Отряд Самоубийц: миссия "Апрель"

Том Не так я себе представлял этот допрос. До последнего надеялся сбежать. Я слышал, как звенят наручники на моих руках, когда меня вели по коридору с мешком на голове. Я пытался запомнить повороты и просчитать как далеко мы ушли, но на пятом или шестом повороте я сбился счету и плюнул на это дело. До того, как мы прошли в очередной коридор, где было невыносимо холодно и отвратительно пахло, я был в медкабинете, где мне вкололи какую-то неведомую хрень в задницу. От этой странной жидкости мне свело ногу, но когда я попытался выбраться, у меня ничего не вышло, чему я удивился еще больше. По звонкому голосу, я понял, что в том кабинете сидит девушка, медсестра. Она похвалила мою физическую форму, обычно не свейственную таким как я, опять же с ее слов. Я довольно высокий и привык, что на меня обращают внимание женщины. Интересно, ее не смутили шрамы в перемешку с засосами на животе и спине? Хотелось бы мне увидеть ее лицо в этот момент. После болючего укола она сняла с меня верхнюю одежду и моя бледная кожа покрылась мурашками, хотя из-за грязи с заброшенного склада она была по бо'льшей части серой. Там где были кольца наручников кожа немного посинела, местами стала даже багровой. Да, я никогда так просто не сдаюсь. Покрутила, повертела меня на месте минут пять, смыла всю грязь и завернула в какой-то халат. Меня снова взяли под обе рученьки и повели дальше. Из-за укола, я еще немного прихрамывал, но идти мы стали намного быстрее, и я начал подозревать что-то неладное. Видимо действие этой странной болючей жидкости недолговечно. В какой-то момент мне стало даже интересно куда меня ведут и что от меня хотят. Я прекрасно понимал, что со мной может быть и для чего меня искали и ловили. Просто в какой-то момент я решил, что это все будет забавно, ведь я мог выбраться из всякого дерьма. Думаю, это не самое страшное и сложное, что мне давалось преодолеть. К моему удивлению, все мы трое шли в абсолютной тишине. Был слышен лишь стук их обуви и скрип дверей. Скучно. Наконец мы остановились. Я не видел куда меня привели и мог лишь только догадываться, что передо мной. Скорее всего очередной длинный коридор, для которого нужен спецкод. Сквозь плотную черную ткань, я не мог ничего толком разглядеть, но услышал голос диспетчера: доступ разрешен. Внутри неприятно скрутило, но я не придал этому значения. Меня посадили на стул и я поспешил откинуться на его спинку. Когда с меня наконец сняли мешок, в глаза ударил яркий свет. Я зажмурился и слегка приоткрыл правый глаз. Серые толстые стены, наверняка звукоизолированные. Довольно массивное зеркало за спиной у двух мужчин. Один сидел напротив меня: лысеющий мужик, лет сорока с каменным лицом, в строгом костюме и едва заметными мешками под глазами. Другой стоял в паре метров от него: более молодой парнишка с длинными рыжими волосами, волны которых доставали до самых плеч. Его настроение было не особо мне понятно. Выражение лица такое же как у первого мужика, но в глазах явно читалось что-то другое. — Ты ведь понимаешь, почему находишься тут, — хриплый прокуреный голос заставил обратить на себя внимание. Я медленно перевел взгляд на мужчину напротив меня и не сразу заметил в его руках ручку. Я проследил за реакцией другого парня, кажется, что это стандартная процедура. — Понятия не имею, — холодно ответил я и криво улыбнулся. — В твоих интересах необходимо сотрудничать с нами, — подал голос рыжий парень и сделал несколько шагов в мою сторону. Чем ближе он подходил, тем больше настораживал меня. Промелькнула мысль, что этот парень опасней, чем кадется на первый взгляд. Он подходил все ближе и ближе, пока в какой-то момент у меня не начала кружиться голова. Рыжий будто почувствовал это и с ухмылкой присел на угол стола. Мужчину напротив это немного смутило и я видел как хмурятся его брови. Он прочистил горло и продолжил пилить меня взглядом. — Я смотрю ты не особо разговорчив, — заметил мужчина и открыл большую папку на столе, — заглянем в твое досье. Я почувствовал, что рыжий парень пристально смотрит на меня, но в этот раз голова не кружится и я чувствую себя нормально. — Томас, верно? — я склонил голову набок и уставился на папку. — Очень интересно, — улыбнулся парнишка и у меня чуть не случился рвотный позыв, — Как ты себя чувствуешь? Этот кретин кажется читает мысли. Да уж, теперь это не так забавно, как казалось в начале. Я хотел сесть поудобнее, но мою ягодицу все еще сводит от неприятной покалывающей боли от укола и пришлось ерзать на стуле, как на иголках. — Ты рос в детдоме, — начал мужчина, — твоих родителей закрыли в психушку, когда тебе было семь лет. Я невольно нахмурил брови и опустил голову, но в последню секунду понял, что не стоит показывать свои слабости и поднял равнодушный взгляд на этих двоих. — Они утверждали, что ты превращаешься в животных, — мистер прокуреный голос скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, который был явно удобней моего. Родители у меня были хорошие, и я искренне не понимал, почему все так получилось. Когда я был ребенком, родители часто называли меня всякими милыми вещами: зайчик, котик, солнышко и т.д. У нас был большой дом, естественно мы держали животных. Кого только не было: кошечки, собачки, птицы, кролики. Я любил их всех, даже пару раз засыпал с ними в обнимку. Не помню как это случилось, но однажды ночью я проснулся весь в шерсти. Я спрыгнул с кровати и увидел, что я чертов лис. Ну, вернее лисенок. Я побежал в комнату родителей, но когда я разбудил их, они сказали, что мне просто приснилось и я выгляжу как обычно. Позже я стал замечать, что могу делать это сам: могу превращаться в разных животных и быть в этом виде столько, сколько сам пожелаю. Мне было интересно пролетать над городом в виде орла, или бегать по полю с лошадьми. И однажды к нам в дом заползла змея, мама поймала ее в банку и велела ждать отца с работы, чтобы он что-нибудь с ней сделал. Мне было семь. Мать приказала не трогать змею, и уж тем более не выпускать ее. Но я был ребенком и мне стало жаль это бедное животное, ведь я знал, что с ней сделает отец, когда вернется. Я приоткрыл крышку, чтобы она немного дышала, но она дернулась слишком резко и уползла в сад. Я очень испугался, что мама будет ругаться, сам превратился в змею и заполз в банку. Когда отец вернулся с работы, мама стала кричать и плакать, что я пропал и она не может меня найти. Отец увидел банку, в которой сидел я в облике змеи, но не обратил внимания. Вместо этого он кинулся искать меня в вольерах с животными, но меня там не было. Я был в банке на столе, в облике змеи и мне не хватало воздуха. Я решил что хватит притворяться змеей и решил трансформироваться обратно. Банка лопнула и родители обернулись на звук, увидев лишь окончание превращения. Я хотел подбежать к ним и обнять их, но по мере моего приближения они отходили все дальше и дальше от меня. В конце концов они забежали в дом и закрылись там, оставив меня на улице. Я стучался в дверь, плакал и кричал, но они не впускали меня. Я слышал, как они звонили в полицию, и через несколько минут я услышал сирены за воротами дома. Родители открыли дверь и подбежали к воротам, сбив меня с ног. Несколько мужчин в темно-синей форме задавали моим родителям вопросы, пока меня осматривал врач. После рассказа родителей, доктор спросил: пьют ли мама с папой какие-нибудь таблетки? Я вспомнил, что мы все недавно простудились и пили лекарства, поэтому молча кивнул врачу. Он нахмурился и задал другой вопрос: родители тебя обижают? Я сказал, что они не пускали меня домой, тогда доктор взял меня за руку и подвел к одному из полицейских. Родителей хотели посадить в тюрьму за жестокое обращение с ребенком, но они упорно твердили, что я превращаюсь в животных и их упекли в психушку, а меня в детский дом. — Здесь еще сказано, что ты участник одной из местных банд, «Дельта-Джин» если быть точным. Я коротко кивнул и окинул беглым взглядом рыжего парня. Он все еще таращится на меня и это уже раздражает. Я хрустнул пальцами и снова повернулся к "читателю моего досье". Он молча пролистывал список преступлений банды, в которых я учавствовал. Но мне всегда удавалось ускользать от ответвственности. Я сбежал из детдома в 14. Меня даже не стали искать, т.к я частенько "пропадал из виду" воспитателей. Все эти годы я практиковался в трансформациях, изучал зоологию, и просил учителей давать мне больше информации о редких и опасных видах. Позже, глядя на картинку я мог превратиться в то или иное животное, будь то птица, мдеведь или крокодил, я мог даже стать пауком или рыбой. Так я собственно и сбежал. Просто превратился в крысу, которых быдо довольно много и умыкнул. А когда я не появлялся уже больше двух недель воспиталки с директором и вовсе забили на мое отсутствие. "Баба с возу - кобыле леге". Мне приходилось выживать. Сначала я попрошайничал в переходах, затем начал подворовывать еду из магазинов и кафе. Жить было негде, хорошо, что было лето, и я пробирался на склады. В какой-то момент меня чуть не поймали с поличным, но я убежал, хоть и остался ни с чем. Тогда мне пришла гениальная мысль: убивать, будучи зверем. Чаще всего я был змеей, ведь этих ползучих тварей боятся многие. Я кусал проституток в мотелях, сосущихся парочек в переулках, туристов и т.д. Но однажды все изменилось. В моем любимом переулке, где обычно насиловали юных и прекрасных, я увидел двух мужчин. Они о чем-то громко спорили, но по итогу один протянул деньги, а другой пакет с белым порошком. Я прекрасно знал парня с наркотой. Это один из участников банды «Джин». У них есть много ответвлений, и те, кто продает наркотики это «Дельта-Джин». Я немедленно укусил покупателя, ведь деньги меня интересуют в первую очередь и я ни за что не поверю, что у дилера нет с собой пары пачек зеленых бумаг. Как только мне предоставился момент схватить парня за ногу, он как на инстинкте схватил меня за голову. Я пытался испугать его, и как только он потянулся к моим ядовитым клыкам, я принял свой истинный облик. Чувак испугался не меньше меня и схватился за пушку. Я поднял руки вверх и попятился назад. — Что ты такое, мать твою?! Я откашлялся: — Я просто хочу жить и мне нужны деньги, — я приблизился к трупу и бандит зарядил пистолет, — Возьми сколько хочешь, — я вытащил из кармана трупа кошелек и кинул под ноги парню, — Только оставь мне хоть немного. Парень недоверчиво покосился на меня и поднял кошелек с пола, при этом держа пистолет на готове. Я боялся пошевелиться и молча смотрел, как он пересчитывает купюры. Временами он бросал в мою сторону осторожные взгляды, но я сидел неподвижно около трупа и ждал, пока он закончит. Он сложил все купюры и сунул их в карман. Как только я встал, чтобы возмутиться, он снова навел на меня пистолет. В тот момент я ругал себя за свою доверчивость и уже приготовился к выстрелу. Но его не было. Вместо него тот парень подманил меня к себе. Я покорно подошел к нему, и тот дал мне в руки перочинный нож. — Идем со мной, змеенышь.