Искренние чувства.

—Стой, что?... —Пап, ты не ослышался. У меня есть любимый человек. И да, это и вправду парень. Я очень надеюсь на твое понимание, ведь... —Парень? Ты гей?... —Да. И я хочу знать твое мнение. Повисшая в воздухе тишина, нагнетала обстановку и заставляла сердце осмелевшего парня биться быстрее. —Ты не шутишь? —Я говорю правду. —Ты ведь понимаешь что это ужасно и ты должен прекратить это все? —Что?... —Я растил сына не для того чтобы он встречался с парнем! Хочешь сказать что вы ещё и целуетесь? Или не дай бог... —Отец, я не изменю своего решения. Мой переходный возраст уже давно прошел, и я имею право на собственное решение. Так что... —Закрой рот! Либо ты станешь нормальным, либо ты больше не будешь являться моим сыном! —Подожди, о чем ты?... —Ты должен встречаться с девушками, а не позорить меня и твою мать! Ты меня понял?! Брюнет неверящим взглядом сверлил стену, держа у уха телефон. Ладони стали потными, а давление поднялось. —Отец, ты же не серьезно?... - подавленным голосом, уточнил студент, пытаясь выровнять дыхание. —Да ты хоть знаешь что будет если твоя мать узнает? Что с ней станет... Парень не стал дослушивать. Вызов был сброшен, мобильник с грохотом упал на пол. Гнев, непонимание, боль и обида — вот что испытывал Олег, не веря в происходящее. Отец, казалось бы родной для него человек, который должен был понять что это его выбор... Горячие слезы упали на линолеум, виски пробила боль. Нет, он ожидал совсем другой реакции... Ноги сами вывели студента из комнаты общежития. Душнов сам не заметил как уже через несколько минут оказался в небольшом дворике около общаги. Излюбленные качели встретили парня привычным скрипом, бьющим по ушам. Обессиленно темноволосый сел на одну из них, и вспомнил случившееся. Слезы все также сочились из глаз. Он предвещал более оптимальный исход, не такой колкий и болезненный, стреляющий в самое сердце. Последние реплики отца всплывали в памяти, заставляя брюнета дрожать от начавшейся истерики. Он зарылся руками в волосы, стараясь успокоиться, но нервы были на пределе. В последнее время все шло так хорошо, и вдруг это все... Диалог намечался более менее приемлемым, но... Холодный вечерний ветер не мог отрезвить плачущего парня. Звёздное небо уже не казалось таким завораживающим и прекрасным. Сейчас хотелось потеряться, провалиться сквозь землю, лишь бы не думать о произошедшем... Гул в голове не прекращался, и полностью потонув в негативных, пожирающих изнутри, мыслях, Олег ощутил пугающую пустоту внутри. Как говорится, многообещающее ожидание и суровая реальность. —Эй, заучка. Чего сидим мёрзнем? - послышался уже давно знакомый голос у самой качели. Забыв вытереть слезы, брюнет повернул голову в сторону Побрацкого. Весёлый, слегка нахальный взгляд тут же поменялся на встревоженный и изумлённый. Даже не спрашивая о причине такого состояния, шатен схватил парня за руку и потащил в сторону общежития. Тот, не сопротивляясь, вяло следовал за ним. Догадки промелькнули в голове зеленоглазого, но сейчас было не до них. Вид плачущего парня затронул самые сильные эмоции. Очнулся темноволосый лишь в общажной комнате, когда Дима усадил его на кровать. Заметив на себе изучающий тревожный взгляд, Душнов устремил свой, унылый потерянный и пустой. —Дима... —Я сейчас вернусь. Олег глазами проводил русого до двери, и когда тот вышел, прерывисто выдохнул. Истерика не прекратилась, лишь припадки ненадолго оставили парня. Сердце вновь кольнуло. Наверное стоило подождать ещё немного, или продумать все более тщательно... Зная свой характер и повышенную эмоциональность, он должен был подумать и о худшем исходе. Побрацкого не было две-три минуты. Вернулся в комнату он с кружкой, и не пойми откуда взявшимся в ней кипятком. От желтоватой жидкости шел пар и приятный запах. Очень знакомый запах. Студент поставил кружку на стол со стороны брюнета, и сел рядом. Он все также обеспокоенно пялился на парня, пребывающего в ужасном состоянии. —Это чай. Ромашковый. Думаю от него тебе станет легче, - несвязно произнес он, и в его речи ощущался явный дискомфорт. Олег безэмоционально взял кружку в руки. Она немного обожгла руки, однако привыкнув, парень смог спокойно держать ее дальше. Очередной вздох вырвался из груди. Яркий свет от лампочки распространялся на всю комнату, обволакивал предметы и людей, находящихся в ней. Привычный беспорядок уже не раздражал, впрочем, на него уже никто не обращал внимание. На часах было уже начало десятого, за окном уже стемнело, что было свойственно для начала осени, поэтому шторы в комнате были закрыты. Неосознанно нервничая, Дима положил свою руку на плечо задумавшегося парня. Тот дернулся, но так и не повернулся. —Олеж... Ты ведь сказал ему. Молчание. —И судя по всему все прошло не так уж и гладко, да?... Снова тишина. Душнов поднес кружку ко рту и сделал небольшой глоток. Приятный вкус, слегка травянистый и водянистый обжег горло. Стало чуточку спокойнее. Но стоило мыслям вновь появиться в голове, как все начиналось по новой. —Олег... Не молчи, пожалуйста. Ничего не произошло. —Душнов! Олег все же обратил внимание на Побрацкого, с возмущением и заботой смотрящего на него. В уголках глаз опять скопились слезы, в них застыла беспомощность. —Дим, я... Он не успел договорить. Чай выхватили из рук и поставили на стол, а самого парня схватили за локоть и притянули к себе. Голубоглазый прижался к груди шатена, и невольно сжал края вязаного свитера. —Я признался ему, но... Но я не ожидал такого... Я думал все будет иначе... - сдерживая всхлипы, он пытался сказать что-то ещё, но сил не хватило. Русый замер в попытке осмыслить происходящее. Значит он всё-таки был прав... Да уж, оставлять все так он определенно не может. Время действовать. Руки, придерживающие неудачливого кудрявого, переместились к его глазам. Пальцами, аккуратно и нежно, Побрацкий стер слезинки с ресниц и век, ласково провел по покрасневшей щеке. Снова прижав возлюбленного к себе, каштановолосый крепко обнял его и выдохнул в кудрявую макушку. Черный завитые волосы распушились, а Душнов неожиданно чихнул в плечо своего "успокоителя". —Не расстраивайся, слышишь? Ты ведь уже не зависишь от него, и он не имеет право вмешиваться в твою жизнь. Это его проблемы, что он не смог принять тебя таким. Значит он просто еблан, не задумавшийся о чувствах других людей. Ты же знаешь, что я всегда буду на твоей стороне, и мне глубоко наплевать на всех остальных. Пусть они идут лесом, - поглаживая обладателя голубых глаз по голове, проговорил гитарист. —Я тебя люблю, а это по-моему главное, разве нет? - задал он вопрос утихомирившемуся парню. Тот вроде как кивнул, по-прежнему сжимая свитер в руках. —Просто я не хотел всего этого - сдавленно прошептал брюнет. —Я понимаю. Но в этом нет твоей вины. Ты все сделал правильно. А теперь, давай просто забудем о случившемся, хорошо? Хотя бы на сегодня, - предложил шатен, приподнимая подбородок любимого, и заглядывая ему в глаза. Очередной кивок, но на этот раз с вялой улыбкой. Вздохнув, Дима тыкнул парня в щеку. Тот зажмурился, и покосился на стол. Поняв намек, Побрацкий отпустил заучку из своих объятий. —Надеюсь, тебе стало легче, - наблюдая за тем, как его парень пьет полуостывший чай, произнес он. —Определенно, - на этот раз улыбка вышла более уверенной. —Присоеденишься?