Часть 10
25 мая 2024 г., 13:42
Решение отправиться в горы. — Местные красоты. — Сложности с картой. — Умение потеряться, найтись и снова потеряться. — Большие Ягодичные горы-близнецы и тонна вдохновения. — АЕ-3803 — эритроцит, которому не поможет никакая карта
Дендроцит размышлял о том, куда бы еще хотел наведаться, если у них останется время. Т-киллер размышлял о том, как бы отковырять со своей кепки стразики. Вечер подкрался незаметно. Они вернулись в свое временное жилище и сели чаевничать с базофилом и милыми хозяюшками. Позже подползли В-клетки, грязные, усталые и взлохмаченные. Они сообщили, что возможно мотоцикл скоро поедет, но это не точно, кое-как умылись и приземлились рядышком с приятелями, уминая предложенное к чаю угощение со скоростью стаи голодных кишечных палочек. О продолжении путешествия как-то никто не заикался.
Вдруг неожиданно, неисповедимыми путями застольной беседы, взоры обратились в сторону дендритной клетки, и прозвучал тот самый вопрос, к которому должны были рано или поздно прийти все. Как же закончить путешествие?
— Я обдумывал оставшиеся у нас варианты, — сказал дендроцит, — и пришел к выводу, что я бы, пожалуй, наведался сперва в горы, а напоследок посетил Храм Сердца, в котором мы в прошлый раз так и не побывали. Ну а потом со спокойной душой можно и к дому… Времени осталось не так много, — он вздохнул.
Остальные, кроме хозяюшек и базофила, покраснели, вспоминая, как клянчили подаяния на паперти у храма, почему, собственно, в него не попали.
— Горы… мм… отличная мысль, — одобрил В-лимфоцит, не переставая жевать.
— Что ж, — согласился Т-киллер, — звучит достойно.
— Помню, мне рассказывали о прекрасных видах и несравнимом удовольствии от пешей экскурсии в горы… — начал клетка памяти.
— Во-во, пешей, — покивал В-лимфоцит. — Мотоцикл туда не потащишь, разве что пешком прогуляться.
Базофил тоже поддержал эту идею, он не сомневался, что такая прогулка обеспечит ему максимальный прилив вдохновения. «Поэзия — самый красивый способ, осуществлять мечты», — вспомнил он изречение одного из поэтических кумиров своей бурной юности и незаметно для других растянул физиономию в блаженной улыбке. Он бы и сам не сказал лучше. По крайней мере, не смог бы сделать это короче и яснее. Это была не его сильная сторона.
— А что у нас по горам? — уточнил В-лимфоцит. — Не хотелось бы далеко тащиться, — он с задумчивым видом облизал пальцы. — И вообще, я от этого отдыха что-то начинаю уставать.
— Да, мы уже не те, что год назад, — согласился дендроцит, всем своим видом показывая, что не настаивает на том, чтобы вообще куда-то тащиться.
Поскольку базофил пребывал в своих мечтах о поэзии, а В-лимфоциту лень было вставать и идти за новой картой, клетка памяти выудил из лежавшей в кармане записной книжки аккуратно свернутую старую, полагая, что вряд ли горы за все это время сильно изменились, и это ничего не поменяет. Клетки с любопытством нависли над картой.
— Вот, — сказал дендроцит, тыкая пальчиком.
— Ага, — кивнул В-лимфоцит, продолжая жевать.
— О, — издал клетка памяти.
— Ну? — спросил Т-киллер, который в этих картах один клеточный черт ничего не понимал.
— Ягодичные горы-близнецы. Самые крупные горы нашего организма с момента рождения, — пояснил В-лимфоцит, наконец, доев вкусняшку.
— Оттуда, должно быть, открываются потрясающие виды! — воодушевился дендроцит.
— И недалеко, в принципе… — протянул клетка памяти.
— Тогда чего же мы ждем? — Т-киллер поднялся из-за стола. — Завтра с утра едем в эти горы!
* * *
Тепло распрощавшись с гостеприимными эозинофилами, компания выдвинулась прямо с восходом солнца. Тех, кто выдвигаться не хотел, Т-киллер лично окатил холодной водичкой. Поэтому все кроме него и базофила сейчас были мокрые и немного злые. Базофил по поводу слишком раннего подъема вовсе не горевал: позже он весьма удобно устроился на заднем сидении Т-киллерова авто и подремал в свое удовольствие. На пути к горам друзья миновали живописные холмы, поросшие высокими сочными травами. На холмах среди цветов и прочих красот попадались весьма симпатичные, довольно пухленькие пастушки — адипоциточки. — Я бы с такой цыпочкой замутил, — хмыкнул Т-киллер. — А я староват для любовных подвигов, — покривил душой клетка памяти. — А я… — начал В-лимфоцит и осекся. Он живо представил, как тучная клетка распиливает его тупым лобзиком за измену. — А я, пожалуй, воздержусь, — сказал он. Базофил ничего не сказал конкретного, он лишь пробормотал, глядя на самую упитанную пастушку: — Знойная женщина, мечта поэта! Они держали путь в деревеньку нижней ягодичной артерии, которую местные сокращенно и ласково звали Нижягода. Там можно было пристроиться на постоялый двор и оставить транспортные средства перед отправкой на пешую экскурсию в горы. Как утверждала карта, там была размеченная туристическая тропа. До Нижягоды добрались лишь к полудню: у В-клеток снова забарахлил мотоцикл. На постоялом дворе для них нашлось только место в сарае, где все блага цивилизации заменяло собой свежее душистое сено. Решив, что вполне сойдет, клетки загнали свой транспорт в старенький покосившийся гараж, кинули вещи и отполдничали холодным молоком и сдобными булочками со сливочным маслом и вареньем. Все было такое вкусное, жирное, сладкое… Настоящий деревенский полдник! После полдника хозяин расписал им маршрут, заверив, что подъем на ближайшую из гор-близнецов не представляет из себя ничего сложного и займет у них самое большее часа два. Решив сверить маршрут по карте, приятели достали те, что имелись при них, и тут В-лимфоцит обнаружил, что его новая карта куда-то запропастилась. К счастью, почти такая же была у базофила, да еще клетка памяти так и не выбросил старую. Попросив хозяина пока присмотреть за их транспортными средствами, они, прихватив рюкзаки и самое-самое необходимое, двинули в горы. Хозяин, провожая их, повторял, что если они пойдут по правильной дороге, то на все у них уйдет от силы часа полтора, максимум два. Все было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Больше всех беспокоился клетка памяти. Он предчувствовал неудачу с самого начала. Дело было не только в составленном им накануне гороскопе для себя и остальной компании, у него была очень развита интуиция. Как нарочно, ему еще стали одна за другой вспоминаться жуткие легенды про обитающих в горах злых духов. Сложно сказать, были это происки злых духов, обитавших в горах, или что-то еще, но стоило им отойти от деревни, как базофил отделился от всей группы, свернув не туда. Совершенно неожиданно он встретил АЕ-3803 и воспринял это как неизбежный фатум. Мисс-эритроцит посетовала ему на то, что заблудилась и потеряла свой самокат, и базофил, памятуя, что у них есть еще одна карта, отдал ей свою. АЕ поблагодарила его и унеслась так быстро, что он даже не успел уточнить, поняла ли та, куда ей надо двигаться по карте, или нет. Тут его обнаружили приятели, и базофил, решив, что от судьбы все равно не уйдешь, спокойно продолжил свой путь с ними. Те еще не подозревали, каковы будут последствия его благородного поступка. Они прошли всего ничего, как дорога разделилась на три ветви. Старый покосившийся столб указывал, что одна вела к месту, о котором они никогда не слыхали и ни на какой карте не видали; средняя надпись отвалилась совершенно и исчезла без следа; третья, несомненно, относилась к той дороге, по которой они шли, но что говорила о ней и ее продолжении, не совсем было понятно. — Надо держаться все время вправо и обходить гору, — напомнил клетка памяти. — Нет, влево, я точно помню, — поправил В-лимфоцит. — Какое право-лево? — возмутился Т-киллер. — Надо идти все время прямо! — Ребята, тут новый указатель есть, — вдруг сказал дендроцит, указывая вперед и чуть в сторону. Все как по команде облепили новый указатель. Там все было аккуратно и красиво прописано. Казалось бы, проблема выбора направления уже решена, но тут возникла одна странность: указанное там не совпадало с тем, что на карте. — Ну конечно, — простонал В-лимфоцит, — указатель же новый, а карта-то у нас старая. Вот оно и не сходится. — Хорошо хоть такая есть. — Ну да, стоило купить новую карту, чтобы посеять ее, так и не успев использовать. — Кстати, у базофила-сана же тоже была новая карта, — напомнил дендроцит. Все с надеждой посмотрели на базофила, но тот, немедля, поставил всех в известность, что отдал ее мисс-эритроцит, которая заплутала в горах. — Ну ладно, как-нибудь разберемся, — сказал В-лимфоцит после паузы, во время которой остальные издали свое долгое «у-у…». — Не думаю, что здесь могло что-то сильно поменяться, да хоть лет за десять. — Он проследил пальцем по карте, вспоминая указания хозяина постоялого двора. — Мы пройдем вот так и вот так и поднимемся на одну из вершин больших ягодичных мышц. Главное, не свалиться в бездонную расщелину и не угодить в анусную впадину, — пошутил он, но вышло не очень смешно, так как такая опасность действительно существовала. — Про это место ходят поистине жуткие легенды! — подхватил клетка памяти. — Даже если в нее не сваливаться, а цивильно добраться из центра сброса отходов прямой кишки, картина будет не менее жуткая, — прикинул дендроцит. — Не только отходы и страшная вонь, но и тучи таких микроорганизмов, о существовании которых я бы вообще предпочел не думать, — продолжил В-лимфоцит делая лицо пострашнее. — Магазинчик тех моих знакомых, где мы уже были, — просто клеточный рай по сравнению с тем, что может поджидать там… — он указал пальцем в сторону Великого ущелья, разделявшего Ягодичные горы. — Давайте не будем думать о грустном и напоследок портить приятный отдых, — умоляюще сказал дендроцит. — Конечно, будем думать о приятном, если не заблудимся и не упадем… куда-нибудь… Разумеется, они заблудились. А еще стали жертвами небольшого, непонятно откуда взявшегося, землетрясения и дружно съехали вниз, едва не улетев в гигантскую впадину кувырком. Оказавшись в какой-то лощине, они привели себя в порядок после падения и стали решать, как подняться обратно и стоит ли пытаться это сделать. Возможно, стоило поискать другие варианты… В-лимфоцит тут же начал хвастаться, что прекрасно умеет ориентироваться и без проблем выведет всех на дорогу, идущую наверх. Однако вместо этого они все лишь углубились в расщелину у подножия гор и шли в направлении обратном искомому. Становилось все темнее и неуютнее, радующую глаз зелень все чаще заменяли покрытые мхом коряги, ощущался какой-то прелый болотный дух. Никого не удивило, что в таких местах вскоре обнаружились не очень приятные вещи. На одной заболоченной полянке торчали грибы. Хотелось бы верить в то, что белые, но, увы, больше напоминавшие бледные поганки или другую похожую гадость. Но самым отвратительным было то, что они шевелились и издавали невероятно противные звуки. При приближении клеток грибы внезапно подпрыгнули на месте и стали разбегаться в разные стороны. — Я, кажется, что-то припоминаю… — начал клетка памяти. — Припоминай быстрее, — ответили ему остальные. — Вроде грибок… — Ясное дело. — Ну. Клетка памяти достал записную книжку и начал нервно теребить страницы. Остальные, повинуясь инстинкту, не удержались и кинулись вслед за пакостью. Дендроцит даже загорелся желанием взять у них образцы для антигенной презентации, ну или хотя бы ради спортивного интереса. Т-киллеру хотелось убить парочку из того же самого интереса, а В-лимфоциту было зело любопытно посмотреть, что будет, если опрыскать их антителами. Один базофил бежал позади них, базофил его знает, за чем. В порыве азарта иммунные клетки неслись все быстрее вперед, даже не подозревая, в какой опасности находятся. А впереди уже зиял край ужасной анусной впадины. — О, нет! — закричали все дружно, пытаясь притормозить. — Поворачиваем назад! — скомандовал Т-киллер, оказавшийся впереди, то есть ближе всех к возможной гибели. Но не успели они повернуть, как снова случилось землетрясение, и вся компания дружно полетела туда, куда бы лететь не хотела ни за что на свете. Они летели с душераздирающим криком: «А-а-а!», бессмысленно размахивая в воздухе всеми конечностями; базофил также безуспешно пытался левитировать на зонтике, а сверху уже подъезжал, скатываясь на пятой точке с горки, клетка памяти. Когда бездна уже разверзла перед ними голодную зловонную пасть, случилось чудо. Клетки неожиданно угодили в сеть. В этот момент они были рады даже оказаться в плену, однако все оказалось намного лучше, чем они ожидали. — Раз, два, взяли! — скомандовал лидер отряда нейтрофилов, поймавших их в сеть. Нейтрофилы успешно вытащили их в безопасное место, где они вместе переждали еще один подземный толчок. Приятели поблагодарили вовремя выловивших их нейтрофилов и поинтересовались, что те здесь делают, чисто из вежливости. — Вы тут случайно колонию кандиды не видели? — ответили те вопросом на вопрос. — Должна быть где-то здесь. — Это вы про те мерзкие грибы, из-за которых мы чуть не кончили свои дни… страшно сказать где? — Точно, вспомнил, — просиял клетка памяти, — кандида, так это называется. — Лучше поздно, чем никогда, — развел руками В-лимфоцит. — Надо вам за ними гоняться? — поинтересовался Т-киллер, который сам еще только что горел таким желанием, чисто потому что ему хотелось. — Ну при нормально работающем иммунитете грибки вроде них не страшны, но когда их разводится слишком много, это уже не порядок, — пояснил один из нейтрофилов. — Нам велели разобраться с этими нелегалами, — подхватил другой. Приятели с пониманием покивали. — Мы бы вам помогли, но с такой мелочью вы и сами прекрасно справитесь, — вернул В-лимфоцит, опасаясь, как бы их не припахали работать. — А вот нам еще надо бы дорогу наверх отыскать, — как бы между прочим добавил он. Нейтрофилы не возражали. Они подсказали им дорогу наверх и понеслись охотиться на кандиду. Без особых приключений друзья начали обратный подъем в гору. Сверху они понаблюдали за тем, как идет охота на мерзкие грибки, с видом знатоков обсудили технику ловли сетями и уже собирались двинуть дальше, как вдруг наконец заметили, что вокруг все действительно не очень-то и в порядке: наблюдались шелушение, покраснение и трещины, очевидно провоцирующие кожный зуд. И если не грибки, то причиной всего этого наверняка была слишком острая пища. Возможно, все это как-то было связано с недавними землетрясениями, но как, сложно было сказать. Поежившись и испытав желание слегка почесаться, клетки про себя решили не налегать на острое, по крайней мере, в ближайшее время. После развернулись и продолжили путь по указанной нейтрофилами тропе. До вершины горы они поднялись без проблем. От души налюбовавшись там прекрасными видами, перекусили припасенными бутербродами с чаем и откупорили бутылку сидра на десерт. Солнце клонилось к закату, ночевать в горах никому не хотелось, так что приятели быстренько собрали разбросанные вещички, ухватили покрепче за шиворот не желавшего уходить дендроцита, с трудом отобрали у него фотоаппарат и, сказав, что хватит наслаждаться прекрасными видами, потащились обратно на постоялый двор. Напрасно тот отбивался и просил щелкнуть еще пару кадриков… Дорога обратно показалась им всем гораздо короче и легче. Клетки бодро семенили гуськом по тропинке и радовались удачно закончившемуся приключению. Дендроцит без умолку обсуждал отснятые им прекрасные виды и клянчил обратно фотоаппарат. Все бы закончилось действительно быстро и благополучно, если бы и на обратном пути они не заблудились. — Ну это уже ни в одни рамки, — сердито сказал В-лимфоцит, скинул рюкзак и направился в кусты, раз уж у них случилась вынужденная остановка. — Мы же не какой-нибудь там эритроцит АЕ-3803, чтобы постоянно плута-а-а-а!.. Все с интересом уставились на то, как он вылетает обратно из кустов, сбитый с ног вышеупомянутой барышней. АЕ-3803 перелетела через упавшего на спину В-лимфоцита и распласталась, уронив посылку, которую несла. — О, фатум, о неисповедимые пути проведения свыше… — забормотал базофил, но никто его не услышал, все с любопытством изучали дивный пассаж в исполнении знакомой. Дендроцит тут же вернул обратно свой фотоаппарат и быстренько щелкнул картину. — Ой, кажется, я заблудилась, — сказала АЕ, смущенно улыбаясь. У прочих вид был такой, словно именно этого они заранее и ожидали. Ей помогли подняться, и базофил спросил, осталась ли у нее карта, что он ей дал. АЕ утвердительно кивнула и вытащила ее из сумки. Обрадовавшись такому везению, клетки набросились на спасительные чертежи местности, кое-как сообразили, где находятся и, к неимоверному счастью всей компании, уже через пять минут топали по нужной дороге прямо в поселок. АЕ они решили взять с собой, пока та еще где-то не потерялась, так как очень не хотели ей снова отдавать базофилову карту. — Мы завтра двигаем к Храму Сердца, где закончим наше путешествие, — сказал В-лимфоцит АЕ. — Давай с нами? Тебе же все равно туда надо будет. — Мне еще пару заказов надо разнести, — ответила та. — В общем, меня не ждите. — Ну смотри. — Но мы все равно проводим тебя чуток. На том и порешили. Проводив АЕ и приползя на постоялый двор, клетки растянулись на своих лежанках, обустроенных в сене. Они справедливо полагали, что после такой основательной прогулки заснут сразу без задних ног, но не тут-то было: сна не было ни в одном глазу. Не зная, чем бы еще заняться, они благосклонно выслушали легенду клетки памяти о том, как воспалительная реакция, сопутствующая иммунному процессу, нанесла организму ущерб больше самого патогена. Всю ночь им после этого снились кошмары. Т-киллера и вовсе во сне накрыл цитокиновый шторм, после чего тот вскочил, тяжело дыша и вытирая со лба выступивший холодный пот. Утром все были какие-то печальные и разбитые, одному базофилу все, казалось, было фиолетово. Прямо с утра приятели застали его за соблазнением одной юной особы из эндотелиальных клеток. — Не знал, что он такой развратник, — по достоинству оценил Т-киллер. — Вот она поэзии мощная сила, — прошептал клетка памяти, глядя как светится и хихикает юная особа, слушая базофиловы стихи, и машинально что-то чирканул себе в записную книжку. Уже сидя в машине базофил не переставал ваять поэтические строки. Вот как сильно его вдохновил поход по Большим Ягодичным горам. Судя по всему, он писал не просто стих, а целую поэму под названием «На склоне ягодичных гор». Начиналась она примерно так: На склоне ягодичных гор и на исходе лета, У горизонта розового цвета Лежит ночная мгла. Мне грустно и легко, печаль моя светла. И все вокруг в светящемся покое, И знаю я — произойдет такое: От грома пердежа погнет дремучий лес, И приключений дух вдруг сердце потревожит, Без них прожить из нас не каждый может. Наш полон организм чудес.* * *
Друзья уже мчали к Храму Сердца, решив добраться по скоростному шоссе вдоль позвоночника, обещавшему увлекательную прогулку с максимально сильным ветерком, а АЕ-3803, которой местные вернули потерянный самокат, бодро гнала в обратном направлении, планируя вписаться в поворот на въезде в бедренную вену. Неожиданно навстречу ей вырулила эозинофил на электровелосипеде. Как оказалось, та пыталась догнать приятелей и вернуть им забытую карту, без которой, как она справедливо полагала, те могут заблудиться. Узнав от АЕ, что те уже не только успешно заблудились, но и нашлись, вздохнула с облегчением. АЕ, поняв из дальнейшего рассказа, что эозинофил на самом деле очень занята, предложила ей отнести карту, все равно у нее доставка будет в тех краях. Эозинофил отдала ей карту, поблагодарила, извинившись за причиненные неудобства, и поспешила на работу. АЕ же не только не вписалась в поворот, но и заехала базофил его знает куда. Она совершенно не подумала о том, что теперь у нее есть карта…
