h-o-r-n-y

Мегуми захлопывает шаткую дверь, чувствуя как в его висках гудит. Он опирается спиной о кирпичную стену и достает из-за уха сигарету. Чиркает зажигалкой, наполняя легкие дымом, и прикрывает глаза. Голые плечи обдувает сквозняк, а стринги неприятно впиваются в нежную кожу. Кто же знал, что костюм Итадори совершенно непрактичный и настолько голый? Юноша чуть ли не выл, стоило ему слезть с пилона и оттянуть ткань, которая оставила заметные красные полосы на бедрах. Сегодняшняя смена особенно тяжелая, ведь Фушигуро пришлось отдуваться за двоих. Итадори подошел к нему, стоило парню только переодеться и собраться домой. Но нет, у товарища внезапно наметилось свидание со своим любимым Нанамином (который, между прочим, был серьезным мужчиной в рубашечке, офисным работником со стабильным заработком, новенькой машиной и приличными часами на руке). Юджи слезно выпрашивал лучшего друга о том, чтобы его прикрыли перед начальником. И Фушигуро, как честный человек, не мог не помочь товарищу, так что взялся за его часы работы, приняв на руки костюм ангелочка и шест в одном из залов, который обычно занимал Итадори. Только сейчас Мегуми понял, насколько же сильно замёрз, ведь ни жалкое подобие трусов, ни роскошные крылья — совершенно не защищали от прохладного октябрьского вечера. Фушигуро не мечтал о такой жизни, но вот он — стоит в переулке возле чёрного выхода в стрингах и радуется, что в этот раз клиенты не накидали ему мелочи (в прошлый раз он поклялся, что, если в его трусы ещё раз прилетит четвертак, он засунет его посетителю в задницу). Сигарета курится слишком быстро и несет пластиком, так что парень решает не экономить в следующий раз, хоть немного пощадив себя и собственные легкие. Музыка доносится из клуба приглушенно, а неоновые вывески и свет от фонарей красиво отбиваются от стен — Мегуми не остается ничего, кроме как откинуть голову на стену и пытаться романтизировать свое бытие. Когда ты долгое время работаешь в такой сфере, то невольно, но начинаешь чувствовать себя куском мяса. Затем, это проходит, ты вливаешься в такой образ жизни, и все происходящее становится нормой. Пьяницы, твердящие о сексуальности и чулках, которые хотят зрелищ и не хотят тратить деньги, — они сменяются друг за другом, каждый день, после чего возвращаются вновь. Фушигуро устал от этого, но понимал, что на данный момент это самый подходящий стабильный заработок, который позволяет оплачивать учебу и счета за квартиру. Мегуми дышит полной грудью, выкидывает окурок в сторону и идет к двери. Он практически распахивает дверь, думая о том, что ему стоит купить на ужин в круглосуточном по пути. Но слышит в стороне шуршание, которое привлекает внимание и заставляет отвлечься от мыслей. Выглядывает за небольшой выступ, замечая мусорные баки и множество пакетов, спихивает все на крыс и тянется к скрипящей дверной ручке. Протяжный стон заставляет остановиться. Мегуми делает шаг назад, разворачиваясь на пятках, и медленно ступает в сторону исходящих звуков. Чем ближе он приближался к источнику, тем отчетливее видел лежащую мужскую фигуру. Мужчина, долговязый и немного худощавый, в пальто и брюках, выглядел комично, опираясь об один из мусорных баков спиной. Фушигуро с уверенностью предположил, что того с утра ждет увлекательное путешествие в химчистку, ведь одна из ног лежала в луже, вымазывая штанину. Наверняка пьяный клиент. Мегуми вздохнул, проклиная принципы, которые не позволяли ему оставить человека в таком виде на мусорке, еще и прохладной осенью. Фушигуро подошел к мужчине, присаживаясь перед ним и разглядывая на наличие ранений. Ведь не исключено, что несчастного могли просто избить и оставить в таком состоянии без бумажника и всего ценного. Но наручные часы указывали на обратное, ровно как и отсутствие увечий. Вытянутое лицо, сведенные к переносице брови и светлые волосы, что спадали на глаза, — определенно не так должен выглядеть законченный алкоголик. Длинные вытянутые ноги в идеально отглаженных брюках, серое дорогое пальто, изящные руки с тонкими пальцами и еле видными венами. Фушигуро окидывает взглядом пьяницу и, поддаваясь порыву, аккуратно убирает волосы с его глаз, замечая, что даже ресницы у того белые. После, оглаживает кончиками пальцев скулу, щеку, ведет к самой шее, нащупывая пульс и облегченно выдыхая — жив. Красивые мужчины на помойке не валяются, но Мегуми все же как-то удалось найти одного. А если учитывать, что тот еще и живым оказался, — так вообще комбо выбил. — Мужчина, — холодным голосом зовет юноша. Пьяная туша не отзывается, так что парень зовет вновь — и снова безуспешно. Фушигуро встает во весь рост, чувствуя, как расслабляются затекшие ноги и мурашки пробегают по спине. Холодно. — Мужик, у меня нет времени с тобой возиться, — уже более раздраженно и повышая голос проговаривает Мегуми. И это действительно срабатывает, ведь туша, что ещё секунду назад казалась безвольной, начала шевелиться. Мужчина открывает глаза, осматривая себя и ругаясь под нос, после чего оглядываясь по сторонам, видно, осознав, где ему удалось уснуть. После чего поднимает взгляд на Мегуми, и черт подери: настолько красивых и чистых глаз голубого цвета юноше ещё ни разу не удавалось увидеть. — Ты ангел? — задает вопрос незнакомец, не вставая с места и глядя на танцовщика снизу вверх, после чего, заметив его рабочую одежду, принимается громко смеяться, — Никогда не видел ангела в стрингах. — Все бывает впервые, мужик, — закатывает глаза Фушигуро, — в раю сократили, пришлось стрипом устроиться. — Я бы посмотрел, как ты выглядишь на шесте, — мечтательно смотрит тот на юношу, подпирая подбородок ладонью. У Мегуми времени на обмен любезностями в обрез, ещё бы домой попасть и конспекты на завтрашние пары написать. Так что он наклоняется к мужчине, закидывая его руку на свое плечо и помогая встать с грязного асфальта. — В таком случае, я к твоим услугам с понедельника по пятницу, — отвечает парень, придерживая незнакомца и не давая ему упасть обратно, — круглый год, включая все календарные праздники, ближайшие пять лет. Мужчина не отрывает от него взгляда, придвигаясь ближе и чуть щурясь. Смотрит внимательно — так, что Мегуми даже напрягается немного. После чего тот, словно оживившись, встает уже ровно, убирая руку с чужих плеч, и ладонью зачесывает волосы назад, открывая лицо. — Годжо Сатору к твоим услугам, ангел, — представляется мужчина. Мегуми на смех пробирает, да и только. К нему что, пьяный клиент подкатить решил? Это, конечно, не ново в данной сфере деятельности, только вот каждый раз смешон как первый. — В таком случае могу вас только похвалить, что вы можете стоять сам, господин Сатору, — иронично протягивает юноша, — а теперь давайте свой телефон. Годжо чуть ли не падает, когда ладонь соскальзывает с мокрых от недавнего дождя кирпичей. Фушигуро двигается к нему на встречу, готовый в любой момент подхватить нетрезвое тело, но Сатору быстро восстанавливает равновесие. Поднимает взгляд своих кристально чистых глаз на Мегуми и ребячески дует щеки. — Ты думаешь, все так просто, ангел? Постарайся, чтобы я дал тебе свой номер. — Много чести, — не сдерживает смешок парень, добрые намерения которого не были поняты, — телефон гони, машинку домой вызывать тебе будем. Годжо неопределенно стонет, совсем тихо что-то выдавливая и делая шаг по направлению к юноше, наваливается на него всем телом. Обнимает шею и не поддается ни на какие уговоры оторваться от младшего. — Не хочу домой, там холодно и одиноко, — показушно надувает губы Годжо, — но я не против посмотреть, где ты обитаешь, ангел. — Ну не знаю, хочешь, приложу тебя арматурой по голове, чтобы ты проверил? Сатору смеётся, громко и звонко, совсем как ребенок. И Мегуми делает вывод, что добиться что-то от столь несерьёзного взрослого мужчины будет сложно. Задается вопросом: алкоголь ли так влияет на того, или же это особенности характера? Вновь переводит взгляд на старшего, который уже ластился к нему, опустив голову на плечо, и делает вывод — особенности характера. В таком случае юноше придётся взять на себя роль ответственного взрослого. Фушигуро отстраняется, мягко отталкивая пьяного мужчину и вынуждая того опереться о кирпичную стену. — Стой тут, я схожу за вещами. — Ты же не бросишь меня, ангел мой? Мегуми желает съязвить что-то в ответ, но только сдерживает себя в данном порыве и, игнорируя чужой вопрос, возвращается в заведение через чёрный вход. Он стремглав мчится в комнату для персонала, собирает вещи и перекладывает заработанные деньги в задний карман брюк, которые на скорую руку надевает поверх рабочих стринг. Оставляет в конверте на столе процент для заведения и мельком смотрит на свое отражение в зеркале. Гребанные блёстки. Мегуми трёт щеки, но те не исчезают с кожи, только начинают сиять ещё сильнее в отместку. Юноша проклинает этот образ, который так шёл Итадори и так неудивительно отвратно выглядел на нем самом. Фушигуро был одним из самых не миловидных танцоров, как, например, тот же Юджи, или же множество других парней. Все образы, скорее, подчеркивали его серьёзный вид и холодное выражение лица, отличались темными тонами и не были столь откровенными. Никаких блёсток, обуви на огромной платформе и крылышек с нежным пушком. Зачастую это был латекс, кожаные шорты и различные атрибуты. Так что сейчас Мегуми мог только матом ругаться под нос и представлять, откуда ещё будет доставать глитеры. Фушигуро старается незаметно выскользнуть, дабы не встретить никого из персонала по пути (а уж тем более Нобару, которая не сдерживала бы себя в желании прокомментировать чужой внешний вид и по-дружески посмеяться), что ему дается, причем вполне успешно. Годжо оказывается на том же месте, послушно стоит у стены, так и не сдвинувшись ни на дюйм, и юноша даже выдыхает с облегчением, ведь не хватало ему еще искать пьяного и безрассудного нового знакомого по всему городу. Мегуми подошел к мужчине, подхватывая его за талию и перекидывая чужую руку через шею. Он успел вызвать такси, пока оставлял крылья в шкафчике Итадори, так что машину оставалось ждать совсем не долго, а за это время стоило узнать адрес новоиспеченного товарища. — Ты меня не бросил, — довольно ластится мужчина, навалившись всем телом на младшего. — К твоему счастью. Мегуми увидел оповещение о прибывшем водителе, так что потащил на себе хихикающего старшего, который один раз, споткнувшись о камень, чуть не встретился лицом с мокрым асфальтом. Жалкие сто метров до такси были преодолены, Сатору упакован на заднее сидение (и в скором времени уже сладко посапывал там же). Мегуми же не оставалось ничего, кроме как назвать свой адрес, игнорируя осуждающий взгляд водителя. Фушигуро никого не впускал в свою квартиру долгое время. Ему не нравилось, что кто-то может нарушать его одиночество и врываться в личное пространство. Затем, когда в один момент он почувствовал, насколько же сильно стены вокруг него гудят от тишины, а по спине пробегают мурашки, — он сделал первый шаг к преодолению одиночества. После этого другим летним вечером в его спокойный и умиротворенный уголок ворвался Итадори. Весь яркий и веселый, с широкой улыбкой и громким смехом, он поставил на столе в кухне коробку с пиццей и развесил над кроватью гирлянду, аргументируя поступок тем, что квартира товарища безжизненная и выглядит тоскливо. Принесенная пицца была вкусной, Юджи довольным, а огоньки все еще мерцали в спальне, не выключаясь с того момента ни на секунду. Но с Итадори они уже были знакомы несколько лет к тому времени, а вот с Годжо всего-то час. Мегуми не переживает, постоять за себя он может, а если мужчине что-то не нравится, то дверь на выход всегда открыта. Юноша смотрит на посапывающего на его коленях Сатору и задается вопросом, насколько же часто тот попадает в такие ситуации. Как часто пьяным валяется в куче мусора и напивается так сильно, что засыпает на ногах малознакомого человека. Если это не редкость — юноше, не сказать, что обидно, а вот если впервые — то появится возможность почувствовать себя особенным. Ангелом Мегуми пока не называл еще никто, так что в груди закручивается узел. До нужного подъезда водитель добирается быстро, так что парень хватает под руку старшего, предварительно разбудив звонкими шлепками по бледным щекам. Фушигуро кидает на переднее сидение наличку, расплачиваясь с таксистом, и плетется к подъезду, не выпуская ни на секунду свою ношу. Годжо к этому времени уже, кажется, порядочно трезвеет, так что идет сам, лишь чуть пошатываясь. — Не боишься пускать незнакомца в свой дом? — задает вопрос старший, как только юноша останавливается у нужной двери. Мегуми усмехнулся, проворачивая ключ. — А ты не боишься идти в чужой дом в таком состоянии? — Я боюсь ослепнуть от твоей красоты, ангел, остальное — мелочи. Фушигуро хмыкает, открывая дверь и пропуская мужчину первым. На губах его возникает нежная улыбка, стоит услышать, как по паркету ступают чужие лапы. Звук становится все ближе — и вот, сожитель парня уже стоит в проеме, начиная утробно рычать, учуяв запах незнакомца. Пес был первым шагом Мегуми к преодолению внутреннего одиночества. — Кан, сидеть, — даёт команду юноша. Пёс, обратив внимание на хозяина, только принялся радостно вилять хвостом, а после и вовсе пытаться запрыгнуть на него, игнорируя чужака. — Ты держишь волка? — заинтересованно протягивает Сатору, наблюдая, как парень пытается стянуть обувь, в то время как Кан принимается вылизывать его щеки. — Это северный инуит, — объясняет Мегуми, уже привыкший к тому, что его любимца путали с волком. — Сложно, наверное, держать его в квартире, — интересуется мужчина, чуть наклоняясь к псу и протягивая руку. Кан принюхивается к руке незнакомца, но ближе не подходит, только ведет ухом, совершенно не заинтересованный его вниманием. — Он послушный и спокойный, так что нет, — отвечает Мегуми, наконец стянув обувь и присаживаясь на одно колено перед Каном. Протягивает к его морде руки и нежно треплет за ухом, после привычно прислоняясь лбом к вытянутому носу пса, как всегда делал, возвращаясь домой, — я схожу в душ, дай Кану из холодильника несколько куриных сердечек, чтобы он привык к тебе. Фушигуро на ходу стягивает свитер, направляясь в ванну. — А ты хочешь, чтобы он привык ко мне? — игриво протягивает Годжо, явно намекая на возможность, что он вновь появится в квартире младшего. Мегуми игнорирует его вопрос, захлопывая дверь и, окончательно расправившись с одеждой, залезая в душ. Вряд ли старший вновь когда-нибудь появится у него дома. Вся ситуация — прихоть эгоистичного юноши, который не мог отбросить принципы и оставить человека на улице, так что теперь отдувался за этот поступок. Но Фушигуро приходится признать, что Сатору не худший человек, которому он мог помочь (просто вряд ли мужчина нуждался в этом). Красивый внешне, с пронзительным, чарующим взглядом и со столь несерьёзным поведением — не во вкусе младшего. Но Годжо и не обязан соответствовать чужим симпатиям. Тем не менее, Мегуми еще ни разу не называли “ангелом”, тем более такое количество раз, и уж тем более никто не попадал в его квартиру в первые же часы знакомства. На губах юноши появляется улыбка.

***

Когда Фушигуро заканчивает с вымыванием блесток из всех мыслимых и немыслимых мест, он слышит громкий стук от упавшего предмета, так что спешит поскорее одеться и проверить, жив ли его новый знакомый. Натягивает на себя домашнюю черную кофту и шорты, даже не расчесав волосы (да и, откровенно говоря, не видя в этом смысла, ведь те все равно будут похожи на гнездо), и вылетает из ванны так быстро, как это возможно. Только вместо беспорядка и полу-мертвого тела мужчины (что он ожидал лицезреть) перед парнем предстает картина того, как Сатору по-хозяйски разлегся на диване. Следов разрушений и беспорядка не наблюдалось, что было удивительным. Но куда более необычным было то, что Кан совершенно для себя несвойственно устроился на чужом человеке, уложив морду напротив мужского лица. Пес никогда не был агрессивным, но и, имея характерные сходства с хозяином, не тянулся к незнакомым людям. Чем именно Сатору удалось подкупить инуита — оставалось загадкой. — На ужин тамагояки, выпить не предлагаю, — ставит перед фактом парень. — Ты меня балуешь, ангел, — довольно отвечает старший, — я ведь могу и привыкнуть. — Отвыкнешь, — парирует Мегуми, подойдя к шкафу и доставая оттуда новое полотенце, которое всегда хранил на всякий случай (да, гостей никогда не предвиделось, но в случае чего всегда стоило быть готовым), — на правой полке найдешь гель и шампунь, в тумбочке одежда, — кидает он рушник Годжо, удаляясь на кухню. — А зубная щетка? — крикнул вдогонку мужчина. — Сомневаюсь, что ты сегодня собрался с кем-то целоваться, так что переживешь. Ответом Мегуми послужил хлопок двери, а затем звук стекающей воды, после чего он смог приступить к готовке. Фушигуро жил сам еще со старшей школы, так что обладал минимальными кулинарными навыками, которые позволяли ему выживать и ни в чем себе не отказывать (насколько это было возможно, учитывая его финансовое состояние). И пусть мать не принимала никакого участия в его жизни и воспитании, наличие старшей сестры никто не отменял, именно она заменила ему в некоторой степени родителей. Ходила на все собрания и выговоры к директору, когда нерадивый младшенький вновь умудрялся встрять в драку, но голоса никогда не повышала. Красивая и мягкая, достаточно добрая, чтобы суметь искоренить в брате озлобленность на отца, и достаточно черствая, чтобы воспитать в нем наличие принципов и собственной цели. Именно сестра возилась с юношей и присутствовала в самых главных этапах его жизни, так что сейчас Мегуми остается лишь радоваться, что та нашла свое предназначение и любимого человека (и тем не менее, он никогда не сможет признать, насколько же сильна боль от осознания, что та находится слишком далеко в данный момент). Цумики научила его готовить, ведь постоянно работала, научила пользоваться стиральной машиной (буквально по фейстайму поздним вечером, и до этого Фушигуро еще никогда не чувствовал себя столь глупым) и быть взрослым человеком, который может о себе позаботиться. Мегуми всегда поддерживал чистоту и порядок, ведь именно так мог держать мысли в порядке, а также понимал, что сестра не была бы рада, узнав, что он живет в бардаке. Фушигуро в последний раз готовил что-то именно для Цумики, когда та возвращалось поздно после работы. Они ужинали вместе, после чего смотрели одну из поздних передач по телевизору. Это были хорошие времена, которые парень не ценил как следует. Сейчас Мегуми ловит себя на мысли, что выкладывается на полную, чтобы тамагояки получился отменным. Слышится скрип двери, а затем шлепки мокрых ступней о паркет. В проеме появляется Годжо, свежий и чистый, в одежде младшего и с мокрыми волосами, спадающими на лицо. — Полегчало? — интересуется Фушигуро, выключая конфорку и доставая из верхнего ящика две тарелки. — Я был не таким уж и пьяным. — Ты был не таким уж и пьяным до того, как я нашел тебя на помойке, или после? — издает смешок. — Это была не помойка, а мусорный бак, попрошу, — с наигранной обидой протягивает старший, отодвигая стул и занимая место. — О, извиняюсь, господин Сатору, — в тон отвечает Мегуми, накладывая тамагояки в тарелки, после чего поставив одну напротив гостя, — ужин подан. Юноша занимает место напротив, после чего оба приступают к трапезе, и приходится признать, что в этот раз блюдо получилось куда лучше, чем в предыдущие. — Итак, — начинает мужчина через некоторое время, откладывая вилку в сторону, — я так и не узнал твое имя, ангел. — Мегуми Фушигуро. Душ на Годжо оказал хорошее влияние, ведь тот теперь выглядел трезвым и посвежевшим. Он ласково трепал за ухом Кана, который присоединился к ним на кухне, и только сейчас парень заметил, насколько же удивительно старшему шла его одежда. — Так, ты совершеннолетний, Мегуми? — Мне двадцать, — кивает тот в ответ. Сатору выглядит удовлетворенным услышанным ответом, так что возвращается к поглощению ужина. — Ты тоже можешь задавать мне любые вопросы. — Так, э.. — заминается юноша, совершенно не зная, чем поинтересоваться, — ваш возраст? Годжо молча достает из кармана телефон, поворачивая его тыльной стороной к младшему. Мегуми наклоняется, замечая спрятанное за прозрачным чехлом удостоверение и прищуриваясь, дабы увидеть заветные цифры. Производит в голове быстрый математический подсчет и чуть удивленно возвращается к ужину. — Вы такой.. старый. — Какой старый? Мне даже сорока пяти нет! Действительно, удивительно. Для своего возраста Годжо выглядел восхитительно. На его лице не было и намека на щетину или же морщины. Глаза оставались такими же сияющими и кристальными. Отец самого Мегуми, например, был ровесником Сатору, но на свой возраст выглядел. Что выдавал и чуть уставший взгляд после длительной работы, а также лёгкая щетина, которая так быстро появлялась на его лице. — Так у вас есть семья? — задает младший вполне логичный вопрос. — Я в разводе. — Почему? — Моя женщина думала, что после свадьбы я перестану рассказывать ей анекдоты. А еще она хотела детей, но сам понимаешь, я учитель, у меня девяносто детей, она буквально могла выбрать любого. — Что вы преподаете? — Химия и скрипка. Мегуми кивает. Ему сложно представить, как Сатору выглядит в личине преподавателя. Сложно вообще представить его серьезным и ответственным взрослым. Но юноша уверен, наверняка у преподавателя есть поклонницы среди учениц, а возможно и поклонники. Ведь юным молодым парням и девушкам вполне могла понравиться столь яркая и необычная внешность. — Ну а ты, крошка Мегуми? — задает вопрос старший, — Есть ли у тебя девушка? — Нет. — Парень? — Нет, — также спокойно ответил он, не удивившись вопросу. У Фушигуро никогда не было предрассудков, так что к однополой любви он не относился негативно (в их клубе больше половины посетителей были геями). Он мог сказать с уверенностью, что его не интересует, какой пол у человека, для него куда важнее внутренняя составляющая и наличие принципов. Зато теперь Мегуми понял, что еда была куда более вкусной, а вечер приятным, когда ты можешь делить их с другим человеком.

***

— Не хочешь посмотреть что-нибудь? — робко спрашивает Мегуми. — Да, я не против, — соглашается мужчина, вставая с места и собирая тарелки, — как благодарный гость я помою посуду, а тебе отдаю возможность выбрать фильм, ангел. Фушигуро кивает, мысленно благодаря всех богов за то, что его не послали куда подальше с этими ностальгическими желаниями. Мегуми останавливает свой выбор на фантастике, заранее просматривая рецензии и рейтинг фильма. Сетует на то, что не поинтересовался чужими вкусами, но решает, что, если бы у старшего были какие-либо замечания или собственные “нет”, он бы сообщил сразу. Юноша решает перекурить после ужина, так что достает из куртки в коридоре наполовину пустую пачку сигарет и отправляется на балкон, оставив дверь полу распахнутой. Чиркает зажигалкой, затягиваясь дымом, и усаживается в кресло, столь удобно вынесенное именно для таких действий. За панорамным окном балкона виднелись огни ночного города. Мегуми осознал, что ни разу за вечер так и не взглянул в телефон, так что мог только предполагать, что время близится к утру. Он так и не переписал конспекты грядущих лекций и забыл полить несчастных два цветка, что стояли на подставке в углу возле кресла. Фушигуро чувствует странное умиротворение, пусть и осознает, что с утра будет выглядеть как выжатый лимон и вряд ли сможет усвоить новую информацию на лекциях. Все-таки вечер был действительно на удивление хорошим. На балкон вальяжно зашел Кан, издавая характерный стук лап о пол, следом за ним послышались и чужие шаги. — Куришь? — интересуется Мегуми, протягивая мужчине пачку. Сатору качает головой, отказываясь от предложения. — Не курил и не собираюсь, — отвечает тот, — я дал Кану еще сердечек и налил воды. — Спасибо, — поблагодарил младший, ловя себя на мысли, что это выглядит так, словно они уже давние сожители.

***

Годжо много комментировал происходящее, шутил и громко смеялся. За окном пробивались первые лучи солнца, красиво отражаясь на панорамных окнах. — Итак, крошка Мегуми, ты бисексуал? Мегуми чуть ли не подавился чаем, услышав чужой вопрос. Он ошарашенно посмотрел на старшего, крепко сжимая в руках кружку, а после и вовсе отставляя на кофейный столик. Наверняка старший задал такой вопрос после их разговора за ужином, ведь юноша даже не отрицал возможность, что ему может понравится свой пол. — Не знаю, — честно отвечает он. Фушигуро смотрит на старшего, который оказывается намного ближе, чем он предполагал. — Как это не знаешь? — У меня никогда не было с парнями, — немного смущенно отвечает парень. Если уж быть честным, у Мегуми и сексуального опыта было не так много. Если, конечно, единственные два секса в его жизни можно к этому приписать. Причём в первый раз ему не хотелось от слова совсем, просто девчонка, которой он очень нравился, настаивала и практически насильно стянула с него штаны. — А хотелось бы попробовать? — задает очередной вопрос Сатору, уже разворачиваясь всем телом к собеседнику. Секс с мужчиной. Мегуми напрягает шестерёнки, думая об этом непозволительно серьёзно и долго. Он не видит в этом ничего мерзкого, да и не особо отделяет гетеро и гомосексуальный секс, скорее, его волновало то, каким будет его партнер. — С человеком, который мне симпатичен, — приходит тот к выводу. Годжо оживляется, услышав такой ответ, и практически всем телом наваливается на младшего, заставляя вжаться в спинку дивана. — А я тебе симпатичен? — На что это ты намекаешь? — хмурится парень. Сатору протягивает руку, касаясь ладонью щеки Фушигуро, нежно проводя по ней кончиками пальцев к скулам. — На то, что ты мне интересен, Мегуми, — отвечает он, не отрывая взгляда от глаз младшего, — и я бы не хотел через пару часов покинуть твою квартиру с осознанием, что больше никогда тебя не увижу. Слова выбивают Мегуми из колеи, он практически задыхается. Насколько же самоуверенно это звучит, насколько же Годжо умеет заинтриговать и желать большего. Годжо красивый, старше него и имеет чувство юмора. А ещё он открытый, в некоторой степени даже благодарный и воспитанный (ну не все моют посуду в чужом доме), быстро находит с другими общий язык и действительно интересуется личностью Мегуми. И самое главное — он понравился Кану. — Возможно, я в вас заинтересован, господин Сатору. — Тогда ты, возможно, позволишь мне поцеловать тебя? — улыбается мужчина. Мегуми не отвечает. Мегуми тянется за поцелуем, притягивая Годжо к себе за шею совершенно не нежно, а настойчиво и требовательно. Сминает чужие губы, облизывая кончиком языка нижнюю и даря легкий укус верхней. Мужчина отвечает, нежно оглаживает тело младшего и заставляет сбавить обороты, делая все более деликатно и осторожно. Проводит широкими ладонями по груди и плечам, к шее, после чего кладет одну из рук на чужую щеку, мягко направляя юношу. У Мегуми еще не было такого. Никогда не было страсти с первого взгляда по причине “красивые глаза незнакомца”. Так что он заставляет себя успокоиться, мягко отстраняясь от старшего и затуманенными глазами глядя на него. — Секса не будет, крошка Мегуми, — улыбается Сатору, оставляя поцелуй на одной щеке, — только после свадьбы, — затем губы касаются второй, — скажи своей маме, венчаться будем в храме. И да, как бы сильно Мегуми не хотелось большего, Годжо оставался собой. Фушигуро недовольно поджимает губы, ведь его возможность близости с мужчиной сошла на нет, ровно как и вся страсть. Он резко поднимается с дивана, скидывая с себя чужие руки, и широким шагом направляется в спальню, позвав Кана и пропуская его вперед. Парень останавливается на пороге, наблюдая за застывшим старшим. — Доброй ночи, умник. Мегуми хлопает дверью как ни в чем не бывало и идет к кровати, удобно развалившись на подушках и освобождая место для инуита, который всегда спал с ним. В другой комнате слышатся приближающиеся шаги, а после стук в дверь. — Ну же, Мегуми, крошка, — говорит Годжо больно жалостливо, — ты правда оставишь меня на неудобном диване без подушки и одеяла? — Я нашел тебя на помойке, так что считай диван царской ложей. За дверью слышится вздох, а после уже более оживленный голос отвечает ему с нежностью: — Сладких снов, ангел. Мегуми заворачивается в одеяло, приобнимая одной рукой пса и чувствуя, как проваливается в сон. — Сладких снов, господин Сатору, — совсем тихо отвечает юноша, прежде чем уснуть.

***

С утра Мегуми успевает проспать будильник, мысленно вспомнить все существующие ругательства и бранить себя за то, что он не успеет выгулять Кана. На скорую руку надевает первое попавшееся, что лежало на полке в шкафу, и закинуть несколько тетрадей в сумку. Диван оказывается пустым, на кухне стоит остывший кофе и готовый завтрак. Рядом с тарелкой парень находит небольшую записку, которую спешит прочитать:

Как спалось ангелок? Перина мягкая? Жаль, что мне не удалось полюбоваться твоим прекрасным лицом этим утром. Хорошего дня, крошка Мегуми, не забудь позавтракать. P.S. Не надейся, что мы больше никогда не увидимся, я обязательно выбью у тебя свидание.

Мегуми глупо смеется, а вот яичница все-таки немного подгорела. Годжо еще не знает, через какое испытание ему придется пройти, чтобы выбить то самое свидание. Ведь в тот день, когда он явится в клубе и попросит о нем, младший только улыбнется и скажет, что согласится лишь в том случае, если Сатору выиграет у владельца заведения в покер. Мужчина усмехнется, но согласится, явно показывая, что готов пройти такое, лишь бы встретиться с парнем в более романтичной обстановке. Вокруг стола соберутся благодарные зрители, Годжо проиграет всю свою зарплату, но все-таки сможет из-за одной случайности выиграть пять долларов. Будет эмоционально ругаться на владельца клуба и не скроет того факта, насколько же он счастлив предстоящему свиданию. Мегуми посмотрит за игровой стол, встречаясь взглядом с хозяином заведения, и улыбнется краешком губ. В тот день он сможет не отпрашиваться со смены пораньше, ведь Тодзи впервые одобрит выбор своего сына. А квартира Мегуми больше не будет пустой и безжизненной.