The heiress.

«—такими были твои родители, таким вырос ты сам и такой матерью буду я. мы не рождаемся такими, наша семья и среда формирует из нас идеальный алмаз об чьи края можно порезаться.» Теплая кровь обжигает нежную кожу рук и будет ложью сказать, что подобное происходит первый раз. Джу СанХе уже приходилось испытывать нечто подобное, сначала адреналин, пульсирующий во всем теле приятной дрожью, затем тотальная пустота не столько телесная, сколько ментальная. Как в детстве, когда Сана думала, что после того, как подстрелит дичь, это приятное возбуждение перед охотой никуда не денется, однако после того, как цель была поймана и убита, радость сменялась прежним чувством опустошения. Однако, в этот раз все по другому. Горячие слезы стекают по белоснежному лицу, оставляя черные разводы под глазами и на щеках. В этот раз не пусто и не радостно. В этот раз невыносимо больно, но боль та, граничила с облегчением. Странное дело. Труп человека, лежащего на ее руках, еще не остыл, а его последние слова так и зависли в воздухе, однако девушка не могла отвести глаз от стеклянного взгляда, глядевшего в упор. В нем отражались вопрос, страх, восхищение, и ее отражение. Одно чудовище глядело на рождение нового. Острые ногти впились в худую шею, оставляя после себя тонкие багровые струйки. Дыхание сперло, хотелось кричать и теперь ее крик, больше напоминавший вой подстреленного хищника, наверняка был слышен за пределами здания. Это было одновременно и сигналом, и выплеском эмоций, ей хотелось, чтобы ее поскорее нашли. Так и случилось. Высокая фигура её брата Джу СокХуна застыла в проходе и к сожалению, Сана не могла разглядеть выражение его лица из за обильной темноты. — Это ты сделала? — обычно безэмоциональный голос дал трещину, однако трясущиеся руки девушки были громче любых слов. Он опустился на одно колено, аккуратно перехватывая кровавые запястья сестры. Губы нервно дернулись в усмешке, однако девушка тут же стянула их в ровную нить, когда заметила, что его трясло не меньше ее. — Соджин не должна это увидеть. Второй труп в доме может создать проблем. Парень не оценил её черную иронию о слабом сердце их мачехи, не смотря на то, что Джу СанХэ говорила серьезно, но даже от этого тона скользило равнодушием, что резало слух. Должно быть, переизбыток стресса. Такое бывает, когда человек становится участником ужасающей ситуации и теряет эмоции, поскольку это слишком травмирующе для психики. — Я разберусь, иди умойся и смой кровь. Пентхаус, построенный их отцом, уже давно должен именоваться гробницей, схоронившей в себе не один грязный, кровавый секрет его жильцов. Как и сегодня, его стены застали очередной ужас жизни богатеньких ублюдков, для которых это давно уже стало нормой. Дело в том, что чтобы иметь такие богатства необходимо не иметь души. Многие считали это равносильной ценой, и дети Джу ДанТе были теми, кто впитали эту идею с детства. Они не боялись смерти и убийств, ибо нищета казалась им гораздо страшнее любой земной кары.