Чувствуй

Сегодня они отсняли последние выпуски сезона, а поэтому можно расслабиться и немного отдохнуть. Шастун уже успел накидаться, а поэтому шутки коллег кажутся еще смешнее. Он весело смеется и всячески подкалывает Матвиенко, который рассказывает что-то про свою новую знакомую. — Вот что вы ржете? Будто сами девственники, — обиженно тянет Сережа, оскорбленный смехом друзей. Арсений с Димкой снова заливаются смехом, а Шастун лишь закатывает глаза, посмеиваясь тише, незаметнее. — Шаст, ты все еще не нашел никого? — фыркает Матвиенко, явно стараясь сменить тему. А Антон, наконец перестав смеяться, теперь ерзает на диване. Парень мнется, пожимает плечами и снова немного пьет, как-то нервно потирая шею. Из-за алкоголя он плохо соображает, мысли путаются, а взгляд невольно падает на Арсения, который чуть откинув голову назад, заливисто смеется. Шастун взглядом скользит по чужой шее и сглатывает, радуясь, что в темноте клуба этого не заметят. Невольно вспоминается их прошлая встреча в этом клубе и Шастун шумно вздыхает. Он точно знает, что Попов сейчас тоже вспоминает именно об этом и Антону вдруг становится ужасно душно и жарко. Все это не выглядит как обычный пьяный секс. Они не врываются в квартиру, страстно целуясь, Антон не зажимает мужчину у каждой стены. Все слишком обдуманно. Они долго на это решались, и алкоголь хоть и сыграл свою роль, их близость сегодня отнюдь не его заслуга. Арсений с надменным лицом проходит в чужую спальню и оглядывается, выглядя совершенно спокойно. Он хоть и пьян, но мыслит абсолютно трезво. Попов точно знает, сегодня они наконец переспят. Он точно знает, что сам будет сверху, и то, что именно Антон будет трахать его — лишь детали. Главный здесь все равно Арсений. Попов манит пальчиком, уверенно улыбается и когда Антон послушно подходит, целует жадно, так будто уже давно ждет этого. Он сам подталкивает Антона к кровати и улыбается соблазнительно, медленно раздевая. Антон не отводит взгляда от чужих глаз и смотрит завороженно. Попов сейчас выглядит особенно сексуально и от осознания того, чем они занимаются, хочется тихо завыть. Попов, кажется, никуда не спешит. Он все делает медленно, растягивает момент и недовольно хмурится, когда Шастун нетерпеливо тянется к его футболке. — Подожди. Расслабься и просто получай удовольствие, — строго говорит Попов, откинув от себя руки. Антон смотрит возмущенно, ему жизненно необходимо коснуться Арсения, почувствовать, что он действительно здесь, что это не его очередной сон. Но Антон терпит, боясь спугнуть Арсения, он ведь вспыльчивый, может и уйти. Арсений молчит, внимательно разглядывая чужое тело и слегка улыбается. Нет, Антон не безупречно красив, но Арсений залипает на него так, как ни на кого и никогда. Взгляд с поволокой, пухлые, чуть приоткрытые губы, длинная шея, тонкие ключицы, такие хрупкие для уже тридцатилетнего мужчины, но такие эстетичные. Попов аккуратно связывает руки парня у него над головой, а Антон и не против. Он доверяет, позволяя делать все, чего хочет Арсений. Мужчина губами сжимает сосок Шастуна и смотрит ему в глаза, следя за реакцией. Антон стонет тихо, кусает губы и шумно сглатывает. У него явно чувствительные соски и хоть это как-то по-девчачьи, Шастуну это подходит, а для Попова это еще один повод сходить с ума по этому парню. Попов раздевается сам, не позволяя прикоснуться к себе. Антона это дико раздражает, но после он замечает, что от этой недоступности возбуждается все сильнее. Арсений даже растягивает себя сам, заглушая тихие стоны страстными поцелуями с Шастуном. Оба получают удовольствие от такой медленной, неторопливой близости. Антону чертовски трудно сдерживаться, когда Попов стонет ему в рот чуть громче и, кажется, даже тихо хнычет, заерзав на чужих бедрах. Мужчину хочется резко перевернуть на спину, развести острые коленки в стороны и войти одним движением, но… Попов сам устанавливает правила этой игры, и Антон действительно старается хоть немного следовать им. Арсений медленно опускается на член Шастуна, руками упираясь ему в грудь. Мужчина тихо стонет и даже закатывает глаза от удовольствия, зубами слишком сильно впиваясь в припухшие от поцелуев губы. Антону кажется, что это самое красивое, что он видел. Он только через секунд двадцать понимает, что даже не дышал, наблюдая за такой картиной. — Арс, пожалуйста… — шепчет Антон, чтобы попросить хоть немного ускориться или развязать руки, но Попов не дает ему договорить. Мужчина снова утягивает его в поцелуй и тихонько стонет в чужие губы. Через какое-то время, достаточно привыкнув, Арсений начинает аккуратно двигаться. Мужчины выдыхают синхронно — Арсений со звонким стоном, а Антон с тихим рыком. Шастуну кажется, что сейчас трахает вовсе не он. Арсений трахает себя им, как бы глупо это не звучало. Попов двигается все резче, жестче, быстрее, а Антону ничего не остается, кроме как стонать так, будто трахают сейчас именно его. Глаза Арсения прикрыты, но он наблюдает за Антоном из-под дрожащих ресниц. Попов вскрикивает и приоткрыв рот, дышит чуть хрипло, когда член Шастуна проходится по простате. Они смотрят друг другу в глаза и в этом есть что-то интимнее, чувственнее обычного секса. Арсений мягко развязывает руки Антона и сразу переплетает их пальцы. Мужчина тихо всхлипывает, скулит, стонет, но продолжает крепко держать чужие руки, не позволяя прикоснуться к желанному телу. Шастуну остается только вскидывать бедра, упираясь пятками в матрас, чтобы хоть немного контролировать ситуацию. Он не привык позволять кому-то так доминировать, но с Поповым можно. Антону кажется, что именно так и выглядит доверие. Движения Арсения становятся рваными и Антон с каким-то восхищением понимает, что мужчина кончит вот так, даже не дотрагиваясь до себя, просто от того, что они занимается сексом, просто потому, что в нем именно Шастун! Эта мысль сносит крышу окончательно, и Шастун тихо рычит, потемневшими глазами наблюдая за Арсением. — Шаст… Д-давай, — рвано выдыхает Арсений. Мужчина выгибается назад, опирается на бедра Шастуна. Он отпускает руки Антона, но двигаться не перестает. А Антону дважды повторять не нужно, он резко садится на кровати, прижимает Попова к своей груди и до красноты сжав чужие бедра, резко двигает своими, насаживая. Шастун чувствует как дрожит Попов и жадно выцеловывает его шею, хоть и старается не оставлять следов на коже. Арсений стонет прерывисто, хнычет и уже через несколько секунд кончает, пульсирующими стенками сжимая член Антона. Попов обмякает в чужих руках и укладывает голову на плечо Антона, продолжая мелко дрожать. Такая послеоргазменная расслабленность и покорность вышибает из Антона остатки самоконтроля. Он кончает, рыча и вбиваясь в мужчину изо всех сил, а Арсений лишь приглушенно постанывает и цепляется за него дрожащими от неги пальцами. Минут через десять, когда оба постепенно приходят в себя, Арсений укладывает голову на плечо Шастуна и улыбается довольно. Мужчина видит, Антон пытается подобрать слова, чтобы начать очередной «серьезный разговор», но Попов прикладывает палец к его губам и нежно целует чуть соленную от пота шею. — Давай без этого. Сам знаешь, каждый наш разговор заканчивается фразой «мы не можем быть вместе». Просто чувствуй, — тихо говорит Арсений. Мужчина улыбается чуть грустно и закидывает ногу на чужое бедро, стараясь быть ближе, хотя бы просто физически. И Антон чувствует. Он смотрит на Попова и чувствует внутри тепло. Он мягко соединяет родинки на чужих плечах и чувствует в мужчине что-то родное, такое нужное и одновременно далекое, запретное. Сейчас им и не нужны слова, они слишком глубоко чувствуют друг друга и связь между ними. Антон качает головой, стараясь отбросить ненужные сейчас мысли и в пару глотков допивает алкоголь. — Нет, все… Сложно. Ребят, я уже отрубаюсь. Домой поеду, — улыбается Антон, встав. Он снова смотрит на Арсения, а после быстро уходит, закуривая прямо у выхода из клуба. Арсений Попов «Подождешь меня? Я выйду минут через пять, будем разбираться со сложностями. Желательно, в горизонтальном положении.» Антон улыбается, смотря на такое нужное сейчас сообщение и прижимается к стене, чувствуя слишком многое к Попову. Отвечать не имеет смысла, Арс и сам знает, Шастун будет его ждать столько, сколько потребуется.