Искренность

Птицы поют за окном, город потихоньку просыпается. Свежий ветерок попадает в комнату, солнечный свет слегка согревает, но на этом и закончится сон, вновь утро, теперь Кэйа за главного, так как магистр, пока что не может, управлять ордо фавониус. Вчера они с Лизой решили что, он подменит, а та будет помогать. Лениво встав с кровати, он потянулся и открыл шторы, солнце начало слепить глаза и Альберих начал собираться, завтракать он не хотел, под утро аппетита не было, вот он и решил только пообедать. Выходя из дома он начал подниматься по ступенькам иногда здороваясь с знакомыми лицами. «Интересно, Дилюк уже вернулся в Мондштадт?» прошло между планами на день и тут же забылось. Вот он уже сел за стол магистра и начал перебирать миссии, иногда заходила Лиза, с вопросом не нужна ли помощь, за этим следовал отказ со стороны капитана кавалерии. Каждая минута казалась часом, а каждый час длился очень долго. И как вообще Джинн может успевать столько делать? Не устала ли она? Нужно будет потом ей больше помогать. Подумал синеволосый и опять начал работать, работать и работать. Такое чувство будто эта работа не закончится. Комната душила, хорошо что он выспался, а то просидел бы тут весь день в ужасных муках.  — Капитан! У меня неотложное к вам дело! — ворвалась девушка, это было впервые за сегодня, поэтому хоть не будет так скучно.  — Слушаю.  — Хиличурлы напали на Спрингвейл! Еще построили множество лагерей! — девушка была то ли испугана, то ли зла. Непонятно.  — Хорошо, подождите минутку. и мы отправимся на место. — решил он взяться за это дело только потому, что в кабинете очень скучно перебирать бумаги или отдавать поручения рыцарям. Он зашел в библиотеку и окликнул Лизу.  — Да?  — Замени меня ненадолго, я пойду в Спрингвейл на неотложные дела. — сказал библиотекарше Альберих.  — Хорошо капитан Кэйа, неужели хиличурлы опять построили башни и напали?  — Ага. Монстров было не так много, но построенных башен много. Справившись с задачей он вернулся когда уже темнело. А ведь с того момента как он ушел прошло только два часа. Эх… вот что значит работа магистра. Несколько дней прошло в таком режиме: Сон, работа, обед, работа, ужин, сон. Ничего интересного, поэтому среди недели он решил заглянуть в таверну, так скажем навестить собутыльников, но пить он не собирался, завтра ждет работа. Он открыл дверь и зашел внутрь и он увидел Дилюка. Вот как ему повезло! Был бы любой другой день, он бы с радостью попросил любимый алкогольный напиток и начал бы говорить обо всем на свете с Венти, но сегодня он устал и хотел просто подумать и расслабится, а не как всегда сбежать от мыслей.  — Мне яблочный сок. — сказал Кэйа и сел возле барной стойки под удивленным лицом Дилюка. — Кстати возвращаю должок. — Он протянул маленький мешочек с морой, так же выученно улыбаясь.  — Я думал ты пришел выпить. — рассказал о своих мыслях Рангвиндр.  — Не сегодня. Завтра не хочется проснуться с похмельем. — он смотрел на поставленный перед ним сок и думал то, как бы сблизится с Дилюком или наоборот забыть его, завалив себя работой. Он тяжко вздохнул и отхлебнул чуть чуть.  — Кэйа… — Красноволосый хотел что-то сказать, но закрыл рот и начал дальше протирать стаканы и принимать заказы.  — Говори. — негромко сказал капитан.  — Нет, забудь.  — Кэйа! Как же давно тебя здесь не было! Хей, мастер Дилюк мне как всегда! — вот и пришел его собутыльник Венти. Нужно было сразу уйти на второй этаж.  — Венти, посиди сам, хорошо? — резко ответил мужчина и захватил с собой стакан, ушел на второй этаж.  — Чего это он? Всегда вроде нормально выпивали!  — Наверное он устал, поэтому лучше составь компанию Розарии. — сказал Рангвиндр и протянул наполненный бокал алкоголем. Через несколько минут, вернулся Чарльз и красноволосый решил оставить барную стойку пока что на него. А сам поднялся на второй этаж. Увидев синие локоны лежащие на спине человека в конце комнаты, он поспешил к нему.  — Все в порядке? — поинтересовался Дилюк.  — А что? Волнуешься? — с наигранной улыбкой говорил Кэйа.  — Нет конечно, просто…  — Я устал, да и я пойду, спасибо. — Он встал и направился к лестнице.  — Не перетрудись.  — Ха, все же переживаешь! Ну я пошел, удачи! — Альберих снова вел себя странно, ему уже нужно привыкнуть даже из усталости делать смех и улыбку. Хотя от его же улыбки его тошнит. Он опять идет с таверны. Решив прогуляться по пустому центру города. Свежий воздух и темная улица со светлыми фонарями успокаивали. Мысли как ветром сдуло. Негромко шагая и рассматривая затемненные окна, он все думал:"Интересно было ли у одного из Мондштадта похожая история? Нет, даже из всего Тейвата.». Тяжко вздыхая, синеволосый сел на ближайшую скамейку и опрокинул голову. На небе виднелись яркие звезды. Слезы могут потечь в любую секунду, скажешь ему что нибудь и сразу доведешь. Терпя все это, он продолжал смотреть на темное небо. Скоро магистр опять начнет свою работу, а Кэйа свою. Теперь больше времени на размышления. Но это не радовало. Ведь Альберих давно знал ответ на вопрос, мучающий его по сей день. «Дилюк, что ты ко мне чувствуешь?» Рангвиндр в его голове отвечал «Ненависть, я тебя ненавижу Кэйа.» или же «Ничего, ты мне никто» оба варианта страшны и не позволяют сделать первый шаг. Он закрыл глаза и готов был уснуть прямо здесь. Но неподалеку послышалось цоканье и оно приближалось. Посмотрев в сторону звука, он увидел красноволосую девушку.  — Привет Розария, думал ты осталась с Венти. — моментально взял себя в руки Альберих и натянул улыбку.  — Я уже наслушалась его историй, без тебя правда скучновато. — она присела рядом и будто смотрела ему в душу. На его переживания и страх. — Я конечно знаю, что ты ежедневно работаешь, но на выходных хотя бы выбирайся! Что случилось?  — М? Да ничего такого. Просто хочу помочь магистру Джинн.  — Не ври мне тут, ты бы скорее выпил с нами, чем работал не покладая рук. — она сощурила глаза, так будто уже знала о чем и о ком думает Кэйа. — Выкладывай, мы знакомы давно, ты можешь мне доверять.  — Ахах, ты как всегда права. Давай ко мне? Здесь не очень обстановка. — он боялся того что кто-то его услышит, все-таки он решился рассказать Розарии малую часть.  — Ладно, только попробуй обмануть, понял?  — Понял-понял. — они встали и направились к дому. Не прошло и полпути как Кэйа начал.  — Во первых, я устал и вообще хотелось просто посидеть в теплой обстановке. Да и напиваться когда завтра ранним утром на работу не лучшая идея.  — Кхм, Мондштадт — город свободы и поэтому ты не обязан это делать, можешь попрос…  — Ты же не верующая и я кстати сам хочу помочь. Магистру Джинн очень сложно.  — Ты ту библиотекаршу Лизу просишь помочь хотя бы раз в день?  — Ну не совсем, сам справляюсь.  — И сам устаешь. Давай ты возьмешь выходной? — Кэйа правда думал, что она не больше для него чем собутыльник, но походу она настоящий друг.  — Всего пару дней. Даже Джинн выходных не просит. И я смогу. — он все же смог на это что-то ответить.  — Короче. Твое это дело. Мое дело предупредить тебя о том, что если ты будешь перетруждаться, себя погубишь. Лучше поступай так чтобы и тебе было хорошо и другим. То есть не перетруждаться, не бояться просить помощь. Не бойся делать первый шаг к победе над собой. Тебе стоит задуматься о том, что тебя никто не осудит. Даже тот же Дилюк, если ты ему признаешься он не будет тебя осуждать и не пошлет на три стороны, а просто наладит нейтральные отношения. — Она будто прочла его насквозь.  — Хах, во вторых теперь не требуется, спасибо… Розария… — они уже дошли до дома Альбериха. — Хорошо, прогулялись, в следующий раз я за тебя заплачу! Пока! — он все с той же  — Не нужно, пока. Придя домой он сел на кровать. Посмотрел на ладонь, холодно как всегда, он любил холод, но тот его пугал с детства. Особенно он боялся Драконьего хребта, но потом детство прошло и он перестал его бояться как и одиночества, точнее поверхностно. В душе не понимаю этого он все также как маленький ребенок боялся абсолютно всего, но больше всего холода, ненависти и одиночества. Рука ударилась об щеку с ужасным звуком. Он сделал сам себе пощечину. Зачем? Он доверился человеку. Он даже себе не доверяет, так с каких пор. С глаз потекли слезы. Он моментально прислонил руки к глазам. Взяв слегка мокрые руки он схватил дневник и начал сквозь слезы писать. «Дилюк. Прости меня, но я люблю тебя… И скоро это станет тебе известно.» Глаза закрылись и под холодный ветер из открытого окна он уснул.