Часть 1
5 августа 2021 г., 05:49
Джисона всегда восхищала концепция соулмейтов. Мысль о том, что под этим небом самой Вселенной тебе уготован тот, кто подойдет твоему сердцу и твоей жизни как недостающий кусочек пазла, всегда пробуждала трепет и мурашки по коже. До встречи с этим человеком он живёт чернилами под твоей кожей — на запястье, где выведены инициалы, которые лишь после соприкосновения с тем самым обретут полноценное имя. А ещё то, что всегда заставляло Джисона чувствовать затапливающую эйфорию — твои силы, твоя «энергия» не может навредить твоему соулмэйту. Потому что вы по предначертанию Вселенной безопасное место друг друга. Вы — те, кто обязан оберегать друг друга несмотря ни на что. В детстве Джисону казалось, что лучше этого ничего не может быть.
А потом он вырос.
Нет, он не перестал резко верить в любовь и не потерял своё восхищение от связи соулмэйтов. Однако весь этот детский восторг, вся эта наивность слегка подтерлись, запылились и немного забылись из-за обычных жизненных передряг, новых впечатлений и знакомств. Джисон ловил мимолетную влюбленность на близких друзей, познавал самого себя, мир вокруг, свои силы и что он может с ними сделать. Такая вертлявая дорога жизни привела его туда, где он есть теперь на своем двадцатом году жизни — в одном из самых востребованных агенств для героев.
Их мир — удивительная штука. Помимо сказочных соулмэйтов, каждому человеку от рождения дана сила. Малая ли, большая — неважно, она есть у всех. Кто-то использует её во благо, кто-то, конечно же, во зло, а кто-то просто любит с её помощью нарушать правила и отсиживаться в камере для «антигероев» добрые десять суток наедине с нудными лекциями от главного героя. У каждого города он, понятно, свой (а у некоторых по несколько десятков, как в Сеуле).
Джисон всегда мечтал защищать людей и быть сильным, а потому попасть в агенство «НСТ» для него значило осуществление одного из самых сокровенных желаний. Другим было, конечно же, встретить своего соулмэйта. Пока он являлся лишь начинающим героем, однако из-за хорошего поведения и выдающихся результатов на вступительном экзамене его уже иногда отправляли в патрули со старшими ребятами.
Сегодня как раз был такой день. Светило солнце, но оно наконец-таки не было обжигающим, а лишь согревало своими лучами. По небу плыли ленивые тучки, похожие на воздушную сахарную вату, ветер был приятно прохладным, и люди заметно расслабились. Замедлили свой шаг, принялись делиться улыбками друг с другом, отовсюду слышались радостные разговоры. Террасы кафе заполонили окончившие свой учебный день школьники и студенты, и парк, в котором Джисон патрулировал вместе со своими наставниками Джемином и Джено, наполнился ароматом свежей выпечки и кофе. Несмотря на чудесную атмосферу гармонии и спокойствия, Джисон не терял бдительности: он уже был научен горьким опытом — злодеи и антигерои очень уж любили разрушать именно такие деньки. Впрочем, это не мешало ему цедить через трубочку освежающий лимонад и подворовывать у Джено сладкий попкорн. Джемин же вообще, кажется, уснул, растянувшись на пледе, который они расстелили на газоне, накрыв лицо своей панамкой.
— Не думаешь, что сегодня он снова покажется? — ухмыльнулся Джено, закинув себе в рот горстку попкорна. Глаза его светились лукавством.
Джисон нахмурился, вздохнул и нервно почесал запястье. Запястье, на котором расцвело полноценное имя. Впрочем, Джисон предпочитал игнорировать данный факт, не желая соглашаться с тем, что его соулмэйт — тот, с кем ему предначертано провести всю свою жизнь и которого он по идее должен полюбить едва ли не до беспамятства, оказался чертовым антигероем. Причём одним из самых известных и проблемных. Наверное, это плата за то, что Джисон таки смог попасть в ряды «НСТ». Было обидно. Да и встреча их случилась совершенно не романтично. С того дня прошло месяца три, однако Джисон помнит всё до одури четко. Проказы Вселенной, не иначе.
Тогда он тоже находился в патруле, но с Ренджуном и Марком — они считались одними из самых дисциплинированных и лучших героев агенства. Джисон дрожал от нетерпения, когда им выдали задание перехватить антигероя Дельфина и отправить его в исправительную комнату. Искать цель долго не пришлось: тот дебоширил в местах скопления местных бандитов и контрабандистов, своим голосом буквально обрушивая фундамент старых зданий. И пусть по сути Дельфин помогал закону, его методы угрожали жизни и обычных зевак да и всяких любопытных глупцов, которые часто совались в такие районы. Завязалась нешуточная погоня; Дельфин явно был на одном уровне, если не сильнее чем Ренджун и Марк, да и в движениях его угадывался не один год опыта «работы» в данной сфере. Он проворно ускользал от лунных сетей Ренджуна и будто даже дразняще обходил огненные залпы Марка. Поэтому их команда приняла решение разделиться и загнать его в угол. Спустя долгих десять минут непрерывного бега и использования силы у них получилось. Джисону удалось настигнуть Дельфина. Он перехватил его за капюшон толстовки (серьезно? кто вообще такое будет носить в качестве костюма?!), дернул на себя и постарался взять в захват, но не успел. Дельфин ловко крутанулся и ухватился за его запястье с неожиданной силой, отрывая Джисона от себя. Запястье того вспыхнуло чуть резким жаром, но в пылу боя он не придал этому значения. Дельфин как раз набирал кислород в легкие, чтобы оглушить его, и у Джисона не оставалось выбора, кроме как пришибить его потоком сильного ветра к стене. Знакомый интуитивный толчок своей энергии наружу, чтобы подчинить себе потоки воздуха, и—
Секунда. Одна. Две. Энергия не отвечала. Джисон в спешке попробовал ещё раз, но ничего не произошло. Его одолела паника, а затем перед собой он услышал: «Это ещё что за фигня?», поднял голову и с ужасом понял, что крик Дельфина не сработал тоже. Через прорези маски на его лице Джисон мог разглядеть глаза, горящие неверием, любопытством и чем-то ещё, чему пока не находилось названия. Дельфин чуть резко дернул рукав своей толстовки и издал удивленный звук, разглядывая расцветающее на запястье имя. Джисону не нужно было смотреть на своё, чтобы знать: на его коже происходит то же самое.
Ну, конечно же. Кто ещё мог быть его соулмэйтом, как не один из самых известных антигероев?
Их нагнали Ренджун с Марком. Джисон не знал, о чём они думали, но сцена перед их глазами наверняка была весьма говорящей. Джисон ожидал неверующих вздохов, причитаний, словом, чего угодно, но только не искреннего веселого смеха. А после его мир и вовсе треснул на до и после, когда Марк — Марк, — один из лучших героев «НСТ» просто взял, подошел к Дельфину и по-дружески закинул ему свою руку на плечо. Рядом с ними встал Ренджун и с легкостью, будто так и надо, стянул с лица антигероя маску. Тот недовольно фыркнул, но не проявил ни капли агрессии. Джисон категорически отказывался понимать, что происходит. И ещё сильнее он отмахивался от мыслей о том, что Дельфин — его соулмэйт, черт возьми, — был каким-то возмутительно красивым и милым. Он выглядел совсем не так, как себе представлял плохих парней Джисон.
— Что ж, сегодня ты почти ушел от нас! — вновь рассмеялся Марк и взъерошил волосы Дельфина, создавая у того на голове полный беспорядок. — Если бы не Джисон, то мы бы всяк тебя потеряли.
— Хён! — вскрикнул Джисон, покрываясь красными пятнами от паники. Им нельзя было называть друг друга по реальным именам, не во время миссий.
— Джисон-а, твоё имя у Ченлэ буквально на запястье, — Ренджун цокнул и покачал головой, — было бы странно, если бы Марк продолжил называть тебя Штормом.
— Всё равно, — промямлил он в ответ, стараясь не зацикливаться на том, как в мыслях набатом зазвучало красивое и лаконичное имя Ченлэ. — И вообще, что здесь происходит? Мы разве не должны скрутить его и отдать под закон?
Ченлэ вдруг хихикнул — очень звонко и ярко, — а потом улыбнулся Джисону так, будто это не они пару минут назад готовы были пустить свою энергию друг на друга.
— Ты новенький в агенстве, да? Тогда могу представить твой шок. Видишь ли, Шторм, я — бывший сотрудник «НСТ». И я антигерой, не злодей. Мы вроде как на одной волне с вами, просто способы у нас разные.
— Ты опасен! — настоял Джисон, нетерпеливо топая ногой. — Могли пострадать обычные люди.
— Не могли, — хмыкнул Ченлэ, — моё пение давно увело их отсюда по своим делам.
— Твоё… пение?
Ченлэ кивнул и тукнул указательным пальцем на своё горло. Джисон невольно заметил легкие царапины на бледной коже и красивый кадык, но тут же вернул себя в реальность.
— Мой голос не причиняет боль, он имеет возможность ненадолго подчинить разум оппонента. Им кажется, что я кричу практически на ультразвуке.
Джисон недоверчиво нахмурился и осмотрел рухнувший фундамент двух других зданий. Как они тогда разрушились? Сами по себе, что ли? Впрочем, задать вопрос ему так и не дали — Марк перехватил Ченлэ за руку и потянул на выход, прямиком к их припаркованной в невидимом режиме машине. Ренджун мягко подтолкнул Джисона следовать за ними.
— Мне серьёзно придется вновь сидеть и слушать нотации Доён-хёна? Он не может просто позвонить мне и сказать, как соскучился и что ему просто хочется, чтобы я вернулся? — закатил глаза Ченлэ.
Марк усадил его на заднее сидение и покачал головой.
— Знаешь же, что не может. Ты-то как раз понимаешь это лучше кого-либо ещё.
Ченлэ вздохнул, послушно пристегнулся и отвернулся к окну, моментально стихнув. Джисон помялся и неуверенно взглянул на Ренджуна, взглядом умоляя того разрешить ему сесть на переднее сидение, чтобы не делать ситуацию для себя ещё более неловкой. Тот устало кивнул и плюхнулся рядом с Ченлэ, уложив свою голову ему на колени. Джисон пораженно поморгал пару раз, затем закрыл дверь за Ренджуном и сел рядом с Марком, изо всех сил стараясь не смотреть в зеркало заднего вида. Дорога до агенства прошла в полной тишине.
Если после этого Джисон и помешался слегка на Дельфине (Ченлэ) и его прошлом в «НСТ», то винить его за это нельзя. Во-первых, это было полезное знание о том, какие действительно отношения связывают героев и антигероев. К своему удивлению Джисон понял, что Дельфин был прав — они по большей части дружат, и лишь для профилактики порой герои ловят антигероев, чтобы попытаться вернуть или наставить их на путь истинный. Во-вторых, знание своего врага (а именно таковым Джисон считал Дельфина, и всё равно что там говорят остальные) — самая важная и полезная информация, какую только можно найти. В-третьих, Джисона сжирало любопытство: почему Дельфин ушёл? Почему решил стать антигероем? Каким образом он рушит целые здания? И с чего вдруг все в «НСТ» так слепо доверяют ему, пусть он и старый друг?
— Ченлэ не убийца, — как-то произносит за обедом Марк, когда они с Джисоном внезапно оказываются одни, не вовлеченные в патрули или другие задания.
Джисон от этого заявления вздрагивает сильно и даже выпускает палочки из рук. Те, хвала всевышнему, приземляются на стол, а не на пол. Джисон вновь берет их в руку и хмурится.
— К чему это вдруг?
— К тому, что ты хочешь знать, почему мы не относимся серьёзнее к его выходкам. Он может показаться легкомысленным и импульсивным, но, поверь мне, Джисон, никто так, как Ченлэ, не просчитывает возможные жертвы. Он не тот тип антигероев, что идут по кровавой дорожке. Ченлэ вселяет страх в преступников и может очень серьезно их ранить — это отличает его от нас, безусловно. Однако он не убийца. Кто угодно, но не он. Нет в этом мире того, что заставит его когда-либо замарать руки чужой кровью. Поверь мне.
И Джисон верит. Он убеждает себя: верит потому, что так сказал Марк-хён, а не потому что от этих слов у него внутри всё потеплело, будто он подснежник под долгожданным мартовским солнцем. Не потому, что он, вернее его сердце, знало обо всём этом ещё до того, как он повстречал Дельфина, совсем нет. Никакие они не соулмэйты. Просто не могут быть ими.
После этого Джисон как-то чересчур часто стал наталкиваться на Дельфина. На патрулях, на особых заданиях, даже порой просто возвращаясь с работы, он замечал в толпе знакомую макушку и уже привычный чуть лукавый взгляд темных глаз. Не помогало ситуации и то, что с Дельфином он не просто пересекался — тот явно давал понять, что многие их встречи устроены им специально. Дельфин мог подорвать какой-нибудь безжизненный склад контрабандистов или наркоторговцев, старшие герои обязательно передавали это дело Джисону, и тот несся туда, как угорелый, лишь для того, чтобы стать жертвой флирта и заигрываний. Каждый раз он готовился к тому, что рано или поздно Дельфин «покажет себя», и они сойдутся в схватке (на кулаках, раз уж их энергия друг на друга не действует), но безуспешно. Дельфин дразнил его, смеялся над его смущением и легким раздражением и постоянно пытался вывести на дружеские беседы, старался узнать его лучше. Он называл Джисона не иначе как Шторм, и каким-то возмутительным образом Джисон в глубине души начал понимать, что ему нравится- нет. Ничего он не начал понимать!
— Вызываю Джисона! Приём, приём, меня слышно, или ты так сильно упал в воспоминания о своем драгоценном дельфинчике, что позабыл зачем мы здесь?
Джисон вздрогнул и провел рукой по лицу, словно прогоняя наваждение. Это было его плохой привычкой — оверанализировать, паниковать, раз за разом прокручивать у себя в голове одни и те же воспоминания. Радовало лишь то, что такого не случалось с ним непосредственно в схватках.
Джено по-прежнему стоял рядом. Правда, попкорн он весь съел, с легкой грустью заметил Джисон. Джемин уже совершенно точно спал, раскинув в разные стороны руки и ноги, а на горизонте не было и следа возможной угрозы. Джисон вздохнул, сладко потянулся и уже готов был подойти к ближайшему уличному ларьку за мороженым, как вдруг его взгляд выцепил в толпе слишком знакомое в последние месяцы лицо.
Дельфин не был в своем костюме. Если честно, называть его по антигеройскому имени казалось даже неправильным, пока он вышагивал вдоль парка в темно-синем кардигане, ведя на поводке милейшую пушистую белую собачку и поедая фруктовый лёд. Рядом с ним шел другой парень: симпатичный, с чуть смуглой кожей, длинными ногами, взъерошенными волосами и поступью, будто подпрыгивал. Они явно были близкими друзьями: рука незнакомца придерживала Дельфина за талию, пока второй он жестикулировал, рассказывая что-то смешное. Джисон нахмурился. Что-то в данной картине ему совершенно не нравилось, однако озвучивать даже в мыслях что он не решался. Вместо этого он слегка толкнул Джено плечом и кивнул в сторону появившейся парочки.
— Думаю, надо проследить за ними.
— Ого! Это же Донхёк, — рассмеялся Джено. Джисон непонимающе на него взглянул. — Соулмэйт Ренджуна, невнимательный ты наш. Он герой, который не зарегистрирован ни в одном из агенств. Свободная птичка. Впрочем, ты его можешь знать под псевдонимом Хэчан.
Джисон едва ли не выронил из рук стакан с лимонадом. То есть Джено на полном серьёзе сейчас утверждает, что один из сильнейших героев Сеула, умеющий управлять солнечной энергией, дружит с Дельфином?! Джисон знал Хэчана как героя, который не раз рисковал своей жизнью ради спасения невинных граждан, как того, кто всегда готов был поддержать своей улыбкой и теплыми словами, воодушевить на подвиги или же просто помочь выползти из мрачных мыслей. У него в голове не укладывалось как тот, кто олицетворял собой добро в чистом виде, мог спокойно укладывать голову на плечо Дельфину и громко смеяться с его шуток.
— Если ты не доверяешь Ченлэ, то поверь, что рядом с Донхёком ни один антигерой или злодей не рискнет испортить сегодняшний день, — хмыкнул Джено.
Почему-то эта фраза остро и резко задела что-то внутри Джисона. Он встряхнул головой, прогоняя странное неприятное чувство, метко забросил пустой стакан в мусорку и, сунув руки в карманы, двинулся вперёд.
— Всё равно прослежу.
Джено вздохнул и развел руки в стороны, мол, поступай как знаешь. Джисон сосредоточился на своей энергии, окутал себя легким слоем ветра, чтобы скрыть своё присутствие — он не становился невидимым, но особые сенсоры силы, которые были у каждого человека, теряли его из виду. Натянув козырек кепки на лоб посильнее, Джисон практически бесшумно ступил в толпу, быстро догнал свою цель и принялся идти следом, соблюдая дистанцию в пятнадцать шагов. Обрывки разговора долетали до него лишь мельком и не несли никакого смысла; стало понятно: Дельфин не делится злодейскими планами и не применяет свою энергию (её колебания не чувствовалось), они с Хэчаном разговаривают о самых обыденных вещах. В какой-то момент Джисон позволил себе чуть расслабиться и увеличить дистанцию — они вышли в менее людный участок парка, и теперь толпа не могла скрыть Джисона. Он достал мобильник из кармана джинс, сделав вид будто с кем-то переписывается, однако краем глаза всё равно следил за Дельфином.
Вне костюма, без своей маски или хотя бы привычных объемных худи, он казался… Джисон даже не мог подобрать нужного слова, хотя на языке то и дело вертелось «уютным». Нет уж. Он не назовёт так Дельфина! Плевать, что в их последние встречи у Джисона таки развязался язык, и они поговорили как обычные люди, как соулмэйты — слишком легко нашли темы для разговора, слишком легко сошлись во многих острых углах, несмотря на свою противоположность. Джисон отказывался привыкать к тому, что один вид Дельфина вызывал на его лице глупую широкую улыбку, отказывался поддаваться бабочкам в животе и чувству легкости, появлявшееся в теле каждый раз, когда тот касался его или смеялся с очередной бредовой шутки. Джисон так просто не сдастся!
В какой-то момент Джисон так прочно упал в свои мысли и споры с внутренним «я», что не заметил, как Дельфина и Хэчана остановила группа явно подвыпивших взрослых мужланов. Они были выше них, и в комплекции куда шире; на их лицах красовались слишком уж похабные и злобные ухмылки, и хоть четко слов Джисон разобрать не мог, становилось понятно: те нарываются. Нарываются, потому что беззастенчиво разглядывают и оценивают Дельфина, а какой-то чересчур смелый мужлан даже посмел взять его за подбородок для того, чтобы рассмотреть со всех сторон. Собачка под ногами Дельфина прыгала между ними и громко лаяла, в то время как Хэчан, скрестив руки на груди и сохранив очаровательную улыбку, что-то говорил непонятливым пьяницам. Джисон напрягся всем телом, сдерживая себя, но когда четко расслышал «да ладно вам, пошлите развлечёмся» и увидел недвусмысленный жест языком с щекой, сорвался с места. Впрочем, добежать он не успел: Дельфин открыл рот и сказал мужланам что-то, что для Джисона звучало как непонятный набор резких слов. Те тут же встали по стойке смирно, приняв такой вид, будто увидели наяву свои самые жуткие кошмары, обернулись в противоположную сторону и рванули со всех ног. Однако это произошло так быстро, что Джисон попросту не успел вовремя затормозить, и звук от его беготни привлёк внимание парочки, за которой он так упорно следил. Они обернулись на него одновременного.
— Джисон?! — лицо Дельфина озарило сильное удивление. — Что ты тут делаешь?
Хэчан— вернее, правильнее будет Донхёк, произнёс на распев дразнящее «хооо», и выражение на его лице напомнило Джисону те многочисленные ухмылки, которые Ренджун посылал ему каждый раз, когда ловил его за поиском информации о Дельфине. Джисон стушевался и замедлил бег, перейдя на спокойный шаг, а после и вовсе остановился на расстоянии двух шагов от них.
— Привет… Ченлэ. Просто гулял в парке. Увидел тебя и решил поздороваться?
Произносить вслух его имя оказалось очень приятно. Оно звучало звонко, и в то же время мягко, напоминая собой какой-нибудь цитрусовый леденец, которые так часто лопал в детстве Джисон. Ченлэ явно удивился такому обращению; на пару мгновений его уши очаровательно порозовели, однако само лицо не выдало и каплю смущения. Вместо этого он ярко улыбнулся и поднял на руки собачку, которая прыгала между ними, требуя к себе внимания.
— Ну, тогда привет?
— О? А, да. Здравствуй.
Между ними повисла неловкая тишина. Донхёк рядом неумело замаскировал смех под кашель, а затем протянул Джисону руку, которую тот с легким благоговением и любопытством пожал. Кожа у Донхёка оказалась теплой, почти что горячей. Джисон практически чувствовал бурлящую в его сосудах силу солнца.
— Приятно наконец увидеть тебя воочию, Джисон. Меня зовут Донхёк, я самый лучший друг, а также любимый хён Ченлэ! Пусть он и отрицает эти очевидные ко мне чувства.
Ченлэ закатил глаза и чуть толкнул плечом Донхёка. Впрочем, оспаривать его слова он не стал. Джисон чуть смущенно кивнул и уставился на свои кеды, не зная что делать дальше и куда себя деть. Тишина вновь вернулась, и её опять нарушил Донхёк. Хотя лучше бы он этого не делал.
— Ну, раз ты хотел поздороваться с Ченлэ, и даже как бравый принц несся суда спасать нас от всяких недоносков, я сделаю тебе щедрый подарок и оставлю вас наедине. Можете не благодарить, мне только в радость сводить любящие сердца вместе! Дегаль, лучик мой, идём со мной!
Собачка из рук Ченлэ резво прыгнула к Донхёку, радостно тявкнув. И прежде, чем Джисон или Ченлэ успели хоть слово вставить, тот ухмыльнулся им и щелкнул пальцами, ослепив на мгновение вспышкой. Когда противная темнота перед глазами рассеялась, на дороге парка они остались вдвоём. Джисон не таким способом думал узнать о том, что Хэчан — одна из причин почему он так сильно стремился стать героем в своем раннем возрасте, — обладает ещё и второй способностью к телепортации. Вторые способности были редкостью в их мире, почти как когда-то тысячилетия назад энергия была исключением для подавляющего большинства людей.
Джисон фиксировался на этих ненужных мыслях, в которых он чувствовал себя комфортно, чтобы не позволить себе проникнуться ощущением легкости и счастья, которые напоминали легкие пузырьки сладкой газировки под его ребрами. И всё из-за… Ченлэ.
— Я не планировал сегодня устраивать войну с плохими ребятами и рушить всем хороший день, если что, — подал голос Ченлэ, когда молчание между ними затянулось на мучительные пару минут.
Он звучал обиженно. Ох, боже! Он в самом деле звучал, как обиженный ребенок, которого отругали за то, чего он не делал!
Джисон оторвал взгляд от своих кед и едва сдержал при себе смешок. Ченлэ стоял напротив него, скрестив руки на груди, и выражение его лица было преступно милым. Он едва слышно фыркал, качал головой и поджимал губы — все эти мелкие детали Джисон буквально разом впитал в себя и ощутил невероятно сильный укус совести. У Ченлэ была своя жизнь. Он ведь действительно не был злодеем, когда-то состоял в «НСТ», у него имелись настоящие друзья среди героев, которые дорожили им. Его личность не сводилась к его мировоззрению о том, как надо поучать плохих парней. Ченлэ был гораздо больше этого, а Джисон, словно упертый баран, отказывался это принимать. Почему? Кто знает. Может быть, он просто боялся. Как боялся всех удивительных и прекрасных вещей, которые точно кардинально изменят его жизнь.
— Извини, — искренне произнёс Джисон, чем заставил Ченлэ взглянуть на него немного по-новому. — Мне тяжело даётся вся эта история с антигероями и тем, что вы не преступники. Ну, по крайней мере не уровня злодеев или всяких отморозков, которым в радость ломать другим жизни.
— Не все из нас дружелюбные, — вздохнул Ченлэ и опустил свои руки по бокам, натянув на ладони рукава кардигана. Очаровательная привычка? — Так что твои опасения можно понять. Я тоже извиняюсь за своё поведение.
— О? Почему? — Джисон в самом деле удивился. Он не помнил, что Ченлэ сделал бы что-то такое, за что стоило извиняться.
Ченлэ взмахнул руками в воздухе, вырисовывая нечто абстрактное. Кончики его ушей вновь покраснели, но на сей раз лицо всё же выдало каплю смущения, и Джисон едва удержался от того, чтобы вслух не произнести «мило».
— Все эти мои взрывы и другие выходки лишь бы заманить тебя и развести на диалог. Глупо и по-детски. В один момент мне показалось, что я нарушил твои личные границы и заставил тебя чувствовать дискомфорт. Вот за это и извиняюсь. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы рядом со мной ты был не в своей тарелке.
И после этого, впервые за те месяцы, что они знали друг друга и сталкивались, оставаясь наедине, Джисон улыбнулся. Улыбнулся свободно и спокойно, потому что больше сдерживать позитивные эмоции не хотелось. Ченлэ неведомой силой вытягивал их из него, и это было чудесно. В этот момент даже бабочки в животе Джисону показались приятными.
— Не извиняйся, всё в порядке, — Ченлэ улыбнулся ему в ответ. У него очень красивая улыбка. — Никто прежде не взрывал резиденцию наркоторговца, чтобы позвать меня на свидание. Это было весьма лестно, должен признать.
Ченлэ звонко рассмеялся, закинув голову вверх. Джисон гораздо тише, но не менее искренне рассмеялся в ответ. Казалось, стена напряжения, которую они так упорно игнорировали и невольно строили своими собственными руками, треснула и рухнула в считанные секунды.
— Знаю, что ты скорее всего на патруле, — произнёс Ченлэ, когда их смех стих, — но не хочешь пройтись? Озеро во время заката в этом парке очень красивое!
Джисон знал, что мог отказаться. Какая-то часть его — та занудная, детская и упрямая, которая по-прежнему делила мир лишь на плохих и хороших, — даже требовала, чтобы он сказал нет. Но Ченлэ стоял перед ним, в этом своём темно-синем кардигане, с рукавами, спущенными практически до кончиков пальцев, с легкой улыбкой на губах, здоровым и свежим румянцем на щеках и с горящими озорством и надеждой глазами. Он весь излучал теплую энергию, в которую Джисон хотел завернуться, словно в одеяло, и больше никогда и никуда не уходить. Ему хотелось пойти к озеру вместе с Ченлэ, вместе с Дельфином, вместе с его соулмэйтом. Поэтому, набравшись смелости, он встал рядом с ним, плечом к плечу, и слегка кивнул.
— Пойдём.
Ченлэ беззлобно ухмыльнулся, толкнул его плечом и широким шагом зашагал вперёд. Джисон последовал за ним.
милого, общительного и интересного Ченлэ, а не опасного, как ему казалось, Дельфина. Он впитал в себя звук его голоса, отметил для себя парочку привычек (некоторые из них — плохие, от которых бы его отучить), узнал про его интересы, даже про семью и друзей. Ченлэ открылся так легко, что Джисон даже не успел отыскать ключ от его сердца, а, быть может, он всегда уже был вложен в его ладонь — с тех самых секунд, как он сделал свой первый вдох.
После этого они обменялись номерами телефонов, и последняя стена между ними окончательно рухнула.
Теперь Джисон начинал и заканчивал свой день с видеозвонка Ченлэ, а порой даже брал его с собой в патрули или присоединялся к нему сам, чтобы «контролировать» его действия на поле боя. Из них вышла чудесная команда, что не удивительно, учитывая их связь, но даже не будь её, Джисону почему-то казалось, что они с Ченлэ всё равно бы отлично сошлись — прямо как нужные друг другу кусочки цельного паззла.
Помимо битв Ченлэ был хорош в разведке и выкачивании данных из подозреваемых и их сообщников, и всё чаще Джисон ощущал небольшую грусть от его отсутствия в стенах НСТ. Понятное дело, что он не застал Ченлэ там, однако теперь, зная его практически вдоль и поперёк, Джисон сильно замечал его отсутствие рядом. Ему бы хотелось быть его официальным напарником, брать с ним сложные задания на двоих, всегда прикрывать спины друг друга, делить обязанности во время патрулирования или расследований. Он всё чаще ловил себя на желании услышать смех Ченлэ, увидеть его улыбку и хитрый прищур через прорези маски, выслушать его очередные подколы с недо-флиртом и ощутить легкое похлопывание его ладони по своему плечу или спине. Когда Ченлэ находился рядом, весь мир ощущался целым и понятным, будто больше ничего не могло навредить Джисону.
Из-за этого липкого и неприятного чувства одиночества, Джисон вновь углубился в изучение того, каким Ченлэ был героем. Ему даже удалось отыскать его геройское имя, и сказать, что весь последующий вечер он провел в смущении — не сказать ничего. Ченлэ прежде носил имя Звезда, был не особо популярным у обычных людей в силу непонятных и будто скрытых сил (ведь всем подавай шоу), однако для Джисона в его юном возрасте он стал сильнейшим толчком попробовать пойти в профессию героев. В альбомах, где он собирал разные постеры и фото своих любимых героев, Звезда в одиночку занимал добрую половину каждого из них. Джисон помнит каким ударом для него стал уход Звезды из НСТ — как раз накануне его вступительных экзаменов. Почему он раньше не сложил два и два? Теперь, когда он думал об этом, глупые бабочки начинали щекотать уже не только живот, но и ребра — таким легким и странно счастливым Джисон себя чувствовал. Возможно, они в самом деле предначертаны друг другу.
В один из дней, четыре месяца спустя того вечера в парке, Джисон отыскал в архивах общие фотографии Ченлэ и его команды — наставников Джисона. На них Ченлэ казался чуть более юным и расслабленным, у него были темные волосы в контраст с его нынешними серебристыми, улыбка до ушей и яркий неоново-зелёный кардиган на плечах, от которого так и веяло духом НСТ. Джисону очень захотелось оказаться на этой фотографии рядом с ним, плечом к плечу, и невольно его взгляд скользнул на человека, стоящего рядом. Его Джисон не знал совершенно, что, в общем-то неудивительно, учитывая скрытые личности многих героев. Однако на фотографии никто не носил масок, и Джисону с легкостью удалось найти всех своих наставников — даже тех, с кем он в силу природной стеснительности не особо тесно общался. Получается, этого юношу Джисон в самом деле видел впервые. Ченлэ же, впрочем, казалось был довольно близок с ним: закинутая рука на плечо, сдвинутая в его сторону голова, да и стояли они тесно прижавшись друг к другу. Незнакомец несомненно был его другом. Завязал с карьерой героя вместе с Ченлэ? Вполне возможно.
Джисон вздохнул, убрал фотографию на место и вышел из архива, ощущая отсутствие своего соулмэйта с новой силой. Это была побочная часть связи — если та оказывалась сильной, то порой отсутствие долгой физической близости причиняла дискомфорт. И пусть данный факт смущал Джисона, ему очень сильно хотелось встретиться с Ченлэ и возможно даже подержать его за руку. Ну, чисто чтобы связь успокоить, разумеется. Убедив себя в том, что желание увидеться с Ченлэ обосновано лишь этим, Джисон вытащил мобильный телефон из карман своих джинс и быстро набрал уже наизусть выученный номер. Ченлэ поднял трубку спустя три гудка; на фоне отдаленно доносился лай Дэгаль — значит, он был дома.
— Джисон-и? Что-то случилось? Нужна помощь?
Сердце Джисона совершенно точно не участило свой ритм после такого обращения.
— Нет, всё в порядке. На самом деле я просто звоню узнать, не хочешь ли ты, эм, не знаю, прогуляться? Или можем просто позависать вместе на квартире либо у меня либо у тебя. Только если ты хочешь и не занят конечно!
Ченлэ рассмеялся — звонко, ярко и весело, так, как умел только он. Джисон против воли улыбнулся в ответ; со стороны он наверняка выглядел влюбленным придурком.
— Отличная идея! Как насчёт марафона фильмов от Марвел? Приходи ко мне, я сейчас скину тебе адрес и метку на карте. По пути можешь купить снэков, а я пока закажу доставку на дом. Ты же не будешь против китайской еды?
— Только за.
— Вот поэтому ты мне и нравишься, — вновь рассмеялся Ченлэ, а Джисон попытался не выронить телефон из внезапно потной ладошки, — ладно, до скорого!
— До скорого…
Пару секунд Джисон, поджав губы, подкидывал телефон в своей руке. Затем, взвесив все «за» и «против» вернулся в архив и забрал найденную фотографию с собой. Он ничего не мог поделать — природное любопытство буквально пожирало его изнутри. Да и потом, Ченлэ любит вспоминать о своих деньках в стенах НСТ, находка Джисона его только порадует. С такими мыслями и легкой улыбкой на лице Джисон забежал в ближайший супермаркет, набив свой рюкзак чипсами, попкорном, мармеладом и газировкой, после чего вновь извлек мобильник из кармана джинс и отправился к указанному на карте месту.
Дом Ченлэ был… огромным. Он располагался в районе для богатых, где стояли роскошные частные двух- а то и трехэтажные дома. Каждый участок был огорожен высоким забором с видимой охранной системой, по дорогам разъезжали дорогущие автомобили последних моделей, по пешеходным тропинкам домой направлялась прислуга после рабочего дня. Джисон представил себя грязным уличным котёнком, который случайно набрел на не ту территорию. В одну секунду ему захотелось развернуться и убежать, даже не позвонив в ворота, как вдруг те распахнулись сами, представив его взору Ченлэ в домашних растянутых штанах, уютной теплой толстовке и с гнездом на голове. Под его ногами прыгала и махала маленьким хвостиком Дэгаль, стараясь получше разглядеть неожиданного гостя. И вот так просто — лишь из-за того, что Ченлэ теперь оказался перед ним, Джисон почувствовал себя на своём месте.
— Как ты-
— Жду тебя минут семь где-то. Понял, что не предупредил обо всем этом, — Ченлэ взмахнул руками, наверняка имея в виду свой особняк, — и подумал, что ты испугаешься и сбежишь. Поэтому решил встретить лично.
Джисон облегченно выдохнул и, не ведая что творит, подошел к Ченлэ ближе, уткнувшись лбом в его плечо. Для этого ему пришлось не особо удобно нагнуться, но плевать. Потому что в следующую секунду Ченлэ, будто сомневаясь или стесняясь, слегка приобнял его, мягко похлопав по затылку.
— Что, так сильно испугался? — в его голосе тут же послышались дразнящие нотки.
— Нет, просто… некомфортно.
Ченлэ понимающе хмыкнул и сам щекой уткнулся в плечо Джисону, обняв его чуть крепче. Сердце Джисона тут же сбилось с ритма, а лицо залило предательским жаром. Он в полной мере прочувствовал их близость, и ему захотелось хорошенько закричать от переполняющих грудную клетку эмоций. Благо Ченлэ через пару секунд отстранился, заправив прядь непослушных волос за невероятно красное ухо, и, прокашлявшись, кивнул в сторону особняка.
— Пойдем? Или тебе по-прежнему неуютно? Тогда я могу переодеться и мы отправимся к тебе.
Джисон отрицательно закачал головой.
— Всё в порядке. Теперь мне гораздо лучше.
Потому что ты здесь.
Ченлэ мягко улыбнулся ему и отступил в сторону, дав зайти за ворота, где начинался роскошный сад. Дэгаль радостно гавкнула и принялась запрыгивать на ноги Джисону, чем здорового того напугала. Она была крохой, и тот просто-напросто боялся нечаянно наступить на неё и причинить ей боль. Ченлэ, словно уловив его мысли, поднял Дэгаль на руки.
— Знаю, знаю. Джисон-и очаровашка, но не надо вести себя столь вульгарно, Дэгаль. Не так я тебя воспитывал!
Джисон мягко рассмеялся и проследовал следом за Ченлэ. Раньше все эти «ты милый», «очаровашка» и прочее здорово вгоняли его в краску, но теперь такое обращение в свою сторону воспринималось как нечто знакомое и приятное. Надо же. Ченлэ сумел выдрессировать его к комплиментам, хах.
Внутри особняк оказался внезапно уютным. В нем не было вычурного показного минимализма или чистоты, всё пространство казалось обжитым, некоторые предметы декора стояли в хаотичном порядке, на стенах красовались многочисленные фотографии членов семьи, и много где можно было обнаружить горшки с живыми цветами. Комнат Джисон насчитал немало, но из-за домашней обстановки это совсем не пугало, а теплые и мягкие цвета интерьера даже радовали и расслабляли. Особняк по-странному хорошо подходил Ченлэ — той его спокойной и уверенной части, которая открывалась лишь перед близкими ему людьми. В комнатах везде пахло свежестью и чем-то сладко-пряным, отчего хотелось прилечь на пушистый ковер на полу, чтобы задремать. Впервые за всю свою жизнь Джисон не чувствовал себя неловко или неуклюже, находясь в гостях у кого-то.
Ченлэ провел его в свою комнату на втором этаже, где их уже ждал подготовленный кофейный столик с китайскими блюдами, горячим чаем и проектором с поставленным на паузу фильмом от Марвел. Джисон чуть потоптался у порога прежде чем войти, потому что глупые бабочки в животе разбушевались не на шутку. Отчего-то тот факт, что Ченлэ спокойно впускал его в свою комнату — своё личное пространство, где буквально каждый уголок кричал о его характере, взглядах и интересах, — заставлял Джисона чувствовать себя невероятно счастливым.
Ченлэ заставлял его чувствовать себя невероятно счастливым.
— Какие снэки купил?
Джисон слегка вздрогнул, вырвавшись из кокона своих нежных чувств, и наконец прошел в комнату, на ходу снимая рюкзак с плеч. Ченлэ уже удобно уселся на пол, облокотившись спиной о свою кровать, и с готовностью принял рюкзак, быстро опустошив его. Джисон сел рядом, осторожно поднял Дэгаль на руки и опустил её к себе на колени. Та радостно принялась обнюхивать его руки и футболку, изредка издавая звуки наподобие фырканья. Она заключала в себе невероятное количество обаяния, и пусть Джисон всё ещё боялся ненароком причинить ей боль, после фразы Ченлэ «она не хрустальная», он нашёл в себе силы легонько погладить Дэгаль по пушистой макушке, за что тут же получил облизанные пальцы.
— А ты ей нравишься! — рассмеялся Ченлэ, после чего забрал Дэгаль с колен Джисона и уложил её на кровать. — Меньше, чем Марк, но определённо больше, чем Донхёк.
Джисон польщенно улыбнулся.
— Не против начать с первого сольника Кэпа? Он мой любимый герой, — с любопытством спросил Ченлэ.
— Совсем не против. Впрочем, больше всего я люблю Человека-паука.
— Значит его посмотрим сразу после!
— Плевать на хронологию?
Ченлэ ухмыльнулся в ответ и кивнул.
— Плевать на хронологию. Тем более если ты любишь Человека-паука не во вселенной Марвел.
— Честно, сильнее всего люблю анимации с ними, фильмы в каких-то аспектах не дотягивают для того, чтобы я был полностью удовлетворен.
— Да ты нерд! C ума сойти, мой соулмэйт — очаровательный нерд, одержимый вымышленными и реальными супергероями, — Ченлэ беззлобно рассмеялся, чем вызвал легкую смущенную улыбку у Джисона. — Но принято к сведению. Тогда к черту фильмы, после этого будем смотреть анимацию.
— Спасибо.
— Нет проблем! И начинай кушать. Держу пари, ты с утра ничего не ел.
Ченлэ протянул ему палочки, включил фильм, и они оба принялись за еду, постепенно втягиваясь в столь знакомое повествование о «первом мстителе». Затем они плавно перетекли в просмотр «Спайдерверс», а после в сериал 90-х про Человека-паука. Со временем еда закончилась, снэки и газировка больше не помещались в желудок, и на них накатило сонное настроение. Если бы не оно, Джисон сто процентов паниковал и смущался своей близости с Ченлэ: свою голову тот уютно пристроил на плече Джисона, часть его спины касалась его груди из-за того, что Ченлэ по сути полулежал на нём, и их ладони соприкасались друг с другом, изредка давая легкий приятный электрический разряд вдоль всего тела. Джисон не мог понять из-за чего так происходило — из-за их близости или чего-то ещё, — но думать и анализировать сил попросту не осталось, и он позволил себе просто раствориться в моменте. В какой-то момент он задремал, а проснулся от того, что Ченлэ накрыл его мягким пледом.
— Останешься на ночёвку? — спросил тот, кивая в сторону окна, за которым давно село солнце.
— Если только я тебя не стесню.
— Нисколько. Но сначала встань и иди прими душ. Я приготовил тебе чистые домашние вещи своего отца, потому что не уверен что тебе будет комфортен размер моей одежды.
Джисон поблагодарил его и, следуя за Ченлэ по коридорам особняка, благополучно добрался до душа. Теплая вода немного смыла с него сонное состояние, однако не изменила приятное ощущение покоя и полной внутренней гармонии. Один из гелей для душа пах как Ченлэ, что не удивительно: легкий аромат мяты и чего-то цитрусового, и Джисон, с горящими алыми щеками, использовал именно этот гель. Почему-то мысль о том, что от него будет пахнуть ароматом Ченлэ, заставляла его глупо и радостно смеяться себе под нос. После душа, переодевшись в более комфортную одежду и высушив волосы до степени «приемлемо влажные», он вышел из ванной комнаты и по памяти вернулся обратно к Ченлэ. Тот уже расстелил кровать, надел пижаму и лениво листал какую-то книгу, свободной рукой поглаживая спящую у его бедра Дэгаль. Джисон неловко откашлялся, не заметив на полу футона. Ченлэ же не?..
— Моя кровать достаточно большая для нас двоих, чтобы мы могли спать комфортно, не задевая друг друга, — словно прочитав его мысли, произнёс тот. — Да и нет у меня футона, извини.
Он отложил книгу и с беспокойством взглянул на Джисона.
— Впрочем, если ты из-за этого чувствуешь дискомфорт, то я могу поспать в спальне родителей, они сейчас всё равно за границей по делам.
— Нет-нет, всё в порядке, не беспокойся.
Убрав полотенце на полотенцесушитель, Джисон прошёл к кровати и слегка неуклюже забрался на неё, откатившись к стенке — месту, которое Ченлэ оставил для него. Здесь за большой и мягкой подушкой стоял рюкзак Джисона. Позабытая из-за приятного времяпровождения мысль тут же вновь проснулась в его голове, и Джисон, поспешно открыв внутренний карман, достал фотографию, которую обнаружил в архиве. Удивительнейшим образом она не смялась, лишь слегка выгнулась, но это легко потом исправит какой-нибудь увесистый мамин роман из домашней библиотеки.
— Ченлэ, ты не сильно устал? — дождавшись отрицательного кивка головы, Джисон продолжил: — Могу я тогда понадоедать тебе вопросами?
Ченлэ отложил книгу в сторону и хмыкнул. В теплом свете ночника, с растрепанными и слегка влажными волосами, в широкой ночной рубашке он казался Джисону невероятно живым, настоящим, открытым. Джисон вдруг невероятно сильно почувствовал между ними близость — не столько тактильную, сколько духовную. Теперь они доверяли друг другу: доверяли настолько, что не боялись показать себя со столь уязвимой, домашней и искренней стороны. Хотя это чувство выходило даже за пределы доверия — теперь рядом с Ченлэ Джисону было безопаснее, теплее и приятнее всего. Он стал его тихим местом — той недостающей деталью мира, с которой можно укрыться от всех невзгод и согреться вплоть до самого быстро стучащего под ребрами сердца. Джисон так сильно утонул в этом мягком и успокаивающем ощущении, что лишь спустя какое-то время понял, что Ченлэ что-то говорит ему.
Ох, неловко.
Ох, чёрт, да он же пялился на Ченлэ!
Покраснев до, кажется, самых корней волос, Джисону удалось выдавить из себя сиплое «что?». Ченлэ в ответ звонко рассмеялся и кивнул в сторону фотографии в руках Джисона.
— Это она побудила в тебе вопросы?
— О? А, да. Просто на этой фотографии есть человек, которого я не узнал. Он рядом с тобой, вот тут, — Джисон придвинулся ближе к Ченлэ и развернул фотографию к нему, указав мизинцем на незнакомца. — Если это не какая-нибудь страшная тайна, поделишься со мной тем, кто он?
Ченлэ внезапно весь как-то подобрался, словно закрылся от окружающего его мира. Придвинул колени к груди, нахмурился, прочистил горло кашляем. Привычные озорные огоньки в глазах угасли, и на замену им пришла незнакомая Джисону горечь.
О. Возможно показать фотографию Ченлэ было не лучшей идеей.
— Этот человек — мой лучший друг. Он был моим напарником долгое время, но о нём мало кто знал, потому что его дар заключался в перемещении по теням и их же управлением. Я всегда спорил с ним на тот счёт, что с его-то способностями о нём должны знать все! Однако он лишь хмыкал и пожимал плечами. Ему нравилось быть для мира неуловимой невидимкой.
Ченлэ улыбнулся — слабо, как улыбаются люди выцветшим воспоминаниям у себя в голове. Джисон поежился; ему расхотелось узнавать больше о данном человеке. Из-за него Ченлэ словно провалился в ту часть жизни, до куда Джисон не мог дотянуться — в неизвестное прошлое, — и его голос стих, смех превратился в притворный кашель, который удерживал то ли слёзы, то ли крик. Джисон накрыл его ладони своими, аккуратно перевернув фотографию белой стороной вверх. Впрочем, Ченлэ тут же высвободил одну руку и перевернул фото обратно, возвращая всё своё внимание человеку из своего прошлого.
— Его зовут Чон Сончан.
— Вы… вы поссорились? Он не согласился с тем, что ты решил стать антигероем? — осторожно спросил Джисон, сжав пальцы Ченлэ.
Как напоминание: ты здесь, я здесь, мы здесь вместе.
— Нет, он—
Ченлэ внезапно прервался и уставился на Джисона. Тот уставился в ответ, ожидая окончания предложения.
— Скажи, Джисон, что для тебя означает быть героем? Помогать людям? Быть наравне со своей энергией и ощущать гармонию от управления ей? Или нечто иное?
Столь резкая смена темы слегка выбила Джисона из колеи, но он решил не возвращать разговор в прежнее русло. Голос Ченлэ звучал серьёзно, и этого было достаточно, чтобы он искренне задумался над заданным вопросом.
— На самом деле, я ещё до конца не понял. Знаю, что это моя детская мечта: быть на передовой во время опасности, заслонять собой тех, кто не может защитить себя самостоятельно, играть роль одновременно щита и клинка, понимаешь? Но не смертельного клинка. Быть… эталоном надежды, что ли? — Джисон неловко рассмеялся. — Ужасно звучит, но это то, чего мне действительно хочется. Доказать, что со злом можно бороться без крови.
Между ними повисла секундная тишина. В следующий миг Ченлэ шумно втянул воздух в легкие, закрыл глаза и крепко-крепко сжал пальцы Джисона в ответ. Когда он вновь посмотрел на него, его лицо выражало странную смесь обожания и чистой, чересчур горькой боли.
— Вот и он думал почти что так же, — дрожащим шепотом произнёс Ченлэ. — Сончан верил в это, Джисон. Он верил, что на поле боя существует негласный этикет: если герой не убивает злодея, то и тот не станет убивать тоже.
Сердце Джисона замерло в груди. Кровь в венах неприятно похолодела, и липкий ужас сковал его тело. Он со страхом выдохнул, пытаясь переварить услышанное.
— Сончан, он..?
— Умер? — Ченлэ горько усмехнулся и вновь прокашлялся, теперь уже очевидно отгоняя непрошеные слёзы. — Нет. В ту ночь злодей, который по чудовищной ошибке классифицировался как средний класс опасности, сотворил с ним нечто куда более мерзкое и жестокое. Он нанёс удар в позвоночник, а после — в голову. Я думал, Сончан умер у меня на глазах, в пару метрах от моих тянущихся к нему рук. Естественно я погнался за тем злодеем, не соображая ничего от злости и ужаса.
Ченлэ взмахнул руками в беспомощном жесте, и его пальцы выскользнули из ослабшей хватки Джисона. Когда Ченлэ продолжил, его голос был полон гнева.
— Я преследовал его по пятам целый час. Благо мы были в заброшенной части старого города, потому что видит всевышний — от неё ничего не осталось. Меня словно ослепило болью утраты, и я был готов разорвать напополам этого ублюдка, руками вырвать его внутренние органы и размазать его кровью по земле послание всем чертовым злодеям! Я был готов убивать, Джисон, и делать это медленно и болезненно. Он забрал у меня Сончана. Мою лучшую половину, мою тень, моего напарника и друга. В тот миг мне казалось, что ничего уже не имеет смысла.
С пола раздался жалобный скулёж. Ченлэ наклонился и поднял Дэгаль, уложив её себе на колени. Она тут же принялась облизывать его запястья, на одном из которых яркими черными красками было выведено имя Джисона. В ту ночь запястье Ченлэ держало на себе одни инициалы, и ему всё равно казалось, что он потерял абсолютно всё.
В ту ночь Джисон мог потерять Ченлэ, так его и не встретив.
— И знаешь? Мне удалось загнать его в угол. Он пусть и искусно владел своей энергией, по силе всё же уступал мне. Никогда прежде я не испытывал такой ненависти и злости к кому бы то ни было. Я избил его до потери сознания, а когда он уже не мог сопротивляться, пора было наносить решающий удар. Однако меня остановил Марк. Он и другие прибыли на место нашего задания, когда от ближайших домов поступили жалобы о том, что что-то происходит в заброшенной части города. Марку пришлось связать мне руки и буквально оттащить от того ублюдка. Я рвал и метал, кусался и покрывал Марка последними словами, — Ченлэ поджал губы и покачал головой, — но я был измотан погоней и боем, поэтому вскоре стих. А потом мне сказали, что Сончан жив.
Джисон обеспокоено посмотрел на него. Ченлэ придвинулся ближе и устроил свою голову на его груди, прижавшись к нему, будто желая сбежать от дурных воспоминаний. Дегаль подпрыгнула в его руках и принялась вылизывать подбородок Джисону, но он лишь бережно отстранил её и взял Ченлэ в кольцо своих рук, принявшись мягко поглаживать его по спине.
— Можешь представить себе, как счастлив я был, услышав это? — Ченлэ вновь принялся шептать. Его горячее дыхание щекотало шею Джисона. — Тут же рванул с Марком обратно в штаб, куда Сончана и увели. Ворвался в лазарет, принялся обнимать его, пока не понял, что что-то не так. Я посмотрел на него, он — на меня, и секунду спустя он спросил кто я. Я смотрел на своего лучшего друга детства, на того, с кем мы вместе стали супергероями и лучшими напарниками НСТ, а он смотрел на незнакомца. Незнакомца, вымазанного в чужой крови и пыли с грязью. Минутой после Доён-хён сказал, что Сончан не может ходить.
— Ченлэ…
— Его контроль энергии заключался в ногах, Джисон. В ногах. Он потерял связь со своей силой, он потерял свою личность, он стал простой оболочкой. Доён-хён и Тэиль-хён пытались вылечить его, но бесполезно! Хуже того, мозг Сончана стал отказываться запоминать и усваивать информацию. Нельзя вернуть старые воспоминания, и нельзя создать новые. Его поместили в специальную лечебницу для героев с серьёзными травмами, и больше я его не видел. День спустя я разругался с властями, которые пытались отчитать меня за ущерб в районе заброшенной части старого города и чересчур брутальные методы борьбы со злодеем, и я ушёл из НСТ, чтобы не вредить их имиджу в глазах обычных людей. Да и потом, не думаю, что после Сончана я стал бы придерживаться правила «бьём злодеев, но легонько». И я не стал. Теперь я бью их очень и очень сильно. Так, как они того заслуживают.
Джисон судорожно выдохнул и обнял Ченлэ с новой силой, прижавшись губами к его макушке. Он чувствовал биение сердца Ченлэ — быстрое, гулкое. Они были вместе, были рядом, однако Джисон всё равно ощущал, что не может до него дотянуться. Не сейчас, не тогда, когда их разделял друг от друга барьер пережитого ужаса.
— И в этом главная проблема, Джисон-и. Ты слепо и оптимистично веришь в мир борьбы героев против злодеев, где герои — всесильные борцы за справедливость, а злодеи — лишь помеха на пути к вечному миру. Но мы из плоти и крови, за масками и костюмами скрываются хрупкие жизни. Нельзя идти на разъяренного льва с букетом белых орхидей. Порой приходится быть жестоким.
— Да я, — сипло ответил Джисон, — я понимаю. Теперь понимаю.
Ченлэ глубоко вздохнул и вскинул голову вверх, чтобы посмотреть ему в глаза. Они были невероятно близко друг к другу, и всё, чего Джисону хотелось — это чтобы Ченлэ почувствовал это. Чтобы он согрелся и успокоился. Чтобы присутствие Джисона помогло справиться ему с этой болью.
— Знаешь? Лучше, чтобы ты никогда не понял этого на практике. Я правда желаю тебе лишь легких миссий. Не потому, что ты не способен на большее, а потому что какой-то частью своей души я безумно сильно люблю этот твой оптимизм.
Дэгаль звонко тявкнула, словно подтвердив слова Ченлэ. Тот слабо, но искренне рассмеялся и, отодвинувшись от Джисона, аккуратно спустил её обратно на пол.
— Извини, что внезапно обратил нашу ночёвку в нечто столь угрюмое.
— Извини, что принёс эту фотографию и вскрыл старые раны.
Они вновь посмотрели друг на друга. На их лицах не было улыбок, однако постепенно, чуть погодя, знакомый свет озорства и радости вновь показался в глазах Ченлэ, и Джисон спокойно выдохнул. Он поудобнее взбил свою подушку и лег лицом к Ченлэ, сонно моргнув.
— Спасибо, что поделился этим. Правда.
Ченлэ лег напротив него, погасив свет в комнате. Джисон не видел его лица, но в его голосе слышалась теплая искренность.
— Спасибо, что выслушал.
Спустя полчаса тишины дыхание Ченлэ выровнялось. Он уснул. Джисон приоткрыл свои веки и сжал ладони в кулаки, силясь унять нарастающую изнутри панику. Ченлэ был рядом, и Джисон по-прежнему чувствовал себя защищенным со всех сторон. Однако теперь его сердце дрожало от страха: а силен ли он сам достаточно, чтобы подарить Ченлэ такое же чувство безопасности и комфорта? Силен ли он настолько, чтобы спокойно укрыть его от боли и залечить старые шрамы?
Ченлэ был прав: Джисон очень идеализировано и даже по-детски видел мир борьбы «добра со злом». Ему с легкостью давались миссии, он не боялся вступать в бой и сажать в тюрьму злодеев, после одаривая репортеров уверенной победной улыбкой. Остальные наверняка прятали от него не самые приятные части их работы, ведь по сути он пока только начал свой путь, как герой. И в дальних залах НСТ, куда ему вход пока закрыт, или в подземной части штаба, где взаперти держатся некоторые злодеи, определенно прятались те скрытые части: кровавые, жестокие, жуткие и пугающие. Ченлэ был прав ещё и в том, что они все из плоти и крови. Герои — не боги, не пришельцы из космоса, не роботы-андроиды. Их так же легко ранить и отобрать жизнь, как и у простых людей. Джисона так же легко ранить… Ченлэ так же легко ранить.
Впервые за долгое время Джисон ощутил ужас перед тем, в чём заключается его работа. Он с болью сглотнул ком в горле и придвинулся ближе к Ченлэ, крепко прижавшись к его спине. Паника немного отступила, знакомый и уже родной аромат наполнил легкие, прогнав холодный ужас прочь. Ченлэ что-то неразборчиво пробормотал во сне, но так и не проснулся. Джисон зажмурился и оставил легкий поцелуй в основании его шеи, считая ритм собственного сердца.
На сто сороковом ударе он потерялся в своих сновидениях.
Их утро выдалось сумбурным. В центре города устраивала дебош выбравшаяся из тюрьмы группа злодеев среднего ранга, и Джисона разбудил сигнал тревоги на его КПК. В дикой спешке он одновременно натягивал свой костюм, мыл лицо и жевал тост с беконом и яйцом, который ему любезно предоставил Ченлэ, проснувшийся несколько раньше него. В итоге они даже толком не попрощались — Джисон сломя голову унёсся помогать Ренджун-хёну, Марк-хёну и Тэён-хёну. К счастью, битва не была сложной, и им удалось оставить в сохранности здания и летние террасы кафе, а также схватить злодеев и вновь передать их властям. Лишь в раздевалке штаба, надевая на себя повседневную футболку после душа, Джисон кое-что осознал.
Фотография. Он оставил её в доме Ченлэ.
Эта мысль тут же вернула его к их ночному серьёзному разговору, загрузив в его голову новую идею. Она определенно была ужасной, однако никто его не убьёт за попытку, правильно ведь?
Убедив себя самого, что ничего плохого не случится, Джисон вышел из раздевалки и пошел в противоположную от выхода сторону — в лазарет. Тот занимал собой приличное крыло их главного штаба и делился на две основные части: приёмная для небольших ранений, ушибов и прочего, и стационар для более серьёзных случаев — в него так же входило несколько операционных. Внутри лазарета всегда приятно пахло чистотой и эфирным маслом иланг-иланга, все склянки, справочники, шприцы, перевязочные материалы и прочие вещи лежали строго на своих местах, а само место заливал холодный белый свет. Впрочем, лазарет всё равно был уютным благодаря живым цветам, выглядывающим тут и там из разных углов, ярким картинам на стенах и главному врачу НСТ — Ким Доёну. Его сила была способна исцелять серьезные ранения не только физического, но и энергетического характера, из-за чего Тэён-хён редко когда разрешал Доён-хёну учавствовать в сражениях, пусть тот и обладал второй силой — растения отвечали на его зов. Впрочем, Доён-хён не жаловался на это и отдавал всего себя изучению энергии, тренировкам своей силы и изучениям обычных хирургических и прочих справочников о здоровье. Джисону Доён-хён нравился. От него веяло чем-то домашним, спокойным и ободряющим.
Как и всегда, Доён-хён сидел у себя за столом. На сей раз он листал гигантский справочник про человеческий мозг и отхлебывал из огромной чашки явно остывший чай: Джисон чувствовал состояние воздуха, и в нём не ощущалось присутствия пара совсем. Остановившись на пороге, Джисон тактично постучал по косяку двери три раза. Доён-хён тут же оторвался от справочника. Его очки забавно съехали на кончик носа, однако Джисона он всё же узнал.
— Джисон-и! Что такое? Сегодняшний порез не до конца затянулся?
— Нет-нет, со мной всё в порядке, не переживай, хён. Я к тебе по совершенно другому вопросу.
Доён-хён кивнул на удобное кресло перед его столом, приглашая. Джисон с готовностью сел, сцепил руки в замок и наклонился вперёд, чуть понижая голос из-за паники, растущей внутри.
— Пожалуйста, расскажи мне всё, что ты знаешь о состоянии Чон Сончана.
наставники друзья, тут же вновь втянув его в коллективные объятья. И пока он под их чутким присмотром не съел приготовленные Джемином домашние блюда и не напился горячего чая со свежими пирожными, они не отпустили его.
— Больше никогда не рискуй так сильно, хорошо? — Джемин приобнял его, окуная в свой привычный аромат кофе. — Мы все жутко перепугались, когда увидели сколько своей силы Донхёк вливает в ваши тела.
— Да, — Ренджун слабо улыбнулся. — Нам повезло, что он так быстро примчался к нам из США.
— Он был в США?! — удивленно вытаращился Джисон.
— Да, съезд главных героев стран или что-то типа того. И потом, одна из его сил — телепортация, так что не теряй рассудок от столь быстрого перемещения. Конечно, ему всё же потребовалось время, чтобы не растрачивать все силы на единичный межпространственный прыжок, поэтому к основной битве он не успел.
— Да и не так это важно, — мягко улыбнулся Марк. — Главное, что он успел спасти тебя и Ченлэ.
Они поговорили ещё немного, но когда небо за окном окрасилось в теплые персиковые оттенки заката, пришла пора прощаться до следующего рабочего дня. С Джисоном же попрощались на неделю вперёд, поскольку лично Тэён-хён настоял на том, чтобы ему выдали оплачиваемый отпуск. Забрав рюкзак с личными вещами из раздевалки, Джисон слегка подправил растрепанные волосы перед зеркалом и вприпрыжку направился к выходу. Однако не дойдя таким темпом каких-то пару метров до него, он тут же сорвался на бег, потому что в штаб в этот же самый момент вошёл никто иной, как Ченлэ.
— Ченлэ! — вскрикнул Джисон, даже не задумываясь о том, что в штабе они совсем не одни.
Плевать. Совершенно плевать!
Ченлэ тут же увидел его и распахнул руки в стороны, со смехом встретив впечатавшегося в него объятием Джисона. Они замерли так на долгие две минуты, просто обхватив друг друга крепко-крепко, прислушиваясь к биению своих сердец, позволяя себе осознать, что всё в самом деле в порядке.
Они вместе.
— Знаешь, в следующий раз выбирай менее экстремальное место для поцелуев, идёт? — ухмыльнулся Ченлэ, когда они вышли на улицу, держась за руки.
Джисон хотел ответить подколкой, но на него внезапно обрушилось осознание, и он замолк, покраснев до корней волос. Ноги будто вросли в землю, и Ченлэ удивленно обернулся к нему, после чего тут же рассмеялся, увидев выражение его лица. Впрочем, очень резко его смех стих, и он тут же вновь обнял Джисона, уткнувшись носом в его шею.
— Прости, что так сильно подвёл тебя, что позволил гневу возыметь над собой верх.
— Ты не виноват, — с готовностью произнёс Джисон, обнимая его в ответ. — Порой мы просто не можем контролировать свои эмоции, тем более настолько сильные.
— Спасибо, что спас. Дважды.
— Дважды?
— В первый раз от судьбы убийцы, второй раз — от смерти.
Тепло улыбнувшись, Джисон безмолвно кивнул, прижав Ченлэ к себе крепче. Тот совсем не возражал против такого, наоборот — оставил легкий поцелуй в основании шеи Джисона, пустив вдоль его тела этим жестом стаю мурашек и легкий приятный разряд.
— Так, эм, — все слова внезапно разбежались прочь, и Джисон неловко рассмеялся. — Кто мы?
— А кем ты нас хочешь видеть?
— Это не ответ на мой вопрос, Ченлэ!
Ченлэ согласно угукнул и чуть отстранился от Джисона, но только для того, чтобы взять его лицо в свои ладони. Его кожа согревала щеки Джисона, и из-за его близости метка на запястье приятно пульсировала.
— Я люблю тебя, — просто и до безумия искренне произнёс Ченлэ. — Ты мой соулмэйт, но важнее всего этого, ты — Пак Джисон. Я уверен, что люблю тебя так же сильно в любом другом мире, где бы мы ни встретились. Мне хочется быть с тобой, даже несмотря на то, что ты — герой, а я иду против привычного закона.
Джисон накрыл его ладони своими и ослепительно улыбнулся, не сдержав радостного смеха внутри себя.
— Тогда я хочу видеть нас бойфрендами. Пока что.
— Пока что? — удивленно спросил Ченлэ.
— Ну, кто знает, что готовит нам будущее? — с показательным спокойствием спросил Джисон, после чего поднёс к губам левую руку Ченлэ и оставил поцелуй на его безымянном пальце.
Уши Ченлэ тут же очаровательно заалели. Джисон вновь рассмеялся и прижал его к себе, нежно поцеловав уже в губы. Ченлэ тут же ответил, и сердце Джисона сладко сжалось в груди от переполняющих его чувств. Он оторвался от Ченлэ на мгновение лишь для того, чтобы прошептать: «Я тоже люблю тебя», после чего его незамедлительно притянули обратно.
И, ох. Похоже, что Вселенная всё же знает лучше, чем кто-либо ещё.
— — — (* * * ) — — —
Всё, что было нужно Джисону, чтобы разглядеть под слоем Дельфина самого Ченлэ — один-единственный вечер с ним наедине. Без масок и костюмов, без горящих и разрушенных зданий на фоне, без вечного ожидания возможного боя. Ченлэ купил им по рожку мятно-шоколадного мороженого, специально для Джисона взял пуноппан, и они вместе двинулись гулять вокруг на удивление спокойного и тихого озера. То заросло водорослями, однако всё равно сохранило свою красоту. Возможно дело было в деревьях с ярко-изумрудной листвой, высаженных вокруг, возможно в нежно-персиковом закате, отражающемся на глади воды, а возможно в том, что Джисон большую часть времени не спускал глаз с Ченлэ и мало интересовался этим самым озером. Вблизи Ченлэ казался совершенно иным. Более живым, более эмоциональным и открытым, сияющим. Джисон находил в нём всё новые и новые детали, будто прокручивая в руках невероятно пленительный и увлекательный калейдоскоп. У них оказалось много общего, но в то же время многое отличало их друг от друга. Над какими-то мелочами они пылко спорили, однако, с удивлением заметил Джисон, совсем не обижались друг на друга, словно были старыми друзьями и такая манера общения для них была в привычку. Они также делили друг с другом смех и какие-то абсурдные шутки, которые со стороны наверняка звучали абсурдно. Уже под конец дня, когда городские огни вновь закрыли собой звёзды на небе, парк опустел от детей и их родителей, а клубы и прочие не особо законные увеселительные заведения распахнули свои двери, Джисон смотрел на Ченлэ совершенно иначе. Наверное именно так и работала связь соулмэйтов — тебе достаточно пары часов, чтобы узнать человека или хотя бы отыскать в нём нечто необходимое и долгожданное. Теперь Джисон прежде всего видел весёлого,— — — (* * *) — — —
Больница Святого Нео оказалась огромным старинным зданием снаружи и технологичной клиникой изнутри. В её распоряжении был целый гигантский парк с высокими деревьями и ухоженными кустарниками, фонтанами и небольшим ручьем, протекающим через всю площадь. Неподалеку от основного здания стоял комплекс физиотерапии с бассейном, массажным отделением и кабинетами с тренажерами. Повсюду кипела жизнь; Джисон никогда прежде не видел, чтобы герои и обычные люди так слажено работали вместе. Но если так подумать, разве врачи, даже считайся они «обычными людьми» из-за малого количества энергии, не являлись героями? Весь персонал больницы Святого Нео — герои. Погода была достаточно прохладной в отличие от того дня, когда Джисон посетил эту больницу в первый раз вместе с Доён-хёном неделю назад. На небе собирались тяжелые темные тучи, воздух медленно пропитывался ароматом предстоящего дождя, и Джисон одной рукой грел ладонь Ченлэ в кармане своей толстовки, пряча нос в воротнике. Кожа Ченлэ была непривычно холодной — он сильно нервничал, кусал ногти и губы, мял рукава своего свитера и оглядывался по сторонам так резко, что Джисон серьёзно переживал за сохранность мышц его шеи. Он бы хотел его успокоить, но на интуитивном уровне понимал, что объятья и любые утешительные разговоры лишь сильнее выведут Ченлэ из себя. Поэтому Джисон просто был рядом. Наконец с восточной стороны парка показались те, кого они ждали. Ченлэ тут же подскочил со скамейки, подрывая за собой Джисона, и громко сглотнул, зажмурившись. Джисон переплел свои пальцы с его, не выпуская их руки из кармана, и когда Ченлэ посмотрел на него, ободряюще улыбнулся. В этот же самый момент рядом раздалось шуршание колёс по гравию, и напротив них встали Тэиль-хён и сидящий в коляске Сончан. Он не изменился за ту неделю, что Джисон не видел его. Сончан по-прежнему выглядел обыкновенным человеком со здоровым румянцем на щеках, мягкой улыбкой и трезвым взглядом. Сложно было назвать его «оболочкой». Он напоминал собой целостную личность, пусть и с ногами, которые по-прежнему ужасно его слушались. Джисон видел насколько тяжело ему даются даже три шага на костылях. Ченлэ сжал пальцы Джисона, словно набрался сил от этого жеста, и отпустил его руку. Пару секунд спустя Ченлэ сделал шаг вперёд к Сончану и непривычно тихо произнёс: «Привет, знаешь меня?». Сердце Джисона будто кольнули острой иглой. Боль Ченлэ была и его болью тоже. Сончан молча рассматривал Ченлэ, чуть склонив голову вбок. Его взгляд был внимательным, тяжелым и задумчивым. В его глазах Ченлэ казался совершенно потерянным, разбитым и открытым наизнанку — одно резкое слово, и старые шрамы вновь станут кровоточащими ранами. — Ты — Ченлэ, — неуверенно произнёс Сончан. — Ммм, не могу сказать, что знаю тебя, но твоих изображений много в альбомах, которые мне принесли родители. Да… и записей о тебе в моих дневниках тоже куча, хоть мне и тяжело дается чтение. Пока что. Мы… мы друзья? Его речь звучала местами неровно, будто он сомневался в каждом сказанном слове или в правильности его произношения. Однако в остальном всё было в порядке. Он думал, анализировал, запоминал. Доён-хёну и Тэиль-хёну всё же удалось добраться до поврежденной части его мозга и теперь они медленно, невероятно аккуратно и осторожно восстанавливали его по чуть-чуть раз за разом. Ченлэ не знал этого. Когда Джисон предложил ему сходить навестить Сончана, он едва не впал в истерику и сначала дико разозлился, потом замкнулся в себе, а потом встал лицом к стене и признался, что ему дико страшно. Тогда Джисон нашёл в себе смелость обнять его со спины и пообещать, что будет рядом и что пусть и не всё, но что-то да будет хорошо. И так они оказались здесь, вместе. Ченлэ медленно и шумно выдохнул, а затем опустился на корточки перед коляской и неловко поднял руки над сложенными ладонями Сончана. — Можно? Сончан не ответил. Он сам поднял руки вверх и взял ладони Ченлэ в замок, тепло ему улыбнувшись. Ченлэ тут же опустил взгляд в землю и откашлялся. Джисон запрокинул голову вверх, силясь не расплакаться за них двоих — за себя и Ченлэ. — Да, Сончан. Мы друзья. Друзья детства. — Правда? — с явной надеждой в голосе спросил Сончан. — Родители не врут про то, что я был послушным ребёнком? Джисон услышал легкий смех Ченлэ. — Не врут. Для них ты всегда был послушным. Ты хорошо учился в школе, был воспитанным мальчиком и уважал взрослых. Но со мной ты всегда дурачился. — Как? — Ты обожал милашничать. Пугал меня до чертиков, выплывая из ближайшей тени. Это твоя энергия, знаешь ведь? Тени. Они тебе всегда нравились. Ты часто говорил, что они как… — …как открытая книга человеческих душ и всего материального, — продолжил Сончан. Джисон тут же уставился на него, вместе с Ченлэ и Тэиль-хёном. Сончан пораженно моргнул, а потом нахмурился, крепко зажмурив глаза. — Ауч. Это было больно. Тэиль-хён тут же оказался рядом. — И сейчас больно? — Нет, нет. Я в порядке. Просто на один короткий миг будто острой вспышкой кольнуло что-то в голове. Воцарилось молчание. Сончан сидел с закрытыми глазами, и его ладони крепко держали руки Ченлэ в замке, не причиняя вреда. Кажется, будто на долгие две минуты из мира исчезли все звуки, и Джисон слышал лишь громкое биение своего сердца. — Я помню длинную улицу с высокими богатыми домами, — вдруг произнёс Сончан. Ченлэ вздрогнул. — Один из фонарей по вечерам почему-то всегда горел синим цветом. Ты мне нагло врал, что это твоя лампочка, и что ты забрался на него и поставил её вместо обычной. — Лампочка правда была моей, — прошептал Ченлэ, — но поставил её мой старший брат. Сончан, не открывая глаз, улыбнулся. — Всё очень туманно. Но я помню сильные ливни, да. Сезон дождей? Ты красовался передо мной новым журналом по трансформерам, и мы лежали на полу в просторной комнате, поедая вкусное печенье. — Гостиная твоего дома. А печенье спекла моя мама. — Помню, что оно было очень вкусным. Принесёшь мне его как-нибудь? — спросил Сончан. — Конечно, — голос Ченлэ едва различимо дрожал. — Дальше сложно что-то разобрать, — Сончан нахмурился. — Образы очень и очень запутанные и мне страшно в них забираться. Даже эти два воспоминания вернулись ко мне крайне болезненно. Он мягко рассмеялся и открыл глаза. Ченлэ сразу же встал с корточек и обнял его, уткнувшись лбом в его макушку. Сончан с готовностью обнял его в ответ. Тэиль-хён накрыл дрожащей рукой рот и неверующе покачал головой. — Столько времени он практически ничего не мог вспомнить. Лишь на интуитивном уровне понял, что всегда приходящие к нему взрослые — это его родители. Ченлэ, пожалуйста, с этого дня навещай его чаще. Быть может, с тобой ему действительно будет легче снять блок. Я выбью тебе пропуск, об этом даже не волнуйся! Ченлэ отстранился от Сончана и быстро вытер рукавом свитера лицо. Джисон с готовностью положил свою руку ему на плечо, в которую Ченлэ секунду спустя вцепился, как утопающий в спасительный круг. — Да. Да, конечно, само собой. Прости, что пришёл так поздно, — произнёс он, неловко погладив Сончана по макушке. — Ты не должен извиняться, Ченлэ. Ты мне ничего не должен. Я просто рад, что мы встретились вновь. И буду рад встретиться снова. Ченлэ согласно кивнул. Джисон не видел его лица, но чувствовал его слегка грустную, но искреннюю улыбку. Его кожа заметно потеплела, и Джисону от этого факта стало легче дышать. Тэиль-хён одарил их всех радостным взглядом, после чего сверился с часами на запястье и цокнул языком. — Нам пора. Скоро у Сончана массаж, и Тэн мне голову отгрызёт, если я не приведу его к нему вовремя. Ченлэ, я напишу тебе, как будет готов пропуск. На связи! — На связи. Сончан попрощался с ними, пожав им руки и одарив напоследок одной из своих очаровательных улыбок; Тэиль-хён пожелал им хорошего завершения дня и развернул Сончана, направившись к отдельно стоящему корпусу больницы. Джисон и Ченлэ стояли возле скамейки до тех пор, пока их силуэты не скрылись за размашистыми кустами и кронами деревьев. С неба упали первые крупные капли. Ченлэ развернулся к нему. В его глазах с новой силой сияли озорные огоньки, и Джисон понял, что помимо боли они и счастье делят на двоих. — Как думаешь, успеем добежать до Макдональдса до начала ливня? Джисон покрепче сжал его руку в своей и ухмыльнулся. — Вот сейчас и проверим. Само собой, они не успели. Они вымокли до нитки, однако даже холодный дождь, больше напоминавший водопад прямиком с неба, не смог стереть радостных улыбок с их лиц. Они юркнули под козырек Макдональдса, чтобы перевести дух и дать воде немного стечь с себя. Ченлэ беспрерывно хихикал, выжимая рукава свитера и то и дело откидывал влажные пряди со лба, лезшие ему в глаза. Джисон же сосредоточился на своей энергии, направляя потоки воздуха вдоль своего тела. Техника «сушка», как в шутку её называл Ренджун-хён, пусть и не требовала большого затрата сил, всё же нуждалась в предельной концентрации. В противном случае потоки воздуха могли либо разорвать одежду, либо заморозить воду. Это был ловкий, полезный и достаточно быстрый фокус, которому Джисон научился ещё в самый первый год тренировок. Минута — и он уже был сухим, будто не пробежал за руку с Ченлэ почти километр под проливным дождём. — Вау, — присвистнул Ченлэ и ухмыльнулся. — А чего ты сразу воду не оттолкнул, когда начался ливень? Думаю, в теории ты можешь это делать, разве нет? — Могу, и даже не в теории, — довольно улыбнулся Джисон, — но это требует чересчур много сил. Проще вымокнуть и высушиться. Кстати об этом, иди-ка сюда. Он притянул Ченлэ ближе к себе за плечи, вновь сосредоточившись на своей энергии. Она знакомо скользнула меж его пальцев, на секунду засомневавшись, ведь перед ней стоял соулмэйт Джисона. Однако, ощутив повторную команду, она тут же рассредоточилась вдоль одежды Ченлэ, обвивая его в теплый воздушный кокон. Джисон не сдержал улыбки, услышав довольный вздох Ченлэ; тело того заметно расслабилось, и вскоре под ладонями Джисон вновь ощутил мягкую ткань его свитера. — Полезная у тебя сила, однако, — ухмыльнулся Ченлэ, встряхнув мокрыми волосами. Его глаза буквально сияли радостью и энергией, будто всполохи света в дождевом небе. — Все силы полезны, если знать, как их применить, — философски выдал Джисон, — но я ещё не закончил, погоди. Надо высушить твои волосы. — Ты не только нерд, ты ещё и человек-фен! — беззлобно расхохотался Ченлэ, чем вызвал легкий смех у самого Джисона. — Только постарайся, пожалуйста, не сделать из моих волос одуванчик. — Ничего обещать не могу, — на распев произнёс Джисон, после чего сразу же запустил пальцы в волосы Ченлэ, чуть приподняв его голову. Ченлэ в этот же миг поднял на него свой взгляд, и дыхание Джисона сбилось с привычного и простого вдох-выдох. Он элементарно забыл, как выпускать кислород из легких, потому что на лице Ченлэ застыла самая мягкая и искренняя улыбка из всех виденных им прежде, потому что в глазах его теперь отражалась не только благодарность, но и нечто другое — то, что вновь заставило сердце Джисона сойти с ума, набрав бешеный ритм. Он вдруг очень четко осознал насколько они близко друг к другу: глубокое и мерное дыхание Ченлэ щекотало его подбородок, капли с его уже влажных волос стекали вдоль его пальцев, которые запутались в отросших серебристых прядях, а носки кед Ченлэ упирались в носки кроссовок Джисона. Миг — и Ченлэ едва слышно выдохнул, положив руки на грудь Джисону, подойдя ещё ближе, так, что их тела почти соприкоснулись полностью. Они смотрели друг на друга не отрываясь, и именно из-за этого Ченлэ наверняка уловил мгновение, когда взгляд Джисона сорвался на его губы. В метре от них по-прежнему бушевал ливень, гремел гром и сверкали молнии, раз за разом освещая лицо Ченлэ в легкой полумгле. Воздух пропитался ароматом озона, однако Джисон чувствовал и впитывал в себя лишь аромат Ченлэ — уже знакомый и родной запах, который не уставал будить бабочек у него в животе. Его пальцы чуть сжали серебристые пряди; Джисон совершенно потерял концентрацию на силе, и на них появились небольшие снежинки, которые смотрелись невероятно очаровательно и мило. Хотя нет, не так. Это сам Ченлэ выглядел очаровательно и мило, а ещё до безумия красиво и притягательно. Джисону очень, очень сильно хотелось поцеловать его. Мысль озарила его, ослепив своей правильностью. Ему хотелось поцеловать своего соулмэйта, свою вторую половинку, своего Ченлэ. Они стояли так близко, что Джисон почти мог чувствовать биение сердца Ченлэ, и в этот миг он был уверен: его сердце бьется так же быстро. Поэтому, собрав в себе всю свою смелость, Джисон плавно скользнул пальцами на затылок Ченлэ и мягко потянул его на себя. Ченлэ тут же сжал его толстовку в своих руках и привстал на носочки, чтобы дотянуться до него— Дверь рядом с ними громко хлопнула, и из неё под ливень выбежала компания смеющихся в голос подростков. Джисон и Ченлэ вздрогнули, вырванные из приятного транса, и, неловко уставившись друг на друга, отступили в разные стороны. Прокашлявшись, чтобы хоть немного спрятать очевидное смущение, Джисон ещё раз коснулся волос Ченлэ, быстро их досушив. Кончики ушей того были такими же алыми, как и щеки Джисона. — Ну, вот. Совсем не одуванчик, — тихо рассмеялся Джисон, нечаянно задев подушечками пальцев виски Ченлэ. Этот легкий жест послал приятный заряд вдоль его тела. — Здесь нет зеркала, но поверю тебе на слово, — Ченлэ улыбнулся ему, и практически вся тяжелая и душная неловкость разом растворилась между ними. — Заходим? Я угощаю. — Ловлю тебя на слове! Я буду есть много, потому что завтра у меня миссия на весь день. Мне нужны силы, — гордо произнёс Джисон. Они зашли в Макдональдс, и их тут же обдуло жарой, запахом еды и шумом множества разговоров одновременно. Ченлэ, ловко лавируя между посетителями, проложил себе путь к кассе, в то время как Джисон уже привычным жестом держался позади, цепляясь за его локоть. Очередь была не особо большой, поэтому они практически сразу ни сделали заказ, чуть погодя забрали его, и, не сговариваясь, направились к дальним столикам возле окна, за которым ливень ни разу не думал утихать. — Значит, первая серьёзная миссия, да? — с напускным спокойствием спросил Ченлэ, вгрызаясь в свои нагеттсы. Быть может, других он бы и мог обдурить этой маской, но не Джисона. Ему сразу открывались детали его поведения: слегка дрожащие пальцы, чуть нахмуренные брови, потускневший отстраненный взгляд. Наигранная спокойная интонация. Джисон не мог винить Ченлэ за то, что он не разделял его восторга, тем более после встречи с Сончаном. Поэтому он отложил свою картошку-фри в сторону и чуть подался вперёд, будто отрезая себя и Ченлэ от остального пространства. — Я буду осторожен, обещаю. Со мной будут почти все мои наставники. Никаких необдуманных героических действий, Ченлэ, клянусь. Ченлэ глубоко вдохнул и опустил бургер, вытерев пальцы о салфетку. Его взгляд вернулся к Джисону: полный молчаливой тревоги, он остро кольнул Джисона прямо под ребра. — Верю. Да и даже если ты полезешь на рожон, я уверен, что с твоими способностями тебе ничего не грозит. Ты силён, Джисон, может быть даже больше, чем сам осознаёшь. Просто… Будь внимательным. Твоя сила позволяет тебе не приближаться к врагам близко. Используй это с умом. Джисон мягко улыбнулся и кивнул. — Жаль, что ты не мой официальный напарник. С тобой рядом я бы вообще не переживал. — О? Ты меня смущаешь, — ухмыльнулся Ченлэ, прикусив трубочку своего шоколадного коктейля. Впрочем, секунду спустя его дразнящая ухмылка сменилась искренней нежностью. — Мне тоже жаль, Джисон. Однако не уверен, что когда-либо смогу вернуться в НСТ. — Всё в порядке. Мне достаточно знать, что ты — не тот тип антигероя, который готов убивать направо и налево. Ченлэ кивнул, а потом придвинул свой стаканчик к стакану Джисона и шутливо стукнул их вместе. — За то, чтобы твоя завтрашняя миссия обвенчалась успехом! Джисон рассмеялся и повторил его жест. — За мою успешную миссию! Вдали раздался гром, дождь по стеклу забарабанил сильнее, и в небе вновь сверкнула длинная молния. Джисон чуть вздрогнул от неожиданности, из-за чего Ченлэ громко хихикнул. — Не бойся, Джисон-и. Молнии здесь лишь для того, чтобы оберегать тебя, поверь мне. Джисон фыркнул, но спорить над такой ерундой не стал. Свой вечер они провели, разговорившись обо всём отдаленном от геройской жизни, наевшись фаст-фуда и согревшись компанией друг друга. Когда погода утихла, они вышли на улицу и Ченлэ крепко сжал ладонь Джисона в своей, прежде чем отпустить его. — Когда миссия завершится, напиши или позвони мне, хорошо? — Конечно. Он уже собирался пойти своей дорогой, как Ченлэ вновь окликнул его. Джисон развернулся к нему, готовясь спросить в чем дело, как Ченлэ притянул его к себе за плечо, поднялся на носочки и быстро поцеловал его в уголок губ. — Возвращайся целым и невредимым, — прошептал он, после чего стремительно развернулся и, нелепо перепрыгивая через лужи, унесся прочь. Джисон ошалело смотрел ему вслед, кончиками пальцев коснувшись места поцелуя. Бабочки вновь ожили в его животе, сердце застучало где-то прямо в ушах, а губы сами собой растянулись в по-идиотски влюбленной улыбке. Джисон спрятал её за ладонью, зажмурившись от переполняющего его счастья, и медленно выдохнул. — Обязательно.— — — (* * *) — — —
Патруль начался с рассветом. Уже в пять утра Джисон выезжал из главного штаба вместе с Марк-хёном, Джено-хёном, Джемин-хёном и Ренджун-хёном, который и вел их машину к месту назначения. Не так давно к ним поступила информация, что в западной стороне пригорода собираются какие-то мутные личности, среди которых удалось распознать некоторых злодеев, коих правительство выпустило на свободу пару лет назад «за хорошее поведение». Их докладчик уверял, что группировка насчитывает на данных момент около десяти злодеев и ещё трое — незнакомые лица. Лидера установить не удалось, однако докладчик смог отследить базу и позавчера доложил, что группировка строит какую-то непонятную конструкцию, напоминающую реактор для переработки энергии — устройство, позволяющее из растительных компонентов производить напитки, которые в теории помогали восстанавливать часть потраченных сил. Сам Джисон никогда их не применял, но знал, что многие из старших героев и даже Джемин-хён на длительных миссиях могли пользоваться этими напитками; на данный момент никто на них не жаловался, однако и не утверждал, что они в самом деле работают на все сто процентов. — Было бы проще, подайся эти злодеи на путь истинный. Представьте как было бы здорово, разрабатывай они формулу для усиления этих напитков, чтобы начать жизнь с чистого листа, а не для своих коварных планов? — сонно произнёс Джемин, потянувшись. Джено рядом с ним хохотнул. — Да, мечтать нам никто не запретит. — А если серьёзно, — строго произнёс Марк, — то мы до сих пор не располагаем информацией об их лидере. Есть наводки, что это кто-то из высокого класса опасности, так что не теряйте бдительности. Наша первостепенная задача — уничтожить конструкцию и отловить кого-нибудь из группировки для получения более развернутой информации. Если будет возможность, в открытый бой не вступаем. Проникаем на базу тихо и слаженно. Все всё поняли? В ответ раздалось дружное «да». Ренджун объехал ещё две машины, свернул налево, и они оказались на слегка туманной дороге в практически полной тишине. Здесь начинался пригород, и пусть он носил такое название, по факту в нём почти никто ещё не жил: он только-только строился. Идеальное укрытие для тех, кто хочет остаться незамеченными. Пару минут спустя по стёклам забарабанили крупные капли. Джисон раздраженно закрыл окно, отрезая себя от аромата озона и расположившихся чуть вдалеке лесных посадок. Джемин задремал на плече Джено, Марк вновь уткнулся в бумаги с немногочисленной информацией, что им предоставили, а Ренджун не сводил глаз с дороги. Джисон вдруг очень четко ощутил, как сильно ему не хватает Ченлэ рядом. Интересно, Ренджун тоже чувствует такое из-за отсутствия Донхёка рядом? Будто почувствовав его задумчивый взгляд на себе, Ренджун взглянул на Джисона в зеркало заднего вида. — Что такое? — Нет, ничего, просто… Скажи, Ренджун-хён, если наша миссия опасная, разве мы не могли бы попросить помощи у Хэчана? Марк, услышав их разговор, весело фыркнул. Ренджун же чуть нахмурился и вернул свой взгляд на дорогу. — Ты волнуешься, это понятно. Но наша миссия не настолько опасная, Джисон. Угрозы жизням нет, поэтому я не вижу смысла дергать… его. У него и так много других проблем. Наши ему не нужны. Джисон удивленно уставился на Марка, тот в ответ едва заметно покачал головой, мол, лучше не спрашивать насчёт резкого тона ответа. — Верь в свои силы, — чуть более мягко продолжил Ренджун. — Мы справимся. А теперь, Джено, расталкивай Джемина. Нам нужны его иллюзии. Джисон, накладывай глушение возможности отслеживания сил. Их база уже рядом. Иллюзии Джемина скрыли их из виду полностью, в то время как Джисон заглушил его фонтанирующую во все стороны сильную энергию. Теперь их невозможно было отследить — визуально, с помощью слуха, ощущением. Они с невероятной легкостью заехали на задний двор предполагаемой базы и заглушили мотор автомобиля. Бесшумно выйдя благодаря силам Джисона, они, остерегаясь любых шорохов, проследовали к черному входу и с помощью прибора-взламывателя (уникальная разработка Джонни-хёна), открыли цифровой замок. Дверь отъехала в сторону, открывая их взору широкое большое трёхэтажное помещение, если за первый считать цокольный этаж, на котором и стояла описанная конструкция. Она тихо гудела, и через решётку её нижней части просачивался темно-синий мерцающий свет, от которого ощущалась странная энергия. Джисон поежился, стараясь не дать растущей панике взять над ним верх. Всё хорошо, он тут не один. — Чувствую вибрацию от пятерых, — прошептал Джено, — двое на первом этаже прямо под нами, один на третьем этаже сбоку, ещё двое охраняют главный вход. — Сможешь дать более точное местоположение того, что на третьем? Я свяжу его, — Ренджун выпустил из рук лунные нити, которые еле заметно мерцали в полумраке здания. — Смогу. — Показывай дорогу. Вы пока сидите молча, мы скоро вернёмся. Они скрылись из их взора за защитными иллюзиями Джемина. Марк же в это время принялся делать фотографии базы и самой конструкции, тут же отсылая их Тэён-хёну. Джисон вновь устремил взгляд на непонятный синий цвет, который, кажется, стал пульсировать чуть сильнее. От него исходила крайне неприятная энергия — было в ней нечто настораживающее и отталкивающее. Как злодеи вообще могли столь долго находиться вблизи данной конструкции для Джисона оставалось загадкой. Через три минуты Ренджун и Джено вернулись, и в руках у последнего были какие-то файлы. — Отошли это Тэён-хёну немедленно, — прошептал он, сунув документы Марку. В его голосе слышался налёт страха. Пока тот бездумно и быстро фотографировал их, пересылая, Джено продолжил: — думаю, нам надо выбираться отсюда. — Что? Почему? — удивленно спросил Джемин. Он попытался заглянуть за плечо Марку, но тот недовольно отодвинул его от себя. — Что происходит? — Забудьте о моей речи насчёт того, что наша миссия не такая опасная, — Ренджун нервно схватился за левое запястье, на котором виднелось имя Донхёка. — Мы узнали, кто лидер данной группировки, и теперь нам необходимы ответы на вопросы от уважаемого правительства. Джисон насторожился. За главной дверью послышались голоса, грубый смех. В воздухе растворился неприятный аромат, который толком был неясен: от него словно разило дешевыми острыми специями, сваленными в одну большую кучу. Джемин усилил свои иллюзии вокруг них, и Джисон окутал их более плотным коконом глушения. Его сердце стучало слишком громко, и ничего приятного в этом не было, поскольку ритм в этот раз сбил не Ченлэ, а липкий холодный страх. — Ну и кто лидер, что мы готовы отступить, даже не взяв никого в заложники? — нахмурился Джемин, не спуская глаз с главного входа. Джено побледнел и прошептал: «Там ещё двое теперь за дверью». — Дэфлайт, — резко ответил Ренджун. Атмосфера вокруг них в один миг стала невероятно тяжелой. Джисону, однако, это злодейское имя ни о чём не говорило. Впрочем, может и к лучшему, учитывая то, как сильно побледнели Марк и Джемин после сказанного. Джено громко сглотнул и вновь приложил ладонь к полу, силясь вновь отследить сколько теперь вокруг здания людей. Голоса за главным входом становились всё громче. — Но этого быть не может, — горячо возразил Марк. — Его заключили в самой жестокой и охраняемой тюрьме. Нас обязаны были оповестить при его побеге, потому что в последний раз Ченлэ— Джисон тут же вскинулся при звучании столь важного для него имени. Джемин положил руку ему на плечо и крепко сжал. — Но нас не оповестили, Марк, — раздраженно выплюнул Ренджун. — Поэтому мы и будем разговаривать с правительством. Потому что с каких это пор они скрывают от героев факт того, что один из самых опасных злодеев вырвался на свободу. — При чём тут Ченлэ? — с паникой в голосе спросил Джисон, но его проигнорировали. Марк сжал в руках свой КПК, который пока что молчал, ожидая ответа от Тэён-хёна. Джено не спускал глаз с главного входа, а Джисону становилось всё дурнее и дурнее. Кажется даже дождь на улице перешёл в ливень с грозой. — Бред. Зачем правительству это делать? Они прекрасно знают, что Дэфлайт — это высокий ранг, а может даже и серьёзнее. С чего вдруг молчание, Ренджун? Не в их интересах ставить под угрозу жизнь невинных людей. — Ты же знаешь слухи, — вдруг отозвался Джемин. — Они явно не с потолка взялись, Марк. Правительство в самом деле могло возжелать забрать его силу, и если он сбежал, то им невыгодно было заявлять об этом. Потому что эта новость тут же бы облетела всю страну и ещё парочку соседних, а это значит, что Ченлэ обязательно бы— — Разорвал мне глотку своими зубами? — раздалось прямо над ними. Всё произошло в считанные мгновения. Джено прогнул пол под ними, Марк укрыл их огненной стеной, и они рухнули вниз на лунные нити Ренджуна. Тут же воцарился хаос — заорала сирена, и Джисон услышал, как распахнулась дверь главного входа. Воздух тут же наполнился различными энергиями, которые заполонили собой всё пространство — подкрепление. Джемин тут же создал кучу клонов их пятерки, которые сбили с толку только вбежавших в здание злодеев. Джисон же пытался прийти в себя, однако пульсация синего цвета в конструкции, прямиком к которой они и рухнули, путала все его мысли. Он пришёл в себя лишь тогда, когда Ренджун дернул его за шкирку. И почти сразу же после этого к ним приземлился тот, кто смог каким-то образом увидеть сквозь иллюзии Джемина и его собственную заглушку. Именно от него исходил резкий неприятный запах специй. Это был высокий мужчина средних лет в длинном черном пальто. Черты его лица выделялись не только резкостью и грубостью, но и тем, что кожа была располосована множеством шрамов, а один глаз и вовсе был заменён на механический. Он сутулился, держал руки в карманах, однако губы его были растянуты в вежливой улыбке, которая отчего-то пугала сильнее всего. Его сила ощущалась иначе чем все, которые когда-либо ощущал Джисон: она не выдавала энергию, а будто всасывала её. Словно напротив него стоял не человек из плоти и крови, а чёрная дыра. — Как жизнь молодая, мальчики? — спокойно произнёс он, не предпринимая попыток напасть. Более того — жестом руки он отослал прочь подкрепление, и Джисон смог заметить, что ладонь его тоже усеяна шрамами, ещё более глубокими, нежели лицо. — Дэфлайт, — хмуро произнёс Марк, пуская вдоль рук огонь. Они все встали в защитные стойки, в то время как сам злодей смотрел на них с едва различимой скукой. Джисон поёжился, лихорадочно соображая как же им выбраться из этой передряги живыми и невредимыми. — Давно не виделись, — издевательски поклонился Дэфлайт, не спуская с них взгляда. — Правда среди вас не хватает кого-то. О, точно же! Как поживает мальчик-тень? И вот так просто, до Джисона наконец дошло кто перед ним и почему ребята упоминали в разговоре Ченлэ. Перед ним стоял никто иной, как причина нахождения Сончана в больнице и ухода Ченлэ из НСТ. Тот самый ублюдок. — Всё так же плохо твоими усилиями, впрочем думаю данная новость тебя только обрадует, мразь! Ренджун попытался ударить его своим лунным хлыстом, но Дэфлайт спокойно перехватил его и дернул на себя. В тот же миг Ренджун отозвал свою силу, отпрыгнув от злодея ещё дальше и утянув Джисона за собой. Сквозь открытую нараспашку дверь им в спину ударил холодный порыв стылого воздуха. — Надо немедленно уходить отсюда, — судорожно прошептал Марк, сильнее распаляя огонь в своих руках. — Когда я скрою нас стеной, Джемин, создай самые абсурдные иллюзии, чтобы сбить его с толку. Джено, мне нужно будет, чтобы ты дал нам толчок для того, чтобы нас снова подкинуло ко второму этажу. Ренджун, с тебя защитное поле. Джисон, ты порывом ветра должен будешь выкинуть нас в окно, идёт? Действуем все очень быстро. У нас будет лишь один шанс. Не успел Джисон толком осознать команду, как Марк крикнул: «Сейчас!», и перед ними вспыхнула огненная волна, от которой их тут же отрезало лунное поле Ренджуна. Секунда — и их подкинуло в высоту. Джисон зажмурился и призвал такой сильный поток ветра, на какой был способен. Их буквально вышвырнуло прочь, и, несмотря на защитное поле Ренджуна, приземление вышло не самым удачным. Джисон упал на бок, больно приложившись плечом, и практически сразу же его залило ливнем — видимо от удара Ренджун потерял концентрацию, и поле спало. В ушах противно звенело, и если бы не Марк, который силком поднял его на ноги, Джисон наверняка бы ещё минуту провалялся, силясь прийти в себя. Проморгавшись, он оглянулся вокруг, и с ужасом понял, что его воздушный толчок выбросил их к началу пригорода. Да уж, Ченлэ несомненно был прав насчёт того, что он не осознает собственных сил. Вокруг них сновали машины, которые громко сигналили, и Марк оттащил Джисона ближе к краю дороги, чтобы они не попали в глупую аварию. — Вот это ты конечно даёшь, — нервно рассмеялся Джемин, облокотившись на Джено. — А торнадо ты часом призвать не можешь? — Понятия не имею, — честно ответил Джисон, чувствуя легкую слабость во всём теле. — И что нам теперь делать? Возвращаться в штаб? Отсюда до него пешком часа четыре, если не больше. Марк достал КПК из кармана своего джемпера. Ренджун заглянул за его плечо, и его нахмуренные брови тут же расслабились. — Тэён-хён будет здесь с подкреплением через десять минут. Мы не можем упустить Дэфлайта, нам придётся дождаться наших и вернуться. Если правительство не в состоянии вытащить голову из своей задницы, то нам придется разобраться с этим и забрать его уже в нашу тюрьму. — В ту, что под штабом?! — с ужасом спросил Джено, но Марк отрицательно покачал головой. — В ту, что посреди тихого океана. Джисон устало моргнул. Он даже не знал, что у них такая была, но сейчас это — последнее, о чём ему вообще стоит переживать. Поэтому он взял Ренджуна за левое запястье и повернул его так, чтобы им было видно выведенное на нём имя. — Всё ещё думаешь, что нам не стоит позвать на помощь Хэчана? Ренджун не ответил. Вместо этого он вырвал у него свою руку и достал КПК, набирая незнакомый Джисону номер и отходя в сторону. Джисон слабо улыбнулся и повернулся к остальным. — Что из себя представляет сила этого Дэфлайта? Она ощущалась совершенно иначе, словно какая-то бездонная черная дыра. Ребята переглянулись между собой. Джемин неуютно поежился, Марк сжал в ладони КПК, а Джено с опаской посмотрел в ту сторону, откуда они только что вернулись. Он же и подал голос, ответив на вопрос Джисона. — Ты не далёк от истины со своей метафорой. Правительство долгое время изучало феномен его сил, и в конце-концов пытками им удалось выяснить, что он умеет поглощать энергию других. Без остатка или лишь большую часть — непонятно. Всё внутри Джисона похолодело. — Разве такое возможно? — Почему нет? — пожал плечами Марк. — В нашем мире каких только сил не бывает. Блокаторы не такая уж и редкость, быть может он лишь их сильная разновидность. В любом случае один совет тебе точно: не приближайся к Дэфлайту в прямом смысле. Он отбирает энергии через физический контакт. Джисон тут же вспомнил слова Ченлэ, сказанные вчера: «Твоя сила позволяет тебе не приближаться к врагам близко. Используй это с умом». Похоже, он на самом деле никогда не переставал думать об этом ублюдке. Наконец вдалеке раздался звук знакомой сирены, и сквозь толщу непрекращающегося дождя Джисон даже смог уловить всполохи неоново-зеленого мигающего света. Машины на дороге затормозили и в спешке принялись разворачиваться, понимая чем может грозить такое скопление героев. Тут же образовалась пробка, и Джисон шумно вздохнул. Радовало то, что им не придётся биться здесь. — Ах, люди. Никогда не меняются, правда же? Джисон окаменел. Голос звучал прямо за его спиной, и этот голос он слышал каких-то пятнадцать минут назад. Как, чёрт возьми, он— — Шторм! — выкрикнул Марк, запуская за его спину огонь одновременно с тем, как сам Джисон вывернулся, отталкивая от себя Дэфлайта мощным потоком ветра. Он как в замедленной съёмке увидел тянущуюся к себе руку, которая теперь отдалилась. Джено тут же взвел баррикаду из земли, отгораживая простых жителей от теперь уже поля боя. Шум гудков начался с новой силой — паника явно набирала обороты. Джисон огляделся и понял, что на сей раз Дэфлайт всё же примчался со своей свитой, и от одного из злодеев веяло знакомым оттенком энергии телепортации. Она была слабой, однако это объясняло их столь внезапное здесь появление. — Чего ты хочешь?! — выкрикнул Марк, вставая перед Джисоном и задвигая его себе за спину. Огненная стена так и бушевала между ними и злодеями, что при нешуточном ливне выглядело крайне сюрреалистично. Джисон напрягся, призывая к себе ветер, окутывая себя и остальных плотным защитным коконом, снаружи которого принялись кружиться снежинки из-за его контакта с холодным дождём. Рядом с Джисоном встал Ренджун, в то время как Джемин и Джено поравнялись с Марком. — Поквитаться, — ухмыльнулся Дэфлайт, после чего без каких-либо проблем ступил в огонь Марка. Тот не причинил ему и капли вреда. — Знаешь ли, очень больно ходить со всеми этими шрамами, да и в заключении мне оказали не особо радушный приём. А ведь я был так близок к завершению части нашего грандиозного плана, мальчики! — Ты заслужил гнить в тюрьме! — выкрикнул Ренджун, концентрируя в ладонях лунную энергию. — Не стану отрицать, — расхохотался Дэфлайт. — Впрочем, тут какое дело. Видите ли, даже если я заслужил, это не значит, что я собирался или собираюсь принимать то, чего заслужил. Вы судите меня по своим стандартам, я же гораздо выше них. Мне неведома ваша скучная мораль. Поэтому-то вам меня никогда не победить. Джисон напрягся, внимательно отслеживая каждое движение Дэфлайта. Сирена их подкрепления звучала всё ближе и ближе, но напротив них стоял десяток злодеев, большая часть которых оценивалась средним рангом. Они должны были продержаться: позади них — беззащитные люди. — И ваша же мораль — главная причина, по который вы являетесь столь лёгкой мишенью. В следующую секунду произошло сразу несколько вещей. Злодеи скопом бросились вперёд, но большую их часть откинул прочь хлыст Ренджуна; те, что прорвались, накинулись на ветряный поток Джисона, и тот лишь краем глаза смог углядеть, как за спину Джено телепортировались двое. Джемин отбил неожиданную атаку, однако произошедшее слегка выбило из равновесия Джисона, и ветряной поток взорвался, отбросив всех, кто находился за ним, в разные стороны. Всех, кроме Дэфлайта. Марк тут же принялся швырять в него фаерболы, в то время как Ренджун пытался задержать его своими нитями — бесполезно. Дэфлайт словно потерял свою материальность. Секунду спустя до Джисона дошло. Резкий аромат заполнил его легкие, и он откатился со своего места, крича что есть силы: «Отыщите невидимку!». Джено, не спрашивая лишний раз, поднял с земли слой грязи и разнёс её во все стороны, заляпав всех и каждого. Так перед собой Джисон увидел два силуэта — один высокий, другой низкий, после чего, не думая, потоком ветра он схватил низкий силуэт и что есть мочи швырнул его об земляную стену, которую ранее вознёс Джено. Энергия спала, и перед Джисоном оказался Дэфлайт, на лице которого отразился интерес. — А ты не лыком шит, малыш. Соображаешь. Марк и Ренджун тут же направили в его сторону свои силы, от которых Дэфлайт ловко увернулся. Джисон вскочил на ноги, но в следующее мгновение вновь потерял равновесие, словно мир перед ним расплылся на атомы и восстановился вновь. Лишь придя в себя он с ужасом понял, что его телепортировали — и сделали это прямиком в руки Дэфлайта. Тот ухмыльнулся и схватил его за руки, вывернув их так, чтобы видеть его запястья. Джисон не знал зачем ему это, да и Дэфлайт явно не ожидал увидеть на его коже имя Ченлэ. Ох. Ох, нет. Взгляд Дэфлайта тут же стремительно потемнел. Его хватка на запястьях Джисона усилилась, причиняя боль, а губы растянулись в по-настоящему жуткой улыбке. Джемин попытался прорваться к ним, но их тут же окружили в кольцо другие злодеи, мешая подойти ближе. Джисон же изо всех сил взывал в ветру, но тот ускользал от него раз за разом, будто пойманная в птицу клетка пыталась вырваться к своему хозяину, но не могла. Паника охватила его целиком и полностью, когда Дэфлайт вцепился когтями в его кожу, словно желал содрать имя Ченлэ оттуда. Мысли Джисона принялись в путаться в непонятную какофонию. — Забавно. Всегда думал, что тот мальчик-тень и был его соулмэйтом, раз уж он едва не убил меня из-за него. Однако так даже лучше. Наконец он разделит мою боль, когда потеряет своего истинного соулмэйта, — Дэфлайт разразился громким смехом. Джисон почувствовал странную слабость в коленях. — Скажи, мальчик, ты боишься умереть? Возвращайся целым и невредимым — Нет, — прохрипел Джисон, и с ненавистью уставился на Дэфлайта. — Потому что я не умру сегодня. Позади злодея вспыхнула молния. Раздался жуткий гром, затем полыхнула ещё одна молния, гораздо больше неё, а после практически сразу — ещё одна. Джисон непонимающе моргнул — в природе никогда не наблюдалось такого, тогда как— Он не успел закончить свою мысль. В Дэфлайта со всей силы ударила ещё одна молния, и Джисона отбросило прочь. Он ожидал дикой боли во всем теле, однако ничего такого не последовало, и сквозь жуткий страх и накатывающие волны паники он вдруг понял, что его прижимают к груди знакомые и родные руки. Джисон шумно выдохнул и распахнул глаза, тут же натыкаясь на обеспокоенный взгляд Ченлэ. — Как ты— — Ты в порядке?! — перебил его Ченлэ, мягко обхватывая за лицо. — Твоя сила отвечает тебе? Джисон пошевелил пальцами, и ветер тут же отозвался, окутав его руку так, словно сам перепугался возможности навсегда перестать отвечать на его зов. Ченлэ кивнул, и тут же его взгляд словно остекленел, когда он услышал сухой и безумный смех Дэфлайта совсем рядом. — Ченлэ, — Джисон вцепился в его плечи, постаравшись остановить его, но тот слегка оттолкнул его, задвинув себя за спину и поднявшись с колен. — Ченлэ, не надо! Он только этого и хочет, у него наверняка есть план, это ловушка для тебя! — Он посмел тебе угрожать, — совершенно незнакомым Джисону тоном произнёс Ченлэ. — И он поплатится за это. В следующий миг Ченлэ вспыхнул молнией и кинулся на Дэфлайта, унося его прочь с поля битвы. Воздух пропитался энергией практически необъятной мощи, и Джисон неверующе выдохнул, когда понял, что эта энергия принадлежала именно Ченлэ; это его молнии сверкали в небе, это он наносил такие сильные удары, что через землю ощущалась вибрация, это он тем судьбоносным вечером почти убил злодея, сила которого заключалась в поглощении, по мощи сравнимым с метафорической чёрной дырой. Господи боже, его соулмэйт чертовски крут. И это же объясняет как он рушил здания наркоторговцев и иже с ними. На поле битвы хлынуло подкрепление — причём на удивление сразу с двух сторон. Видимо, докладчик видел лишь верхушку группировки Дэфлайта, и Джисон как никогда раньше обрадовался ощущению энергии Тэён-хёна и остальных в воздухе. Рядом с Джисоном внезапно оказался Доён-хён. На секунду Джисону показалось, что его уже глючит, но нет — энергия Доёна наоборот очистила его разум, вернув самообладание, которое достаточно весомо пострадало от контакта с Дэфлайтом. — Джисон-и, где Ченлэ? — серьёзно спросил Доён, обхватив его за талию, чтобы помочь подняться. — Он… он унёс с собой Дэфлайта. Они улетели в сторону базы злодеев, кажется. — Хорошо. Хорошо. Джисон, мне нужно, чтобы ты схватил с собой Тэёна и Ренджуна и отправился за ними, понял? Мы не можем оставить их наедине. Они переубивают друг друга. И если на Дэфлайта мне плевать, Ченлэ мы потерять никак не можем. Джисон согласно закивал, чувствуя привкус крови во рту и липкий страх вдоль всего тела. Метка с именем Ченлэ по-прежнему грела его кожу, и лишь это слегка успокаивало, не давая окончательно сорваться в панику. Прорвавшись сквозь непрекращающуюся битву, Джисон выудил сначала Ренджуна, после — Тэёна и, дождавшись лунной защитной сферы вокруг них троих, вновь изо всех сил запустил их потоком воздуха в нужную сторону. Сейчас он держал свою энергию под контролем, соблюдая высокую скорость, только такую, чтобы можно было отследить всполохи молний. Они достигли нужного места достаточно быстро, однако и в этот раз посадка выдалась не из легких — их подрезала молния Ченлэ, его сила наслоилась на силу Джисона, вызвав полноценный отказ, и трое рухнули в лунной сфере с приличной высоты. Быстро придя в себя, они вскочили на ноги и ринулись на помощь Ченлэ, который, стоя в паре метров от них, не прекращая пулял молнии в стороны Дэфлайта, которому с большим трудом удавалось уклоняться от них. — Мне нужно, чтобы вы остановили его! — прокричал Ченлэ, когда они оказались по обе стороны от него. — Чтобы ты убил его к чертям своей молнией?! — раздраженно проорал в ответ Ренджун, впрочем, тут же направив в сторону Дэфлайта свои нити. — Нет, мне необходимо сковать его движения, чтобы я отрубил его своим голосом! Он что-то вшил себе в уши, мои команды на него не работают! А ещё он отчего-то стал гораздо сильнее, будто на стороне есть подпитка, позволяющая ему восстанавливать целостность своей энергии! Джисон и Ренджун одновременно переглянулись, подумав об одном и том же. Джисон рванул к Тэён-хёну, утягивая его за собой вглубь вражеской базы, прямиком к непонятной конструкции. — Шторм?! Ты чего творишь, мы должны—! — Нам необходимо уничтожить его непонятную машину, чтобы дать Дельфину преимущество! Тэён без лишний слов перестроился и побежал следом за Джисоном. Впрочем, возле главного входа их поджидала засада: трое злодеев, один из которых представлял собой огромное каменноподобное чудовище. Джисон вовремя создал перед ними щит, поскольку двое других тут же ударили в их сторону чем-то, напоминающим сгустки ядовитой жидкости. Тэён недовольно цыкнул и открыл позади них портал, из которого тут же вырвались два фамильяра — белоснежные волки размером с неплохого такого медведя. Те тут же вступили в бойню, перетягивая внимание на себя. — Я задержу их здесь, а ты делай, что требуется. Но когда эта штука решит взорваться, чтоб и ноги твоей рядом с ней не было, ясно?! Чтоб вернулся целым и без царапинки! Джисон не стал тратить время на ответ или банальный кивок головы. Он ловко проскользнул мимо отвлеченных злодеев, вышиб потоком ветра дверь и спрыгнул на первый этаж прямиком к нужной конструкции. Похоже, интуиция не подвела Ченлэ — через решетку синий цвет уже не просто виднелся, он буквально просачивался и вытекал наружу непонятной субстанцией, напоминающей одновременно туман и желе. Если напрячь внутреннее чувство для отслежки энергий, то испарения от неё наверняка приведут к Дэфлайту: от этого синего месива как раз и несло стойкими острыми специями. Джисон закашлялся, но тут же взял себя в руки и сосредоточился на том, чтобы собрать вокруг себя сильный ветряной поток, такой, который сможет погнуть металл и вызвать взрыв. Дышать с каждой секундой становилось всё труднее: чем больше Джисон скапливал энергии вокруг своих ладоней, тем меньше кислорода оставалось его легким. Но это того стоило, потому что здание вокруг него принялось дрожать; Джисон чувствовал, как старый ржавый каркас сдается под его натиском, улетая прочь, давая доступ к новым ветрам снаружи. Возможно он в самом деле способен вызвать торнадо. Радость Джисона пропала так же быстро, как появилась: он почувствовал усиление острого запаха за спиной, но не позволил себе потерять концентрацию. И, как оказалось в следующий миг, не зря — Дэфлайт отлетел в противоположную стену ударом молнии. Плечом к плечу с Джисоном встал Ченлэ. Его тело окутало легкое серебристое свечение, волосы забавно встали дыбом из-за объявшего его электричества, но на лице сохранялось выражение холодного гнева. — Ченлэ, лучше выброси его отсюда прочь! Эта штука скоро взорвётся, нельзя, чтобы кто-то был здесь! Это немного вернуло Ченлэ в реальность. Он моргнул и перевёл взгляд на Джисона, из-за чего в его глазах тут же отразилось беспокойство. — Но ты здесь. — Я успею вытолкнуть себя потоком воздуха, обещаю! Ну же! Ченлэ явно хотел возразить, но не успел. Джисон почувствовал это с легким запозданием — то, как в его позвоночник будто вонзают острую иглу, и силы стремительно покидают тело. Ченлэ закричал и ударил Дэфлайта ещё сильнее, из-за чего жуткое ощущение моментально покинуло тело Джисона. Однако концентрация оказалась нарушена; ветер вышел из-под его контроля, но вместо того, чтобы рассеяться, как и всегда, он принялся сгущаться лишь сильнее. Джисон рухнул бы лицом на пол, не поймай его Ченлэ. — Всё хорошо, Джисон, всё в порядке! Он не успел, ты лишь в небольшом шоке. Всё будет хорошо, слышишь? Джисон промычал нечто согласное и уткнулся лбом в грудь Ченлэ, вбирая в себя чувство того, что тот рядом. Пока Ченлэ здесь, он в безопасности. Они в безопасности. — Всё равно сдохните! — прокричал позади него Дэфлайт. — Только вот он сдохнет первым! А ты, звёздочка, будешь смотреть на его бездыханное тело, пока я высасываю твою силу до последней капли! Ты будешь кричать так громко и долго, что потеряешь свой голос и разорвёшь горло в кровь, и лишь тогда я, так и быть, дарую тебе долгожданное забвение! Ченлэ крепче сжал Джисона в своих руках. Вокруг них заполыхали молнии, гораздо чаще, чем прежде. Воздух наполнился ароматом озона, и Джисон перевел дыхание, слегка возвращая себе концентрацию, хотя двигаться по-прежнему было чертовски больно. Ещё чуть-чуть, и он обязательно вернет себе контроль и взорвёт эту штуку к чертям собачьим. Вдруг Ченлэ наклонился к его уху, обдав чувствительную кожу теплым дыханием. — Прости, Джисон-и. Джисон напрягся. За что ему вдруг просить прощения? — Мне так не хотелось этого делать. Но Дэфлайт — дьявол, он не успокоится до тех пор, пока кто-нибудь не вырвет ему его гнилое сердце из груди. — Чен-… Ченлэ, — прохрипел Джисон. — Не надо. Не марай ру-руки! — Прости. Джисон почувствовал легкий толчок — Ченлэ силой молнии выкинул его на улицу в безопасное место. Снаружи ему удалось увидеть, как его сила, вышедшая из-под контроля, в самом деле образовала нешуточное торнадо, которое рушило каркас всех стоящих рядом зданий. Джисон судорожно выдохнул и сел на колени, игнорируя острую боль в едва ли не каждой мышце своего тела. Он не допустит того, чтобы Ченлэ перешагнул через черту из-за кого-то настолько отвратительного и гнилого. Взмахнув руками, Джисон сосредоточился на том, чтобы прорваться сквозь ментальный блок у себя в голове и воззвать к своей сошедшей с ума силе. До него долетали всполохи серебристых молний, и минуту спустя он услышал нечеловеческий крик боли грубым, низким голосом. Джисон напрягся ещё сильнее, и наконец ему удалось ухватить ускользающий контроль за самый кончик энергии. Но стоило лишь коснуться его, и сила с благодарностью приняла его, отдавшись целиком и полностью. Джисон глубоко вдохнул, а на выдохе притянул себя прямиком к центру торнадо. В следующий миг он увидел лежащего без сил Дэфлайта, растекающуюся под ним лужу крови и возвышающегося над ним Ченлэ, который заносил над головой электрический шар. Но не это перетянуло на себя внимание Джисона, а сильный треск и невыносимый аромат остроты в воздухе. Он перевел взгляд на конструкцию и с ужасом увидел, как та буквально трещит по швам. Оставались считанные секунды до того, как тут всё взорвётся. Поэтому, недолго думая, Джисон опустился позади Ченлэ и перехватил его поперёк талии. — Ченлэ! Тут сейчас всё взлетит на воздух, оно того не стоит! Ченлэ, казалось, его не слышит. Дэфлайт под их ногами безумно захохотал, и Джисону от души захотелось плюнуть ему в лицо, но вместо этого он перехватил ладони Ченлэ своими. Электрический шар тут же рассеялся, и Ченлэ с гневом развернулся к нему. Впрочем, Джисон этого и ожидал: одной рукой он сжал его пальцы в своих, второй коснулся его щеки и притянул к себе, поцеловав Ченлэ в губы. Вокруг них бушевало настоящее торнадо, гремел гром и ливень хлестал со всех сторон. Рядом с ними доживала свои секунды самая настоящая бомба и вполне вероятно один из сильнейших злодеев, а Джисон с трепетом гладил большим пальцем щеку Ченлэ, и целовал его со всем переполняющим его обожанием и нежностью. На это вся душа Джисона отозвалась радостным теплым вихрем, и он отпустил пальцы Ченлэ для того, чтобы крепко обхватить его за талию, впечатывая в своё тело. Их сердца бились в одинаковом безумном живом ритме. Джисон улыбнулся в поцелуй и слегка отстранился. — Ты ведь не променяешь это на бесполезную месть? — прошептал он, призывая к себе свои силы. Ченлэ сглотнул, а потом неверующе усмехнулся и уткнулся лицом в плечо Джисона, крепко перехватив его за шею. — Никогда и ни за что, — ответил он. — Спасибо. Джисон кивнул и уже готов был вытащить их из этого жуткого места, как вновь почувствовал знакомую боль в ноге. Он вскрикнул, но не потерял контроль, зло уставившись на вцепившегося в его лодыжку Дэфлайта. — Вы умрёте вместе со мной! Пусть и не так, как я того желал, но вы обязательно— Он подавился собственной кровью, а потом взвыл снова, когда Ченлэ ударил его в руку разрядом тока. Гнев вновь начал созревать в глазах Ченлэ, но Джисон с готовностью поцеловал его в висок, выхватывая из этого пожирающего всё хорошее чувства. — Ты в порядке? — с беспокойством спросил Ченлэ. — Да, я— Их оглушил взрыв. Джисон в последнюю секунду закрыл их волной ветра, но их отбросило очень далеко. Пол под ними рухнул, взрывная волна окатила своим жаром и вонью, Джисон потерял ориентацию, но не выпустил Ченлэ из своих рук. Они упали вниз на груду камней, и на миг Джисону показалось, что его взор заволокла кровь. Он попробовал пошевелиться, но боль была настолько сильной, что он закричал — и после этого тут же провалился в темноту. Однако даже в ней он чувствовал как сильно ноет его тело, как стремительно его покидают силы и как из разбитой головы вытекает кровь, но хуже всего — он чувствовал, как имя Ченлэ на запястье становится всё холоднее. Ему хотелось кричать и плакать от бессилия, он не мог сосредоточиться на своей энергии или на энергии Ченлэ, и боль была такой невыносимой, что в один миг он подумал: это конец. В одну секунду он ощутил парализующий холод, жуткое дыхание смерти возле своего затихающего сердца, и… …и его ослепило солнечным светом. Кожу обдало жаром, но не как от взрыва, а как от приятного костра в камине или зажженных на праздничном торте свечей. Боль ушла, растворилась, словно её и не было, и Джисон распахнул глаза, подскакивая. — Воу-воу, аккуратнее! Без резких движений, ладно? Ты будешь в порядке в течение пары минут. Не так-то легко прийти в себя после того, как был на пороге смерти, а? Джисон знал этот голос. Откуда он знал этот голос? Неважно! — Ченлэ, — прохрипел он. — Ченлэ жив, как и ты, — уверил его голос. — Взрыв задел его посильнее, но нет ничего такого, с чем бы не справился я! Да и скоро здесь будет Доён-хён, так что не переживай. Джисон закашлялся и медленно открыл глаза, тут же натыкаясь на знакомое лицо перед собой. Донхёк был без маски, в обычной оранжевой толстовке, на его щеке красовался свежий порез, но в целом его явно совершенно не задел взрыв, и он источал непомерное количество согревающей и исцеляющей энергии, которая возвращала жизнь Джисону и лежащему рядом Ченлэ. Его имя на запястье Джисона вновь привычно согревало кожу. Раздались торопливые шаги, кто-то бухнулся совсем рядом, и Джисона накрыло знакомой силой, которая принялась сращивать его переломы и заживлять глубокие царапины. Джисон не видел Доён-хёна, но чувствовал его дрожащую холодную ладонь на своем лбу и слышал тихие сдерживаемые всхлипы. Раздались и другие шаги, много шагов. Рядом с лицом Донхёка показалось лицо Ренджуна — перепуганное, бледное и уставшее. Следом — Тэён-хён с красными глазами, глубокой царапиной на шее и синяком на скуле, замаячила макушка Джемина, и после Джисон услышал голоса всех своих наставников, которые уговаривали Джемина не прыгать на Джисона и Ченлэ с обнимашками. — Сколько мы с Ченлэ были в отключке? — непослушным языком спросил у Донхёка Джисон. — Около часа, наверное. Пришлось ещё разгребать вас из завала, ладно каким-то чудом твой ветер спас вас от участи быть раздавленными обломками. Потом мне пришлось очень долго и методично отгонять от вас матушку-смерть. Шансов было довольно мало, знаешь ли. Ренджун ударил его по плечу, но из-за того, что у него явно не осталось сил, удар скорее вышел легким шлепком. Донхёк недовольно цокнул, даже не посмотрев на него. — Ну что? Пусть знают как крупно им досталось. В следующий раз будут знать как лезть в самое пекло. — Дэфлайт? — дрожащим голосом уточнил Джисон. Тэён-хён тут же посуровел. — Мёртв. Раздавило обломками то, что осталось от его тела после взрыва. Джисон прикрыл веки. Силы возвращались к нему толчками, и он чувствовал, что уже может сесть, но не предпринимал попыток, потому что знал, что тогда его отругает Доён-хён и задушит в объятьях Джемин. — Надеюсь, правительство не повесит его смерть на нас с Ченлэ? — Правительству сначала бы выкрутиться после того факта, что они скрыли столь важную информацию о побеге Дэфлайта. Не переживай, ближайший год точно они не рискнут переходить нам дорогу. А там уже всем будет плевать на этого выродка. Ченлэ шевельнулся. Джисон почувствовал это, потому что тот всё ещё находился в его полу-объятьях. Улыбка против воли сама собой поселилась на губах Джисона и он тихо шепнул ему: «Хей, я рядом». Ченлэ сжал его футболку в своей руке и согласно угукнул, в следующий миг тихо зашипев от боли. — Смотри-ка кто соизволил очнуться, — фыркнул Донхёк, но Джисон прекрасно видел, как его глаза тут же стали влажными. — Есть что сказать в своё оправдание? Ченлэ медленно отрицательно мотнул головой. Его волосы щекотали щеку Джисона. — Вот и правильно. Потому что я всё равно не стал бы тебя слушать, придурок! — Я тоже рад тебя слышать, Хёк, — прохрипел Ченлэ и осторожно привстал. Доён-хён не успел высказать своего недовольства — Ченлэ тут же сгрёб в охапку подбежавший Джемин, крепко сжав его в своих руках. Донхёк, покраснев от возмущения и завопивший что-то о правах лучшего друга, тоже кинулся обнимать Ченлэ, а на Джисона сверху рухнули Марк и Джено, утягивая за собой Ренджуна. Возмущения Доёна потонули в их искреннем радостном смехе, и Джисон всхлипнул, силясь сдержать слёзы облегчения внутри себя. — Ну-ка не надо, — улыбнулся ему Марк, взъерошив его волосы. — Плачь, Джисон. Теперь всё в порядке. И Джисон зарыдал. От пережитого ужаса, от отголосков боли, от мысли, что мог потерять Ченлэ и всех остальных. Он спрятался в их объятьях, и наощупь отыскал руку Ченлэ, крепко сжав её в своей. — Ну-ну, — донёсся до него голос Доён-хёна. — Давай-ка спи. Потом проснешься свежим, как огурчик. Джисон почувствовал легкий укол в шею, и в следующий миг с облегчением провалился в сон.— — — (* * *) — — —
Полностью Джисон пришёл в себя только на следующий день и с грустью понял, что в палате он без Ченлэ. Пришедший чуть позже Доён-хён сообщил, что Ченлэ к себе забрал Донхёк, страстно клянясь в том, что сам о нём позаботится. У Джисона взяли несколько анализов, проверили как зажила его голова, провели пару тестов на координацию движения и со спокойной совестью отпустили. Как только Джисон переоделся, сменив больничную одежду на свежую повседневную, в палату ворвались его
