Нам с тобой V 2.0

В субботу Света проснулась поздно. «Выходные, всё-таки, могу себе позволить», — потягиваясь, подумала она, неспеша позавтракала, ещё немного повалялась с книжкой в руках и наконец решила, что пора собираться на концерт. Она хотела прийти пораньше, чтобы занять место в первых рядах и видеть сцену. Света была невысокого роста, и её это порядком раздражало, хотя и придавало какого-то шарма. Она придирчиво взглянула на себя в зеркало. «Ничего-то особенного во мне нет… — со вздохом подумала Света. — Или всё-таки есть?» Она слегка подкрасилась, надела черную рубашку и джинсы и вышла из квартиры. Фестиваль проходил в СК «Олимпийский». У входа уже собирались зрители, в основном, компаниями, с атрибутикой любимых групп. Они веселились, пели песни и устраивали настоящие безумства. Света встала немного поодаль и постаралась придать себе независимый вид. Через некоторое время двери открылись, и поток зрителей хлынул внутрь. Светлана прошла досмотр, предъявила билет и встала поближе к нужному входу. Из-за закрытых дверей звучала музыка — музыканты проводили саундчеки. Вдруг из зала вышел кто-то из техников, неплотно притворив дверь, и она осталась открытой. Охранник не уследил, и несколько человек скользнули в зал. Света, неожиданно для самой себя, тоже пробралась внутрь: «Прикольно же, саундчек, всегда мечтала на нем оказаться!» Она медленно спустилась по лестнице на танцпол и остановилась в её тени. Только что «отчекалась» АлисА, и на её место вышла какая-то другая, не знакомая Свете группа. Ребята настраивали гитары, микрофоны бэк-вокала, клавишные. Девушке стало немного скучно, и она принялась разглядывать зал. «Подумать только, сам Олимпийский! Сколько же здесь было легендарных концертов!» Заметив краем глаза на сцене какое-то оживление, Светлана снова обратила своё внимание туда. Оживление было вызвано появлением вокалиста. Света взглянула на него и ахнула про себя: «Миша!». Она узнала незнакомца, последнее время занимавшего все её мысли. В голове медленно складывался пазл из слышанных где-то раньше обрывков: «Король и Шут» — Миша — Михаил Горшенёв — Горшок. «Так вот в кого я врезалась на улице! В рок-звезду! — застучало у Светы в голове. — Боже, но какой же он классный…» Светлана откровенно любовалась Михаилом, благо что никто её не видел в тени зала. Группа играла «Танец злобного гения», Света не знала этой песни, но голос Михаила проник в самое сердце. «Я должна с ним познакомиться… Но как? Он решит, что я — одна из обезумевших фанаток…» — взволнованно думала Света. Пока она размышляла, саундчек закончился и стюарды начали запускать заждавшихся зрителей. Светлана встряхнулась и поспешила к ограждению у сцены, чтобы встать в первом ряду. Голова шла кругом. «Ну и дура же ты, Светка. Забудь его. Кто он, и кто ты. Смотри лучше концерт», — буквально вопил внутренний голос. «Нет, я так просто не сдамся, — вдруг подумала Света. — Поживём — увидим». Зал был заполнен почти полностью, время от времени зрители начинали свистеть и аплодировать, стремясь приблизить начало фестиваля. Света чувствовала всю мощь и энергию толпы, порой даже физически — настолько сильно иногда передние ряды прижимало к ограждению. Наконец, в зале погас свет и под одобрительный оглушающий рокот толпы на сцену вышла первая группа — «АлисА». Участники феста играли по две песни Цоя и одну свою. Света многие из них знала, и подпевала вместе со всеми. Выступали как известные, так и молодые коллективы, даже какие-то кавер-бэнды. Светлана и слушала и не слушала, она с нетерпением ждала выхода «Короля и Шута». И вот они появились. «Ну и ну…» — поразилась Света, когда с первыми аккордами «Лесника» зал буквально обезумел. Она вспомнила, что раньше уже слышала эту песню. «Так вот что это за группа…» — мельком подумала Света, внимательно наблюдая за Михаилом. Энергия его била ключом, казалось, что на сцене не обычный, а какой-то сверхчеловек. Выступление было слишком коротким, а Свете хотелось, чтоб оно длилось вечно. Но так не бывает. Подошёл к концу и весь фестиваль. Народ начал потихоньку расходиться, и вдруг на полу Света увидела оброненный кем-то из фотографов бейджик с аккредитацией. Она быстро и незаметно подняла его и обрадовалась: принадлежал он какой-то девушке, а фото её было нечетким. «С этой бумажкой я могу попробовать пройти за сцену. Хотя…- вздохнула Светлана, — какой смысл… Там явно уже никого нет. Можно подумать, музыканты сидят и дожидаются конца фестиваля, как же…» Но она всё-таки решила попытаться — повесила бейджик себе на шею и пошла в служебное помещение. Она шла по тёмному коридору, опустив голову, дрожа от волнения, страха и чёрт знает ещё чего. И, конечно, опять в кого-то врезалась. Света вздрогнула, пробормотала «Ой…» и увидела Михаила. Он мельком посмотрел на неё, нахмурил брови и сказал: — Девушка, ну аккуратнее же. Куда вы спешите? — Извините. Я… А я к вам. Михаил увидел бейджик с надписью «пресса» и покачал головой: — Вы опоздали, мы уже уходим. Если вы хотите какое-то интервью, то это к директору, договоритесь с ним. — Нет, я не журналистка, — воскликнула Света, разумно решив, что не стоит начинать знакомство с вранья. — Тогда что, автограф? Давайте скорее, я спешу. — Нет, мне не нужен автограф… Я вас даже не знаю, ваше творчество, сегодня только услышала, — отказалась Света, а сама подумала: «Вот глупая, могла бы взять…» — Так чё надо-то? — уже не слишком вежливо возмутился Горшок. Светлана молча смотрела в его глаза, и все слова вылетели из головы. Понимая, что он сейчас уйдет, она вдруг быстро заговорила, чувствуя ужасно неловкое положение: — Вы знаете, я ведь в вас уже второй раз врезалась… Это какая-то нелепая случайность… Помните, на улице, у меня рассыпались документы… Я совсем не знала тогда, кто вы. И вот сегодня пришла на концерт, и тут… случайно… Вы… И я… Больше Света не могла придумать, что сказать. Всё это время, что она рассказывала, Михаил внимательно смотрел прямо ей в глаза. — А, так это опять ты! — воскликнул он, внезапно перейдя на ты. — Я помню, бумажки, папки… У театра. — Да, — пробормотала Света. — Ну ладно, я пойду, извините… Она развернулась и пошла обратно к дверям. — Погоди, — в два шага догнал её Михаил и положил руку на плечо. — А ты реально не знаешь ничего про меня? — Ну так. почти ничего… — Интересно… — протянул он и неожиданно попросил: — Слушай, а дай мне свой номер телефона? Я позвоню. «Он никогда мне не позвонит… Это был такой деликатный способ от меня отделаться», — думала Светлана, спеша в метро, чтобы успеть до его закрытия. Она забежала в полупустой вагон, села и задумалась: «Какая же я дурочка… Несла какой-то бред…» На душе было как-то стыдно и неловко. Света пришла домой, легла на диван и чуть было не заплакала. Михаил сидел у себя в номере в гостинице, потягивал пиво и думал о странной девушке. Признаться, она его заинтересовала, хотя он не мог понять, чем. Наверное, какой-то искренностью. Ну и в конце концов, она была просто симпатичной. К тому же, она его не знала, а Миха как раз хотел попытаться изменить свою жизнь, начать новую главу. Друзья куда-то подевались. Андрей ушёл из группы, с женой отношения были трудными. Остались только музыка и постановка зонг-оперы «Тодд». Михаил повертел в руках бумажку с номером телефона, нерешительно достал мобильник, усмехнулся самому себе и набрал номер Светы. Светлана уже задремала, как вдруг телефон взорвался оглушительной трелью. Звонили с незнакомого номера. Света разволновалась, испугалась и хотела сделать вид, что ничего не слышит, как пальцы ее сами ответили на звонок. — Алло, — раздался голос Михаила. — Светлана? — Да, — чуть ли не прошептала она, и забилась в угол дивана, подтянув к себе колени и обняв их руками. — Привет. Вот, я же говорил, позвоню. — Ага. Здорово, — выдохнула Света, совсем не представляя, что и как отвечать. — Я тут подумал… Ты меня не знаешь. Я мог бы, — тут он рассмеялся, и Светлана не смогла сдержать улыбку, — ну, мог бы рассказать о себе. Просто у многих, с кем я знакомлюсь, по необходимости, в голове есть какой-то образ. Они думают, что уже всё знают обо мне, понимаешь, да? И порой это бесит. А когда ты сказала, что совсем не знаешь ничего про меня, я подумал, может, тебе захочется узнать меня настоящего? Света чуть не задохнулась от такой откровенности. В груди появилось какое-то щемящее чувство, захотелось прижать его к себе и погладить по волосам. — Михаил, — сказала она в трубку, — конечно, я буду рада послушать. Они разговаривали часа три. Горшок действительно рассказал о себе всё. Он не ожидал этого сам от себя, но Света слушала внимательно, иногда задавала вопросы, порой сочувствовала, и разговор продолжался. — Тебе неинтересно, наверно? — иногда спрашивал Миха. Но Свете на самом деле было интересно. Перед ней открылся человек, очень добрый, порядочный, но, конечно, со своими тараканами, загонами, вредными привычками. Он рассказал про группу, про бесконечные гастроли, про пьянки и про наркотики, про жену и друзей, про Тодда… — Знаешь, я наверное ещё никому так подробно не рассказывал свою жизнь. Ты испугаешься и сбежишь, — заметил Горшок. — Нет, Миш, — ответила Света. Сейчас ей легко и просто было говорить с ним, дурацкое стеснение наконец пропало. — Я рада, что ты поделился со мной всем этим. — Ну а теперь твоя очередь. Расскажи про себя. — Да мне нечего рассказывать. Как у всех. Света всё-таки рассказала про свою челябинскую жизнь. А потом их разговор перешёл на книги, фильмы, поговорили даже про анархию. — Слушай, а ты сечёшь, — удивлялся Миха, узнав что Света читала труды Бакунина и Кропоткина. — Я и «Майн Кампф» пробовала читать, для общего развития. Была уже глубокая ночь, когда они закончили разговор. — Миш… Ты позвонишь ещё? — с робкой надеждой спросила Света. — Нет, давай лучше встретимся где-нибудь? Ты далеко живёшь? — Далековато, — вздохнула Света. — Я возьму такси и приеду за тобой. Прогуляемся. Завтра часов в 6? Раньше я вряд ли проснусь, — засмеялся Миха. Света посмотрела на часы: — Ого, 4 часа утра уже! — Вот-вот. Ладно, короче, до завтра. Пока. — Пока, Миша. Света положила трубку и ещё долго сидела, глупо и счастливо улыбаясь. «С ума сойти… Что это было? Какой удивительный человек!» Было уже утро, когда Светлана наконец смогла уснуть. На следующий день она проснулась совсем поздно. Света не привыкла ложиться под утро и чувствовала себя разбитой. Вспомнив ночной разговор, она улыбнулась, но на душе было как-то неспокойно. «Зачем он рассказал мне, почти незнакомому человеку, всё о себе? Он наверняка пожалеет об этом и сегодня не придёт». Внутренний голос тоже проснулся: «А ты не допускаешь мысли, что понравилась ему? А слушатель из тебя всегда был хороший. Ты вспомни, все твои подруги рассказывали тебе свои тайны и истории. Как на приёме у психолога». «Так что ж, — спросила саму себя Света, — я понравилась ему как психолог, как человек или как девушка?» «Ой, не знаю. Главное, что понравилась. А дальше дело за тобой. Хочешь ли ты связаться с бывшим наркоманом, к тому же музыкантом, к тому же женатым?» Свете не понравился ход мыслей своего второго «я» и она перестала к нему прислушиваться. Но оно не унималось: «Так ты ответь на вопрос-то, чего ты хочешь?» «Я хочу в душ и завтракать. Отстань, — сказала Света. — Подумаю об этом позже. Эх, разговариваю сама с собой… Я так точно в психдиспансер однажды попаду. Надеюсь, что многие люди ведут внутренние диалоги, не я одна такая сумасшедшая». Она позавтракала и, чтобы отвлечься, принялась за уборку. Переделав все домашние дела, Света села на кухне и решила выпить чашку чая. Случайно взглянув на часы, она увидела, что уже около 5 часов вечера. «Скоро Миша должен зайти», — заволновалась Светлана. Руки затряслись, в груди стало мало воздуха. Она поставила чашку обратно на стол, так не сделав и глотка. «Так, стоп. Надо успокоиться. Это будет обычная прогулка по Москве. Что за панические атаки?» — взяла себя в руки Света. Она пошла в комнату и открыла шкаф, выбирая, что бы надеть. Платья она не любила и чувствовала себя в такой одежде совсем некомфортно. Поэтому Света достала любимые трикотажные синие брюки и белую рубашку. Да, неброско и, наверное, немодно, но девушку такие вещи совсем не интересовали. Ей было важно лишь удобство и крой по фигуре. Разобравшись с одеждой, Света взялась за макияж. В этом вопросе она также не любила яркие краски и эпатаж, предпочитала скромный дневной мэйк-ап. Оглядев себя в зеркало, Света осталась вполне довольна. Она снова посмотрела на часы. Волнение, немного утихшее во время сборов, возникло с новой силой. Стрелки показывали уже 10 минут седьмого. «Нет, он не придёт», — вздохнула Света, чувствуя грусть и в то же время какое-то трусливое облегчение. «Эй, Светка, ты чего? Что за малодушие. Придёт он. И не вздумай прятаться. Он же нравится тебе. Не упусти шанс, дурочка!» — возмутился внутренний голос. «Да, это правда. Иногда ты говоришь всё-таки мудрые вещи, чёртово подсознание», — согласилась Света. Она исходила всю комнату, по диагонали, вдоль и поперек, когда наконец раздался звонок в дверь. Светлана зажмурилась, глубоко вдохнула, как будто собираясь нырнуть, и открыла замок. — Привет, Свет. — улыбнулся ей Михаил, как давней знакомой, но в глубине его взгляда Света увидела что-то, похожее на смущение. «Он ведь тоже волнуется, — догадалась девушка. — Он обычный человек. И в то же время необычный. Миш, какой же ты красивый…» Светлана так занялась своими мыслями, что не сразу поняла, как это глупо: она стоит молча и разглядывает гостя. — Привет, — торопливо произнесла она, стремясь исправить ситуацию. — Проходи… Проходите, пожалуйста. — Мы же вчера вроде перешли на ты? — спросил Миха, заходя в квартиру. — Да, конечно, извини… Я просто… — Света вздохнула и потерла рукой глаза, — я немного волнуюсь… — Я понял, — кивнул Горшок. — Ты проходи в комнату. Или мы пойдем? — Пойдем погуляем, там погода хорошая, надо размяться, а то я полдня проспал, — засмеялся Миха. — Я тоже, — подхватывая тему для разговора, улыбнулась Света. — Оператор сотовой связи, наверно, обогатился на нашем разговоре длиной в несколько часов. — Ты знаешь, я вообще-то не люблю по телефону разговаривать. Но вчера, так карта легла, что ли. Наверное, я наговорил много лишнего и всякой ерунды? — Да нет, всё в порядке. Я просто удивляюсь, почему ты выбрал для такого разговора меня? — спросила Света и подумала: «Ох, язык мой — враг мой, зачем я сейчас об этом?». Но Михаил с готовностью ответил: — Ну я же говорил вчера. Мне показалось, что ты… захочешь узнать меня настоящего. И я смогу быть им. На самом деле, — вдруг вздохнул он, — все эти маски, они так слились со мной, что я сам порой не знаю, кто же я? — Да, это тяжело, — согласилась Света. С такими философскими разговорами они вышли из подъезда и пошли по улице. — А куда мы идём? — спросила Светлана. — Не знаю. Так, прогуляемся. Пойдём в какой-нибудь парк, где не очень много людей? А потом зайдём куда-нибудь поесть. — Хорошо. Михаил вдруг взял Свету за руку. Она вздрогнула от прикосновения его теплых пальцев и украдкой взглянула на Мишу. Но он смотрел вперёд. В парке было красиво, стояла теплая тихая погода, золотые осенние листья сверкали в лучах заходящего солнца. Света и Миха ходили по дорожкам и болтали о чём-то пустом и ничего не значащем. У пруда они понаблюдали за утками, а на аллее — за воробьями, и, наконец, сели на скамью. — Не, в Москве, конечно, классные парки, но у нас в Петербурге ещё лучше. Ты была в Питере? — спросил Горшок. — Была один раз, со школьной экскурсией. — Такая экскурсия — это фигня, — уверенно заявил Миха. — Вот я-то проведу тебе настоящую экскурсию. Сейчас будет перерыв в репетициях «Тодда», поедем со мной?  — Я не знаю, Миш, я же работаю. — Ой, какая скукотень. Ну на выходные. Или уволься. Зачем тебе эта бухгалтерия? Светлана в который раз улыбнулась какой-то детской наивности Михаила, хоть он был старше её. — Миш, а жить-то я на что буду? Это тебе повезло, твоя любимая музыка приносит ещё и деньги, а большинству людей приходится работать. — Ну да, ну да, — согласился Миха. — Но в Питер я тебя всё равно зову. — Ладно, поедем, я буду рада, — улыбнулась Света. Они, не сговариваясь, посмотрели друг на друга и тут же отвели взгляд. Михаил встал со скамейки и протянул руку Свете: — Пойдём, время ужина. Есть охота. Он привёл Свету в небольшой ресторан. Она не привыкла бывать в таких заведениях и чувствовала себя не в своей тарелке. Михаил, на удивление, это заметил и сказал: — Свет, не парься. Мы же не на светском приёме. Что ты будешь пить? Света выбрала красное вино. Это был вообще единственный вид алкоголя, который она могла пить. Миха согласился на вино, но заметил, что выпил бы ещё и пива. — Смешивать такую гадость? — удивилась Светлана. — Эх, Света, чего я только в своей жизни не смешивал, — засмеялся Горшок. — Ладно, оставим одно вино. На самом деле, я раньше мог пятилитровый бочонок пива сходу выпить. — Ну знаешь, тут гордиться особо не чем. — Да ладно, я же так, по приколу. Я последний месяц вообще не пью почти. — Вот это хорошо, — заметила Света. Вообще, тема алкоголя была для неё довольно болезненной. Родители Светы, хоть и были добропорядочными советскими гражданами, любили выпить, особенно в выходные и праздники, когда собирались вместе все многочисленные родственники. С детства Света не взлюбила алкоголь и такие вот сборища. Поэтому, даже став взрослой, почти не пила и ни разу в жизни не напивалась. Света задумалась, и пауза за столом затянулась. Михаил воспользовался этим и внимательно смотрел на девушку. Она очень понравилась ему, своим умом, чувством юмора, девичьей смущенностью. А ещё у нее были потрясающие красивые глаза, длинные ресницы и хрупкая фигура. Она притягивала его к себе, как магнит. Светлана вдруг осознала, что надолго задумалась, и резко повернула голову к Мише. Он быстро отвёл взгляд, но Света поняла, что он рассматривал её. «Кажется, я ему нравлюсь», — взволнованно подумала она и заулыбалась. Наконец, принесли еду, и они приступили к ужину, снова о чём-то непринужденно болтая и уже почти не испытывая смущения. Было уже поздно, а вставать завтра придётся рано, поэтому Света и Михаил направились обратно к её дому. Они не спеша шли по улице и снова держались за руки. Дул холодный ветер, и Светлана в своей тонкой рубашке начала замерзать. Миха понял это по её холодной руке, снял кожаную куртку и накинул Свете на плечи. — А как же ты? — спросила она — Ничего, я привык. Куртка пахла табаком, парфюмом и ещё чем-то, буквально сводящим Свету с ума. Она постаралась отвлечься и стала внимательно рассматривать здания вокруг. Она вдруг вспомнила, как также вертела головой, когда они впервые встретились. — Миш, а помнишь, как я врезалась в тебя первый раз? Что ты подумал? — спросила Света, когда они остановились у подъезда. — Да я ничего не подумал. Стоял, курил, и тут бац. Ну мало ли, с кем не бывает, — улыбнулся Михаил и повернул Свету за плечи лицом к себе. — А сейчас, я очень рад, что тогда так произошло. — Я тоже, — прошептала Света. Миша вдруг наклонился к её лицу, как будто хотел поцеловать, но тут же резко выпрямился и зашарил по карманам брюк, ища сигареты. — Миша, они в куртке, наверно, — сказала Света, сняла её и вернула Михаилу. — А, да, точно. Он достал пачку и закурил. — Зайдешь ко мне? — предложила Света. — Чай попьём. — Нет, спасибо, я пойду. — Ты же всё равно поедешь на такси, давай зайдём, дождешься машину в тепле, — Света сама поражалась своей настойчивости. Миха задумался, взвешивая предложение. — Нет, Света, спасибо. Я тут подожду. Иди домой. — Хорошо. Как хочешь Она встала на цыпочки, притянула Мишу к себе за шею, быстро поцеловала в горячие сухие губы и скрылась в подъезде. Михаил с минуту стоял, не понимая, что это было, потом улыбнулся, провел пальцем по губам и пошёл искать попутку.