. — Вот этот дом, — указал Марк, и Джонни одним плавным движением остановился близ почтового ящика. — Ну что, — альфа развернулся всем корпусом к Ли. — До завтра? — не забыв приятно улыбнуться. — Да, — омега улыбнулся в ответ. — До завтра.