Соперник солнца.

30 ноября 2010, 6:00. Звонкий и долгий рингтон будильника монотонно прозвучал в комнате эхом. Лениво оперевшись на локти, Хината выключил звенящие часы, медленно проведя по циферблату пальцами. Тихо выдохнув, он снова плюхнулся на подушку, не имея желания вставать и идти куда-либо, тем более на улицу в такую отвратительную погоду. За окном было по-осеннему холодно, но это утро радовало солнцем. «Сегодня соревнования?» — спросонья парень не совсем осознавал реальность. Почесав голову, он сбросил с себя одеяло, начав бодро собираться: напялил носки, подпрыгивая от того, что не получается держать равновесие, надел старую футболку, которую стыдно носить открыто, но не стыдно носить под чем-то, и олимпийку волейбольного клуба Карасуно. Застегнув молнию до конца, Шоё кинул на плечо спортивную сумку, параллельно открывая дверь в коридор. На кухне горел свет: мама Хинаты приготовила завтрак ему и Нацу. —Доброе утро, милый, как спалось, —на лице женщины сияла улыбка. Хината всегда приятно удивляло то, какой легкой на подъем была его мама. Улыбнувшись в ответ, он коротко ответил: —Спалось спокойно. —И славно! Перед Шоё стояли мисочка риса с тамагояки и мисо суп. Мать Шоё часто готовила этот завтрак, когда Хината учился в начальной школе. Поскольку мальчишка был слабым, его кормили тем, что насыщено железом и йодом, мисо суп был идеальным лекарством. —Я побежал! —по коридору звонко пронесся голос Хинаты, а за ним глухой удар двери. —Удачи, лучик.—Минори стояла на кухне с каким-то непонятным чувством, которое преследовало ее в следующие часы… Утро было по-ноябрьски холодным, но солнечным и ясным. Легкий морозец заставил Хинату зарыться носом в темно-синий шарфик с пушистой бахромой. С вечера Хината и Кагеяма договорились пойти к спортзалу вместе, поэтому, подойдя к дому друга, юноша остановился у калитки и оперся на каменный забор участка, чтоб дождаться его. —Давно стоишь? —именно этой фразой встретил его темноволосый. —Не, только подошел, пойдем, —Хината отошел от стены и прошел вперед, как бы зовя Тобио за собой. Ребята с большими спортивными сумками, напиханными вещами и едой, выдвинулись в 6:26 к назначенному месту. Им оставалось достаточно времени, чтобы беззаботно поболтать обо всем на свете, прежде чем влиться в суетливую атмосферу перед соревнованиями. «Вся эта размеренность диалога напоминает затишье перед бурей.» —А вон они! —крикнул Нишиноя, помахав рукой новоприбывшим. У входа были почти все, кроме Укая. —Он, наверное, нервно курит у своего продуктового перед поездкой в Токио. Ехать-то немало, —шепотом и смеясь произнес Тсуккишима Ямагучи. Оба ехидно посмеялись. Шутка парня осталась шуткой и тренер Укай пришел через 3 минуты после назначенного времени. —Автобус приедет через несколько минут, поезд в 7:30. Все в сборе? Кто-то сонно кивнул, кто-то бодро крикнул «Да!». Это неважно. Важно, что все давно настроились на соперничество за достойное место на соревнованиях. Уже дождавшись автобуса и пройдя все проверки на вокзале, Шоё уселся возле окна, напротив Кагеямы. На их месте был стол, что в первую очередь привлекло внимание рыжего. Ремешки больших сумок свисали в пару местах верхних полок для багажа и на протяжении всего пути пошатывались в зависимости от того, как едет поезд. В вагоне было тихо, только какие-то две пожилые женщины болтали о корневищах васаби, мол «из них такая вкусная паста». —Удивительно, что бóльшая часть ребят в этом вагоне. —Да, тренер Укай постарался.—поддерживая беседу, Тобио полез в рядом лежащий рюкзак и достал воду с лимоном.—В соседнем вагоне только Нишиноя и Асахи, в этом их места уже купили. Кстати, хочешь попить? —он протянул бутылку Хинате через стол. —Спасибо. Ребята вновь начали разговор «обо всем». В этот раз они обсуждали события лета у бабушки, когда они тоже куда-то ехали на Синкансене.