Бито

Стандартный солнечный день стандартного четверга. Всегда удобно начинать не самый лучший рассказ подобными фразами, но что делать, если других идей нет? Но не суть важна. Клоны, после пребывания на Земле более года, полностью обустроились, нашли работу и даже съехали от Фёдора в просторный уютный двухэтажный дом с двумя ванными, восемью комнатами и с задним двориком. Внешний фасад дома был отделан штукатуркой в нежно-кремовых тонах, местами сменявшихся к тёмно-коричневому. Крыша имела вид нескольких треугольников, черепица которых по цвету была несколько темнее штукатурки. Внутреннее убранство было выполнено в стиле «Контемпорари», странный, но практичный и самодостаточный стиль, не выделяющий никого из клонов. Нейтрально, просто и со вкусом. Кухня с залом были совмещены, несколько низких удобных стульев были придвинуты к обеденному столу. По всему залу было разбросано несколько пуфиков жёлтого, зелёного, розового, красного и фиолетового цветов. На стене висела большая плазма, по бокам, сверху и снизу были расположены книжные полки, под завязку наполненные разного цвета, размера и жанра печатные издания, большую часть которой составляла коллекция Куромаку. Напротив стоял диван на пять человек белого цвета, по бокам от него стояло два кресла той же фирмы и оттенка. Чуть ближе к телевизору стоял небольшой кофейный столик нежного кремового цвета, с рисунком кофейного зерна. Стены белые, без рисунков. Лестница на второй этаж закручена, чёрного цвета с тонкими перилами. Сам второй этаж состоял из длинного коридора, с каждой стороны которого было по четыре двери. На каждой из них висела именная табличка. В конце коридора была дверь, ведущая в ванную. Обои светло серые, с узором тёмно-серых пальмовых листьев. Убранство комнат было уникальным, каждая комната спроектирована её обладателем в индивидуальном стиле. Комнаты сейчас описывать не имеет смысла, ведь всё будет описываться по ходу рассказа.

***

Июль, ярко светит солнце, на дворе двадцать девять градусов, на небе ни тучки, а кондиционер в доме только один. Правда, в доме стоит три вентилятора, но и их не хватает на всех клонов. Приходилось сидеть по двое у одного электрического прибора, правда распределение оказалось немного странным — Данте с Куромаку, Феликс с Габриелям, Зонтик с Пиком и Ромео с Вару. Виной сего недоразумения стал обычный жребий, распределивший карты в непонятной комбинации цветов и мастей, почти не связанных друг с другом. Дальше для клонов предстояло ещё одно испытание — распределить вентиляторы. Если с кондиционером всё легко — он висел в гостиной, то переносные вентиляторы стали причиной долгих криков и дискуссий, к кому же в комнату понесут технику. Можно было бы и остаться в гостиной, но тогда не случится сюжета этой ахинее. В чьей комнате клоны расположится яблоко раздора решал, как ни странно, тоже жребий. Результат был для кого-то радостным, а для кого-то весьма печальным, но, тем ни менее, вот каков он был: у Куромаку с Данте кондиционер, они в гостиной; жребий выпал Феликсу; жребий выпал Пику; жребий выпал Ромео. Пусть некоторые возмущались и всячески отнекивался, но менять решение никто не осмелился. Так и разошлись, кто куда.  — Мы идём ко мне! — Вот тот, чьему возмущению не было предела — Вару, клон номер пять. Тролль, садист, лицемер и просто подонок с тонкими, жилистыми, словно девчачьими, кистями рук и худощавым телосложением — И мне абсолютно-радужно похуй, что там показал этот блятский жребий. Вообще ни капли не ебёт, уяснил?  — Я к тебе не пойду! У тебя стоят несколько террариумов с насекомыми, грызунами и змеями. К тому же я уверен, что у тебя воняет всей этой животиной. Я категорически против, — Любитель розового теснее прижал к груди вентилятор, тем самым показывая свой решительный настрой, — А ещё, если ты не заметил, кусок зелёнки, наше спасение от жары находится у меня в руках, а не у тебя.  — Я тоже против твоей комнаты! У тебя воняет какими-то цветами или другой ванильной поебенью. У тебя там всё розового цвета, а он меня бесит так же, как и ты, кусок сладко-сахарного дерьма. А ну отдавай вентилятор!  — Только через мой труп! — На последок крикнул Ромео и скрылся в своей комнате. Вару ничего не оставалось, кроме как погнаться за розовым. Погоня длилась недолго — каких-то жалких три минуты. За это время Ромео успел добежать до своей комнаты, обозвать Вару «улиткой» и скрыться за закрытой дверью. Пиковый валет, добежав до нужной двери, незамедлительно попытался открыть её, но тут его ждало новое препятствие — она была заперта изнутри. Около десяти минут Вару барабанил в дверь в сопровождении громких некультурных высказываний в адрес Ромео. А после просто смирился с поражением и, облокотившись о дверь, медленно сполз по ней на пол, принимая участь превратиться в варёного рака живьём. Червовый король, подождав, пока злой Куст успокоится, резко открыл дверь, тем самым роняя Пятого.  — Ты чё разлёгся, шашлык? Успокоился?  — Иди на хер, подкаблучник хренов, — Никакая речь не будет воспринята всерьёз, если будет сказана в положении лёжа, а сам говорящий будет в лёгкой зелёной майке и коротких шортах тёмно-зелёного цвета. Вот и Ромео не придал колким словам никакого значения, рассудив, что кормить Тролля не стоит, — Мне и так плохо от жары, а теперь ещё и тошнит из-за тебя, розовая мерзость.  — Я, пусть и не твой король, но всё же король, не забывай, Пиковый Валет.  — Отсоси, кусок дерьма, — И дополнил свою крайне «познавательную речь» факом, попутно садясь на колени.  — Умоляю, ты сейчас не в том положении, чтоб говорить мне «отсоси». Не я сейчас на коленях на уровне паха сижу, сладкий.~ — Похабная улыбка лишь дополняет образ розового, — Но тебе повезло — я не по мальчикам. А то я бы…  — Всё, завались! Понял, молчу. Пустишь охладиться или мне от жары сдохнуть у тебя тут под дверью? — Смущение Вару выдавали его щёки, покрывшиеся густым румянцем. Может, Ромео и не был только по мальчикам, но это не значит, что Вару являлся исключительным гетеро. Вообще, Пятый часто стал замечать за собой заинтересованные взгляды, направленные на мужчин. Причём накаченных мужчин, ни каплю не женоподобных. Парень всё списывал на несформировавшиеся предпочтения, и вообще ему качки просто кажутся крутыми и ни сколько не сексуальными. Хотел бы сказать Вару, тем самым напиздев и себе, и другим.  — А у меня есть выбор? Если да — то я предпочту второй вариант.  — Нет, у тебя нет выбора, — Процедил зелёный, полностью поднявшись с колен. Теперь они с Ромео были наравне, смотря друг другу в глаза. Ну как в глаза — Вару в глаза, а Ромео в зелёные, цвета молодых листьев салата, очки со спиральками, — Пройти дай. Седьмой нехотя отодвинулся, дав проход Пятому. Вару, осмотревшись по сторонам, принюхавшись и приглядевшись, вынес вердикт:  — Как я и думал — хуета. Слишком много розового, нет зелёного и воняет всякой романтичной херью. Идём ко мне, — Не то, что бы Вару здесь совсем не нравилось (ему нравилось), просто было некомфортно. Он не чувствовал себя хозяином ситуации, но Ромео об этом знать не обязательно. Допустим мы умалчиваем, недоговариваем, но лжи, как таковой, её нет.  — Предлагаю компромисс — сыграем в карты. Кто победит, у того и будет стоять вентилятор всё оставшееся время, до спада жары. Проигравшему придётся смириться с поражением, — Речь Ромео сопровождалась улыбкой, не сулящей ничего хорошего. Может, у кого-то она и не вызовет подозрений, но этот «кто-то» явно не Вару, — Идёт?  — В чём подвох? Не юли, я знаю, что он есть. Выкладывай всё как есть, может, мне даже станет интересно, — Пятый знает эти хитрые нотки в голосе Седьмого, у него такие же. Его так просто не проведёшь, кого угодно, но только не Вару, — Я жду.  — Раскусил, подвох и в правду есть, — Зелёный ухмыльнулся собственному уму, мысленно похвалив себя. Но расслаблять булки рано, ведь теперь он точно убеждён в подвохе, а это не есть хорошо, — Мы будем не просто играть в карты, а в дурака на раздевание. Ну что, идёт?  — Ч-что?! Совсем поехавший, что ли? Зачем на раздевание? Какой в этом смысл??? — Теперь Вару стала понятна та мерзенькая улыбочка Ромео, и зелёному это явно не нравится, — Я не собираюсь так играть, придурок.  — Как хочешь, зайка. Если ты боишься — то ладно. Но вентилятор всё равно будет у меня, — Ромео пожал плечами, развернулся и направился в сторону чудо-техники, стоявшей у мини диванчика розового цвета, как и большинство вещей в комнате.  — Нихрена я не струсил! Просто это кажется тупым даже для тебя.! — Хотел было оправдаться Вару, но его остановил жестом Розовый, призывая к молчанию.  — Если не хочешь признаваться мне в трусости — не надо, но хотя бы сам себе не ври. Мне твои оправдания не нужны, я и так всё понял. Вару ещё какое-то время постоял, прожигая взглядом дыру в Ромео, а потом, собравшись с мыслями, громко заявил, придавая голосу как можно больше грозности и решимости:  — Ладно, я согласен на карты с раздеванием, что я там не видел? Но мне нужно подготовиться. Хорошо? — И поднял одну бровь. Вопрос, конечно, риторический, но Ромео проигнорировал это и просто ответил «Валяй». Встав с дивана, Седьмой подошёл к тумбочке у кровати, доставая из второго ящика игральные карты. Вару тем временем развернулся, направляясь к двери своей комнаты, на которой в некоторых местах виднелись кляксы зелёной краски. У него единственного перед дверью лежал коврик с надписью «Не лезь — сожрёт». Его прибили после случая, когда утром Зонтик, забыв постучаться, вошёл к Вару оповестить того о завтраке, а Пятый возьми да и залай, как пёс. Изначально хотели купить коврик «Злая псина» или «Собака сутулая», но ни того, ни другого не оказалось в продаже. Зато оказался «Не лезь — сожрёт» тёмно-зелёного цвета. На нём и остановился выбор. Теперь Зонт всегда стучится. Зайдя в комнату, Вару сразу свернул к шкафу. Да, он собрался надеть как можно больше одежды. Но не нужно перебарщивать — Зелёный не хочет скопытится от жары. Посему было решено надеть только три пары дополнительных носков. Чтоб наверняка. Носки были одной марки и цвета, а потому не сильно заметны. Вару, конечно, хотел надеть ещё и дополнительные трусы, но он же не настолько трус. К тому же Пятый и так плавился от жары, ещё одна вещь точно будет лишней. Закончив с подстраховкой и зайдя в ванную, чтобы намочить майку, Вару вернулся к Ромео, ждущего его в комнате. Тот в свою очередь развалился на полу у кофейного столика, недалеко от дивана. Вентилятор направлен на него. В мыслях у зелёного только одно — «Жопа ленивая». — Я вернулся, упырь. Встречай Великого и Прекрасного Вару! Седьмой пробежался оценивающим взглядом по всей фигуре Зелёного. «Ничего не изменилось, только носки поменял. Видимо, и вправду морально готовился. Может, конечно, придумывал как сжульничать, такое тоже возможно. Ну, будь что будет.»  — Готов, кислый? Или тебе дать ещё немного времени? Подготовиться, так сказать.~  — Фу, бля. Завались и тасуй давай уже. А то разлёгся тут, Розовый урод! — И показал язык, выражая всё своё презрение к этому клону. Не то, чтобы Вару ненавидел или уж слишком сильно презирал Ромео, просто через грубость он пытался доказать сам себе, что Седьмой его совсем не интересует. Ключевое слово пытался, однако несмотря на все его старания, выходило отнюдь не всегда. Главная проблема состояла в том, что Ромео его привлекал. Он был один из двух клонов, которые полностью совпадали с внешним предпочтением Вару. Вторым был Пик, но к нему никак не подобраться — Зонтик постоянно крутился возле него. Только Зонту было разрешено прикасаться к волосам Пика. Только к Зонтику он был неравнодушен. Вару долго наблюдал за парой, ощущая при этом странное, раздражающее чувство, прожигающее всю его грудную клетку, не оставляющее ни кусочка живого места в районе сердца. Зелёнка объяснял своё состояние ненавистью к Шестому, к этой жалкой плаксе, незаслуженно занявшей место в сердце Короля. То, что это может быть результатом ревности Пятый яро отрицал, вводя себя в ещё большее заблуждение. Неспособность понять собственные чувства приводили к тому, что он долго спрашивал себя, что же с ним творится и как от этого избавиться. В итоге он просто смирился, рассудив, что само как-нибудь пройдёт. Но если Пик привлекал как внешне, так и внутренне, то Ромео цеплял только внешне — он был подкачен, имел прекрасные формы и в принципе был хорош собой, но внутри пустота. Никаких ценностей, принципов или чего-то в этом роде. Он не был интересен Вару. Его не хотелось слушать 24/7, парень не видел в Седьмом союзника, только красивую внешность. Но, хочу повториться, она была шикарна, тем и цепляла. Пока я вам всё объяснял, Ромео успел перемешать карты и раздать каждому по шесть,  — Игра началась. Готовь жопу, каблук! — Вару взял карты и прищурил глаза.  — Это нам ещё придётся выяснить, кто жопу будет готовить, Зелёнка.

***

 — Агрх! Ты победил, я снимаю носок! — Недовольно пробубнил пятёрка, хоть и является пиковой мастью. Быстро стащив с себя носок, попутно ворча что-то нечленораздельное, валет решительно посмотрел на червового короля, который уже успел понять, что Вару реально подготовился к игре.  — А ты, я так понимаю, не ментальной подготовкой там занимался? А ну снимай пару носков, а не один! Мы так не договаривались. -Пф-ф-ф. Мы никак не договаривались. Надо было заранее всё обсуждать, а не валяться, как овощ. К тому же правила не запрещают носить много дополнительной одежды, а у меня её даже не так много, если ты не заметил!  — Хорошо, но играем тогда до тех пор, пока кто-то полностью не разденется. Или для тебя это слишком смущающе? М, Вару?  — Меня не смутит мужское голое тело, в отличии от тебя, розовый~ — Валет вошёл во вкус. Теперь не будет никаких посторонних мыслей — только игра. Вару твёрдо решил, что не будет проёбывать, теперь он серьёзен. Последующие несколько партий Зелёный нагло раздевал Короля, оставляя на Розовом только шорты и нижнее бельё. Чёрт, он реально горяч. Вару поплыл, постепенно сдавая позиции, чаще оставаясь в дураках. Теперь уже Валет остался в майке, шортецах и салатовых боксёрах с узором тёмно-зелёных спиралек.  — Что, я слишком хорош для тебя? Или же есть иная причина твоей резкой тупости в игре? Просто признай — я невероятно прекрасен собой, — Ромео выпрямил спину, как бы показывая, насколько он красив и умён.  — Да брось. Ты реально в это веришь? Если да — то мне тебя жаль. Я просто давал тебе почувствовать вкус победы. Но, как вижу, перестарался. Понял свою ошибку, больше не повторится, уж поверь, я херни не говорю по определению. Можешь уже сейчас отдать мне вентилятор, не дожидаясь своего проигрыша, — Парень хищно ухмыльнулся, вопросительно смотря в глаза напротив.  — Предпочту дождаться исхода игры, кислый, — Такое прозвище возникло как-то само. Если большинство было «сладкими», то Пиковый Валет именно «кислый». Всё просто — Вару ассоциируется с зелёным, а зелёный с кислым. Оттого он и Кислый, а не Сладкий. (автору просто нравится называть Вару кислым). Клоны продолжили игру.

***

Оба парня сидели перед друг другом только в одних боксёрах, плюс очки на Вару, но они не считались. Это была уже своеобразная часть тела, которая снималась только перед сном и в душе по понятным причинам. Осталась последняя игра, решающая. Битва, казалось, была не на жизнь, а на смерть. Даже работающий вентилятор особо не помогал в столь накалённой обстановке. На руках последние, решающие карты. Силы, вроде, равны, тренировались они одинаковое количество времени. Но было одно «но» — Вару жульничал. Преимущество было у Зелёного. Ромео лишь предполагал это, но ничего не знал наверняка, соответственно не мог обвинять Вару в чём-то. Розовый под конец не был напряжён, ведь даже если он проиграет, то всё равно увидел смущённого Валета, а это уже плюс. Редко кто видел Вару таким. Обычно он шумный, весёлый, злорадный, гордый, самоуверенный, но никак не смущённый. Что угодно, но не это. Первый раз Ромео увидел эту эмоцию, когда, после очередного прикола над Зонтом, невольными жертвами которого стали ещё и Куромаку с Пиком, последний грубо прижал Валета к стене, осыпал того трёхэтажном матом и грозился расправиться с ним. Пока все остальные клоны суетились вокруг Куро и Зонта, Ромео решил проследить за пиковыми. Опасности, что Вару и правда таки грохнут не было. Пик никогда не поднимал руку на Валета. Но всё равно было интересно, чем всё закончится. Тогда лицо Пикового Короля было буквально в нескольких сантиметрах от лица Валета. Розовый тогда ожидал увидеть ухмылку, неприязнь или что-то в этом роде, но увидел лишь яркий румянец на щеках у зелёного. Из-за непривычности ситуации Розовый решил всё свалить на оптическую иллюзию, обман зрения и вообще на что угодно, лишь бы не признавать реальность происходящего. Фиолетовый, похоже, тоже увидел эмоции Пятого, ведь в следующий миг отстранился, давая тем самым Вару возможность сбежать, которой он немедленно воспользовался и скрылся в своей комнате. В нечестной игре победил… Ромео?! Тут Вару знатно прихуел, ведь это ОН жульничал, а не Розовый. В полнейшем шоке Валет уставился на противника, на свою последнюю карту и на два туза Ромео, что перекрыли королей Зелёного. Непонимание волной окатило червового с головой. Как? Почему? Каким образом? Он ведь сделал абсолютно всё, чтобы не проиграть!  — Чт!.. Что, блять?! К-какого хера ты выиграл? Как такое возможно??? Я уверен, что ты сжульничал! Давай переигрывать, — Активно жестикулируя высказывал своё мнение Вару. Но он ещё не знал, что его мнение никого не ебёт. На что Ромео лишь пожал плечами, мол «Ничего не знаю и знать не хочу. Правилами написано — раздевайся» — Я согласен на ничью и точка. К тому же мне вовсе не надо раздеваться, ведь даже если ты и умудрился победить меня в картах, то главное, ради чего мы затеяли игру — это вентилятор, а не полностью голый я. -Да, конечно, главное — вентилятор, но, раз уж мне подвернулась возможность увидеть смущение на твоём лице, то я хочу полностью испить вкус победы. Хотя, если подумать, — Ромео изобразил глубокую задумчивость, помедлил несколько секунд и продолжил — Не очень мне то и хочется лицезреть твой «стручок». Боюсь, увиденное меня крайне разочарует. Да, пожалуй, можешь одеваться обратно, не хочу добавлять тебе ещё больше комплексов, чем есть у тебя сейчас, — Ромео знает, что это сработает. Всегда так было и будет. Уж слишком Вару горд для того, чтобы не вступить в спор по поводу его величества. Слишком важно для него окружающие мнение, в особенности его «братьев».  — Я уверен, что это твоя очередная подстава, манипуляция, основная задача которой подчинить моё сознание и заставить делать то, что ты хочешь, против моей воли, — Вару подозрительно сузил глаза, надёжно скрытые под очками, — Я ведь прав, верно, Ромео? -Эмм, нет?..  — Хм, твой ответ, подозрительно похожий на явный пиздёж, сработал, я не чувствую никакого подвоха и готов доказывать тебе свою безграничную смелость, абсолютно не догадываясь о возможном сексе с тобой! — Зелёный скривил идиотскую рожу, показывающую «Я такой тупой, что даже не понимаю очевидных вещей и манипуляций, подстроенных под мой характер, что бы заставить что-то делать».  — Правда? — в такую ересь поверит только полнейший идиот, не понимающий очевидного сарказма. Как хорошо, что Ромео частично является таковым.  — Нет, блять, конечно, конченый ты идиот! Тебе придётся сделать нечто большее, чем это. Ты меня за себя, придурок, не держи. Я-то умнее тебя буду. И думаю не головкой, а головой! — Вару презрительно фыркнул и оскалился, показывая какая он псина сутулая своё презрение и злость, бурлящие внутри и готовые разом выплеснуться на виновника этих эмоций. Вару многое спускал на нет, но недооценивание его интеллектуальных способностей всегда каралось литрами краски на голове, разрисованными вещами и различными подставами на протяжении недели или даже больше. Тогда находиться в доме было просто невыносимо. Никто, кроме Куромаку, не поднимал руку на Вару, только ругались и кричали. Не то, чтобы это сильно помогало, но на часа три-четыре хватало.  — Хорошо, тогда такое условие — либо ты сам снимаешь боксёры, либо это сделаю я. Выбирай. Избежать тебе всё равно не получится, вентилятор у меня, другие тебя не пустят, они все уже давно трахаются, пока мы тут в карты играем. Нам, кстати, тоже пора бы потрахаться. Время не резиновое, автор устаёт и начинает халтурить, поэтому раздевайся скорей и начнём уже.

***

 — Вару, ты чё застыл? С тобой всё норм или помощь нужна? А ты, случаем, не перегрелся? — вывел из транса голос Ромео и прикосновение горячей руки к плечу. Только сейчас Зелёный осознал, что всё это было его галлюцинацией, вызванной перегревом. Валет встряхнул головой, приводя себя в чувства и начиная осознавать реальность. Несколько раз моргнув, парень огляделся, примерно давая себе понять, когда он отключился. Первое, что сразу появилось перед глазами — лицо Ромео, Вару спустился ниже и обнаружил отсутствие на Розовом верхней одежды и одежды в принципе, кроме белых боксёров с сердечками. Аккуратно посмотрел на стол, на котором парни играли чуть ранее, и, увидев лежащие там карты, вспомнил о своём проигрыше, мысленно проматерился, но в конце концов смирился. Теперь стало ясно, что причудилась Вару только последняя часть разговора. Также он заметил, что лежит на лопатках, а над ним нависает Ромео, в глазах которого видно беспокойство и любопытство, таких красивых и родных глазах. Так, стопэ, о чём Зелёный только думает, когда только что чуть не сыграл в ящик? Отметая разные нехорошие мысли в сторону Вару попытался подняться.  — Ну всё, отодвинься от меня, соблюдай дистанцию, у нас в стране до сих пор Коронавирус буйствует, а ты лезешь ко мне совсем близко! И не стыдно тебе народ честной зажимать?  — Абсолютно не стыдно, учитывая то, что я просто беспокоился за твою жизнь и здоровье. Может я и встал бы, но теперь у меня пропало всякое желание. Полагаю, что тебе придётся с этим просто смириться, ведь слезать я не намерен, — Просто слетело с уст Розового, рухнувшего мешком на Вару, тем самым придавив. Зелёный, в свою очередь, громко начал высказывать всё, что он думает об этой ситуации и как он несказанно возмущён расположением дел, зачастую прибегая к нецензурной лексике. Чертыхался Валет ещё несколько минут, тщетно пытаясь выбраться из-под тяжёлой туши Ромео. Король же, в свою очередь, просто лежал пластом, не собираясь уходить с тёплого, пусть и стремящегося вылезти Вару. Под конец Зелёный совсем притих и перестал вырываться, смирившись с временным поражением, — Ты всё ещё должен снять трусы, ты в курсе? Зелёный кинул недовольный взгляд на Ромео, показывая, что ему вообще похуй. Его это не ебёт и подчиняться он не будет, как сильно его не уговаривай. Было видно — Валет настроен решительно. Тогда остался только один самый доступный способ убеждения — физическая сила. Последний раз спросив «Точно сам не снимешь?» и получив отрицательный ответ Король, твердо настроенный на победу, перешёл к действиям. Быстро встав с Вару, Ромео сразу спустился на уровень боксёров Пятого, так же резво схватил их за резинку и, уже собираясь ликовать, был остановлен резким ударом коленкой в подбородок. Боль не сразу дошла до парня, сначала шок. Резкое действие сопровождалось ёмким «Насильник!», сразу въевшимся в грудную клетку. Ромео посмотрел на Валета — слетевшие очки теперь не закрывали зашуганные глаза, полные страха и в какой-то мере отвращением. Изумруды со спиральками смотрели прямо в душу, не отрываясь. Постепенно они наполнялись гневом, предавая глазам красный отлив.  — Ты что творишь, больной ублюдок?! Чем думаешь, а??? Неужели так трудно понять, что если я не хочу снимать боксёры — это значит что я не хочу! Не надо лезть ко мне со своими пидорскими замашками, я не такой! Хотя я уже, блять, не уверен. Ты не думал, что я просто не хочу позориться? Не думал о том, как Я это восприму, а не ты? Конечно ты не думал! Твоё эго настолько велико, что полностью застлило тебе глаза. Подавись ты своим вентилятором, а я сваливаю! — Напоследок и, к большому удивлению, без дрожи выплюнул Вару и ушёл восвояси к себе в комнату, напоследок захватив собственные вещи.

***

Последующие несколько дней Вару был тише травы, ниже воды. Отмалчивался, перестал издеваться над Зонтом и стал меньше есть и больше пить бодрящие напитки, по типу кофе и энергетиков. Несмотря на адскую жару Валет упорно продолжал отсиживаться в своей комнате, часто бегая мочить футболку холодной водой, пытаясь облегчить свои мучения. Ромео тоже немного изменился — стал более задумчивым и приземлённым, перестал листать журналы с откровенными фотографиями девушек. Оба минимально контактировали друг с другом, один раз лаже случилось так, что Вару, после соприкосновения рук с Червовым Королём, отдёрнул руку как ошпаренный и сразу скрылся в своей комнате. Такие изменения не могли не заметить другие клоны, откровенно охуевшие от поведения главного тролля и бабника. Первым задал вопрос Куромаку на ужине, как самый рассудительный и ответственный клон:  — Что случилось с вами двумя? Даже невооружённым глазом можно заметить, что что-то между вами происходит. Настоятельно рекомендую поделиться своими проблемами, ведь с вероятностью 73% мы всё решим разговором, — Спокойным тоном произнёс Куро, поправляя очки на переносице.  — Да, пожалуй кое-что произо…— Не успел договорить настроенный на решение проблемы Ромео, как его грубо перебил парень в зелёных очках.  — Ничего! У нас ничего не произошло. Просто я придумываю грандиозный розыгрыш, а этот, в свою очередь, просто начал наконец переосмысливать значение своего никчёмного существования и менять жизненные ценности на более одухотворённые, чем сейчас. Иными словами — он хочет перестать быть придурком, а я никак не изменился, — Вару сделал максимально правдоподобный голос, стараясь всеми силами не раскрывать своего напряжения. Это было реально трудно. Ещё эта схема всегда могла накрыться медным тазом, если Седьмой начнёт её отрицать. Оставалось только надеяться на лучшее и готовиться к худшему. Ромео хотел уже было возмутиться, но вовремя остановился, увидев напряжённое лицо Вару. Очки скрывали глаза, но сомкнутые в полоску губы, напряжённые мышцы лица и сжатие пальцев один за другим выдавали Валета с потрохами. Он очень сильно волнуется. Ромео принял правильное решение, решив подыграть Вару, тем самым спасая его от лишних вопросов со стороны остальных клонов.  — Да, всё верно. Я просто пытаюсь переосмыслить всё, что я делал и найти более совершенный способ прожить свою жизнь менее бесполезно. Я, кстати, уже наелся, Вару, пойдёшь ко мне за вентилятором? Мы договаривались, что каждые четыре дня будем меняться, помнишь? — На секунды Зелёный растерялся, в непонимании смотря на Червового Короля, затем понял намёк и быстро промямлил:  — Да, конечно. Я тоже уже наелся. Парни вышли из-за стола и направились на второй этаж. Тем временем оставшиеся клоны смотрели на две тарелки с совершенно нетронутой едой и переглядывались между собой, прекрасно понимая, что им только что нагло напиздели и быстро ретировались, дабы избежать серьёзного разговора. Хотя теперь они точно знают, что что-то произошло. Осталось только узнать, что именно. А Червовый и Пиковый уже зашли к первому, сели друг напротив друга и старались не отводить взгляд от оппонента, абсолютно не проявляя желания начинать разговор. Напряжение, окутавшее всю комнату, казалось, можно резать ножом.  — Пожалуй, нам стоило раньше… Обсудить всё?.. — До ужаса страшно начать этот сложный разговор, но оба знают — надо. Первым решился Ромео и Вару очень благодарен ему за это, хоть вслух и не скажет, просто не сможет. Да и Розовому слышать слова благодарности от Зелёного вовсе не надо. Не стоит травмировать его ещё больше, — Я понимаю, что поступил неправильно и хочу попросить у тебя прощения. Хотя, зная твой характер, ты скорее простишь меня после того, как на мою голову прольётся не менее литра зелёной краски с зелёнкой, которую потом хрен отмоешь, — Седьмой чуть приподнял уголки губ, стараясь хоть как-то разрядить обстановку. У него определённо получается, так что теперь и Вару слегка улыбается, но не злорадно, не пытаясь устыдить или что-то в этом роде, а искренне. Такое случается даже реже, чем румянец. «Красиво». Именно эта мысль пронеслась в голове Червового Короля, заставляя смущаться и краснеть. В голове пронеслась безумная идея, — Вару, как на счёт посидеть на крыше и поговорить там? У меня с окна легко пролезть. Зелёный перестал улыбаться и изумлённо посмотрел на Короля, пытаясь выяснить, шутит тот или нет. По всей видимости нет. Тут комнату пронзил резкий звонкий смех, больше похожий на истерику, после чего Вару поднял глаза на Ромео и весело заявил:  — А давай, хуле нет-то? Я, похоже, совсем рехнулся без приколов над Зонтиком. Мне надо развеяться. На улице жара спала, хоть охлажусь нормально. Показывай. Ромео нервно усмехнулся, но комментировать никак не стал. Просто поднялся с дивана и направился к окну, распахнул его и аккуратно вылез наружу. Затем развернулся и подал руку Валету, как часто показывают в фильмах, когда кавалеры приглашают светских львиц на танцы. Вару принял руку, чем немало удивил Ромео, ведь в привычном состоянии Пиковый никогда не стал бы участвовать в подобной ахинее, но не сейчас. Сейчас хочется просто отдаться моменту и получить максимум удовольствия от этого вечера. Хочется почувствовать свободу от зелёных очков, скрывающих от мира и клонов невероятной красоты изумрудные глаза со спиральками. И мешки под глазами, куда же без них?) Вот и последствие недосыпа, связанного со стрессом, не более. Зелёный искренне любит свои очки, просто души в них не чает, но иногда хочется отдохнуть от всего. От людей, от приколов и от прекрасного мира, что предстаёт перед глазами всякий раз при надевании их. Валету нравятся два измерения, хотя чаще любит пребывать в зелёном. Каждый по-своему прекрасен и ужасен, в каждом есть своя изюминка. Но, зачастую, людям хочется жить только прекрасном месте и видеть всё через «розовые очки», и Вару точно такой же. Для этого он их и носит, снимая только перед сном и в душе. Валет и забыл, как выглядят собственные глаза без зелёных окуляров, но ему и не нужно это, ему и так хорошо. Но, взобравшись на крышу, он впервые захотел увидеть реальность. Именно захотел, да так сильно, что, наплевав на постороннее присутствие, резким движением снял мешающую вещь… Это прекрасно. Закат, плавно перетекающий в звёздную ночь, тишина и невероятно красивый Ромео, будто горящий в ярко-алых лучах закатного солнца. У Вару перехватило дыхание.  — Если честно, я никогда в жизни не видел ничего красивее, — Даже не понятно, говорит Валет о пейзаже или о человеке, что так выгодно смотреться на его фоне, — Небо красивое. Без зелёного, конечно, но это терпимо, можно простить. Теперь ты официально прощён, дурила. Жди обычную порцию зелёной краски на голове, — Вару состроил что-то на подобии улыбки, пытаясь не слишком сильно запятнать свою репутацию, и посмотрел Ромео прямо в глаза.  — Ты красивый, можно тебя поцеловать? — Вырвалось у не успевшего как следует подумать Червового. Окончательно поняв смысл только что сказанного, Ромео сильно покраснел, — Стой, п-прости, оно само, и я не это имел в виду, в смысле я и правда хочу, но если ты против, то я не воз…  — Можно, — Зелёный отвёл взгляд и старался не смотреть на виновника своего смущения, зацепившись взглядом за росший неподалёку лес, пытаясь не показать своего стеснения. За эти несколько дней, пока он пребывал в раздумьях, парень полностью пересмотрел свои гомофобные взгляды и попытался признаться себе в ориентации, но точно быть уверенным он не мог за неимением опыта. Вару признал свою симпатию и ревность к Пику, также осознал, что Ромео тоже, вроде, не урод и сойдёт вполне.  — Т-ты точно не против?..  — Давай быстрее, иначе передумаю! — Потихоньку закипал Валет. Он был на пределе и не мог больше ждать. И, слава всем Богам, Ромео не стал задавать лишних вопросов и просто притянул к себе кудрявого парня без зелёных очков. Осторожно смял его губы, постепенно углубляя поцелуй. Прошёлся языком по нёбу Зелёного и всячески хозяйничал там. Вару оставалось только отдаться процессу и иногда постанывать в поцелуй. Его первый глубокий поцелуй с мужчиной. Его первый поцелуй. Ромео отстранился, оставляя тонкую ниточку слюны между ртами клонов. Седьмой вытерся тыльной стороной ладони, Вару скопировал его жест. — Как тебе?  — Я определённо гей и тебе не повезло быть в моём вкусе.  — Даже не знаю, не повезло или, быть может, повезло. Предлагаю проверить прямо сейчас, — Ромео поиграл бровями, после чего ближе притянул к себе Вару и начал покрывать поцелуями шею, плавно переходя на ключицы. Но его прервали, притягивая к себе за подбородок.  — Только крепкая дружеская дрочка, понял? Я не готов к большему, — И посмотрел прямо в глаза Ромео. Вару всë равно они больше нравится через очки, но так тоже пойдëт. Валет коротко поцеловал Червового, затем позволил тому действовать в своëм темпе. Ромео опустил руку к ширинке Зелёного, осторожно провёл снизу вверх, до начала футболки. Вару сдавленно простонал, показывая, что ему всё нравится. Седьмой продолжил: поцеловал щёку, шею и вновь перешёл на ключицы. Вырисовывал только ему понятные узоры языком, посасывал тонкую кожу и слегка покусывал. Вару тяжело вздохнул и мелко задрожал. Послышался очередной томный стон, едва различимый даже на столь маленьком расстоянии. Ромео улыбнулся. Парень проник под шорты, поглаживая напряжённый член через зелёные боксёры с чёрными спиральками. Валет чуть сжал руки Короля, но остановиться не потребовал. Червовый провёл большим пальцем по головке, попутно свободной рукой спуская шорты вместе с нижним бельём. Пятый промычал что-то нечленораздельное, ещё больше краснея, хотя, казалось бы, куда больше?  — Вару, — Вышеупомянутый поднял глаза на звавшего, — Если хочешь, можешь меня укусить, ничего против не имею.  — Х-хорошо… — Парень незамедлительно впился зубами с острыми клыками в плечо Ромео. Король прошипел от резкой боли, пронзившей тело. Он ненароком сжал половой орган партнёра, от чего Вару ещё сильнее вогнал клыки в кожу.  — Блять! Вару, можешь, пожалуйста, не так сильно кусаться? Создаётся такое впечатление, что ты хочешь отгрызть от меня кусок! Я, конечно, всё понимаю, первый раз, новые ощущения, но хотелось бы всё-таки без членовредительства, — Прозвучало как каламбур, но таковым изначально не являлось. Ну что теперь поделать? Слова назад не вернуть. Послышался тихий смешок и повторение вышеупомянутого слова. Ромео закатил глаза и цокнул, как бы негласно говоря «Ведёшь себя как дитё малое». Всё, посмеялись и хватит. Король провёл по всей длине, накрывая головку большим пальцем. Вару сдавленно простонал. Червовый быстро спустил свои шорты с боксёрами и коснулся своим членом члена Валета. Парень тихо заскулил, кладя голову на плечо Ромео. Розовый обхватил два органа, заранее смочив ладонь слюной, проводя на пробу вверх и вниз, ожидая дальнейшей реакции, которая, к слову, долго ждать не заставила. Уже через мгновение Зелёный то ли осмелел, то ли просто не осознал до конца ситуации, схватился за члены с другой стороны от руки Ромео. Смелость Вару удивила и ненадолго вывела из колеи, если быть точным — на долю секунды. Придя в себя, парень уже более уверенно двигал рукой на членах, сочащихся естественной смазкой. Через пару толчков Вару издал что-то похожее на рык и кончил и в свою, и руку Ромео. Король ещё несколько раз провёл от основания до самой головки и тоже излился, пачкая кисти руки и немного живот Зелёного, что до сих пор пытался прийти в себя и нормально отдышаться. Заглянув в глаза, Червь произнёс:  — А я и не знал, что ты скорострел, — Ромео улыбнулся, оголяя ряды белоснежных зубов. Вару смущённо опустив взгляд в сторону леса.  — Чья бы корова мычала. Не на долго тебя хватило, однако, — Вару провёл чистой рукой по волосам, ероша их, тем самым предавая им вид «шляпки» ядерного гриба, — И вообще, я рассчитываю на второй раунд! Не честно, что предварительным ласкам был подвержен только я. В следующий раз я начну, так будет честно. Идёт?  — Как скажешь, Варежка, — Ромео механически протянул руку для скрепления договора, и только потом понял, что ладонь той руки была безбожно испачкана. Но опомниться Король не успел, ведь в тот же момент Валет скрепил рукопожатие. Оказалось, что рука его тоже была далеко не чиста. Постояв так с минуту, парни звонко рассмеялись, раскрепляя ладони и утыкаясь друг другу в лоб. Первым отошëл Ромео. Он прямо посмотрел в глаза Вару, мысленно вопрошая, почему раньше не мог сыграть с ним в карты.  — Ты мне нравишься, — Как-то само вырвалось у Валета. Повисла тишина. Всë, как будто, умолкло, в ожидании ответа Червового. Сам же Король на секунду выпал из реальности, осознавая только что услышанное. Валет Пиковый быстро отошëл на шаг назад и обратно надел очки. И, как только у Ромео появился ответ, Вару перебил, — Стой, нет, погоди, это было явно лишним. Забудь, о’кей? Я… Оно само и вообще я не хотел…  — Ты мне тоже нравишься. Ты красивый, харизматичный, остроумный и мне весело с тобой. Ты продолжаешь мои шутки, превращая их во что-то совсем несуразное и необъяснимо смешное. Слов у Вару не нашлось. Он просто шагнул в тëплые объятия седьмого клона и, хоть он и не айсберг, растаял. Просто весь и полностью погрузился в этот момент, в этого человека, в эти чувства. Эйфория, пришедшая с очками, усилилась вдвойне, превращая это мгновение в рай на земле. Теперь сам Вару не жалеет, что отдал всех козырей Ромео в той игре.