Drabbles

– Она приходит сюда каждый день. Зачем? – говорит в пустоту молодой фотограф, наблюдая издалека за девушкой. Мысли вслух – ничего не обычного, как говорится, но любой прохожий, если услышит слова Чонгука, почувствует то беспокойное любопытство, когда до жути интересно узнать первопричину. Парень испытывает такое странное чувство, которое увлекает его и поглощает в пучину необъяснимого. Он признается себе в том, что приходит на эту набережную только, чтобы увидеть таинственную девушку, которая находится тут в одно и то же время с ним и сидит на скамье ровно три часа (он считал), а потом уходит. Молодой фотограф нашёл в ней свою Музу, имя которой он решается узнать только сегодня, несмотря на долгое восхищение. – Привет, – говорит Чонгук, присаживаясь рядом с девушкой. Та сначала удивляется, приподнимая брови, а потом, будто бы ничего и не произошло, снова устремляет взор на, окрашенную закатом, водную гладь и почти шёпотом говорит: – Привет. Чонгук подмечает, что голос девушки пугающе сиплый и почти безжизненный. Тут же в голову влетают мамины слова, говорящие о том, что сила человеческой души зависит от оттенка его голоса. Насколько он звонок, настолько человек оптимистичен. И сейчас, услышав бледный голос, кажется, словно её душа держится на последних ниточках, что вот-вот порвутся и она рухнет вниз, как марионетка жизни. Парень скользит по девичьему профилю, находя всё больше и больше красоты, которая уже сейчас вдохновляет его и заставляет сжать камеру в руках от нетерпения скорейших фотографий. – Я фотограф, разреши сфотографировать тебя? Девушка даже не смотрит на Чонгука, продолжая погружаться в свои мысли, хотя на затворках сознания слышит вопрос, адресованный ей, и хочет ответить, но банально не может. А парень немного пугается молчания, думает, что не надо было подходить к ней и было бы лучше продолжать наблюдать со стороны. И вот, когда он собирается уйти, его останавливает голос, что всё же набрал остатки сил и выпустил вибрацию наружу. – Можно. Чонгук сразу оживает и радостно улыбается, включая камеру и настраивая функции техники. Он так давно ждал этого момента, когда без зазрения совести сможет сделать снимки своей Музы, а не тайком где-то позади. Красиво очерченные скулы, острый нос и длинные чёрные ресницы – всё попадает в объектив камеры, запечатлеваясь навсегда, и даже опущенные уголки аккуратного рта, которые никогда не показывали улыбку за всё пребывание возле реки. – Как тебя зовут? Меня Чонгук, – улыбается парень, поглядывая на тебя в реальности. – Т/и. – А что тебе нравится? – Не знаю. – А почему ты приходишь сюда каждый день в одно и тоже время? – Хочу. Чонгук не сразу замечает свою настойчивость, просто ему хочется говорить с Т/и, узнать получше и рассказать столько всего, что радует его самого. Это непреодолимое желание поделиться счастьем с человеком так окутывает настроение Чона, что тот не обращает внимание на односложные ответы девушки и незаинтересованность в продолжении разговора. Но это не отталкивает фотографа, что с особым азартом ловит девичий стан в камере, перемещаясь с места на место в поисках подходящего ракурса. Она интересна ему. А после девушка встаёт и поворачивается к парню, впервые за весь короткий разговор, смотря ему в глаза. – Я ухожу, – и после действительно незамедлительно покидает набережную, ни разу не обернувшись. – Что? Как? Уже три часа прошло? – с досадой и удивлением говорит Чонгук, бросая взор на стрелку ручных часов. – Что ж буду ждать завтра, – а после и сам уходит с полным комплектом твоих фотографий. На следующий день всё повторяется: ты сидишь на том же месте, Чонгук всё так же фотографирует тебя и пытается вывести на разговор, но ты почему-то не идешь на контакт, нет точнее сказать – идешь, но с неохотой. – Т/и, я тебе надоел, наверное, со своими вопросами, да? – Нет, – отвечает девушка, но Чонгук ей не верит. – Тогда почему ты не спрашиваешь у меня что-нибудь? – как маленький ребёнок, ведет себя парень, обижаясь на твою холодность. – Мне это не пригодится. – Как это не пригодится? А вдруг мы встретимся снова или ещё лучше – станем лучшими друзьями, – удивленный Чонгук восклицает отрицательно на твои странные слова, что были произнесены с монотонной интонацией, впрочем, как и предыдущие другие. Он так сильно хочет узнать, почему ты ведешь себя отстранённо, делаешь ли ты это только с ним или отрешенна ко всем, но, наверное, эти вопросы будут слишком личными и задевающими для тебя. – Вряд ли, – впервые за весь разговор поворачиваешь голову в сторону Чонгука и смотришь прямо в карие глаза, которые немного покрывает чёлка. – Я вообще не понимаю, почему ты решил заговорить за мной. – Честно, я наблюдаю за тобой не первый день, – неловко почесывает затылок парень и смотрит исподлобья, смущаясь своей же откровенности. – И всё это время ты притягивала к себе, да так сильно, что я решился познакомится с тобой. Я такой смотрел на тебя и думал: «Ува-а, она серьёзно сидит почти не шевелясь три часа?» или «Интересно о чём она думает, сидя вот так каждый день. Не надоедает ли ей это занятие?». Девушка внимательно слушала Чонгука, не находя в его словах ответа на свой вопрос. Она никогда не думала, что может привлечь чье-то внимание, но как выяснилось, может. – Ах да! Почему ты сидишь именно три часа и не больше и не меньше? Это ритуал, который помогает сохранить здоровье и держать мысли в хорошем ключе? Если да, то разреши с тобой, – воодушевленно озвучивает свои догадки парень, не замечая, как девушка чуть вздрагивает и поспешно отворачивается, пытаясь унять ноющую душевную боль. Она понимает, что Чонгук не специально, просто у него такая натура: открытая, простодушная и такая хорошая. Это она успела понять. – Нет, это не ритуал, – отрицательно машет головой Т/и, снова поворачиваясь к парню. – Это моё последнее желание. Парень впервые видит лёгкую улыбку на лице девушки, которая совсем не приносит ему радости. Он так хотел лицезреть её, но получив, испытывает не те чувства, которые ожидал. Пусть девушка мило дарит улыбку, чтобы Чонгук отразил её на своём лице, тот не может, у него не получается. – Как последнее? – Вот так вот. Потом всё равно будет другое, – нежно говорит Т/и, принуждая облегченно выдохнуть Чона и даже схватиться за сердце. – Ох, я уж подумал, что ты это… ну, того самого, – обращается парень к девушке, что продолжает улыбаться уже более ярко, растягивая уголки губ в стороны. Представшая картина сильно распаляет в юном фотографе охоту за редкими моментами, поэтому Чонгук незамедлительно включает камеру и захватывает девичью улыбку в «Коробку памяти». – Ты очень красивая, Т/и, – неожиданно заключает Чонгук, всматриваясь в черты лица девушки, что так же открыто смотрит на парня и не пытается спрятать взор. – Спасибо, Чонгук. На следующий день на набережной сидит один парень. Он терпеливо ждёт девушку, что никогда не опаздывает на это место и всегда тут при любой погоде. Пока Чонгук продолжает выносить волнительное ожидание, его сердце неимоверно бьется, как перед бедой, что вот-вот раскроется и потопит всё в округе. И парень, чтобы хоть немного успокоить дрожь в теле, запускает фотоаппарат, начиная просматривать его содержимое с самого конца, то есть со вчерашней улыбающейся девушки. Чонгук так увлекается, что не сразу замечает копошение рядом с собой, а когда замечает даже не радуется, ведь это всё равно не Т/и. Вместо неё стоит невысокий дедушка с конвертом синего цвета, он оглядывается в поисках кого-то. – Извините, молодой человек, вы случайно не знаете парня по имени Чон Чонгук? – вдруг обращается пожилой мужчина к фотографу. – Знаю, это я, – обыденно отвечает парень, недоуменно следя за дедушкой. – Тогда это вам, – тот протягивает синий конверт в руки молодого человека и попрощавшись уходит, оставляя Чонгука наедине с неприятным чувством внутри. Чон смотрит на предмет в руках, что вызывает плохое предчувствие и страх будущего. Долго смотрит, не решаясь открыть его, долго думает, что там может быть такого. Но потом всё же пересиливает себя и аккуратно разрывает краешек бумаги, читая два лаконичных предложения по середине и печально ухмыляясь им. Да… Не думал Чонгук, что вчерашняя фотография его Музы будет последней в его фотоаппарате, а ведь парень столько всего хотел рассказать и показать девушке, что за короткое время успела захватить его внимание, за такое же время посеяла в нём чувство теплоты, и которая своими же руками забрала это тепло за несчастные несколько часов. Последнее, что сделает Чонгук, так это нажмёт на затвор камеры, а потом достанет завалявшуюся глубоко в кармане зажигалку, которую он забыл выбросить, после того как бросил курить, и опалит горячим пламенем синий концерт высоко над рекой, разрешая пеплу осыпаться на водную гладь. Это было другое желание его Музы, которое Чонгук с тяжестью на сердце выполнил.