Подарок на день рождения

***

      Хосок много мечтает о Юнги, а Мин любит открыто, всем сердцем в ответ. Они утопают друг в друге, лелеют, наслаждаются. Юну нравится каждый раз рубиться в контру, пока любимый на бедрах его сидит и ласкает открытую шею; а Хосок любит готовить для Юнги невероятно вкусные блюда, убивая все силы на это, ведь его парень любит плотно покушать после работы. Они любят делать друг другу милые подарки, дарить всю заботу и жить вместе. Они любят ссориться, тешить своё эго и доказывать свою правоту, а потом курить вместе на балконе и целоваться. Хосок серьёзно настроен на отношения. Они вместе уже пятый год и три года уже вместе живут, а ещё два Чон регулярно посещает больницу, сдаёт тест на возможность завести детей. Он бесплоден, а Юнги полностью доволен и рад даже, что они могут заниматься любовью без защиты, только Чон тайно лечится, проходит терапию, сдаёт анализы и закупается тестами после каждой ночи с гражданским мужем. Он хочет семью с тем, кто заменил ему весь мир, хочет услышать предложение и, если честно, уже сам готовится сделать его. Ничего не поменяется, но Соку будет от этого радостнее на душе.       Улицы уже покрыл сумрак ночи, фонари давно освещают тротуары, соседние высотки засветились, словно новогодняя елка, но этого всего почти не видно за плотным тюлем. У пары недавно был сладкий вечер в честь дня рождения Юнги и Хосок, как обычно, вышел в аптеку под стандартным предлогом "развеяться и покурить" и Юн отпустил парня без каких-либо вопросов. А у Чона каждый раз руки трясутся, когда он из аптеки домой идёт. Он надеется, но абсолютно не знает как поступит в случае положительного результата. Дверная ручка дёргается под Соковой рукой, мужчина заходит, заглядывает в комнату Юнги, и убеждается, что тот не закрыл дверь, иначе благоприятные условия в прах бы стёрлись и тест пришлось бы отложить до следующего дня. Это для того, чтобы на мужчину грузом не навалилось положение партнёра, чтобы он с радостью узнал о пополнении в их семье. Куртка на вешалке, шарф аккуратно сложен в шкафу, а обувь перемещена в обувницу. Хо уже в ванной сидит и настраивается на худшее, ведь уже несколько лет его усилия проходят зря. Его дыхание уже довольно ровное, сердце не пытается выпрыгнуть в мандраже, поэтому тест вынимается из баночки. Хосок готов кричать, биться, рыдать, рассказать всему миру о своём счастье, но вынужден только тихо плакать над ванной, позорно краснея, опухая, и покрываясь пятнами, только это не волнует Юношу. Он старается сделать невозмутимое лицо, чтобы устроить сюрприз, что с трудом удаётся.       "Улыбка ведь не помешает, верно?" – думает парень и не сдерживает её, лишь ожидая, пока краснота с глаз уйдёт. Гордо выходит он из ванной комнаты, осторожно, на мысочках, подходит к комнате Юнги и заходит к нему, когда его уже заметили. – что ты такой хитрый и довольный? Ещё не отошёл? – с нагловатой ухмылочкой произносит старший в доме и смотрит на севшего рядом парня. Тот сияет: улыбается, за руку мужчину своего держит. Он пытается настроить Юна на положительный лад, что удаётся, и тот даже джойстик откладывает, чтобы обнять своего парня. Хо осторожно перемещается на бедра чужие, обнимая с новой силой. Ему не терпится, но волнение так гложет, что он молчит довольно долго. – Юнги, я тебя очень люблю, ты знаешь? – конечно, а еще я люблю тебя не меньше. – я знаю. Я хочу семью, Юнги. Хочу связать себя с тобой не только на словах. Я не хочу умирать в больнице без возможности увидеть тебя, ты ведь понимаешь? – я понимаю, но не грусти, скоро всё случится. Хосок замирает, не веря ушам. Его Мин Юнги, который так противился от росписей и штампов, буквально проспойлерил о том, что скоро сделает предложение. Но таковы обстоятельства – сегодня, этим вечером, уже случилось всё. Хосок благодарно целует возлюбленного, своими холодными пальцами блажит его руки и тело, скрытое под слоем одежды, но до которого нет труда добраться. Шепчет что-то нежное и слышит любовь в ответ. Губы заботливо целуют ушко, покусывают мочку, Хо делает вздох и произносит заветные слова: – у нас будет ребенок.       Ступор, шок и напряжение, повисшее в комнате и давящее на голову Сока, заставило сжаться на уровне атомов; взгляд повело, голова немного кружится, ощущение невесомости, но Чон осторожно руки Мина убирает и встаёт, чтобы окно открыть. Старший же подходит сзади к Соку и за бока хватает. Это обычное дело для обоих, но Юнги, почему-то, стал сжимать их с незнакомой остервенелостью и какой-то злостью; его дыхание утяжелилось, стены комнаты словно дрожат от присутствия в ней Юнги. – любимый? Сок разворачивается и по лицу прилетает смачный удар, от которого Чона сносит влево и он падает на пол, ударившись слегка о книжную полку. Голова затрещала от удара и от давления, которое на него резко обрушилось. К такому Сок не был готов. Юнги ведь любит его, почему он смеет причинить вред? – ты, сука малолетняя! – говорит Юн негромко, но достаточно раздраженно, отчего для Хосока эти слова криком кажутся и усиливаются в голове, словно эхом отразившись от стен, – чья сперма в тебе, блядь? У нас не может быть детей, ты сам сказал! Хосок на грани слёз. Он думает, что Юнги просто приревновал и для него это волнительная тема, но Сока задели эти слова: у него с Юнги был самый первый и последний раз, ему не нужен никто на стороне. – любимый, не бей, прошу, я не хочу потерять то, к чему так долго шёл.– спокойно, но дрогшим голосом просит Хо и старается встать с пола. С трудом руки Мина оказались в Чоновых, ведь он их пытается убрать, спрятать, не чувствовать Хосока, – Я лечился и делал анализы. Я как одержимый делал тесты после каждой ночи с тобой.. даже дневник есть, он у меня в комнате! Проблема была во мне и я, то есть, мы её решили. Слова не помогают, а огонь в Миновых глазах только разгорается. Он вновь бьёт, но с новой силой. Он не хочет верить, не хочет слышать этот бред! Они оба были бесплодны. Юнги уверен, что Чон нагулял всё то, что в нём теперь развивается. Мин с криком наносит ещё и ещё удар, грязнет в ненависти, его словно глушит вся та агрессия в нём, ведь мольбы Чона совсем не доносятся до разума. Колено старшего резко бьёт Сока в живот, отчего последний секундно старается сесть на диван, чтобы отойти от шока и уменьшить боль, но руки нéкогда любимого человека берут за волосы и швыряют на пол лицом. Нос превращается в месиво костей, хрящей и крови, но Юнги это не останавливает: он наносит животу удар за ударом, пользуясь тем, что на нем надета обувь, упиваясь бессильными криками и абсолютной беспомощностью "изменщика"; а когда поднимает голову еле живого и почти не дышащего парня, бьёт вновь по лицу, позволяя голове свободно упасть на кварц. Кровь брызжет из носа и после падения вовсе льётся бордовой рекой. Он умер. Юнги осознал это.