Drunk-Dazed

Прожектора, басы, закрытое помещение. Хисын подходит к кубическому зданию, из редких щелей которого стреляет разноцветный свет. Вокруг заброшенного склада, выбранного для проведения какой-то фенси техно вечеринки, стоит немалое количество уже пьяных и не очень людей. Ли проскальзывает внутрь, стараясь избегать потоков людей, движущихся в, из, к и от здания. Бас бьёт по барабанным перепонкам. Кажется, что люди здесь в замедленном движении. Будто все до последнего под чем-то, невменяемы. Никто не смотрит друг на друга, не думает о своем внешнем виде, им все равно на дорогущий бар, на имя и фамилию диджея, все равно на свою судьбу и будущее, на весь мир, до тех пор, пока этот же диджей прокачивает на монотонном, гипнотизирующем бите. Это нельзя прочувствовать, пока не подойдешь к высокой сцене с мигающими прожекторами на заднем плане и качающимися ленивой волной людьми на переднем, пока не отключишь мозг от всего, что оставил на улице до того, как зайти в это помещение: проблемы, мысли, людей. Пока не дашь глазам ослепнуть, не дашь сознанию полностью переключить внимание на звук, на секунду прикрыть глаза, задержать дыхание… Тогда унесет. Занесет вглубь Земли, воздуха, океанов и морей, собственного тела и дыхания, выйдет за пределы разума и воображения. Что ж такое. Хисын так и делает. Заказывает один классный шот и подходит к сцене, через толпу, смотря на мигающий свет, уверенный, что скоро перестанет видеть что-либо другое. Пока это еще не случилось, он допивает свой шот и бросает отрешенный взгляд на окружающих его отрешенных людей: кто-то стоит один и беззаботно трясется под музыку, кто-то, собравшись в кучу, танцует вместе, а кто-то прямо в гуще толпы, кажется, целуется. Девочки, мальчики. Не важно. Всем здорово. Всем хорошо. Он не знает, сколько времени прошло, сколько времени его тело уже само пульсирует от музыки, а ноги тяжело подгибаются, синхронизируясь с битом. Музыка диктует его или он диктует музыку. Она переливается внутри, отсвечивая разноцветностью, как бензин на луже. Люди, кажется, становятся цельной массой из разноцветных пятен и бликов. Хисын прекращает различать человеческие силуэты и в пьяном хаосе откидывает голову, смотрит на потолок. Балки, швы, трубы. Перед глазами плывет с легким опозданием, точь в точь как с дешевыми спецэффектами пьяности из фильмов и музыкальных клипов. Бит внезапно замедляется, бас угасает, остаются мотивные металлические звуки и хищное напряжение, пахнущее массовым отключенным сознанием. Весь народ, задержав дыхание, ждет дропа. Уши улавливают подход к нему и масса, будто один цельный организм, втягивает воздух, чтобы упасть с головой в мощный дроп. Хисын завороженно смотрит на диджея: тот освещен красно-зелеными узорами прожекторов и тоже стоит с прикрытыми глазами. «Кайфует» пролетает в голове Ли, он еле успевает улыбнуться на свою мысль, как диджей открывает глаза, а музыка мгновенно влетает в уши и взрывается вместе с физической оболочкой Хисына и эмоциями. Он слышит голоса людей, не знает, это аудио или его окружение; не знает, сам кричит или молча рассыпается на кусочки под мощный, разрушающий разум, чувства и стены звук. Если бы не пьянство, Ли бы подумал, что происходит землетрясение. Хотя, какая разница, бьют волны под или над поверхностью земли? Хисыну хочется закрыть глаза и упасть на пульсирующий пол потерянного помещения. Но он не знает, почему продолжает стоять и смотреть на ослепляющий свет под оглушающий звук, а потом только слышит свое собственное дыхание. Когда он снова осознает себя, снова слышит глубокие басы, находит себя опирающегося на одну из стен подальше от сцены. Диджей, кажется, сменился и крутит что-то совсем другое. Ноги Хисына автоматически несут его в уборную. Там музыка заглушается, а из зеркала на Ли смотрит кто-то потерянный с взъерошенными волосами и мыслями. Эту потерянность получается смыть холодной водой только с третьего раза. Теперь в зеркале хотя бы можно узнать себя. А сзади узнать спину того самого диджея. Хисын заинтересовано оборачивается и понимает, что блондинистый диджей с кем-то самозабвенно целуется. Бесстыдно подходит ближе, пытаясь рассмотреть все в мельчайших подробностях, замечает в одной руке того сигарету и то, что целуется он тоже с парнем. Это почему-то заставляет брови ползти наверх от легкого удивления и Хисын впервые за несколько часов хрипло подает голос: — Ты ведь тот диджей? Блондин отрывается от своего занятия, поворачивает голову и недоуменно смотрит на Ли: — Чувак, я немного занят, — отворачивается, собираясь продолжить прелюдию. — Я знаю, — Хисын опирается спиной к стене, к которой, собственно, прижата пара и невозмутимо продолжает, — Ты классно качал народ сегодня. Как тебя зовут? Стейдж-нейм или типа того. Блондин усмехается на наглость и, слегка отпрянув от парня, делает короткую затяжку: — Я TheJay. Наступает тишина на несколько секунд, во время которых так названный ДиДжей диджей взглядом спрашивает «все?» и не получив реакцию со стороны странного, скорее всего пьяного молодого парня, отворачивается к своей уже скучающей пассии. Шепчет тихое «извини» и тянется снова целоваться, надеясь, что приставший наконец отстанет и уйдет, как слышит голос: — Аа, это типа игра слов? Блондин не выдерживает и усмехается прямо в поцелуй, и бросает восхищенный наглостью взгляд на Хисына. А парень, с которым он все это время целовался или, во всяком случае, пытался целоваться, в свою очередь сдается и оттолкнув блондина, уходит. Наверно обиделся. Диджей на секунду тянется за ушедшим с не таким уж и расстроенным "Сону-я", но забивает и поворачивается к Ли. Осматривает его с ног до головы и затягивается. — Ты доволен? Тот смотрит прямо в глаза и кивает головой. Блондин не может сдержать улыбку. Языком тычет в щеку и, снова затянувшись, подходит близко к парню. Выдыхает ему в лицо: — Этого добивался, да? — Хотел быть на его месте. Брови парня удивленно дергаются, и он продолжает улыбаться и курить. Облизывает губы, кусает нижнюю, пока осматривает лицо перед собой. Хисын тоже изучает черты лица стоящего напротив: отмечает высокие скулы, острую линию подбородка и пухлые губы. Засматривается Останавливается на губах и неосознанно (а может даже и специально) медленно облизывает свои, что, очевидно, не ускользает от внимания блондина, и тот, выдохнув дым, врезается своими в чужие. Поцелуй выходит ужасно мокрым, пьяным и беспорядочным. Новый знакомый держит за шею и зарывается в волосы на затылке Хисына, в то время как Ли, не церемонясь, притягивает парня за бедра. Тот шумно выдыхает в поцелуй и отрывается, затягиваясь уже почти догоревшей сигаретой: — А ты прям с продолжением хочешь, да? Хисын усмехается и, сногсшибательно улыбнувшись, притягивает чужую руку за локоть, чтобы тоже затянутся. Выдыхает дым и так же блистая улыбкой, отталкивается от стены: — Можно и без него, — и шагает в сторону выхода. Блондин заворожено следит за каждым движением парня, а когда тот намеревается уйти, наспех тушит сигарету и контрастным, громким голосом говорит: — Нет, стой. — Ли бросает невинный взгляд, пока диджей смотрит на свои часы, — Потерпишь еще… пол часа? Я еще раз кручу до 3-х, а потом уедем. — Куда? — Куда захочешь. Ли снова улыбается и говорит «окей», а потом, пока они вместе выходят из уборной: — Мне погуглить или ты скажешь как тебя зовут? — в ответ получает усмешку и короткое «Чонсон», на что кивает и называет свое, — Хисын. — Хорошо, Хисын. Увидимся через пол часа, жди меня у входа, — и уходит к сцене гипнотизировать народ.