Счастье мимолетно

На самом деле, Гарри не знал как это произошло, когда это произошло и как он мог допустить это, но его мысли вертелись вокруг его врага: он прокручивал остроумные ответы Драко, вспоминал ровный почерк и то, как однокурсник себя держит на людях. Поттер, к сожалению, всегда отдается своим целям и желаниям полностью, они оккупируют его, а он никогда не сопротивляется. В этом случае, он, конечно и не надеется на счастливый итог. Он мечтает, что свойственно влюбленным, он размышляет «а что, если…», но никогда не надеется. Он не смеет. Сегодня он ложился спать в хорошем расположении духа. Он знал, что сегодня в очередной раз ему приснится замечательный сон, где не должно быть войны и он счастлив. Со своим врагом. Гарри был так зациклен на этом, что неудивительно, что то ему и приснилось. На этот раз был пикник. Парни оказались на поле, полном зеленой травы, она красиво колыхалась в порывах ветра. Это завораживало, но больше завораживал парень, сидящий напротив. На его лице играла нежная улыбка, он был счастлив. Как бы не было это странно, но слизеринец согласился на сливочное пиво. Они раскинули на траве покрывало, разложили на нем еду и напитки. Легли и стали разглядывать облака. Честно сказать, Поттер хотел бы остаться в этом сне, чтобы всегда чувствовать себя так хорошо. Однако в один момент все прекратилось. Резко появились тучи. Драко испуганно прильнул к Гарри. Раздался смех. Гарри начал смотреть по сторонам, ища источник звука и прижимая к себе парня сильнее. Смех становился все сильнее и сильнее и вскоре стал почти громом. Гарри проснулся. Смех до сих пор звенел в его ушах. Он не понимал, почему такой хороший сон должен был закончится именно так. Сегодня сдвоенный урок Истории магии со Слизерином. Гарри волнуется, ведь после сна сложно не примерять образ родного и нежного на Драко. На уроке Гарри разглядывает Малфоя, тот это замечает, но вместо ожидаемого кривлянья Поттер видит улыбку. Он удивлен, думает, что спит, переводит взгляд на преподавателя и пытается направить на него все свое внимание. Нет, такой скучной лекции его мозг не смог бы придумать. Когда смотрит на свои руки, лежащие на парте, начинает думать, что сейчас заснет, но замечает бумажного журавлика. Фирменного бумажного журавлика Драко Малфоя. Поднимает взгляд и утыкается в повторную улыбку. Кажется, никто этого не замечает, ведь если бы это произошло, начались бы шептания. Гарри не решил утруждаться и смотреть по сторонам, чтобы узнать кто чем занят. Он лишь начинает разворачивать пергамент, думая, что там очередное обзывательство, очередная насмешка, но видит там время и место. Он поднимает взгляд, недоуменно смотрит на отправителя и упирается в ухмылку. Поттер чувствует подвох. На прорицаниях у него есть много времени на подумать, он не вслушивается в речи профессора Трелони. Но, кажется, они возвращаются к гаданиям по чаинкам. Это не так уж и плохо, во всяком случае, у него есть возможность выпить чай. Он думает насчет того, ждет он встречи с парнем или хочет оттянуть этот момент навечно. Он не знает, будет Малфой издеваться над ним снова или всё-таки произойдет чудо. Поттер мало верил в это самое чудо, но капелька надежды все-таки присутствовала в нем. Она обнадеживала. Как раз во время этих размышлений к нему подошла профессор Трелони, но, посмотрев на дно чашки какое-то время, отошла со слезами на глазах. Гарри закатил глаза и с раздражением подумал, что та вновь увидела смерть. Сбоку его подпихнул Рон. Видимо, подумал о том же. Они рассмеялись. Вечером он идет к старому кабинету. Он нервничает. Смех, раздающийся сегодня в голове целый день, не предвещает ничего хорошего. От него сильно болит голова. Гарри стоит у двери и не решается войти, пытается собраться. Спустя какое-то время входит. — Поттер. — Малфой. Это было приветствие? Наверное. Гарри себе это не так представлял. Безумный смех в голове и боль, отдающая в висках. Гарри кривится, Драко ухмыляется. — Не хотел бы ты пойти со мной на бал, Поттер? — Гарри закашлялся, в лице Драко промелькнула какая-то непонятная эмоция, но мигом позже он смущенно смотрел на «гостя». Гарри и забыл, что в этом году придумали традицию делать бал в преддверии Рождества. — Ммм… — Промычал избранный, — Эээ… Конечно, нет, Малфой, чего это ты удумал? Малфой выглядел удивленно и уязвлено, но Поттер, казалось, и сам был удивлен своим ответом не меньше первого. — Перенимаешь стиль разговора от полувеликана, Поттер? — Драко будто сплюнул его фамилию, как слизняка. Но Гарри заметил, что плечи Драко упали. — Так… Ты не шутишь? — Как я могу шутить о том, что может меня унизить, Поттер? Издеваешься? — Я… я согласен, — в его голове смех. Безумный, безудержный смех. Гарри не понимает: это тот смех, что в его голове на протяжении дня или его собственный? Это его мечты? Исполняются? Ему казалось, что после такого должен был стать спокоен, но почему-то тревога только накапливается.

***

Студенты были удивлены такой паре, но удивление было предсказуемо. Главные враги, конфликтующие каждый день, дерущиеся, спорящие, обзывающие. Никто не мог поверить. Друзья Гарри знали о симпатии, но так же как и Поттер были уверены в невозможности появления даже дружеских отношений, тем более они были удивлены, когда узнали о том, кто был инициатором. Позже, когда Гермиона и Рон решили как можно мягче высказать свои сомнения, Гарри попытался убедить их, что уверенность Драко напускная, а оскорблениями он привык защищаться. Друзья в это не поверили, но решили, что бессмысленно отговаривать Гарри. Его разум затуманен. Они и сами знали, что человеку трудно рационально рассуждать, когда дело касается его любви. Гарри был счастлив. Тот Драко, которого он видел во снах, заботливый и добрый, родной и нежный. Они встречались в разных старых кабинетах каждый вечер. Гарри после каждого ужина несся туда. «Быстрее! Туда, где хорошо, где спокойно. В мир мечт и снов.» Они старались узнавать друг друга. Разговаривали подолгу о прошлом, о планах в будущем, о книгах: магловских и магических. Гарри в моменты разговоров про книги радовался особенно, ведь раньше, до судьбоносного дня, он читал в стремлении отвлечься от мыслей о Драко и Том-кого-нельзя-называть. Он читал много и разных жанров. Он гордился собой, ведь выдвигал разные теории и мысли, при которых Малфой округлял глаза в удивлении и говорил о том, что думал о том же или даже не догадывался об этом, обещая подумать об этом. Тревога и смех его иногда достигали, но он не замечал их. Или старался не замечать? Он пытался думать о хорошем, о разговорах, о маленьких подарках слизеринца. Кажется, Гарри влюблялся все больше, хотя, казалось, больше некуда. Иногда они гуляли у пруда. Гарри удивлялся тому, что Драко склонен не прятать их отношения. Он думал, Малфой будет их стесняться, но этого не происходит. И Гарри очаровываться еще больше. Гарри даже подружил Хагрида со своей парой. Это было очень трудно, но если Поттер очень хочет, он сделает. Он смог найти точку соприкосновения интересов. Это было удивительно, но для Гарри все чудеса уже случились. Ему больше не приходилось жить от сна до сна. Когда они шли по коридору или по квиддичному полю, все мгновенно замолкали, а потом начинали шептаться особенно сильно. Но Гарри уже не заботили шепотки и разговоры у него за спиной. Гарри был счастлив так, как никогда. Он был в эйфории словно в эйфории. Он забыл даже о существовании Темного Лорда. Гриффиндорец уже не посвящал уже так много времени чтению книг, как раньше. Друзья радовались за него из-за того, что тот смог наконец отвлечься, но переживали из-за того, что именно послужило причиной отвлечения. Их пугали смутные сомнения.

***

Сегодня бал. Гарри невероятно волнуется, вокруг носятся его однокурсники. Рон стоит перед другом и солнечно ему улыбается. Конечно, ведь он идет с Гермионой, к которой питает светлые чувства уже так давно. Которая, кстати сейчас идет к ним. Ее, на этот раз, лимонного цвета платье воздушно струиться в воздухе. Гарри впервые за вечер улыбается такой уверенной в себе подруге. Они здороваются. — Гарри, а как же хорек? Почему ты стоишь тут с нами, он разве не ждет тебя сейчас? — Ответом на иронию Рона становится толчок в бок от Гермионы. Рон ойкает, а Гарри смущенно отводит глаза. — Нет, Рон, мы с ним должны встретиться у дверей зала, — Гарри смотрит на настенные часы. — Но, кажется, мне пора поторопиться. Гарри убегает, а Гермиона обреченно вздыхает. — Что-то мне подсказывает, что этот вечер закончится не так хорошо, как хотелось бы.

***

Гарри бежит к дверям. Там натыкается на прямой взгляд своей пары. Взгляд, впрочем, меняется. Теперь на него смотрит пара ласковых серых глаз. — Войдем? — ухмылка искривила лицо Драко. Возможно, он снова думает о том, как на них отреагируют. Гарри кивает и проходит в открытую дверь, хватая парня за руку. Там они снова оказываются в центре внимания, но им обоим, кажется, плевать на это. Они двигаются в сторону напитков, а потом, взяв то за чем направлялись, идут в дальний тихий угол. Там они проводят долгое время, общаясь и шутя о преподавателях, о книгах, о чем угодно, что приходит им в голову. Драко вдруг целует Поттера. И тогда Гарри понимает, что это конец, что он попал и больше не сможет выбраться из ямы влюбленности. — Гарри… Я хотел бы показать тебе одно место, но нам придется аппарировать, а тебе придется закрыть глаза. Ты мне доверяешь? — Гарри, конечно доверял. Он не мог не доверять. Он кивнул. И они пошли за границу территории Хогвартса. По пути Драко достал из кармана платок и трансфигурировал его в повязку на глаза. Он надел ее на Гарри и прошептал что-то невнятное ему на ухо. В тот момент Поттер стал неким подобием тряпочной куклы. Гриффиндорец почувствовал перемещение. В следующий момент он услышал тот самый смех. Он был в голове или вокруг него? Гарри закрыл уши руками и смех стал тише. Что? Нет, этого не может быть. Он реален? В это было крайне трудно поверить. Поттер почувствовал, что у него взяли палочку и начал уже сопротивляться, как почувствовал, что не может шевелиться. Его охватила паника. Нет, этого не может быть. Что происходит? Что с Драко? Его также обездвижили? Гарри услышал, как властный голос обращался к кому-то, чтобы тот снял повязку с лица героя. С удивлением он обнаружил, что пальцы Драко прикоснулись в его лицу. Что это значит? Когда повязки не оказалось на его лице, он поморщился от света. Чуть позже он увидел Драко, на лице которого снова была противная улыбка. Она напомнила о времени, когда они были врагами. Этого не может быть. Поодаль стоял безносый урод, который тоже так часто снился Поттеру, но только в кошмарах. Волдеморт рассмеялся. — Ну здравствуй, мальчик-который-выжил-и-который-не-выучился-окклюменции, — ухмылка. Гарри начинает думать, что тут разрешено ходить только с мерзкими ухмылками. Может и ему ее нацепить на свое лицо? — Пожалуй, пора тебе узнать, что тут происходит. Почему-то взгляд перешел на Драко. Тот явно радовался. — Потти, как же я рад, что это все уже скоро закончиться. План гениального Лорда, конечно, безупречен, но невыносимо надоело делать вид, что я наслаждаюсь твоей компанией, — Драко закатил глаза, но потом неожиданно засмеялся. — Не ожидал я, что «герой магической Британии» будет влюблен в своего врага, в Пожирателя смерти. Кстати, Потти, приятно познакомиться, — он протянул руку в сторону того, кому монолог был посвящен. — Я Пожиратель смерти. Драко все говорил и говорил, все унижал и унижал, да так сильно и долго, будто все то вместе проведенное время он придумывал то, что будет говорить в этот момент. Гарри понимал, что такое могло случиться, но надеялся на удачу. Он всегда надеялся на удачу и всегда все получалось, но сейчас… видимо, кто-то решил закончить это все. Гарри понимал, что рано или поздно судьба приведет его к смерти, но он не думал, что это будет так скоро. Был ли он разочарован? Нет. Но он ничего не мог поделать. Его друзья не будут искать его сейчас, директор занят сейчас балом. Время было подобрано идеально. Ему оставалось только смириться. Темный лорд грозно посмотрел на Малфоя, и тот моментально замолчал. Кажется, Волдеморт не собирался церемониться в этот раз с пафосными речами, решив, что в прошлые разы ему это только мешало, отнимало ценное время. Он лишь засмеялся своим громовым смехом и... «Авада Кедавра». Два слова, которые убили не только одного мальчика, но и весь мир.