Это и есть жизнь?

Темнота, просто темнота и гробовая тишина. Ничего и никого. Пустота. Безопасность? Или же спокойствие? Нет. Ничего…

По освещённому коридору с серыми стенами, идёт человек одетый в темно-серую немецкую военную форму. Громко и уверенно шагая, обходит несколько железных дверей. — Ей! Ты, где мои брат и сестра?! Отвечай! — крикнул тряся дверь камеры один из пленных. Немец остановился и посмотрел на него краем глаза. — Мне сейчас не до тебя. Лучше сиди тихо русский! Моё терпение не вечное! — ответил с акцентом немец и подправив фуражку пошёл дальше. — Пока у меня есть другая игрушка, ты и другие можете спокойно лежать в клетках. РСФСР, а что нравится твоему брату? — А? Брату? Что ты удумал?! — РСФСР и так был в бешенстве, но неправильно поняв немца, сжал кулак и ударил по двери. — Если ты тронешь Украину и Беларусь, УБЬЮ! Немец лишь коротко засмеялся и пошёл дальше. Его интересуют не они. Не эти троя скучных, по его мнению пленных. Они не достойны его времени и внимания. Немец открывает дверь ведущую вниз и спускается в холодную камеру пыток. — Hallo. Na, wie geht's? (Привет. Ну, как дела?) — включив свет и прогнав тьму обратился к пленному немец. Комната была серой и там было много, очень много вещей для пыток. Это место было для четверых, но занимал один человек. — Рейх… Если ты будешь говорить, как обычно, то… Мой ответ ты знаешь… — слабым голосом ответил пленный, которого уже пять дней держат в этой комнате. — Да… Знаю. А ещё я знаю, что СССР отправил тебя не просто так. Те троя попались из-за своей халатности. А ты попался не из-за этого… В чём твоя миссия? Цель?! — подошёл к пленному Рейх и резко взяв того за подбородок, начал осматривать избитое лицо. — У тебя красивая внешность… КССР… — Цель? Миссия? Почему, ты в этом так уверен? — ответив вопросом на вопрос, проигнорировав последние слова, КССР поднял свои стеклянные глаза на немца. — Ты не такой, как другие. Ты сбегал уже шесть раз. Так что у меня есть достаточно причин так думать. — не отводил от Республики взгляд Рейх. В глазах парня немец не видел каких-либо эмоций. — Как мои братья и сестра? — с тем же безэмоциональным лицом спросил КССР. Сейчас он думал о своей семье и миссии. Он правда попался в плен не просто так, но выполнить её пока не удалось. — С братьями и сестрой всё хорошо. Я сдерживаю обещания. — коснулся нежных и пропитанных кровью красных волос, затем спустившись к лицу начал гладить его щеку. КССР отодвигает и отпускает голову и тут Рейх снова схватывает его за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Ты же готов вытерпеть всё. Да? В ответ парень промолчал и закрывает измученные глаза. Он вытерпит и огонь, и воду. Он не сильный и ловкий, но выносливый. За всё время прибывания здесь, КССР вытерпел много пыток и издевательств. Так что его уже ничем не напугать. — Понятно. Я принимаю ответ! — Рейх поднёс к лицу парня нож и сделал царапину на щеке, а затем облизнул рану. А КССР убирает голову назад, злобно и удивлённо смотря на того. — Мы… договорились, что такого не будет. — грубым голос сказал старший сын СССР-а. На это Рейх улыбнулся и ударил кулаком того по животу. — Это мне решать! Кто здесь пленный?! Ты или я! — шепнул тому в ухо Рейх и отойдя подошёл к столу, где лежали разного рода вещи, но все эти вещи казались ему скучными. — Хм… Они когда-то были интересными. Но с твоим приходом, они потеряли свое значение. КССР с тем же стеклянным взглядом смотрел на действия его мучителя, который повернулся к нему с кнутом. КССР закрыл глаза и отпустил голову готовясь к очередным пыткам. А Рейх лишь улыбается и замахивается. Удар! И ещё удар! Удар за ударом, но звуков боли не слышно. Но Рейх знает, что это не надолго и продолжает бить, пока из ран не начинает течь кровь. Через некоторое время, он остановился и подошёл к тому осматривая свои труды. — Ха! Ты, что серьёзно думаешь, что я куплюсь на то, что ты потерял сознания?! — схватив за волосы, Рейх поднял голову парня и смотрел на скулившего от боли КазССРа. Рейху нравится эта черта казаха, которая не просит пощады или жалости, из-за этого, желание сломать эту выдержку, возрастает с каждым разом. — рано или поздно я тебя сломаю! Я так хочу это увидеть! — Обойдёшься! — сказал КССР и ударил головой в нос немца. Рейх матерясь, ухватился за нос, пытаясь остановить кровь. — Ах ты! … Обойдусь? Ты в этом уверен?! — схватив за горло парня, мужчина смотрел, как тот задыхался, а тело слабело с каждой секундой. Рейх ослабил хватку и КССР начал жадно глотать воздух. Рейх посмотрел на его лицо и медленно опустил глаза на туловище парня. Кофта спереди открытая и из-за этого была видна вся грудная часть, из ран текла алая кровь и были видны синяки. Одной рукой Рейх начал давить на потемневший синяк. Прикованный тихо застонал от боли. — Я хочу слышать это… Громче. КССР одним глазом смотрит на него и тут же жмуриться от боли. Затем Рейх снова отходит и снова начинает бить кнутом, но на сей раз издавались крики. Крики, смех, кровь, звуки ударов. Казалось, что каждый человек умрёт после этого, но не он…

***

— Хм… Как это, он отказался?! — крикнул Рейх, ударив по столу. Он смотрел на солдата и на письмо, который держал в кулаке. Сейчас он был реально зол. Его очередной план провалился и даже тузы в рукаве не помогают. — Ему даже на своих детей плевать?! Хм… Детей… — Сэр? — Принести мне старшего сына СССР-а. Того кто в пыточной камере. — приказал Рейх, смотря и заново прочитывая письмо. — плевать даже если их «изнасилуют» говоришь… Это мы сейчас и проверим! Через некоторое время в его кабинете приводят еле стоящего на ногах парня и кидают его на пол, заставляя сесть на колени. Рейх злым взглядом прогнал солдат и медленно подходит к парню. — Что тебе нужно? — подняв на своего мучителя голову, спросил КССР. Рейх остановился и сел на одно колено перед тем. И с небывалой нежностью коснуться его лица. КССР с опаской следил за каждым его движением. И вдруг, тот начал медленно приближаться к его лицу, а КССР отходить назад — Мы так не договаривались! Этого не бу…! — Тц! Кто тебе давал права мне приказывать?! — тихо сказал Рейх, заткнув тому рот руками и приблизив его голову к себе. Открывает его рот и не дав даже сделать глоток воздуха вцепился с тем в страстном поцелуе. КССР пытается оттолкнуть того и бьёт, это срабатывает, но не надолго немец бьёт того сильней. И уложив в пол, раздвинув руки в стороны и поставив ногу на груди, обездвиживает КССР-а. — Если будешь и дальше сопротивляться, буду бить без предупреждений! — Отпусти меня! Не смей! — не послушался и начал сопротивляться КССР и получал кулаками по лицу. Наступила тишина и хозяин кабинета отпустил голову на шее парня. — Прекрати… Это… Просьбы парня были проигнорированы и его мучитель начал кусать и облизывать место укуса на шее того. Каждый укус сопровождался тихим стоном. Ещё один поцелуй и Рейх начал пытаться снять одежду с парня. — Нет! Не смей! — укусил Рейха КССР и в результате тот отходит от него. А КССР встаёт и хватает первое, что попадается на руки. — Не приближайся! — Ах ты сучёных! Поставь на место вазу и тогда я буду мягок с тобой. — делал шаг вперёд Рейх и облизнул губы. А КССР сделал шаг назад. Он лучше будет избитым до полусмерти, но такое, нет! — Лучше избей! Но творить со мной такое… Я не позволю! — крикнул парень и замахнулся вазой на мужчину. Рейх остановил удар и выхватив вазу кинул КССР в сторону стены. Из-за удара головой, в глаза парня потемнело. Над ним опять нависала тёмная фигура и всё по новой, но у парня больше нет силь давать отпор. Из-за его стеклянных глаз потекли слёзы, а в самых глазах читалось просьба о помощи, которой не будет. Это продолжалось каждый день, в течение месяца. Парень начал ещё активней пытаться сбежать, но это лишь делало его наказания ещё ужасней. Сейчас один из таких случаев закончился и Рейх, довольный своим трудом уходит, оставляя излеченное и уставшее, бледное тело. Как только дверь закрылась, парень начал медленно, с трудом двигаться. Упираясь на край кровати и затем на ящик и шкаф, КССР с трудом, еле стоя на ногах доходит до стола хозяина комнаты. Дойдя до стола, он начинает быстро искать нужные ему документы или документ. Ему нужно спешить пока не пришли солдаты или хозяин не вернулся. Найдя нужные бумаги, у КССР появляется другой вопрос как его спрятать. — «Это безумие… но другого выхода нет!» — взяв в руки ножницы недолго думая делает надрез КССР… Через некоторое время возвращается Рейх и смотрит на сидящего у кровати КССР-а. — Ты так тихо сидишь… Это удивительно! — сказал играя с его волосами Рейх. КССР нечего не ответил, всего-то закрыв глаза и ждя того же, что и вчера. Но это не было и поняв, что нечего не будет КССР открывает глаза. — сегодня день рождения моих сыновей. Как думаешь, что лучше подарить? — Нового отца. Я уверен они загадывают, чтобы их монстра отца не было. — мыслил в слух КазССР, не отводя взгляд с одной точки. А Рейх начинает громко смеяться, оставив его волосы. Рейху нравится эта дерзость паренька. — Я «монстр»? А СССР, значит не монстр?! — вставь с кровати Рейх подходит к тумбочке и наливает себе коньяк. В ответ КССР промолчал и поднял взгляд на немца. — Разве не СССР убил пол твоего населения. Ещё и… Твоего отца. — Отца? — удивлённо смотрела на Рейха КССР. СССР не говорил и даже запрещал говорить, о его родном отце. Вот почему, КССР цеплялся за любую информацию о своей настоящей родне. — Ты его знаешь? — Да. Мы были знакомы с детства. — в голове Рейха появился план, как переманить парня в свою сторону. — Твой отец Алаш орда. Был сыном друга Российской Империи… Имя не помню! Мы с ним познакомились, когда я со своими родителями пришли к ним в гости. — Правда? — допрашивал как маленький ребенок КССР. Его интересует его родной отец и семья. Каждый раз когда, он спрашивал у СССР, тот менял тему, или же ругал и читал парню нотации. — Расскажи про него! — Хм… Я немного знаю, о нём. Но знаю, что его убил… — сделал специальную паузу и подойдя прямо к уху КССР-а, Рейх тихо говорит — Твоего отца убил, не кто иной, как Союз! Любопытства в глазах КССР, сменилось на шок и удивление. Казалось, что всё тело парня онемело и все вокруг как будто остановилось. КССР отпустил голову и бегал глазами по полу, стараясь найти там ответ. В голове, всё кружились слова " СССР убил отца», КССР вспоминал то, что ему рассказывал Союз. Пока парень находился в таком состояние, Рейх просто любовался этой картиной. Ему было интересно, как же это отразится на, отношение парня к его приёмному отцу. — Ну? Если ты хочешь ему отомстить, то я могу тебе помочь. Тебе лишь нужно перейти на мою сторону. — Рейх хитро улыбаясь, протянул к парню стакан алкогольного напитка. Парень поднял взгляд на стакан и через некоторое время, дрожащими рука хватает её. Рейх только хотел, сказал пламенную речь, как вдруг КазССР брызгает содержимое ёмкости в его лицо. — Я не такой глупый, чтобы поверить тебе на слова! — крикнул КССР и кинул стакан на пол, тот разбился на осколки. А Рейх вытер рукой лицо и посмотрел на КССР злым алым взгляд. Из-за этого взгляд у парня по телу побежала дрожь. КССР встал с места и начал отходить назад с каждым приближением Рейха. — Не приближайся! — Я же говорил моё терпения, не вечно! — зарычал Рейх и схватив парня за волосы, кидает его в пол. — А мне какое дело… вечно оно или нет? — КССР точно не знает, что значит промолчать в такие моменты. Но это часть его характера. К сожалению, но Рейха это сейчас не забавляло, а наоборот злило. — Что? Уже не предложишь выпить?! Мужчина придавил мальчишку ногой в пол, наступив на грудную клетку. КССР питается убрать его ногу, но не получается и он замечает один из осколков стеклянного стакана. — Ты, что страх потерял?! Что правда глаза режет?! Это реальность! Твоя жизнь, построена в полной лже! — начал кричать мужчина и казалось, что Рейх начинает истерить. А КССР старается потянуться до осколка и вот чу-чуть. Он схватил осколок и сразу порезал ногу Рейха. Тот кричит и отходит от парня, падая на одно колено и сжимая рану. КССР не теряя времени хватает вазу и бьёт мужчину, тем самым вырубая того. Парень падает на пол и пытается успокоить дыхание. После отдыха КССР укладывает без сознательного Рейха на кровать и убирает следы, от их короткого боя. После этого как ни в чем небывало, КССР выходит из комнаты к солдатам. " Сейчас или некогда!» Сказал мысленно КССР. За всё это время, он запомнил очередность охраны и их число, а ещё где находятся его братья и сестра. И вот они уходят за угол, в этом углу охрана ничего не видит и не увидит. И они уже двоя выходят из-за угла, второго охранника нет. А когда он пришел к камере где спрятан РСФСР, КССР открывает дверь и ничего не объясняя уводит того за собой. Через некоторое время КССР уже освободил троих родных. — КССР? Что дальше? — спросил РСФСР и смотря на брата и на следи на шее. — от куда? — Оттуда. Сейчас я побегу туда, а вы в лес. Идите по Западной части, там нет мин, а затем идите на север, там должны быть наши. И сообщите им, что через пять дней будет бомбардировка.  — рассказал всё КССР, не дав тем даже слова сказать и ушёл в перед. — Вот упрямец! — сказала БССР и братья кивнули, а КССР начал бежать, тем самым отвлекая солдат. А те троя успешно убежали в лес, поняв это КССР тоже решает убежать и только он хотел освободить крылья, и улететь, как его сбивает машина. — Ты куда это, бежишь?! — за рулём был Рейх, который уже пришёл в себя. Он не заметил троих ребят, но КССР был спокоен. — Ты, что думал так легко убежать! Нет… Я не позволю. Удар и КССР теряет сознания. А приходит в себя уже снова в постели. Прошёл ещё один месяц. Теперь смотря на того сложно сказать, что пред тобой живое существо. Бледное тело, разбитые в синяках губы, красные глаза и безжизненный взгляд. — Ещё хочешь убежать? … Нет? … Вот и хорошо! — сказал Рейх и ушёл с комнаты. Ему надоело, что его крылатка хочет улететь. За месяц КССР ещё один раз попытался, но попался, но уже со сломанными крыльями. Сейчас КССР лежал на кровати, с тем же пустым взглядом. Потом мальчишка попытался встать, его руки и всё тело тряслось, глаза сразу посмотрели на открытое окно. Окно за которой толи смерть, толи жизнь. КССР уже потерял отсчет времени и всего мира. Он медленно и еле делая шаги подходит к окну и залезает на его. — Где же тут…? А?! Ты, что там делаешь, больной?! — вдруг в комнату возвращается Рейх и сразу же замечает парня, готовящегося пригнуть. — Ты, что собираешься прыгнуть? Со сломанными крыльями? Ты реально больной!? — Кто бы говорил? Тебе какое дело, если я прыгну? — смотрел на небо, где летели птицы КССР и представлял себя рядом с ними. — Если прыгнешь, я рассержусь! — на такой ответ Рейха КазССР громко посмеялся. Его смех был ложным и пропитанным болью, что можно понять без труда. — Ты сейчас серьёзно? Ты мне кто? Ты мне не кто иной, как «Мучитель»! — хриплым голосом сказал КазССР, не поворачиваясь к тому. — Я… Я ещё увижу, как ты умрёшь. — А? Скорей ты умрёшь, а не я. — усмехнулся его словам Рейх, но потом ухмылка спала, когда он увидел в руках у КССР пистолет. — « Как?! Он, что взял его пока меня не было!» — Последнюю пулю всегда оставляй для себя. — сказал КССР повернувшись к тому. Они смотрят друг другу в глаза. Большие и красные, как кровь глаза европейца, чуть узковатые и золотисто—карие глаза азиата смотрели друг на друга несколько минут, пока КССР не спрыгивает с окна. Рейх сразу подбежал к окну и смотрел на то, как КССР с уверенностью улетит в даль Рейх смотрел тому в след, пока его не привели в чувство солдаты, пришедшие узнать дальнейшие указания. — Ха. Эта птичка была красивой и такой хорошей. Вторую, такую не найти. — возмущённо и с жалостью сказал Рейх, затем заметил одну пулю оставленную его бывшим пленным — Хм… Эта пуля для меня. Спасибо.