Таксист

      Человек шел по улицам мегаполиса; голос отдыхающих, прогуливающихся по тротуару, людей шумом отдалился в голове мужчины, от чего он, поморщившись, зашёл в здание. Над стеклянной вращающейся дверью и витриной с подсветкой красовалась вывеска «Пункт телепортации».       — Поперечная четырнадцать, — хватаясь за голову, прорычал человек в кассу.       Приветливая девчушка вбила что-то на голографическом компьютере и вновь подняла голову:       — С вас сто двенадцать юаней.       Мужчина вынул из кармана карту и, покрутив её в руках, протянул девушке.       — Оплата прошла, прошу, займите свой аппарат под номером шестнадцать. Отправка начнется сразу же, как только вы вступите в круг. Приятной поездки, — девушка улыбалась, говоря дежурную фразу, а после вновь склонила голову над голографическим монитором.       Мужчина кивнул, уже зная процедуру перемещения. Поэтому не ожидая консультанта, что пролетел мимо и почти впечатался в кассу, прошел к нужному кругу, огороженному стеклом, и исчез.       — Миллиардная телепортация с пункта перемещения по адресу «Лиловая сорок один А» прошла успешно. Адрес переноса «Поперечная четырнадцать». Рады, что вы выбрали компанию «Ланьлин Цзинь».       Автомобильный мотор заревел — и машина тронулась, разрезая городские просторы ветром и музыкой лихих девяностых.

***

      Юноша сидел в машине, держась обеими руками за руль, покачивая головой, подпевая орущей из магнитофона песне. Дверь задних мест отворилась, а потом с грохотом захлопнулась. Парень покрутил музыку почти до минимума, и повернулся назад, ярко улыбаясь, прикрывая глаза пассажиру.       — Доброе утро, господин Цзинь. Куда едем на этот раз?       — Туда же куда и обычно, — хмуро изрёк молодой господин, отворачиваясь к окну, — и быстрее.       Юноша посмеялся и завёл мотор, нажимая на газ. Городские пейзажи меняли один другого, зачем и наблюдали пара медовых глаз.       — Если вы хотите быстрее, то могли бы пользоваться телепортами. Тем более, ваша компания и является самой большой и популярной компанией, изготавливающей их, отвечая за перенесение и улучшение. Зачем пользоваться услугами старого, пошарпанного и не нужного такси? — медовые глаза оторвались от окна и прилипли к смеющемуся таксисту. Юноша в строгом золото-чёрном костюме долго и странно смотрел на парня, а потом вновь отвел взгляд. — Ох, простите, забылся, — он вновь хихикнул и замолчал, улыбаясь и ловко маневрируя на чёрной красивой, но уже старенькой манишке, с большими и элегантно нарисованными курсором буквами, что складывались в слово «такси».       Лань Цзинъи всегда предпочитал винтаж современности. Его дом часто сравнивали с музеем, так как повсюду стояли старые штуки, которые многие современные дети видели только в книжках, а то и в сказках они и не появлялись. То большой, громоздкий резной двустворчатый шкаф, вместо встроенных в стену полок. То старая одежда еще годов шестидесятых позапрошлого века. То рукописные или печатные книги, стоящие на красивых библиотечных стеллажах, вместо электронно-голографических историй. То простые, дешевые таблетки от всех проблем, вместо искусственного интеллекта в собственном теле.       А особую радость ему приносил его автомобиль. Он достался Цзинъи по наследству от покойного деда, о котором парнишка-сирота с роду и не знал. Каково было удивление мальчишки, когда обнаружилось, что он последний в своем роде, так еще и рабочий. Поэтому, не имевший особых перспектив, из-за своего финансового и родословного положения, парень решил заняться такси. Дело крайне прибыльное, учитывая, что машин во всем мире осталось меньше двадцати штук, а такси — втрое меньше.

***

      — А не молод ты для подобной штуки? — изрёк Цзинь Жулань, первый раз садясь в такси для пафоса важной встречи.       — Возможно, но все же тут я, так что прошу не нервничать, я знаю своё дело, — юноша улыбнулся и завёл мотор.       В тот день первой встречи Цзинь Лин не нервничал. Ну, это он сам себе так говорил. К полному получению компании молодой Цзинь готовился еще с раннего детства, и переживать было не о чем. Каждое слово в сценарии, все жесты, выражение лица, и даже тонкие намёки и шуточки, которые можно говорить определенным лицам, всё было выучено. Вот только ноги его подкосились даже не тогда, когда его вместо нового телепорта, попросили явиться на торжество на автомобиле и не просто автомобиле, а такси. Руки задрожали, стоило только этому такситу явиться точно в назначенный срок. Он смеялся, шутил, улыбался белыми сверкающими зубками небу и внимательно смотрел вперёд большими, невероятно красивыми серебряными, лунными глазами. Жулань видел их в зеркале, не в состоянии оторвать своих медовых очей. Он влюбился с первого взгляда, как девчушка-простушка. Причём по уши. Погряз в этих глазах настолько сильно, что день молодого господина начинался со звонка и вызова такси. Лунноглазого такси.       — Ну всё, приехали. Бизнесцентр, штаб квартира компании «Ланьлин Цзинь», адрес «Центральная тридцать семь», — Цзинъи повернулся, его вечная улыбка так же красовалась на очаровательном молодом личике.        Цзинь почувствовал, как только от нее у него вновь появились силы работать, вновь явилось желание видеть лица, неприятных ему советников, старейшин, что так и норовятся отстранить его за любой косяк.       Но он ничего не ответил. Просто кивнул и протянул оплату, как обычно, наличными, открывая дверь, что бы не задерживать глаза на столь живом, радостном образе, которого так не хватало. До боли не хватало. Чёрно-золотой костюм колыхнулся, Жулань поправил длинные пушистые волосы, собранные в конский хвост и вышел из автомобиля, намериваясь закрыть дверь.       — Доброго дня, благодарим, что вы выбрали транспортную компанию «Гусу Лань», — Цзинь застыл и удивленно уставился на молодого Ланя. — Что? Мне показалось, что вы сегодня были через чур хмурыми, вот и решил поднять настроение, — парнишка вновь рассмеялся и уже хотел было трогаться, как послышался легкий сдавленный смешок.        Жулань смеялся в рукав, изо всех сил стараясь сдерживаться. Удивленный Лань смотрел на него какое-то время, а потом так же залился заразительным и звонким смехом. Успокоившись, мальчишка в золоте улыбнулся на прощание и вошёл, весь день вспоминая те мгновения несдержанного смеха, те встречи взглядов, тот звонкий смех, что приятным, теплым эхом отдавался в груди, и естественно те слова: «Мне показалось, что вы сегодня были через чур хмуры, вот и решил поднять настроение».